27

Корт Не знаю, что еще сказать… Как убедить Аню принять предложение брата. Она должна спастись! И я обязан все для этого сделать! Иначе и в драконьем забвении не будет мне покоя! Продолжить уговаривать не удалось – принесли еду. Анетта набросилась на скромный паек заключенного с таким аппетитом, что я невольно улыбнулся. – Они тебя даже не покормили? – поинтересовался будто между делом. Сам я есть абсолютно не хотел. И вряд ли захочу уже. Сытная трапеза моим последним желанием точно не станет… – Предлагали, я не стала, – ответила с набитым ртом. – Зря, – улыбнулся ей. – Во дворце отлично готовят. – Согласна, – Аня указала на тарелки, стоящие перед нами. – Мое тоже можешь съесть, я не буду, – пододвинул свою миску. – Почему? – посмотрела на меня изумленно. – Корт тебя нужно поесть. Иначе сил ни на что не останется. Мы должны бороться! Вместе! И вернула тарелку на место. – Не уверен, что в этом есть смысл. Силы нужны тебе, чтобы справиться со всем. – Без тебя я не буду ничего делать, – заявила и упрямо сжала губы. Ну вот что с ней делать? Нехотя взял ложку. Ладно, поем для вида, чтобы знала, что борьба будет. Но не за нас, за нее. Потом мы долго лежали, обнявшись. Я рассказывал ей о своем мире, отвечал на бесчисленные вопросы. Вытирал слезы с ее щек, утешал и обещал, что все хорошо будет. А когда Анетта уснула, осторожно встал и тихонько поскребся в дверь камеры. Открыли мне не сразу, но все же услышали. – Что? – хмуро поинтересовался стражник. – Мне нужно поговорить с правителем. – А ему это нужно? – абсолютно бесстрастно спросил воин. – Просто передай командиру мою просьбу. – Передам, – скупо ответил и закрыл дверь. Оставалось только ждать. Брат может и не пожелать встретиться со мной. Я б не захотел. После всего. Лег обратно за жесткую постель, обнял Аню, забавно сопящую во сне, и принялся расковыривать свою излюбленную рану. То, что я родился вторым, определило всю мою предстоящую жизнь. И привело к бесславному финалу. Почему так? Разве нужно было смириться с судьбой и играть по ее правилам? Не пытаться получить желаемое? Позволить другим решать за меня? Сам не заметил, как уснул. Но и в ночных грезах не нашел умиротворения. Мне снилась схватка с Артом. Не шуточная, какими мы часто развлекались в юности, а самая настоящая. До крови, до смерти. Я разил брата огнем, рвал зубами и когтями. Уходил от его точных, смертоносных ударов. Делал обманные движения и снова нападал. Но мне никак не удавалось лишить его власти над воздухом – ни разу мой воображаемый враг не сложил крылья в стремительном пике. Зато сам я постепенно терял высоту. Снова поднимался и упадал еще ниже. В конце концов, весь истекающий кровью я рухнул обессиленный на скалы. И проснулся. В холодном поту, хватая ртом воздух и сжимая хрипящее горло. – Доброе утро, – выглянула из-за двери ванной Аня и тут же нахмурилась. – Ты в порядке? Корт? – позвала, видя что не реагирую. – Да, – с трудом выдавил из себя. – Плохой сон. Всего лишь. – Твой брат снова позвал меня. И даже платье прислал. Анетта кивнула на стул, на спинке которого красовались метры дорогой ткани, расшитой драгоценностями. – Отлично. Аня, прими его помощь, – резво встал и подошел к ней. – Пожалуйста. – Нет, Корт, – упрямо посмотрела мне в глаза. – Подскажи, что говорить, чтобы он пощадил тебя. – Да я не знаю! – психанул из-за ее упертости. – Нет таких слов! Ты сама бы простила такого брата, как я?! – Не знаю, – пожала она плечами задумчиво. – У меня сестры. И ты прекрасно в курсе, что мне регулярно приходится им прощать разное… – В курсе, – криво усмехнулся. А так ли много ей приходилось прощать сестрам до тех пор, пока я не появился? Ну притащила Вера Марата на семейный обед. Уверен, с ним никто из ее сестер не целовался. – Ты не мог бы отвернуться? – тихо спросила Аня. – Мне переодеться надо… Вот это было совсем неожиданно. Стеснение перед истинным? Что-то новенькое. Подошел к ней вплотную, взял за плечи, улыбнулся. – А если я смотреть хочу? – сам моментально забыл, как дышать. Внутри все буквально перевернулось, сумасшедшее желание скрутило внутренности. Наклонился, чтобы поцеловать, а Анетта вдруг отвернулась. – Нет, – прошептала испуганно. – За дверью стража. – Ну и что? – искренне удивился. – Здесь о нас все знают. Не будь мы истинной парой, нас разделили бы. – Какая разница, знают или нет? – Аня раздраженно высвободилась из моих объятий. – Все равно неудобно. Да я проблемы поважней есть, Корт! Например, как убедить твоего брата… – Я же сказал! – не дал ей договорить. – Ничего не получится! – Это не значит, что я не буду пытаться, – упрямо поджала губы. – Отвернись! Уже не просьба. Отвернулся. Не потому что послушался, а скорее от растерянности. Истинные не отказывают друг другу в близости. И вообще не важно, где и при каких обстоятельствах. Да что с ней не так? Что с нами не так?! Дракон внутри бесновался от злости и неудовлетворенности. Не любят ящеры такого – наши женщины подчиняются безропотно, хотя обладают порой невыносимыми характерами. Мне же досталась слабая человечка с несгибаемой волей. Как так вышло, ума не приложу… Так и стоял как идиот, в стену пялился. Пока за спиной шелестела ткань, и Аня тихонько ругалась, сражаясь с застежками. – Помочь? – все же она в новом мире, и ничего не знает о нашей одежде. – Да, – пискнула тихо и несмело. Повернулся, оглядел ее с ног до головы. Как же хороша… Эх, вывести бы ее в тронный зал, показать всему двору, закружить в танце под древними статуями великих предков. Жаль, что ничего не выйдет. Что ничего уже не будет. – Ты красавица, Аня, – выдохнул восторженно и тут же позабыл все обиды. – Только сейчас заметил? – фыркнула весело. – Нет, разумеется. Но наша одежда тебе удивительно идет. – Ага, еще бы знать, как ее правильно надевать и застегивать. – Сейчас помогу. Подошел к ней и сразу расстегнул несколько крючков, которые она неправильно соединила. И чего злился? Сейчас Аня осталась практически голой передо мной. И ведь сама попросила. – Эй! – воскликнула возмущенно и прикрылась руками. – Что? – проговорил с невинной улыбкой. – Если не расстегнуть, не получится застегнуть правильно. Не знаю, поверила или нет. Прикрываться не перестала, но и препятствовать мне не стала. Только молча сопела, внимательно наблюдая за моими действиями. – Это сюда, а это вот сюда. Этот крючок самый большой и застегивается всегда под грудью, – со знанием дела объяснил ей тонкости местной моды. – А откуда ты так хорошо знаешь крой женских платьев? Вопрос застал врасплох. Действительно, откуда? Может, оттуда, что снял и надел их бессчетное количество? Но не могу же я предназначенной такое сказать… – Считай это моим хобби, – схитрил немного. Ох, каким недоверчивым взглядом она окинула меня. Будто бы прикидывая, какова вероятность получить правдивый ответ. Нулевая, на самом деле. Но это я тоже оставлю при себе. Широко улыбнулся, чтобы уверить в своей искренности. Не знаю, помогло это или нет, но в дверь коротко стукнули, чем тут же прекратили наш разговор. – Правитель ожидает алиру Анетту, – раздалось из коридора. Я расправил пару складок на подоле и внимательно оглядел Аню. Клянусь, если бы брат не был женат на истинной, я бы сейчас ревновал. Когда шаги Ани затихли вдалеке, я поскребся в дверь камеры. Неужели брат так и не пожелает встретиться со мной лично? Совсем нечего сказать? Могли бы обсудить, как он планирует со мной расправиться… – Что? – недовольно спросил стражник, открыв зарешеченное окошко. – Мою просьбу передали правителю? – Да. – А ответ? – Пока ничего не было. Понятно. Даже отказом не удостоил. Пнул ближайший стул, отошел к противоположной стене, ударил в каменную кладку кулаком. Зачем он Анетту позвал? Чтобы что? Долго он еще собирается уговаривать ее спастись? Я уже и сам отчаялся донести до нее необходимость этого. Упрямая. И, очевидно, не осознает всю серьезность моего положения. Поэтому от нее никак нельзя ожидать трезвого взгляда и взвешенного решения. И я бы моментально растолковал это Арту. Не нужно спрашивать Аню! Можно же просто разорвать нашу связь в храме… Ритуал варварский, тяжелый – после него Анетта какое-то время пробудет в забытьи. А меня тем временем казнят. Останется только переместить ее в родной мир. Уверен, Арталиан не обидит наследством – она же не виновата, что так неудачно вышла замуж… Какое-то время ходил из угла в угол, думая что еще можно предпринять. Потом зашел в ванную, поплескал холодной водой в лицо. Вытерся. Вернулся в комнату, лег в постель. Когда же Аня вернется? Каждое мгновение без нее длится вечность. А гадать, что там у них происходит, я уже безумно устал. Я действительно сдался – сил на борьбу не осталось, тревога и страх за истинную съедает изнутри. И это оказалось неподъемной ношей. Всегда я действовал без оглядки на женщин, родных, друзей. Всегда был свободен от привязанностей и условностей. А теперь эта связь между нами не дует дышать. И хочется покончить поскорей со всем, чтобы не мучиться больше. Не знаю, сколько так пролежал, пялясь в потолок, но вдруг дверь резко распахнулась. Тот же стражник велел подниматься и идти за ним. – Куда? – поинтересовался настороженно. Если Аня все еще на встрече с братом, то что со мной собираются делать? – Молча, – поправил меня старший караула, который вошел следом за рядовым. – И можно ваши руки, принц? Я слегка замешкался, но потом все-таки выпрямил руки перед собой. На моих запястьях ожидаемо защелкнулись кандалы. Потом стражник закрепил прочный металлические кольца и на ногах. – Ваше высочество, давайте без резких движений. Так всем нам будет легче. Последняя надежда на встречу с Артом улетучилась. Похоже, он решил казнить меня, пока его супруга отвлекает мою светскими разговорами. Что ж, тоже неплохой вариант… Медленно поплелся за старшим, гремя цепями, будто замковое приведение. Вот и все, Корталиан Дорнейский. Бесславный конец глупого самонадеянного принца. Если бы не Аня, я бы и сожалеть ни о чем не стал. Но сейчас так щемит сердце. Как жалко оставлять ее одну – мы так мало времени провели вместе, почти ничего не успели. И ведь чувствовал же, все время к ней тянуло. Но не доверял недраконьему чутью. А следовало бы… Стражники вывели во внутренний двор. Попасть сюда можно только из подземелий дворца. В центре небольшой настил из старых досок, на нем каменная колода. Ни палача, ни оружия не видно. Значит, Арт сам… И спасибо, конечно, что не позорная виселица. Умру как военный и государственный преступник. Высокородный дракон, сын и брат правителя, успешный военачальник и лучший штурмовик личной гвардии. Как предатель, которому отказали в последней просьбе…