Глава 19

Не было желания спорить. Его близость, слова о нас переключили совсем на другой лад.

— Только погаси свет.

В беседке все равно была не кромешная тьма. Я видела, как Илья снова присаживается на диванчик, но уже близко. Мое лицо тут же оказалось в его ладони, большой палец лег на нижнюю губу.

— Меня не интересует твоя независимость, — сказал он мне почти в губы, — ты — моя.

Уф! Не скажу, что я поменяла решение насчет жилья. Но от его низкого голоса и таких слов низ живота просто взорвался пульсом. Жаль, что в доме полно родственников… Но можно хотя бы здесь отдаться поцелуям. Я открыла губы навстречу губам Ильи.

Мы снова с силой сцепили языки, то боролись, то нежно посасывали. Я чувствовала, как меж моих бедер выделяется горячая влага. Ее становилось больше, и всё зря. Илья гулял ладонями по моей спине, приподнял, усадил к себе на колени.

Я не сразу поняла, что твердое мне мешает. Эмм… Я села прямо на каменную эрекцию Разумовского. Вот и погуляли.

— Хочу тебя, — прошептал на ухо мужчина.

Это я и так понимала.

— Мне неловко в чужом доме, — откровенно сказала я.

Разумовский прикусил мою губу, потом мочку уха. Его пальцы уже приникли под мою хлопковую блузку и ласкали грудь сквозь кружево бюстгальтера.

— Мы можем не идти в дом, — сказал он.

— Что?..

Разместиться на жестком закругленном диване мы не сможем. Наверное, так казалось только мне, потому что Илья чем-то щелкнул.

— Здесь можно запереться, — сообщил он, — обратил внимание на этот пустяк еще в прошлый приезд. Теперь это далеко не чушь. Иди ко мне.

Он сел на диванчик. Мои глаза привыкли, и я видела мужчину отчетливо. Он расстегивал ремень, я сглотнула.

— Мм…

В первый раз я почувствовала, насколько неопытна в сексе. Но желание все равно накрывало.

— У тебя когда-то была близость в такой позе? — уточнил профессор.

Ух! Мне должно быть стыдно от такого откровенного вопроса. А на деле возбуждение усилилось раз в десять.

— Нет, — призналась я, — у меня был один парень, и мы… Не очень много экспериментировали.

Глаза Ильи вспыхнули, он тяжело вздохнул. Кажется, его тоже заводит этот обмен репликами.

— Я хочу открывать тебе новые грани удовольствия, — признался мужчина.

Эмм… Он будет учить меня сексу? Профессор решил использовать навыки преподавания с другой стороны. И как же это будоражит!

Илья сел на край дивана, перед которым не было стола. Кожаная поверхность стояла полукругом вдоль стен беседки, а столешница находилась не посередине, а ближе к одной из стен. В общем мы имели пространство для нашего «маневра».

— Иди сюда.

Я шагнула и встала напротив профессора. Илья развел полы моей длинной кофты, но снимать ее не стал. Приподнял рубашку. Губами впился в живот около пупка.

— Мм…

Мне кажется, сейчас мужчину затопит моим возбуждением. Коленки дрогнули, я схватилась за его запястья. Но Разумовский как завороженный смаковал мою кожу. Ладони мужчины гладили мои бедра, скользили к попе. Пальцы проникали под ремень.

Я уже изнемогала, впутывала пальчики в его волосы. Даже волнение перед интимным «уроком» окончательно рассеялось. Желание становилось безумным.

— Хочу тебя, Илья… — прошептала я.

Его пальцы дрогнули в этот момент. Наверно, мужчина не ожидал такого откровенного признания. Он тронул пряжку моего узкого ремня, разобрался с ней. Утопил пуговичку ширинки, расстегнул. Взял пальцами маленький язычок молнии. Потянул вниз, пальцами мимолетно провел по лобку. Я закусила губу.

Илья стянул с меня брюки уже выверенным движением. Мне пришлось снять мокасины, чтобы переступить через ткань. Разумовский скинул легкую обувь еще когда вошел, и пальчики моих ног коснулись его пальцев. Это был какой-то новый виток близости. Я даже улыбнулась.

Мужчина расположился на диване полулежа, насколько смог. Расстегнул и свой ремень, джинсы. Отодвинул светлое белье и высвободил эрекцию. Боже, с такого ракурса его размеры еще больше впечатляют! Как же я смогу.

— Не волнуйся, — тихо сказал профессор, — иди сюда.

Господи… Я шагнула к нему. На мне еще были трусики, снимать их сама я не стала. Только подумала, хорошо выбрала изящное кружево, а не плотные шортики. Илья увлек меня за руку, желание тоже подгоняло. Я «оседлала» мужчину, коленями опираясь на сидение. Разумовский меня тоже держал.

— Расслабься.

Его голос звучал мягко, но подрагивал от возбуждения. И хоть я начала волноваться, меня это заводило. Мужчина уложил меня на свою грудь, сжал мою попу ладонями. Он проник руками под трусики, сдвинул их. Скользнул меж ягодицами, огладил нежное чувствительное колечко. Меня никогда не ласкали так… Насколько же это оказалось сладко.

Даже не сразу заметила, что кончик твердого пениса уперся меж нижних губ, толкнулся. Я начала медленно принимать его.

Ни с чем несравнимое ощущение — горячий член твоего мужчины наполняет тебя. Я всхлипнула, когда он насадил меня глубже. Все-таки Разумовский большой.

— Тебе больно? — негромко спросил Илья.

Он ловил мой взгляд, я замерла.

— Чуть-чуть, — не хотела спугнуть мгновение.

— Ты можешь сама контролировать глубину.

Он убрал руки с моих бедер, провел ими по спине, задержал на застежке бюстгальтера. Высвободил грудь, которая уже просилась в его ладони. Теплые пальцы скрутили соски. Нахлынула новая волна возбуждения. Ну что же, от теории перейдем к практике.

Одной рукой я упиралась в грудь Разумовского, локтем другой в поверхность дивана. Приподнялась на мужчине, опустилась вниз. Я прогнула спину, и следующее движение вышло быстрее. Оттопырила попку, еще раз насадила себя на профессора. Мужчина ласкал мою грудь, тяжело дышал. Даже рыкнул со следующим толчком, ведь он был глубже. Я улыбнулась — а это приятно — почувствовать себя хозяйкой положения!

Я толкалась на Илью раз за разом, истекала смазкой. Стонала, но очень тихо. Все же мы в гостях! Хотя мозг отключался, не хотелось думать о том, что происходит вокруг. Сделала еще несколько движений в своем ритме, и тут мужчина не сдержался. Ладони легли на попку.

— Теперь я.

Дальше вел Илья, только прислушивался к моим стонам и шепоту.

— Еще… Глубже… — просила я и сама себя не узнавала.

Я охватывала плоть Разумовского внутренними мышцами, ощущала его мощь. Это кружило голову куда больше глубоких толчков. Лицо строгого профессора было раскрашено страстью. Он медленно вошел, и я покружила на нем дольше обычного.

— Отлично, малышка…

Разумовский прикусил мое ушко и… внутри разорвался оргазм. Я хватала ртом воздух, никак не могла прийти в себя. Мужчина дышал все чаще, с его губ слетел глухой беззащитный стон. Илья разъединил наши тела, подался вперед. Я еще сидела на его бедрах и увидела, как по моему животу стекает белесая жидкость. Разумовский уткнулся лицом в мою грудь.

Мы возвращались в реальный мир капля за каплей.

— Боже, Илья, надеюсь, нас никто не слышал, — прошептала я.

У нас совсем отлетела крыша. Заниматься таким откровенным сексом в гостях! На какие пошлости мы еще способны вместе. А ведь, на первый взгляд, культурные люди.

— Не волнуйся, — мужчина поцеловал меня в висок, — Юля не будет за нами следить, а остальные спят. Да и мы были тихими.

Я прикусила губу, но все равно заулыбалась. И правда, мы очень сдерживались.

— Пошли в дом? — предложила я мужчине.

Мы осторожно вышли из беседки. Хотя Разумовский не слишком боялся, а вот я озиралась по сторонам. Но территория была пустой. Только деревца с округлой выстриженной листвой маячили вдоль дорожки. Я глубоко вдохнула — какой прекрасный воздух. Впрочем, сейчас все мне казалось чудесным.

Пальцы уже скоро оказались в теплой руке профессора, он повел меня в дом. Хозяйку мы застали в гостиной, она сидела за барной стойкой у кухонной зоны. В руке чашка с золотистой каймой, рядом книга.

— Прости, ты уже, наверное, хотела лечь, — сказал Илья.

Юля замотала головой.

— Пользуюсь тишиной и читаю. Слава богу, дети выросли настолько, что дают мне ночью спать. Марк часто заговаривает о третьем, но нет.

Она засмеялась, а мы с Разумовским переглянулись. Я подумала, сколько детей хотела бы от профессора. Покраснела, мне показалось, он прочитал мои мысли.

— Хорошо, — Илья снова повернулся к сестре, — тогда и мы тебя оставим. Спокойной ночи.

— Сладких снов, — в тон Юли все же пробрались игривые нотки.

— Доброй ночи, — я тоже попрощалась.

Спать и правда хотелось, тело окутывала приятная слабость. Еле заставила себя ополоснуться. Дождалась из ванной Разумовского, уютно расположилась в его объятиях. Чувствовала себя одновременно под защитой и очень хрупкой. Ни с каким мужчиной я еще так не сближалась морально и физически.

— Лида, — позвал меня Илья.

— Мм?

Сон меня не поборол, я ждала, что скажет мне профессор.

— Может, ты передумаешь насчет переезда? Ну зачем тебе арендовать жилье?

Разумовский упертый и не хочет меня отпускать. В животе защекотали бабочки, но я все же была уверена в своем решении.

— Илья, мы толком не начали встречаться, а я живу у тебя! Должно пройти какое-то время… Когда мы придем к этому этапу спокойно, а не просто потому, что я осталась без крыши над головой. Мне перечислят зарплату, и я поищу комнату в центре. Но мы все равно будем часто видеться!

Илья тяжело дышал. Было заметно, он справляется с эмоциями и хочет подобрать слова. Я даже занервничала, не устроит ли он мне выволочку. Все-таки это Разумовский.

— Мы знакомы кучу лет, — наконец, заговорил мужчина, — и я… Я влюблен в тебя, Лида. Причем давно.

***

Разумовский

Сердечко Лиды так заколотилось в груди, что я это почувствовал. Лучшего ответа я не мог представить. А она так трогательно уткнулась в мой торс. Наверно, не хотела, чтобы я видел ее сияющее лицо.

— Мм… Илья, — она явно смущалась, — мне тоже безумно хорошо с тобой. Но еще я хочу, чтобы ты мной гордился.

Куда уж больше? Но я не стал разводить споры на ночь, тем более после такого чудесного секса. Буду присматривать за Лидой, а дальше найдем комфортный вариант для совместной жизни. Может, ей неуютно в большом особняке.

— Я просто волнуюсь.

Девушка хихикнула, прижалась крепче. Нас поборол сон.

Утром нужно было в темпе собираться в аэропорт. Мама ворчала, что я бываю наскоками. Но отец внезапно встал на мою сторону и сказал, мне нужно следить за делами. В этот приезд я больше обычного разговаривал со стариком. Кажется, я стою на пороге перемен. И мне нужен опыт отца, хоть мы всегда общались прохладно. Хочу понять, каково это — вести бизнес самому, иметь семью, за которую несешь ответственность. Я устал бегать от жизни, пора вставать у руля.

Мы наспех позавтракали, Лида еще приводила себя в порядок. А у меня оставалось еще одно дело к моей сестре. Она суетилась на кухне.

— Юль, я хотел попросить — придержи для нас рыжего котенка.

Момент с Лидой и кошкой пробрал меня вчера до самых внутренностей. Животное явно запало в душу моей девочке. Она даже не пошла взглянуть на котов напоследок. Наверное, ей тяжело.

— Все-таки берете? — ахнула Юля.

Я кивнул.

— Да, только отправишь ее позже. Возможно, дней через десять или пару недель.

Сестра просияла.

— Конечно! Малышка заодно подрастет. Ух, как я рада за Солнышко.

Из меня вырвался смешок. Разумовский, в кого ты превращаешься?

Лиде я пока ничего не стал говорить. Еще начнет думать, что она опять меня чем-то стесняет. Да и времени на откровенные диалоги не было, мы еще немного побыли с близкими и прыгнули в такси. Скоро перелет, а еще через несколько часов мы будем дома.

В родном городе мы спустились с небес на землю во всех смыслах — было холодно, пасмурно, шел дождь. Под конец нашего пути из аэропорта непогода совсем разыгралась. Ветер кидал ледяные капли шквалом. Еще такси высадило нас у ворот. Я скинул пиджак, укутал Лиду.

— Илья, ты в одной футболке! А у меня куртка есть.

— Я не замерзну.

Меньше всего я хотел, чтобы Лида простудилась. Пусть от этой поездки останутся только приятные впечатления. А я уже несколько лет не знаю, что такое болезни.

— Илюш…

Ух, я на несколько секунд лишился кислорода. Так мягко прозвучало мое имя из этих губ.

— Все в порядке, малышка. Идем скорее.

Пока заходили, пока звонил в доставку еды, уже реально подмерз. С наслаждением пошел под горячий душ, но за пределами ванной так и чувствовал себя некомфортно. Возможно, сказывалась акклиматизация. Ну ничего, работа завтра окончательно разогреет.

Все вышло, как я и предполагал. За время командировки накопилась куча бумаг, вопросов от подчиненных. Я просматривал документы в перерывах между приемом сотрудников. Лида только успевала бегать из моего кабинета к себе за стол и сообщать об очередном визите.

Девушка отлично справлялась, да и просто морально поддерживала. Но я увидел, что это место для нее тесновато. У Лиды есть образование, опыт и желание развиваться. На конференции я это окончательно понял. Что же, у меня есть идея, куда моя бывшая студентка может приложить свою энергию. Но подробно я обдумаю ее позже.

Сейчас мозг и так поплыл, а к вечеру разыгралась головная боль. Точно резкая смена обстановки меня подкосила, хотя раньше такого не было. Эх, стареть сейчас точно не входит в мои обязанности… Но даже попка Лиды в моей любимой юбке не поднимала настроение. Да еще Арнольд выписался из больницы и решил присесть мне на уши.

— Можно, Илья Аркадьич? — генеральный поскребся, но тут же в дверях показалась его широкая физиономия. — Твоей милашки нет на месте.

Я против воли скрипнул зубами. Арни, тем временем, прошел в кабинет и демонстрировал цветущий вид. Хорошо его подлатали, удачную мы выбрали клинику. Теперь главное — мне не подпортить своему сотруднику здоровье.

— Лидия ушла перекусить, — я тоном подчеркнул полное имя помощницы, — у тебя какое-то дело, Арнольд Петрович? Я сегодня зашиваюсь, некогда болтать.

Улыбка сползала с лица генерального, он старался ее удержать. Я сам чуть не засмеялся. Арни, наконец, оставил свою мимику в покое и сел на стул для визитеров. Сбоку от стола. Распахнул новенький серый пиджак.

— Хотел еще раз поговорить насчет Логиновых.

Я выдохнул. Строительная компания, где сын хочет обмануть отца с нашей помощью. Только этого мне сейчас не хватает. Ладно, расставим окончательно точки.

— Ко мне на сборище с этим вопросом подходил Романов, — сообщил я Арнольду то, что он наверняка знал, — я не хочу ввязываться в это. Мы поставим под угрозу репутацию компании, зачем? Да и к тому же дело в принципе подлое.

Генерального вконец перекосило. Он молчал несколько секунд, а потом выдавил из себя смешок.

— Аркадьич, ты не на уроках. Там вещай про честный бизнес. Твой отец был более гибким…

Так, пора заканчивать этот базар.

— Не будем обсуждать моего отца за глаза, — перебил я своего топ-менеджера, — я — это я. И Логиновы пусть разбираются в своем семейном бизнесе сами. Этот вопрос закрыт. Ступайте работать, Арнольд Петрович.

По-моему, даже комнатный цветок, который поставила мне на стол Лида, пожух от моего ледяного тона. Арнольд тоже отпрянул, его лицо превратилось в маску.

— Слушаюсь, Илья Аркадьевич.

Хорошие отношения с работниками, это здорово, если они не мешают делу. Но иногда лучше установить дистанцию. А вообще я еще крепче задумался — а не отправить ли мне Арни на пенсию? Мне кажется, он устал и на дела фирмы ему все больше плевать.

Арнольд вылетел из моего кабинета, и почти сразу вошла Лида. В пальчиках поднос с большой белой чашкой на блюдце. Хм, она же всегда помнила, что я не пью бодрящие напитки днем. Даже говорить не надо было, как прежним секретарям.

— Это чай с медом и лимоном, — девушка ответила на мой безмолвный вопрос.

Я пожал плечами. Приятно, конечно, что она подсуетилась…

— Но я не просил.

Изящные женские брови сошлись на переносице. Не обиделась бы.

— Знаю, — но Лида осталась спокойной, — все равно выпей. Ты выглядишь каким-то больным.

Не сдержал смеха.

— Ну, спасибо.

Малышка смерила меня строгим взглядом.

— Я вообще-то волнуюсь, Разумовский.

Сердце Лиды, наверное, реально билось ко мне неровно, потому что вперед меня почувствовало мою болезнь. Я и правда, черт возьми, простыл! К вечеру состояние сделалось совсем хреновым. Я даже держался от любимой подальше, чтобы не заразить. А она окружила меня заботой.

— Завтра на утро я вызвала врача, — сказала она, когда я был уже в постели, — даже не спорь! У тебя температура больше тридцати восьми!

Я выдохнул.

— Значит, организм борется. Поспи сегодня у себя, а то и сама свалишься.

Лида поежилась.

— Хорошо. Иначе приемная останется совсем пустой. Потому что ты с завтрашнего дня на больничном, Разумовский.

Голос моей бывшей студентки был тверже металла. А из нее получится неплохой руководитель. (3303c)

— Не смейся, Илья, — любимая заметила мою довольную улыбку, — никто здесь не шутит.

— Слушаюсь, босс, — ответил я.

Эх, голова реально раскалывается.