Глава 2

– Ну что, принесла? – встретили меня товарищи, как только я переступила порог общежития.

– Ага. Принесла, – мрачно отозвалась я. – Принесла нелегкая нового ректора.

– И? – протянула Алька, хищно облизываясь. Полудриада обладала неуемным аппетитом и при этом умудрялась оставаться тоненькой, словно тростиночка.

– И он меня запалил, – я помрачнела еще больше.

– В смысле? Огнем? – изумленно пробасил Велька. Сын кузнеца и гномихи он был на полголовы ниже меня и обладал низким голосом, а так же повышенной волосатостью тела.

– В смысле засек, – я вздохнула. – Спустился с неба и…

Я обреченно махнула рукой, не желая посвящать друзей в перипетии общения с новым главой академии.

– И что? – Алька широко распахнула глаза.

– Да ничего, – буркнула я. – Отпустил.

– И все? Так что ж ты булочки не принесла, – возмутился приятель. – Теперь придется хлебать столовскую баланду!

– Зато не поправишься, – фыркнула Алька, – а то на мучном так раздашься, что скоро в дверь не протиснешься!

– На себя посмотри, – огрызнулся Велька, украдкой втягивая живот.

– А я-то что?

– Тебе булочки давать, только зря продукты переводить! На тебя чихнуть страшно, улетишь!

– А ты в сторону чихай, – мрачно посоветовала я, потирая виски. – И вообще, от ваших споров у меня голова болит!

– Это не от споров, а от голода, – авторитетно заявил Велька. – Скоро еще желудок урчать начнет! А потом – головокружение, и все…

– Что все? – буркнула я. – Смерть?

– Не-а. Рухнешь в обморок, головой приложишься и все – дура. Альке это не грозит, у нее мозгов нет, а тебя жалко.

– Ах ты… – возмутилась дриада, подхватывая под руку первую попавшуюся вещь и швыряя ее в полугнома. Не смотря на габариты тот легко увернулся.

– Видишь, я прав! – торжествующе провозгласил он, на всякий случай отходя к двери, поскольку Алька наступала, явно намереваясь придушить обидчика. Я с опаской озиралась, пытаясь сообразить,какие предметы лучше убрать подальше от разъяренной дриады.

От неизбежной потасовки спас звук горна: так в академии оповещали всех о необходимости срочного построения. Велька еле заметно выдохнул, а Алька опустила руки.

– Может сделаем вид, что не слышали? – предложила она.

– Гьёрум сразу заложит, – предупредила я, вспомнив злобного предводителя гоблинов. Незаконнорожденный сын вождя горного клана, Гьёрум, словно в отместку за свое происхождение и издевки в детстве, постоянно портил всем жизнь. – Потом неделю в карцере сидеть. Там булочек точно нет.

– Зато есть крысы, – радостно фыркнул Велька.

– И холодно, – подхватила Алька, кивая головой. – Так что – пошли!

Уныло переглянувшись, мы направились на центральный двор, на ходу застегивая мундиры.

– Кая, так все же, – громким шепотом допытывалась подруга, – что он с тобой сделал?

– Кто?

– Дракон?

Я пожала плечами, гадая как поумерить любопытство подруги. Повезло, что в этот момент мы поравнялись с однокурсниками. Я округлила глаза, и приложила палец к губам, призывая к молчанию. Алька послушно кивнула, но судя по взгляду, после построения меня ожидал допрос с пристрастием. В этот момент я даже порадовалась, что не принесла булочек, с подруги сталось бы есть их в моем присутствии после шести вечера, еще и аппетитно причмокивая.

Я покосилась на полудриаду, представляя себе эту картину, но та ничего не заметила, безмолвно кокетничая с парочкой здоровенных гоблинов. Кажется, они учились на год младше. Для меня гоблины все были на одно зеленое клыкастое лицо, и опознавать кого-то из них было крайне затруднительно, но для Альки это не составило особого труда. Подруга как раз успела назначить свидание, когда мы вышли на главный двор.

Он был образован тремя зданиями: собственно академией, общежитием для студентов, в свою очередь делящимся на мужскую и женскую части, и общежитием для преподавателей. Сейчас двор был полон адептов, а ступени крыльца учебного корпуса занял преподавательский состав во главе с уже знакомым мне обладателем начищенных сапог. Он с каким-то непонятным выражением рассматривал стоящих перед ним учеников академии. Под его взглядом здоровенные парни мялись, и отводили взгляд

– Какой мужчина, – ахнула Алька, подаваясь вперед и кидая плотоядные взгляды.

– Он не мужчина, а дракон, – буркнула я.

Дриада широко распахнула глаза:

– Только не говори, что это – он…

– Хорошо, не скажу, – послушно проговорила я. – Но это – наш новый ректор.

Как назло, в этот момент все стихло и мои последние слова, эхом отскакивая от стен, были хорошо слышны всем.

Дракон криво усмехнулся и шагнул вперед.

– Добрый день, – он говорил негромко но так, что всем было слышно. – Да, я ваш новый ректор – Кириан Ирайд Ар’ракьян

Толпа удивленно выждохнула: Ар’ракьян – королевский род и нечасто кто-то из нас мог воочию лицезреть его представителя еще и так близко. Что ж его так занесло в наше захолустье?

– Его величество просил меня заняться вашим заведением, – продолжал дракон, отвечая на наш невысказанный вопрос, – и, как я вижу, работы мне предстоит много.

Он сделал паузу, обводя стоявших перед ним адептов выразительным взглядом. Животы сразу же втянулись, пуговицы сами по себе застегнулись, а я подавила в себе порыв начать смахивать с потертой шерсти мундира прилипшие травинки и пятна ваксы. Даже абсолютно круглый декан кафедры бытовых заклинаний, в чьих жилах смешалась кровь гномов, людей и троллей, изо всех сил вытянулся и стал напоминать эллипс.

– М-да, – невесело заключил ректор. Мы дружно ответили таким же трагическим вздохом. Это не прибавило дракону настроения.

– Разруха начинается в головах.

– Это рыба гниет, – громким шепотом подсказал один из деканов. Ректор нахмурился:

– Простите?

– Рыба гниет с головы, – повторил тот.

– Значит, у нее разруха достигла апогея, – фыркнул дракон. – Итак, чтобы не последовать примеру гниющей рыбы, начнем с малого. Господа адепты, у вас есть целая ночь, чтобы привести форму в порядок! Это же касается и учительского состава!

Последняя фраза вызвала смятение на ступенях академии. Преподаватели завертелись, рассматривая себя и друг друга.

– Простите, а что не так с формой? – рискнула пискнуть секретарь. Некогда милая феечка Донателла непонятно каким образом много лет назад оказалась в академии, где отбросила крылья, а взамен отрастила зубы. Не знаю, зачем она это сделала, но теперь нужным ей людям феечка улыбалась не размыкая губ. Остальных она попросту игнорировала. А вот теперь, судя по томным взглядам, нацелилась на ректора. Иначе с чего бы ей так выпячивать грудь и надувать губы?

На дракона это не произвело никакого впечатления Он повернулся и просто посмотрел на феечку. Очень внимательно посмотрел, отчего Донателла стушевалась, и явно задумалась, не отрастить ли крылья заново, чтобы улететь из этого заведения.

– Вы устав читали?

– Да, конечно! – она взмахнула длинными ресницами, приводящими в трепет любого, но не стоящего перед ней дракона.

– Прекрасно. Тогда поясните всем, что не так с вашим видом? – он выразительно посмотрел на платье, облегающее ладную фигуру. Донателла вспыхнула, ее губы дрогнули, обнажая ряд острых клыков, но она сразу же плотно сжала губы и опустила голову.

– Рад, что мы поняли друг друга сразу, – кивнул дракон и повернулся к нам. – Что стоим? Извольте исполнять!

Мы переглянулись и поторопились вернуться в общежитие.