Глава 13

Утро началось с того, что на деревянный пол моей хижины с глухим стуком упал огромный, размером с кувшин для вина, клык.

Я резко села на топчане, протирая заспанные глаза. В утреннем полумраке клык казался высеченным из желтоватого нефрита, а на его загнутом конце все еще блестели капли мутного яда, от которого деревянные половицы начали с тихим шипением чернеть.

Шэнь Лохао стоял у стола, скрестив руки на груди. Он уже был одет в серые штаны и рубаху послушника, а его волосы были небрежно отброшены за спину. В его глазах плясали довольные золотые искры.

— Это клык Трехглазого Каменного Питона, — спокойным, лишенным эмоций тоном сообщил он, словно говорил о сорванном цветке. — Его чешуя и мясо в моем пространственном кармане. Ядро я съел. Ты говорила, что тебе нужны камни, на которые слабые обменивают вещи. Возьми это и продай.

Я перевела взгляд с клыка духовного зверя пятого ранга на Лохао, а затем снова на клык. Сонливость испарилась, уступив место привычной, почти родной панике.

— Пятого ранга? — просипела я, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом. — Лохао, Трехглазые Питоны водятся только в глубинах Сумрачного леса! Туда ходят лишь Старейшины! Если я, ничтожная ученица третьего уровня Конденсации Ци, принесу на рынок клык такого зверя, меня немедленно арестуют! Они решат, что я украла его из сокровищницы!

Золотые глаза дракона сузились, довольство сменилось раздражением.

— Люди — невероятно глупые создания. Если ты приносишь добычу, значит, ты ее заслужила. Какая разница, кто ее убил? — он подошел к клыку и брезгливо пнул его босой ногой, отчего яд брызнул на ножку стола. — Выбросить?

— Нет! Стой! — я вскочила с кровати, лихорадочно соображая.

Клык Питона стоил целое состояние. На эти деньги можно было купить не только сотню мешков отборного духовного риса, но и качественные пилюли для восстановления меридианов, теплые одежды и даже защитные артефакты. Это был шанс вырваться из нищеты, в которой я прозябала годами. Но риск был колоссальным.

— Мы не выбросим его, — я решительно покачала головой, подходя ближе, но стараясь не наступить на ядовитые капли. — Мы его продадим. Но не в Зал Укротителей Ордена, а на Вольном Рынке у подножия горы. Туда приходят бродячие культиваторы, торговцы из других сект и наемники. Там не задают лишних вопросов, если ты готов скинуть цену.

— Мы? — Лохао уловил суть мгновенно. Он шагнул ко мне, его аура едва заметно потеплела. — Ты хочешь взять меня с собой в муравейник?

— Я вынуждена, — честно призналась я, глядя ему в глаза. — Во-первых, я не могу нести такую тяжесть одна. Во-вторых... там опасно. Вольный Рынок полон мошенников и убийц. Если они увидят слабую девушку с сокровищем пятого ранга, меня убьют в первой же подворотне и заберут всё. Мне нужен страж. И ты... ты подходишь.

То, как его грудь гордо выпятилась при слове «страж», было бы смешным, если бы не осознание того, насколько он смертоносен.

— Я уничтожу любого, кто посмеет на тебя посмотреть, — пообещал он тоном, от которого у меня мороз пробежал по коже.

— Вот именно этого делать и не нужно! — я всплеснула руками. — Лохао, послушай меня внимательно. Если мы идем вместе, у нас должна быть легенда. Ты не можешь быть Владыкой Бездны. И ты не можешь убивать людей за взгляды.

Я подошла к своему сундуку и вытащила оттуда старую, широкую бамбуковую шляпу — доули, к краям которой была пришита плотная черная вуаль. Такие шляпы часто носили бродячие мечники, желающие скрыть свое лицо.

— Ты будешь моим дальним родственником, — я подошла к нему и встала на цыпочки, чтобы надеть шляпу на его голову.

Лохао инстинктивно дернулся назад, когда бамбуковые края коснулись его волос, но, поймав мой умоляющий взгляд, стиснул зубы и замер. Я аккуратно завязала тесемки под его волевым подбородком. Вуаль скрыла его поразительное лицо и, что самое главное, светящиеся нечеловеческим золотом глаза.

— Твое имя — Шэнь, просто Шэнь. Ты странствующий воин, который занимается физической культивацией, закаляя тело, поэтому у тебя нет ярко выраженной ци, — я расправляла складки серой рубахи на его груди, стараясь говорить уверенно. — Ты немой.

Из-под вуали раздался глухой, возмущенный рык. Рука Лохао метнулась вперед, перехватывая мое запястье.

— Я не немой. Я выучил язык этого стада.

— Знаю, — я мягко погладила его пальцы, заставляя ослабить хватку. — Но твой голос... он вибрирует силой. Если ты заговоришь, любой опытный практик поймет, что ты не обычный человек. Твой говор, твои интонации — всё выдает в тебе хищника. Поэтому ты просто молчишь и грозно стоишь за моей спиной. Я буду говорить за нас двоих. Договорились?

Он долго молчал. Под черной тканью я чувствовала тяжесть его пристального взгляда. Наконец, он коротко, резко кивнул.

— И еще одно, — я понизила голос, обхватывая обеими руками его горячую ладонь. — Рынок — это море людей. Они будут толкаться, шуметь и пахнуть. Пожалуйста, Лохао. Помни, что они не еда. Не добыча. Они просто... декорации. Не обращай на них внимания.

— Декорации, которые суетятся и раздражают, — процедил он сквозь зубы. — Я буду смотреть только на тебя, Цзиньси. Но если декорация попытается тебя коснуться... я ее сломаю.

С этим мне пришлось смириться. Я завернула ядовитый клык в несколько слоев промасленной бумаги, спрятала его на дно плетеной корзины и мы вышли из хижины.

*******************************************

Вольный Рынок находился в долине, зажатой между двумя отвесными скалами, прямо у границ защитного барьера Ордена Парящих Облаков. Это было место, где праведность встречалась с пороком, а высокие идеалы культивации разбивались о жажду наживы.

Уже на подходе к рыночным воротам воздух стал густым от запахов: жареного мяса духовных зверей, сладковатого дыма алхимических печей, дешевых благовоний и немытых тел. Шум стоял невообразимый. Торговцы надрывали глотки, зазывая покупателей, звенели медные монеты, ржали ездовые лошади и клекотали прирученные грифоны.

Я шла впереди, крепко сжимая ручку корзины. Лохао следовал за мной след в след, словно привязанный невидимой нитью.

С того момента, как мы ступили на главную улицу рынка, я почувствовала, как меняется его аура. Он выполнял свое обещание прятать ци — для компасов и духовного зрения он оставался пустым местом, но его физическое присутствие скрыть было невозможно.

Он был слишком высоким, слишком широкоплечим. Его походка, лишенная человеческой суетливости, напоминала скольжение пантеры. Несмотря на убогую серую одежду и бамбуковую шляпу, скрывающую лицо, люди инстинктивно расступались перед ним. Толпа, плотная как стена, раздвигалась, образуя вокруг нас невидимый коридор пустоты. Никто не смел толкнуть его плечом, никто не пытался перекрыть нам путь. Человеческие инстинкты, заложенные глубоко в подкорке, вопили о том, что рядом идет высший хищник.

Я остановилась у лавки, торгующей низкоуровневыми талисманами, чтобы перевести дух.

— Как ты? — едва слышно спросила я, делая вид, что рассматриваю желтые бумажки с киноварными иероглифами.

Лохао встал так близко, что его грудь почти касалась моего плеча. Из-под черной вуали донеслось тяжелое, контролируемое дыхание.

— Их слишком много, — его шепот, переданный напрямую в мой разум с помощью телепатии, прозвучал резко и напряженно. — Они пахнут гнилью и слабой ци. У каждого внутри горит крошечный огонек ядра. Это похоже на рой светящихся мух. Я мог бы поглотить их всех за один вдох. Зачем они так кричат?

Я вздрогнула. В его восприятии этот шумный, живой рынок был просто столом, уставленным крошечными, суетливыми закусками.

— Не обращай внимания, — мысленно, надеясь, что моя связь работает в обе стороны, ответила я и осторожно нащупала его руку, спрятанную в широком рукаве серой рубахи, и переплела свои пальцы с его. — Смотри на меня.

Его пальцы, горячие и твердые, мгновенно сжались, отвечая на хватку. Я почувствовала, как его дыхание выровнялось. Мое прикосновение было для него якорем в этом океане раздражителей.

Мы двинулись дальше, направляясь к Теневым Рядам — месту, где скупали ингредиенты без вопросов о их происхождении.

Чем глубже мы заходили, тем темнее и уже становились улицы. Здесь не было ярких фонарей, а лица торговцев скрывали глубокие капюшоны. На прилавках лежали странные вещи: кости неизвестных существ, флаконы с мерцающей черной кровью, иссохшие корни, похожие на человеческие пальцы.

Я выбрала лавку старика, он курил длинную трубку, выдыхая сизый дым, пахнущий дурманом. В его ауре чувствовалась сила Возведения Основания — он был не простым торговцем.

— Уважаемый, — я вежливо поклонилась, ставя корзину на прилавок. — У меня есть товар, требующий оценки.

Старик лениво приоткрыл один глаз, скользнул взглядом по моей дешевой одежде, затем перевел взгляд на высокую, безмолвную фигуру Лохао за моей спиной. Глаза старика на мгновение сузились. Он явно пытался прощупать моего спутника духовным чутьем, но наткнулся на абсолютную пустоту. Это озадачило его и заставило проявить каплю уважения.

— Показывай, девочка, — сиплым голосом велел торговец.

Я развернула промасленную бумагу, обнажая желтоватый, сочащийся ядом клык.

В глазах старика вспыхнула жадность, он подался вперед, забыв про трубку.

— Клык Трехглазого Питона... и свежий! Яд еще не кристаллизовался. Где ты взяла это сокровище, дитя? Неужели твой немой спутник завалил такую тварь?

— Это не имеет значения, уважаемый, — я сохраняла спокойный тон, хотя сердце билось как сумасшедшее. — Имеет значение только цена.

Старик хмыкнул, доставая костяные щипцы. Он аккуратно приподнял клык, осматривая его на свет.

— Триста низкоуровневых духовных камней. За то, что я не буду задавать вопросов.

Триста! Этого хватило бы на три года безбедной жизни во Внешнем дворе! Я едва не задохнулась от радости, но сжала зубы, вспоминая уроки выживания.

— Пятьсот, — твердо сказала я. — Вы сами сказали, яд свежий. Этот клык можно использовать для создания оружия стадии Формирования Ядра. Пятьсот камней, и мы уйдем, забыв дорогу к вашей лавке.

Старик прищурился. Из-под его прилавка вдруг скользнула длинная, уродливая тень. Это была прирученная теневая сколопендра — духовный зверь-охранник четвертого ранга. Она зашипела, щелкая ядовитыми жвалами, и угрожающе приподнялась, нависая над моей корзиной. Торговец решил надавить на мой страх.

— Триста пятьдесят, девчонка. Не жадничай, иначе мой питомец может решить, что ты сама — неплохая закуска.

Я инстинктивно отшатнулась от клацающих жвал монстра.

И это стало роковой ошибкой.

В ту же секунду температура вокруг нас упала до ледяного минимума. Воздух стал настолько плотным, что старик за прилавком поперхнулся дымом.

Лохао даже не пошевелился. Он просто сделал полшага вперед, закрывая меня своим плечом. Из-под черной вуали сверкнули два вертикальных золотых луча.

Теневая сколопендра, существо, не знающее страха, вдруг издала звук, похожий на визг избитой собаки. Ее длинное, сегментированное тело судорожно скрутилось. Она рухнула на пол лавки, вжалась в пыльные доски и начала исступленно биться в конвульсиях, пытаясь зарыться под землю, подальше от ауры истинного Владыки.

Старик побледнел, его трубка выпала из дрожащих рук и со стуком покатилась по прилавку. Он посмотрел на Лохао, затем на свою забившуюся в ужасе тварь, и его глаза расширились от понимания. Он не видел ци моего спутника, но реакция зверя сказала ему больше любых артефактов. Перед ним стояло существо, чей ранг он даже не мог осмыслить.

— П-пятьсот... — пролепетал старик, дрожащими руками доставая из-под прилавка тяжелый кожаный мешочек, от которого исходило густое сияние духовной энергии. — Пятьсот камней, как и просила юная госпожа! Берите! И молю, заберите своего... уважаемого господина... из моей лавки!

Я быстро сгребла мешочек, бросила последний взгляд на перепуганного до смерти торговца и, схватив Лохао за рукав, потащила его прочь из Теневых Рядов.

Мы шли быстро, петляя между павильонами, пока не вышли на более светлую и широкую улицу, где торговали шелком и пилюлями.

— Зачем ты это сделал? — прошипела я, когда мы немного затерялись в толпе. — Я бы сама с ним договорилась!

— Его многоногий червь посмел угрожать тебе, — мысленный голос Лохао был наполнен ледяной яростью. — Он должен благодарить свои жалкие Небеса за то, что я не заставил этого червя сожрать его заживо. Я обещал не трогать людей, о червях уговора не было.

Я вздохнула, крепче сжимая тяжелый мешочек с камнями. Он был прав. Если бы не он, старик мог бы просто ограбить меня, натравив свою тварь.

— Ладно. Ты молодец, — сдалась я, и напряженные плечи Лохао мгновенно расслабились от моей похвалы. — У нас есть деньги. Теперь мы можем купить тебе нормальную одежду. Ты не можешь вечно ходить в обносках послушника. И мне нужны травы для восстановления.

Мы остановились у павильона «Шелковый Журавль», одного из самых дорогих на рынке. Внутри пахло лавандой и дорогой древесиной, а на манекенах висели роскошные одеяния из духовного шелка, способные отражать атаки низших демонов.

Пока я выбирала для него комплект глубокого черного цвета, расшитый скрытыми защитными формациями по краям, Лохао стоял у входа, скрестив руки на груди. Я чувствовала, что ему не нравится находиться в светлом помещении, но он терпел.

Когда покупка была оплачена, и Лохао переоделся за ширмой в новые одежды, он вышел, и у меня перехватило дыхание.

Черный шелк струился по его телу, подчеркивая ширину плеч и узкую талию, стянутую жестким поясом с серебряной пряжкой. Даже бамбуковая шляпа с вуалью не могла скрыть его поразительной, демонической стати. Он выглядел как молодой господин влиятельного клана, путешествующий инкогнито.

— Ткань мягкая, почти как твоя кожа, — телепатически сообщил он мне, делая шаг навстречу. В его мысленном голосе появились мурчащие нотки. — Мне нравится.

Я поспешно отвернулась, чувствуя, как краснеют уши, и направилась к лавке травника напротив.

Именно здесь, в самой невинной части рынка, случилось то, чего я так отчаянно пыталась избежать.

Я стояла у прилавка, выбирая Корень Ледяного Лотоса, когда позади меня раздался знакомый, самоуверенный голос:

— Какая неожиданная встреча! Ученица Сунь Цзиньси. Неужели мусор Внешнего двора скопил пару медных монет на покупку сушеной травы?

Я замерла, холодок пробежал по позвоночнику. Это был Линь Сюэ, ученик шестого уровня Конденсации Ци, один из самых заносчивых юношей в нашем потоке. Он славился не только своим состоянием, но и тем, что любил приставать к слабым ученицам. И он всегда смотрел на меня с тем сальным, неприятным интересом, от которого хотелось смыть с себя кожу.

Линь Сюэ подошел ближе. На нем были дорогие белые одежды, а в руке он покачивал веер. За его спиной хихикали двое прихвостней.

— Я слышал, к тебе вчера ночью заходил надзиратель Чжао Мин, а потом его нашли в лесу с раздробленной рукой, — Линь Сюэ склонился ко мне так близко, что я почувствовала приторный запах его одеколона. — Что ты с ним сделала, крошка? Позвала на помощь дикого зверя? Или... просто слишком сильно брыкалась?

Он протянул руку и нагло, уверенно коснулся кончиками пальцев моей щеки, собираясь ущипнуть меня.

Время вокруг нас словно остановилось.

Шэнь Лохао, стоявший в двух шагах, до этого момента был неподвижен как статуя, но стоило пальцам Линь Сюэ коснуться моей кожи, как статуя ожила.

Это не было движением человека. Это был бросок тени.

Никто не успел даже моргнуть. Я лишь почувствовала порыв ветра, а в следующую секунду Линь Сюэ сдавленно хрипел, оторванный от земли.

Высокий, затянутый в черный шелк мужчина держал его за горло одной рукой. Пальцы Лохао, бледные и безжалостные, сомкнулись на шее культиватора, перекрывая ему доступ к кислороду и ци одновременно.

Бамбуковая шляпа Лохао слегка съехала, и из-под черной вуали на Линь Сюэ уставились два горящих, сузившихся до тончайших игл вертикальных зрачка.

Аура Бездны, которую Лохао так тщательно сдерживал всё это время, вырвалась наружу. Она не затронула меня, но для всех остальных на рыночной площади мир погрузился во мрак. Воздух стал тяжелым, как гранит. Торговцы попадали на колени, не в силах вынести давления. Прихвостни Линь Сюэ упали в обморок, пуская пену изо рта. Небо над долиной мгновенно затянуло черными, грозовыми тучами.

Лохао не рычал, он не издавал ни звука. Дракон Бездны просто смотрел на человека, посмевшего прикоснуться к его Жене, и в этом молчании читался смертный приговор.