Глава 15

Есения

— Мам. Привет, мы приедем вечером. Скажи во сколько быть.

— Гости придут к восьми, но ты приезжай пораньше часам к шести.

— Зачем это?

— Дочка тебя надо одеть как следует, сделать макияж. Отец и так злится, что ты отвергаешь его помощь, да еще таким тоном. Не рассчитывай, что он встретит тебя с распростертыми объятьями. Но если он увидит, что ты начала вести светскую жизнь потихоньку. Он сам тебе поможет.

— Будем раньше, — отвечаю я и кладу трубку.

Отец еще и обижается. Интересно, а он рассказал маме о том, что нашел для меня клинику психологической помощи и обещал отправить меня туда.

К четырем часам вечера мы приехали к моим родителям. Отца не было дома, чему я очень обрадовалась.

Мама занималась организацией.

— Дочка привет, — обняла меня мама.

— Познакомься это Алексис.

— Алексис — это моя мама тетя Лена.

— Очень приятно, — улыбается Алексис.

— Девочки бегом на второй этаж в белой гостиной стилисты. Приведут вас в порядок и одежду подберут. Алексис ты прекрасно выглядишь. Есения, ну прием же, а ты в джинсах.

— Я понимала, что ты меня переоденешь.

В белой гостиной шесть девушек сразу же взяли нас в оборот. Две подбирали одежду, обувь и аксессуары. Через час у меня уже голова шла кругом. К шести часам я смотрела в зеркало и не узнавала себя. Макияж, прическа, дорогая одежда, подобранная со вкусом. Наверно именно такой меня и хочет видеть отец. Только это не я. Кто-то чужой.

Мы спустились с Алексис вниз, где моя мама встречала гостей. Она осталась довольна моим внешним видом. Потихоньку начали приезжать ее гости. Мама знакомила меня, непринужденно, вроде как между прочим рассказывала о том, чем я занимаюсь. С упоением говорила, как гордится моей работой и как она важна для мира. Гости улыбались, слушали, но в их глазах я видела фальшь. Они просто оценивали, станет ли моя работа хорошим козырем для их репутации.

— Есения, — слышу знакомый голос позади себя. Поворачиваюсь и вижу свою подругу. Бывшую подругу. Которая прекратила все общение со мной, как только у отца начались проблемы и с видом, что ничего не произошло она стояла сейчас и улыбалась.

Виктория Колокольникова.

— Привет, Виктория, — здороваюсь я.

— Виви, Виви. Ты что забыла? — кривит губы Виктория, — Я так рада, что ты снова посещаешь светские мероприятия. Мы можем сходить на шопинг и в салон вместе. Я скучала по нашей дружбе. Наверно в Англии много всего интересного. Ты должна мне все рассказать.

Серьезно? К чему это лицемерие? Мы никуда не пойдем вместе. Когда у отца начались проблемы, Виви позвонила мне и сказала, чтобы я больше не смела ей звонить. А теперь притворяется, что мы были подругами. Что она ничего не знала о проблемах отца.

— Твоя мама говорила, что ты в фонде работаешь.

— Да.

— Хороший план, — смеется Виви и подмигивает.

— Ты, о чем? — переспрашиваю я.

— Да ладно. Я обо всем догадалась. Вся такая хорошая и делом занята таким важным и мужика себе можно подобрать. Раз много отсыпает на всякую ерунду вроде бедняжек, значит проблем с финансами нет. Хорошая страховка. Я не догадалась до такого.

Я закатываю глаза. Ну что за глупости она несет.

— Мне просто нравится заниматься этим, — бурчу я.

Виви начинает смеяться, берет бокал с шампанским и делает пару больших глотков.

— Ну мне хоть не рассказывай. Я почти тебе поверила, что ты правда думаешь об ущербных.

— Виви, прекрати.

— Ладно, ладно. Хотя знаешь ты все правильно делаешь. Такие, как мы заслуживаем жить в шоколаде. Мой папа уже позаботился о моем будущем. Кстати скоро моя помолвка и приглашаю тебя. Через тетю Лену передам приглашение. У меня сейчас столько дел. Нужно к свадьбе готовиться, все на мне. Я даже бокалы сама выбираю. Все должно быть идеально.

— Хорошо, — говорю я и смотрю по сторонам в поисках отходного маневра, — О, мне к маме нужно. Увидимся.

— До встречи, — улыбается Виви.

Мы уходим в другой конец зала.

— Это что было? — смеется Алексис.

— Это Виви. Мы общались раньше.

— А сколько ей лет?

Я начина смеяться.

— Виви всегда хотела выглядеть постарше. Она младше меня на полгода.

— Жесть. У нее свое, что-то осталось?

— Я не знаю. Она пробует на себе все, что рекламируют.

Вечером у меня голова шла кругом, слишком много людей с которыми я общалась. Как результат мне удалось убедить несколько человек прийти на благотворительный ужин. Мама обещала, что поможет уговорить еще и через две недели гостей на благотворительном банкете будет много.

К ночи я уже еле ходила. Лицо свело от улыбки, которую нужно было все время держать на лице. Хотелось только одного уехать в общежитие и лечь спать.

— Дочка надо поговорить, — сказал отец, взяв меня за локоть и отведя в сторону, — Пойдем в мой кабинет. Это важно.

Не знаю, о чем хочет поговорить, но сил сопротивляться нет. Хотя и серьёзный разговор лучше бы отложить на завтра. Я прошу Алексис подождать меня и иду с отцом в его кабинет. Папа достает из бара бутылку виски наливает себе, делает большой глоток и садится в кресло.

— О чем ты хотел поговорить? — спрашиваю я, садясь на диван.

— О твоем будущем.

— В плане?

— Дочка я очень рад, что ты сегодня пришла на ужин. И наконец-то ты выглядишь, так что тобой можно гордиться. Столько комплиментов в твой адрес. И твоя работа лишь повышает статус.

— Я это делаю не для статуса.

— Я знаю. Если ты будешь чаще посещать светские мероприятия, буду очень доволен.

Я закатываю глаза. Ну вот все переиначил.

— Пап. Ты доволен, я рада. Я могу ехать к себе?

— Подожди. Я видел ты с Колокольниковой общалась. Она хорошая компания. Она хороший пример для подражания.

Я скривилась. Вот уж пример для подражания. Прожигательница жизни без цели, но со средствами.

— Я ее терпеть не могу. У нее кроме салонов и шопинга в голове больше ничего нет.

— За то она отца слушается и делает все, что он говорит.

— Ну это прекрасный пример. Я, пожалуй, пойду, спасибо за угощения и вечер, — я встаю, но отец поднимает руку жестом и говорит, чтобы я осталась.

— Есения я могу показать тебе кое-какие бумаги, чтобы ты поняла меня. Только маме не говори.

Я останавливаюсь внутри все похолодело. Не нравится мне его просьба не говорить маме. Внутри словно все обрывается. Я боюсь, того что он мне покажет и словно уже знаю, что это будет.

— Нет только не это, — шепчу я.

Отец тяжело вздыхает и протягивает мне лист. Больше всего я боюсь увидеть так диагноз. Но мы оба понимаем, что там будет.

— Да. Пока только подозрение, — мрачно говорит отец.

— Врачи же обещали, что опухоль не вернется.

— Ну они не боги. Пока только подозрения. И я хотел бы на случай если мне станет совсем плохо. Что бы была в хороших руках. И мама ни в чем не нуждалась.

Я не хочу это слышать.

— Что это значит?

— Я хочу найти тебе достойного жениха.

— Нет. Я не хочу! Это здесь при чем?

— При том Есения, что я уже обжигался с Борисом. И могу довериться только человеку, который будет в нашей семье. Мне нужна помощь в управлении бизнесом. Нужно на кого-то положиться.

— Ты хочешь выгодно пристроить меня? Для этого Вику позвал в гости? Что бы она показала, как надо радоваться жизни?

— Я хочу не волноваться о тебе и маме. Диагноз еще не точный. Но мы должны быть готовы к любому исходу.

— Нет пап. Даже не думай об этом, ты сильный. Один раз уже победил эту заразу, справишься и теперь.

Папа подходит обнимает меня.

— Ну не волнуйся. Обещай подумать об этом. Большего не прошу и приезжай в гости почаще. Я буду бороться. И маме не говори ничего.

Я расплакалась. Снова все возвращается. Я так зациклилась на себе, что даже не подумала, что отец может снова заболеть. Злилась на него. А он просто снова заболел. На душе словно камень, не дающий дышать.

Мы с Алексис не поехали в общежитие, остались до утра. После ухода гостей папа разжег камин, мы сидели напротив и болтали как в детстве. Только бы болезнь не возвращалась. Как же я боялась этого. Как надеялась, что все обошлось. Но видимо судьба сама расставляет приоритеты.