Эпилог

Эпилог

Доминик

Я просыпаюсь крепко прижимая Есению к себе, каждую ночь я боюсь ее потерять.

— Доминик, пусти я завтрак приготовлю, — шепчет моя малышка, но я лишь сильнее прижимаю ее к себе.

— Неа, отказываюсь я, — Сбежишь еще от меня, потом искать тебя. Переубеждать.

Малая целует меня.

— Мне знаешь ли сложно теперь бегать, — смеется Есения.

— Мама кусать, — слышится голос нашей дочки, которая запрыгивает на кровать.

— Ну я же говорила. Надо завтрак готовить, — ворчит Есеня, ей уже сложно ходить, совсем скоро появился мелкий.

— Завтрак от папы, — говорю я, подхватываю Аленку и несу на кухню.

Прошло пять лет, а я все боюсь их потерять. Есения ни в какую не хочет общаться с отцом, оно и понятно. Абрамов понял свою ошибку не раз он мне звонил и просил помощи, но заставлять Есению я не стану. А вот тетя Лена частый гость у нас, она все пытается узнать причину, но мы не хотим ее беспокоить.

Со своим отцом я общаюсь редко, он полностью понял свое поражение. Мне кажется ему даже проще стало. С Виолой он разошелся и теперь просто прожигает жизнь.

Я стою, готовлю завтрак для своих девочек. На работе не хочется совершенно.

Есения обнимает меня, ее круглый живот упирается мне в спину, живот ходуном ходит.

— Малой не обижай маму. Ты как? — поворачиваюсь я к своей жене.

— Футболист будет.

— Нет в папу дзюдоист. Он приемы в животе отрабатывает.

— Договорись с ним, чтобы потерпел немного. Вот выйдет тогда пусть и отрабатывает.

Я глажу живот Есени.

— Малой ну немного поспокойней надо быть, мама не соперник, она и так мелкая. Вот родишься потом стыдно станет.

Есеня должна родить на днях. Я стараюсь как можно больше работы забрать на себя. Абрамов трезвонит каждый день. Он очень хочет помириться, но я не буду настаивать. Есения сама должна решить, хочет она этого или нет.

Есения смеется, Аленка разворачивает мое лицо требуя внимания к себе и громко чмокает меня в нос. Ты же моя девочка. Мамина копия, которую я обожаю. Понятия не имею за, что мне так повезло и жизнь наградила меня такими девчонками. В них вся моя жизнь. Мой покой. Моя соседка, которую я люблю с детства, стала моей женой. Я честно вытерпел долгую френдзону, но она стала моей, родила мне дочку и теперь носит под сердцем моего сына. Я шел до конца, добивался и вот моя награда в виде милой соседки, что жила рядом.

Есения

Я смотрю на мужа и мне не верится, что мы с ним сумели все пройти. Это был длинный путь. Он стал старше, но остался все тем же человеком. Он мой дом, мое сердце, мой самый лучший друг и мой любимый мужчина способный защитить от всего.

Доминик готовит на кухне, мелкая крутится у него на руках.

— Аленка не мешай папе.

— Оставь, — говорит Доминик, он с удовольствием проводит время с дочкой, — Мне не сложно. Да. Мы сейчас маме такой завтрак приготовим.

Я улыбаюсь, наблюдая за ними. Делаю пару шагов и понимаю, что пол мокрый.

— Ой, ой, ой, — я смотрю под ноги и понимаю, что началось, — Доминик.

— Да малая.

— У нас проблемы, — говорю я, показывая на пол.

Лицо Доминика меняется. Он начинает бегать по дому.

— Сумка в спальне, — говорю я.

— Как можно быть такой спокойной? — кричит Доминик взволнованный.

Доминик носится по дому, то Аленку не пойми, как оденет, то сумку с вещами потеряет. Я спокойно одеваюсь, стою в коридоре, жду мужа. Ну почти всегда на него можно положиться. Сейчас он, паникуя, бегает с выпученными глазами. И выглядит словно подросток, а не директор холдинга.

— Я сейчас сама поеду, — кричу я Доминику.

Гормоны зашкаливают и у меня страха нет никакого. Кое-как нарядив Аленку, не пойми, как одевшись сам Доминик наконец-то везет меня в роддом. Долго настаивает, что он должен присутствовать, но я гоню его прочь. Этого еще не хватало, в прошлый раз он также рвался держать меня за руку, но я была против. Никак не могу ему этого позволить.

— Ваш муж сумасшедший. На него полицию надо вызывать. Ругается как черт на всех. Звонит всем подряд, — жалуются врачи на Доминика.

Ну он такой. Когда я первый раз ехала в роддом, все было также. Он паниковал, кричал и страшно волновался. Но как только его пустили в мою палату, он не отходил ни на минуту. Ночами помогал с Аленкой сидеть. Я даже не понимаю, когда он успевал работать. Доминик окружил нас заботой. Единственное его правило, это у Аленки своя отдельная комната с самого детства, утром, пожалуйста, но ночью только у себя.

Судя по телефону, который не переставал звонить Доминик уже всех обзвонил и всем рассказал. Скорее всего скоро в палату прилетит моя мама, часа через четыре мама Доминика и конечно Алексис. Моя подруга тоже беременная и я не стану рассказывать кто именно ее муж. История слишком запутанная. Но Марик костьми лег, чтобы завоевать Алексис. После ее ухода все изменилось в обратную сторону.

Через три часа, Доминика пустили ко мне и сыну.

— Малая так нельзя, она себе рожает спокойно, а я там нервничаю, — возмущается Доминик.

Я начинаю смеяться. Я тут спокойно, а он нервничает. Ну да.

— Я обожаю тебя малая. А ну-ка давай знакомиться с папкой, — говорит Доминик и с большим страхом берет сына на руки, — Семен.

— Что?

— Назовем Семен. Была у меня одна девочка Сенька, теперь и сын Сеня. В честь тебя, — говорит Доминик и целует меня в щеку по которой катится слеза, но не грусти, а счастья.