19. Алиса

Выйдя из дамской комнаты, я едва ли не бегом бросилась столику, за которым меня ждал Витя. Меня всю колотило от ненавистной женщины, подпортившей мне столько крови. Как же сильно она одержима Виктором, раз ведёт себя подобным образом? Вместо того чтобы извиниться или просто мимо меня пройти, Марина Рудольфовна воспользовалась случаем и в очередной раз наговорила мне мерзостей. Неужели, она ещё на что-то надеется после того, как Соболев жёстко порвал с ней любые отношения? – Что-то случилось, милая? –обеспокоенно спросил Витя, когда я тяжело опустилась на свой стул. – На тебе лица нет. Будто приведение увидела. – Так и было, – дрожащим от волнения голосом ответила я. – Пересеклась с Мариной Рудольфовной в туалете. – Что? – не меньше моего удивился Витя. – Какого чёрта она здесь делает? – Понятия не имею, – буркнула я. – Ужинает, наверное. Вить, давай домой поедем? – Мы же только что заказали десерт? – напомнил он. – Что она тебе наговорила? Это она тебе настроение испортила? – Сказала, что вы до сих пор встречаетесь, – честно ответила я. Я прекрасно помнила, что случилось в тот раз, когда я попыталась уйти от выяснений отношений. Больше никакого вранья и замалчивания проблем. Я решила всё говорить прямо своему мужчине, чтобы не плакать потом от сложившихся недоразумений. – Ты сейчас серьёзно? – поморщился Витя. – Я, конечно, не поверила в её россказни, но… – Пойду поговорю с ней! – решительно поднялся из-за стола Виктор. – Это уже ни в какие ворота не лезет! Мне было приятно, что Витя решил поставить на место эту фурию в стремлении заступиться за меня, но как же мне не хотелось скандала. Как бы я ни храбрилась и не утешала себя тем, что Маргарита Рудольфовна просто сумасшедшая, вечер был уже безнадёжно испорчен. К чему ещё одна ссора с ней? Не слишком ли много внимания к её персоне в такой прекрасный день? – Вить, стой! – поймала его за рукав. – Не надо, прошу! Она пьяная. Несёт всякую чушь! Не связывайся. – Марина снова лезет в нашу с тобой жизнь! – настаивал на своём Виктор. – Если её не угомонить, неизвестно, что она в следующий раз придумает. – Да бог с ней! Всё! Успокойся! Давай заберём десерт и прогуляемся по городу? – Ты слишком добра к ней, – опустился на место Витя. – Наверное, ты права, не стоит она того. Мы дождались, пока нас рассчитают, и попросили завернуть десерт с собой. Гуляли по вечерним улочкам города, ели десерт у фонтана и хохотали как дети. О Марине Рудольфовне никто из нас не обмолвился словом. Тем не менее женщина не выходила у меня из головы. У нас с Витей всё было шикарно, отношения шли своим чередом, но нет-нет, я вспоминала о Марине Рудольфовне. Не то чтобы ревность, но какое-то неприятное чувство поселилось в душе. Может быть оттого что у нас с Витей всё шло гладко, было немного тревожно. Вдруг это счастье не вечно? Что если случится что-то очень нехорошее, непоправимое, то что разрушит наши неокрепшие отношения до самого основания, не оставив камня на камне? И почему-то с этой тревожностью рука об руку шла бывшая Вити. Я пыталась гнать от себя дурацкие мысли, сосредоточиться на хорошем и приятном, но не всегда получалось. Мне начали сниться кошмары, порой мучила бессонница. До встречи с Мариной Рудольфовной в том ресторане я подобным не страдала. Даже Витя заметил во мне эту перемену. – Что с тобой, родная? – ласково спросил он, отвлёкшись на секунду от дочери. Она стояла возле дивана, вцепившись ручками в обивку, перебирая на месте ножками, а Витя сидел рядом, следя за каждым её движением. Мы ждали, что она вот-вот пойдёт, но она пока боялась ходить без чьей-либо помощи. – Не знаю, – вздохнула я. – На душе неспокойно. – Ты слишком много работаешь, Алиса. – Витя поднялся с пола и обнял меня. – Может, мы всё же подыщем няню? Или ты перестанешь работать? Ты так себя загонишь. Я не могла объяснить, что конкретно меня тревожит. Наверное, Витя прав, стоит подыскать помощницу, хотя бы на несколько часов в день. Мои родители уехали, и я только сейчас поняла, как это здорово – отвлечься от бытовых вопросов и ребёнка на некоторое время и заняться чем-то для себя. Работу я оставлять не собиралась. Это не обсуждалось, а вот няня… – Я согласна на няню, – вымученно улыбнулась я Вите. Было приятно, что он продолжает заботиться обо мне, что советует, а не навязывает свою точку зрения. – Вот и замечательно! – обрадовался Витя. – Вот увидишь, тебе станет легче, и все твои тревоги растают, как страшный сон. Я люблю тебя, милая. Не забывай об этом.