Глава 13

Мила

- Синица, почему мне больно на тебя смотреть даже со спины? – нагнал ее Вова в коридоре и приобнял за талию. – Иду я себе, значит, из уборной, а тут ты плетешься впереди такая, словно мешки с цементом таскала и теперь еле переставляешь ноги от усталости.

Примерно так себя Мила и чувствовала, только усталость ее была не физическая, а моральная. И к ней примешивался такой силы стыд, что от самой себя становилось противно. И все эти чувства она вложила в один единственный взгляд, что бросила на друга.

- Слушай, ты на меня так не смотри, - шутливо отпрянул Вова, - а то моя тонкая душевная организация может не выдержать. Лучше расскажи, что у тебя стряслось. Есть шанс получить дружеский совет.

- Вов, я дура, - в эти два слова она постаралась вложить все.

- А до этого косила, значит, под умную? – рассмеялся Вова. – Давай ты мне все расскажешь, а я подтвержу диагноз или опровергну.

Они уже вошли в приемную, и отставать от нее он не планировал. Да и Мила испытывала жуткую потребность хоть с кем-то поделиться собственной дуростью, даже если этот кто-то потом окончательно добьет ее.

- Я стукнула машину босса, - выложила она как на духу.

- Маленького или большого? – деловито уточнил Вова.

- Вадима, - еще больше скисла Мила.

- Понятно, - кивнул друг. – И как ты умудрилась?

- Я перегородила ему выезд, а когда пыталась отогнать машину, включила не ту скорость.

Вот теперь Вова выглядел озадаченным.

- Синица, а зачем ты подперла его, если была куча свободных мест? Я вот тут сегодня пришел даже к выводу, что по понедельникам половина народу не работает. Даже решил у ВВ и для себя требовать дополнительного выходного.

Он пытался шутить, за что Мила была ему благодарна, но ни смешнее, ни легче ей не становилось. А вот стыд распускался в ее душе буйным цветом и источал далеко не самый приятный аромат. От воспоминаний о каждом слове своем и Вадима, которые настойчиво лезли в голову, Мила невольно кривилась и краснела.

- Говорю же – дура потому что.

- Нет, так дело не пойдет, - тряхнул Вова головой. – Чтоб лечить тебя, нам нужно поставить правильный диагноз. И я ни за что не поверю, что сделала это ты специально.

- Поверь, специально, - прямо посмотрела она в глаза друга.

- А причины? – вмиг перестал он потешаться, заметно борясь с удивлением.

Разве могла она ответить на этот вопрос? Она и сама себя не узнавала в последние дни и уж точно не хотела разочаровывать друга.

- Не спрашивай, Вов, все равно не смогу рассказать, - проговорила она, кусая губу, чтобы остановить приближение слез. Если она сейчас еще и расплачется, то превратится в самую настоящую слабачку. – Это была часть плана, - зачем-то добавила.

- Даже так! – присвистнул Вова, вставая со стула. Какое-то время он стоял не говоря ни слова, глядя на Милу сверху-вниз. Она же молчала, сосредоточенно рассматривая свои ногти. А потом он сказал то, над чем она думала весь остаток дня, да и потом тоже нет-нет, да возвращалась к их разговору. – Знаешь, синица, почему среди вас, девчонок, так много одиноких? Ну или холостых?.. Потому что многие считают, что нас, мужиков, привлекает ваша глупость, что мы считаем ее трогательной и загораемся диким желанием если не сделать вас умнее, то окружить заботой и оградить от опасности внешнего мира. И в этом ваша основная ошибка… Уверен, что ты не сама придумала этот план. И задумка ваша была несколько иная… Только план явно дал сбой, если не трещит по швам. И поверь мне, умная – ты гораздо привлекательнее для мужчин.

За Вовой уже давно закрылась дверь, а Мила все продолжала на нее смотреть, не сомневаясь, что друг понял ее правильно, что он догадался, на кого именно Мила объявила охоту. А может, с сегодняшнего дня она и не может больше считать его другом – уж больно проникновенной показалась ей его финальная речь. Как бы там ни было, но настроение ее было окончательно испорчено, и во всем она винила только саму себя. Даже Вика, и та хотела как лучше, а она все испортила. Вон, даже в Вовиных глазах резко поглупела. Не трудно представить, что о ней думает Вадим. Наверное, только врожденная вежливость не позволила ему смешать ее с грязью.

От всех этих мыслей разболелась голова, и Мила заглотила таблетку. Работа всегда действовала на нее благотворно. Вот и сейчас она предпочла с головой погрузиться в нее, чтобы хоть немного отвлечься от разъедающего душу стыда.

Когда Мила уже почти смирилась с мыслью, что сегодня выставила себя перед Вадимом полной идиоткой, и настроилась на то, чтобы как-то попытаться исправить ситуацию, позвонила юла и приказным тоном велела ей явиться в бухгалтерию за премией. И не в кассу, а лично к ней. Про злополучную премию Мила вообще умудрилась забыть, и уж тем более, ей не хотелось общаться тет-а-тет с главным бухгалтером. Но и не пойти она тоже не могла, чтобы не рождать ненужные кривотолки.

Чтобы попасть в кабинет Юлианы Карловны, нужно было пройти через всю бухгалтерию, где ее не стесняясь разглядывали несколько пар любопытных глаз. Интересно, чем вызвано такое внимание? Ну, не тем же, что она вдруг сделала звездную карьеру и из помощника конструктора взлетела на должность секретаря, а точнее, помощника, как Мила недавно узнала, руководителя. Хотя, наверное, именно этим. До нее доходили слухи о кулуарных пересудах. Только то и спасало от них, что толком она ни с кем не общалась, да и некогда ей было. Работы в приемной было не меньше, чем в конструкторском отделе, разве что теперь она носила более систематизированный характер.

- Присаживайся, Синицына, - довольно любезно пригласила ее Юлиана Карловна, но при этом окинула далеко не ласковым взглядом. Впрочем, по-другому она на Милу и не смотрела в последнее время, а до этого и вовсе не замечала. И честно говоря, самой Миле было на нее плевать, если бы еще не приходилось изредка сталкиваться по работе.

Главбух отсчитала нужную сумму из пачки денег, что достала из сейфа, положила купюры на ведомость, но вручать Миле и избавлять ту от собственного общества не торопилась. Вместо этого какое-то время разглядывала ее так откровенно, что от ее взгляда хотелось прикрыться. А еще становилось неприятно, что кто-то позволяет себе так на нее смотреть.

- Может поделишься, чем именно ты заслужила разовую премию? – любезность из голоса главбуха исчезла. Ее место заняла неприкрытая злоба. – Лучше всех умеешь ноги раздвигать? Или у тебя там что-то особенное, не такое, как у всех?

От этих слов Мила просто задохнулась. Нет, она, конечно, была наслышана о вульгарности этой женщины, особенно в подпитии, но никогда не думала, что станет объектом ее нападок. Ну и конечно же, злость не заставила себя ждать.

- Если бы раздвигала ноги, как вы говорите, то платил бы мне Вадим Максимович не из фонда руководителя, а из собственного кармана. И суммы были бы побелее этой, уж будьте уверены.

Никогда еще Мила ни с кем так не разговаривала. Она цедила слова сквозь зубы и еле сдерживала себя, чтобы не сорваться на крик и не нагрубить по полной. Эта женщина, что сидела напротив, была до такой степени ей противна, что теперь она понимала, почему за глаза ее все называют стервой.

- Вот как? – ни грамма не смутилась та, а даже повеселела. – А ты, я смотрю, высоко нацелилась. Да только Вадик на чернавок то и не смотрит. Ну разве что попользоваться захочет разок. А вот тебе потом падать долго придется, как и зализывать раны. Такие дурочки, как ты, все мечтают о принцах. Только вот они выбирают принцесс.

Уж не себя ли она имеет в виду? Да она на добрый десяток лет его старше! Хотя, в жизни чего только не случается. Но так Мила подумала, а вслух сказала:

- Не стоит всех сравнивать с собой, Юлиана Карловна. И могу я уже получить свою премию? Или мне передать Вадиму Максимовичу, что вы по каким-то причинам отказываетесь мне ее выдавать?

Юла явно не ожидала услышать от нее что-то в этом роде, как и не нашлась, что можно ответить. Вместо этого она схватила ведомость и сунула ту Миле под нос. Поставив подпись в обмен на деньги, Мила покинула кабинет, до последнего ожидая, что главбух скажет что-то ей в спину. Но благо, у той хватило ума промолчать. Да и она уже все сказала и сделала, чтобы испоганить настроение до конца дня.

Вадим

У отца Вадим провел больше времени, чем запланировал, и в офис возвращался уже около пяти – в самый разгар пробок. Мила могла уйти, как только закончится рабочий день, и чтобы этого не случилось, Вадим позвонил ей на мобильный. Это был второй раз, когда он слышал ее взволнованный голос по телефону, и подспудно хотел этого. Ему нравилось, как она отвечала: «Да, Вадим Максимович». Вот нравилось и все тут. Всего-то пара слов, но говорила она их как-то особенно – мелодично, даже певуче. Ну а он ее довольно сухо попросил, чтоб дождалась его в офисе. Ну а что он еще мог ей сказать? Что даже когда они с отцом вели переговоры с субподрядчиками, он умудрялся вспоминать сегодняшнее происшествие на парковке? Нет конечно. Он и сам этому был не рад.

Собственно, опоздал он всего на десять минут, и офис еще не успел опустеть. Многие задерживались на работе, хоть Вадим и не призывал никого к ненормированному рабочему дню. Он наоборот считал, что для работы и отводится рабочее время, а дальше у человека начинается личная жизнь.

Мила показалась ему какой-то смурной, когда вошел в приемную и встретился с ней взглядом. Но приставать к ней с расспросами Вадим не стал – мало ли, вдруг лезет не в свое дело. Вместо этого поинтересовался:

- Как прошел день? Есть что-нибудь важное?

Мила бросила взгляд на лист бумаги, где, по всей видимости, записывала важную информацию. Мелькнула мысль подарить ей ежедневник.

- Звонил Гаврилов, сказал, что подъедет завтра к десяти.

- Так, хорошо, - кивнул Вадим.

- Еще звонили с местного телевидения. Хотят пригласить вас на передачу об успешных людях города.

- Это еще зачем? – невольно скривился Вадим. Вот уж чего он не любил, так это давать всякие интервью, хоть и частенько приходилось это делать. – Контакты оставили?

- Да, я записала.

- Ладно, это точно подождет до завтра. Что-то еще?..

- Все, - посмотрела на него Мила. – Документы к завтрашнему совещанию я подготовила, они у вас на столе…

- Ну и отлично, - перебил ее Вадим. – Тогда поехали?

Показалось ему, или она ждала этого приглашения? Но лишь для того, чтобы отказаться. Вернее, сделать такую попытку.

- Вадим Максимович, я не поеду, - твердо произнесла Мила. – Машину я отремонтирую сама. А за вашу… вы мне потом скажете, сколько я должна, и я компенсирую…

- Ничего подобного! – она упрямая, но не упрямей его. – Я уже договорился, и нас ждут. Так что, поехали…

Он, действительно, договорился. Приятелем, что владел несколькими автомастерскими, был его лучший друг Юрок. И Вадим позвонил тому, когда отъезжал от дома отца, и попросил обслужить их быстро и по высшему разряду. Мало того, Юрок обещался встретить их лично, и время уже поджимало.

Мила выглядела совершенно несчастной, но спорить не решилась и на том спасибо. Переубеждать кого-то в чем-то Вадим не умел и сразу же закипал. А злиться на Милу ему почему-то не хотелось.

- Я поеду вперед, а ты следуй за мной. Тут недалеко, - сообщил он, как только они вышли из приемной, и Мила закрыла ее на ключ.

Мила нервничала, и это было заметно. Каким-то непостижимым образом ее нервозность передавалась и ему. Хотелось приобнять ее за плечи, подбодрить, сказать, что все будет хорошо, и ее не съедят ни он, ни Юрок, ни ремонтник в мастерской…

- На нас все смотрели, - выдала она в лифте, в котором кроме них никого не было.

- Кто все? – приблизился он к ней и помог надеть пальто, которое она несла до этого в руках, а сейчас путалась в рукавах.

- Все, кто в офисе…

- И что из этого? Мы ж не невидимки, - она так смотрела на него, словно предъявляла претензию. А сама ситуация Вадиму уже казалась комичной. Вот он и не выдержал – рассмеялся.

Мила больше ничего не сказала и расстроилась еще сильнее. Вадим недоумевал, что на уме у этой странной девушки. И вправду странной, таких он еще не встречал. То она упертая, как мул и до конца готова отстаивать свою точку зрения. То храбрая до глупости. То пугливая без оснований, как вот сейчас. Чего она боится? Что про них поползут какие-то слухи, только потому что они вместе вышли из приемной? Но это же смешно! Да и слухи бывает ползут на более ровном месте и совершенно без оснований, особенно если коллектив большой, как у них. И ей не плевать? Если только… Тот парень, кажется, Зайцев Владимир, не ее ли он бойфренд? И Мила боится, что до него дойдут какие-нибудь необоснованные слухи. Ай, ладно, со своим парнем или еще с кем пусть разбирается сама. Лично его никакие слухи не волнуют.

- Вадим Максимович, может я все же сама?.. – предприняла она еще одну попытку отговорить его от затеи с автомастерской, когда они вышли из здания под моросящий дождь.

- Нет, не может, - остановился он, взял ее за плечи и развернул к себе лицом. – Этот вопрос решенный. И ты забыла о нашей договоренности, что за пределами работы никаких имен-отчеств. – В этот момент Вадим бросил взгляд на парковку и заметил, как внимательно за ними наблюдает Юлиана, стоя возле распахнутой дверцы своего красного Опеля – такого же броского, как и его хозяйка. Вот теперь точно если не слухи, то чье-то нездоровое любопытство разыграется. И тут ему вдруг захотелось позлить эту пиявку еще сильнее. Он склонился к самому лицу Милы, так что со стороны могло показаться, будто он ее захотел поцеловать, и тихо проговорил: - Считай, что это приказ.

- Хорошо, - прошептала девушка, обдавая его теплым дыханием с примесью ее духов, которые ему так нравились, и аромат которых всегда казался едва уловимым, на грани фантазии.

Глядя в глаза Милы так близко, Вадим вдруг ощутил вполне реальное желание прижаться к этим губам, что находились от его в каком-то сантиметре. Мысль эта мгновенно отрезвила, и он отпрянул, возможно даже резче, чем планировал. А потом подхватил растерянную сверх всякой меры девушку под руку и потащил к их машинам. Не иначе, как он сошел с ума на почве вынужденного одиночества, если уже становится падким до секретарш.

До мастерской от работы было рукой подать, и добрались они без приключений, если не считать, что Вадиму все время приходилось сбрасывать скорость, чтобы Мила не теряла его из виду. Ну и ее чересчур аккуратная манера вождения, со строгим соблюдением всех правил, его смешила сверх всякой меры. Таким смеющимся его и встретил Юрок, который важно прохаживался перед входом в мастерскую.

Не успели они обменяться рукопожатиями с другом, как и машина Милы остановилась возле его Ауди. Девушка выбралась из салона и в нерешительности замерла, явно не зная, что ей делать дальше.

- Иди сюда, - позвал ее Вадим, и она еще более нерешительно приблизилась к ним. – Познакомься, Юрок, это Милена – мой новый секретарь. А это…

- Юрий, - протянул тот ей руку и одарил широкой улыбкой.

Внешне друган был настоящим подиумным красавцем. Высоченный, даже выше Вадима - метра восемьдесят четыре, с фигурой пловца и, как говорили их знакомые девушки, с бархатными глазами соблазнителя. Только вот внешность его была обманчива, и на памяти Вадима Юрок никогда не подкатывал к девушкам первый. А вот они его одолевали постоянно и безрезультатно, за редким исключением, когда природа требовала своего.

Мила вложила в руку друга свою узенькую ладошку, и Вадим вдруг поймал себя на мысли, что он-то ни разу не сжимал эти пальчики, и сейчас ему отчего-то хочется оказаться на месте Юрка.

- Приятно познакомиться, - прощебетала Мила, и новая мысль мелькнула в голове Вадима, что голос ее прозвучал как-то иначе – весело что ли. С ним она тоже так никогда не разговаривала. Все больше смущалась или сердилась.

- Давайте, загоняйте свои поцелованные тачки в цех, - махнул Юрок рукой работнику, что уже дожидался распоряжения начальника, топчась возле ворот, которые тот и принялся спешно распахивать. – И погуляйте… - посмотрел он на часы, - с часик. Думаю, за это время парни управятся с вашими бамперами. Я же, с вашего разрешения пойду покопаюсь в бумагах.

Такого поворота событий Вадим не то чтобы не ожидал, он просто об этом не подумал, что куда-то им с Милой придется деть себя, пока машины будут в ремонте. В мастерской переждать не получится, потому как там негде было даже присесть. К прогулкам не располагала погода – дождь не то чтобы перестать, а еще и усиливался с каждой минутой. Оставался единственный вариант:

- Пойдем в кафе, заодно и поужинаем, - предложил он Миле, видя, что и та растеряна не меньше его, если не больше. – Побежали, - схватил он ее за руку и потянул через дорогу, пока она не успела что-нибудь возразить, как делает почти все время.

А пальчики у нее просто супер! Только вот совсем ледяные, замерзла, видать, в своем тоненьком пальто. Странная она все же – ну кто так легко одевается в такую погоду? Хотя, с утра еще ничто не предвещало…