Глава 22

Мила-Вадим

Волнуется, словно перед первым свиданием. Впрочем, так ведь оно и есть. Это не первое свидание в ее жизни вообще, но первое с Вадимом. И это точно свидание!

Юла их практически застукала. И уж точно та догадалась, что между ними что-то произошло. К бабке не ходи. Миле достаточно было взглянуть на себя в зеркало, когда выскочила из приемной, чтобы щеки еще сильнее запылали. И на лбу, и в глазах было написано, что она влюблена по уши. А губы припухли и требовали новых поцелуев.

Но и на это ей плевать, как ни странно. Ну получила еще один злобный взгляд, когда главбух вышла из кабинета Вадима. Ну и что? Положит и его в копилку, чтобы вскоре забыть. Куда как важнее, что этот вечер она проведет с Вадимом. Как бы еще заставить себя поверить в то, что еще вчера казалось призрачной мечтой, а сегодня превратилось в сказочную реальность.

Чтобы хоть чем-то занять свои дрожащие руки, Мила принялась наводить порядок на столе. Да и день рабочий плавно подходил к концу, и с каждой минутой приближался вечер.

Без пяти пять Мила уже не могла сидеть – волнение зашкаливало. И когда ровно в пять Вадим вышел из кабинета, она уже топталась возле шкафа с пальто в руках. Приемная как раз пустовала, и Мила ждала поцелуя. Но вместо этого Вадим сказал:

- Спущусь первый. Жду тебя в машине, - и вышел за дверь.

В первый момент она растерялась, потому что сказано это было без тени улыбки. Но потом даже обрадовалась и мысленно похвалила Вадима, что придерживается их плана.

Ее хватило еще ровно на пять минут, через которые она и выскочила из приемной, чтобы нестись вниз на крыльях любви. Правда в коридоре напоролась на препятствие в лице Вовы, но тот, слава богу, сегодня задерживался по вине руководства. ВВ дал ему какое-то срочное задание, чему Мила была несказанно рада. Рассекречиваться даже перед Вовой пока было нельзя, и она не представляла, что будет врать и как выкручиваться, чтобы он ни о чем не догадался, если вниз им спускаться придется вместе.

В это время на стоянке было людно. Конец рабочего дня – народ спешил разъехаться по домам. И Мила тоже сделала вид, что торопится к машине, хоть с каждым шагом и волновалась все сильнее. Ну точно как школьница! Эта мысль и смешила и страшила одновременно. А тут еще и смс-ка пришла, когда до машины оставалась пара шагов, и она уже видела Вадима за рулем его ауди. «Жду тебя возле твоего дома». И сам он плавно вырулил и тронулся со стоянки. Мила только и успела, что поймать его взгляд в боковом зеркале. О как? Да он похлеще нее мастер маскировки! Ей такое даже в голову не пришло.

Не успела она припарковаться во дворе, мечтая поскорее оказаться поближе к Вадиму, чтоб тот обнял и поцеловал ее, чем развеял бы все страхи и сомнения, что навалились на нее за время короткой дороги, как увидела брата с Леной, и шли те целенаправленно к ней.

- Клево, что мы тебя встретили! Забери Ленку… - тут же попытался сунуть ей брат руку сестренки, которую та активно вырывала.

- Саш, я не домой, - твердо ответила Мила.

- А куда? – вытянулось у того лицо от удивления.

Собственно, понять его можно. Сестра приезжает с работы, останавливается во дворе собственного дома, а домой, оказывается, и не собирается. А тут еще и ей надо было посмотреть на машину Вадима, и Сашка, конечно же, проследил за ее взглядом.

- Этот тебя что ли ждет? – кивнул он в сторону ауди, состроив скептическую мину.

- Идите домой! – прикрикнула на них Мила, отчего-то разозлившись. Да еще и Вадим внимательно наблюдал за этой сценой. Хоть бы сделал вид, что ему не интересно, так нет же – еще и удовольствие в глазах читается.

- Пока не скажешь, кто это, с места не двинусь, - включил братец упрямого мула.

- Мой знакомый, - понизила Мила голос, чтоб не дай бог Вадим не услышал.

Зато Сашка чуть ли не проорал на весь двор следующую реплику:

- Ты с ним того что ли?..

В этот момент Мила почувствовала себя разъяренной змеей, и если бы Лена не заныла и не потянула Сашку к подъезду, не известно, чем вообще дело бы кончилось. Зато волнение испарилось как по волшебству. К машине Вадима Мила направилась храбрая как никогда.

- Родня? – спросил он, как только она села на пассажирское сидение.

- Брат с сестрой.

- Я думал, ты его покусаешь, - рассмеялся он.

- Угадал, - залюбовалась она им смеющимся. – Сейчас все маме разболтает, да еще и приврет.

- Да уж… маскировка трещит по швам. Пора увозить тебя отсюда. Но сначала допинг, - потянулся он к ней губами, на что Мила с радостью откликнулась.

***

Юлиана его взбесила. Мало того, что лезет не в свои дела, так еще и сплетничает или стучит, называть можно как угодно… И ладно бы про кого другого. Но стоило Вадиму только услышать, что Мила вчера раньше ушла с работы, да еще и с этим Зайцевым, как в душе вспыхнуло что-то подозрительно похожее на ревность. Прям как настоящая, когда хочется рвать и метать, а еще лучше сразу же высказать все объекту ревности.

Потребовалось приложить немало усилий, чтобы не наброситься на Милу с упреками прямо в приемной, не разобраться на месте во всем раз и навсегда. Немного остудило пыл выражение ее лица – радостно-робкое. Вадим понял, что она ждет его и ужасно волнуется. Но даже это не заставило смягчиться, разве что сдержаться.

Пока шел к машине, продолжал себя накручивать и мысленно репетировать речь. Он обязательно поинтересуется, чем это она занималась в компании Зайцева вчера вечером. Пусть уж потрудится рассказать ему в подробностях. А он внимательно послушает…

Сам себе Вадим сейчас казался каким-то придурком или прыщавым юнцом. Понимал, что делает из мухи слона, но и погасить вспышку ревности никак не получалось. А когда завидел Милу, выходящую из здания, то решил взять дополнительный тайм аут и отбил ей смс, что будет ждать у ее дома. Просто в тот момент он понял, что если начнет устраивать разборки прямо здесь, то это станет достоянием общественности.

Дорога, светофоры и намечающиеся пробки немного остудили мозг. Да и не имел он права ревновать Милу. В конце концов, вчера они еще не встречались, это произошло чуть позже. Но все равно этот Зайцев пусть держится от его девушки подальше. Не нравится он ему, и Мила к тому слишком хорошо относится.

Мила приехала через пятнадцать минут. За это время он успел практически успокоиться и даже снова разволноваться, но на этот раз из-за ее слабых навыков вождения. Надо было бросить ее машину у офиса, и плевать на то, что о них бы подумали!

Когда она вышла из машины, первой его реакцией была выскочить ей навстречу. Но его опередили, и он стал невольным свидетелем семейных разборок. Суровость на лице Милы и ее короткая отповедь, по всей видимости, брата до такой степени позабавили, что от ревности и вовсе не осталось и следа. Вадим понял, что ничего не станет ей высказывать, что вот она – натуральная и рассерженная на брата стоит в метре от него. И он точно знает, что она, так же как и он, мечтает поскорее оказаться рядом. Это он прочитал в ее коротком взгляде. И он будет полным идиотом, если позволит ревности испортить то, что зарождается между ними в эту минуту!

***

- Куда мы едем? – поинтересовалась она, удивляясь, что не додумалась спросить раньше.

А все этот поцелуй, который снова смел все разумные мысли.

- Сначала заскочим в супермаркет, - ограничился Вадим ответом, и взгляд его показался Миле немного смущенным.

Интересненько, что же он задумал?

- А потом?.. – не отставала она.

- А потом я буду готовить для тебя ужин, - на этот раз он даже не посмотрел на нее, а сделал вид, что внимательно следит за дорогой.

Вот как? Он приглашает ее к себе домой? Мила прислушалась к себе и с удивлением поняла, что не боится оказаться в его квартире снова, что воспоминания о двух разах, когда она уже была там, отошли на задний план, как что-то до крайности нелепое и неправдоподобное. По-настоящему было именно сейчас, и кажется, она к этому готова.

- Ужин будем готовить вместе, - улыбнулась она больше своим мыслям, нежели Вадиму.

В супермаркете они купили куриное филе, помидорки черри, мелкий молодой картофель, сыр и специи для курицы. А еще бутылку красного сухого вина. И Мила поняла, что ее ждет настоящий романтический ужин при свечах.

В прихожей своей квартиры Вадим помог Миле раздеться и предложил:

- Можешь пока посмотреть телевизор или послушать музыку…

- Я же сказала – готовить мы будем вместе, - повернулась к нему Мила. – До ужаса хочу посмотреть на тебя за этим занятием, - хихикнула она.

- Тогда, иди мой руки и марш чистить картошку, - развеселился Вадим. Кажется, такая перспектива и его больше устраивала.

- Ну конечно!.. Мне самая грязная работа.

- Мужчина должен заниматься мясом, - проговорил он с кавказским акцентом, поднимая указательный палец.

- Курица – это птица, - не выдержала и рассмеялась Мила.

Больше всего ей нравилась атмосфера непринужденности. Ни для него, ни для нее не оставалось в секрете, что, возможно, последует за ужином. Они оба этого хотели. Да и, в конце концов, в одной кровати они уже спали.

Приготовление ужина плавно переросло во что-то очень чувственное, наполненное легкой эротикой. Вадим не упускал возможности прикоснуться к ней, обхватить руками, прижать к себе. Его губы ловили ее, стоило Миле только оказаться поблизости. Откровенных касаний не было, но стоило только его рукам скользнуть у нее под грудью, как все внутри замирало. Он не переходил ту грань, которую наметил себе во время этой игры. Мила же начинала понимать, что так Вадим ее подводит к тому, что уже самой ей казалось неизбежным, чего она желала с каждой минутой все сильнее.

***

Ну какие могут быть медальоны, когда вот она, рядом, на расстоянии вытянутой руки, а то и ближе. Рубя куриное филе, Вадим едва не поотрезал себе все пальцы. Какие у нее красивые изящные руки! Даже картофелины в них выглядят не лохматыми шариками, а произведением искусства. И он мечтает оказаться на их месте, чтобы его она так нежно касалась.

Ему нужно срочно помыть руки. Да! Не может же он испачканными в курином филе руками нарезать аккуратными кружочками черри? Не может. А для этого придется приблизиться к раковине, где царит Мила – королева молодого картофеля.

Вадим приблизился к ней со спины и обхватил руками так, чтобы не испачкать. Готов был к любой реакции – от испуга, до нежелания подобной близости. Но Мила лишь вздрогнула, замерла на долю секунды, а потом откинула голову ему на плечо, прижимаясь спиной к его груди. Шея и трепещущая на ней жилка оказались так близко, что сам бог велел припасть к ним губами. Что он и сделал. А потом проложил дорожку из поцелуев к ее губам. И этому она не сопротивлялась, а дала ему поцеловать себя, с жаром отвечая, поворачиваясь к нему лицом, обнимая за шею – тоже так, чтобы не испачкать.

Ее близость возбуждала сверх всякой меры, заставляла желать большего и прямо сейчас. Но и такое состояние ему нравилось, дразнило. Он отпускал фантазию в свободное плавание, представляя, как это будет, когда сможет получить Милу целиком.

- Тебе нужна раковина? – выдохнула она ему в губы.

Вадиму хотелось ответить, что ему нужна она – прямо здесь и прямо сейчас. Но да… его ждет нарезанное филе, а Мила должна сегодня попробовать его фирменные медальоны с помидорами и тертым сыром. Он их отлично готовит, только не помнит, когда делал это в последний раз.

Ну вот, ингредиенты подготовлены. Теперь ему нужна фольга. Но чтоб добраться до нее, ему ведь снова придется приблизиться к Миле. Она как раз моет овощи на салат, красиво раскладывая те на бумажном полотенце…

Вадиму нравилась игра, которую он затеял, и к которой Мила с охотой подключилась. То, как она нежно касалась его, откликаясь на ласку, сорванные в процессе готовки поцелуи. То, как она краснела, когда он позволял себе чуть больше, что уже выходило за границы невинного. И он видел по ее глазам, как ей это нравится, находил в них отражение собственного возбуждения. А ее губы… от них не хотелось отрываться и с каждым новым поцелуем все сильнее.

Медальоны уже покрывались золотистой корочкой, а молодой картофель запекался в казанке. Осталось нарезать салат, и это ответственное дело он доверил Миле. Сам же отправился сервировать стол в гостиной. Да и нужно было немного остудить голову, иначе он не выдержит и набросится на Милу прямо тут, на кухонном столе.

Ужин при свечах – это ведь так банально. Это как вечный атрибут соблазнения женщины, тот путь, что прокладывает к ее сердцу каждый среднестатистический мужчина. Вот и в фильмах все всегда происходит именно так. Но почему-то именно сегодня эта вся романтика не претила Вадиму. И свечей хотелось побольше, как в тех же кино – выложить ими дорожку с кухни до гостиной. И включить романтическую музыку, создающую определенную атмосферу. И хоть они оба знали, чем может закончится вечер, все же хотелось сделать его особенным, запоминающимся. Хотя, какая разница, сколько свечей будет гореть на столе. Да и все остальное тоже неважно, кроме того, что они сейчас находятся вместе в его квартире. И он безумно хочет, чтобы это свидание стало первым в бесконечной череде. Рядом с Милой Вадим чувствовал себя каким-то другим, словно одним своим присутствием эта девушка заставляла его по-другому смотреть на мир.

- Стол накрыт, - вернулся он в кухню.

- У меня тоже все готово, - смущенно улыбнулась Мила, продолжая вылавливать румяные картофелины из кипящего масла. Салат уже заправленный тоже красовался на столе, искусно украшенный несколькими веточками зелени.

Нет, ну почему она так очаровательно краснеет, что сразу же хочется потушить пожар в ее щечках поцелуями. А может напротив, заставить его разгореться еще сильнее. И главное, руки у него сейчас совершенно чистые.

Вадим приблизился к Миле, уже традиционно со спины, и обнял ее тонкий стан, ощущая тепло ее кожи на животе даже через ткань блузки. Она как раз закончила выкладывать на блюдо картофель и, кажется, ничего против не имела очередной ласки. Только вот на этот раз он позволил себе касаться ее более откровенно. Рука скользнула на грудь, и Вадим едва с ума не сошел от ощущений. Мягкий холмик полностью поместился в его ладони, а сосок моментально затвердел, реагируя на ласку. И даже кружевной бюстгальтер не препятствовал ощущениям.

Он погладил пальцами набухший бугорок и почувствовал, как Мила напряглась в его руках, откликаясь на ласку. Вадима вновь напугало желание сорвать с нее одежду и взять ее прямо здесь и сейчас. И целовать Милу хотелось так, чтобы оставить отметины на ее коже, как знак принадлежности только ему. И только осознание собственной невменяемости от разгоревшейся страсти заставило Вадима остановиться. К тому же, из духовки уже вовсю сочился аромат, намекающий на то, что и коронное блюдо подоспело.

- Кажется, мои медальоны готовы, - с великим трудом оторвался он от губ Милы, чувствуя, как голова идет кругом.

Вадим выключил духовку. И надо было именно в этот момент ему бросить взгляд на Милу. Она выглядела такой растерянной, даже немного огорченной. Эта удивительная девушка совершенно не умела скрывать свои чувства, и сейчас весь ее вид кричал о неудовлетворенности, на которую она так рассчитывала. Ну и все! Именно эта ее реакция и поставила жирную точку в колебаниях Вадима. Ну какой сейчас может быть ужин при свечах, если они до сумасшествия хотят друг друга. Да к черту этот ужин! Никуда он от них не денется! И не зря же изобрели СВ-печи – как раз для таких вот случаев!

Без слов Вадим подхватил Милу на руки и понес в спальню. Не нужно было ничего объяснять – они оба хотели одного и того же. Мила доверчиво прижалась к его груди, обняв за шею, и всю дорогу до спальни целовала его, куда попадала. И это было так крышесносно, что Вадим с трудом сохранял остатки самообладания.

По закону жанра именно в такие моменты, когда у мужчины и женщины вот-вот уже случится то самое, должна обязательно появиться помеха. Ведь так? Кто-то позвонит на мобильный с таким важным делом, которое ну никак нельзя отложить на потом, как и не снять трубку тоже не получится, потому что абонент заслуживает повышенного внимания. Еще как вариант – позвонят в дверь. И даже если влюбленные и сгорающие в данный момент от страсти решат не впускать незваного гостя, он все равно будет продолжать ломиться, делая это руками или даже ногами. Может сработать пожарная сигнализация, или внезапно начнут топить соседи сверху. А то и вовсе по мегафону объявят всеобщую эвакуацию в связи…

Ничего такого не случилось. Потому что это жизнь, а не плохое кино. Вадим, наконец-то, смог прочувствовать каждой клеточкой своего тела обнаженную Милу. И действительность превзошла даже его ожидания, то как он представлял себе это в фантазиях. Он и подумать не мог, что за такой стеснительной оболочкой может прятаться сама страсть и раскрепощенность. Мила дарила ему себя всю, со всей щедростью своей души. Она и любила так же, как делала все остальное, отдаваясь без остатка. Но даже этого Вадиму показалось мало. Этой хрупкой девушкой он не мог насытиться, как до этого ему не хватало одних поцелуев. Никогда еще он так не хотел женщину. Даже Катя не вызывала в нем настолько сильных эмоций. А ведь он любил ее. Собственные чувства к Миле, то как он реагирует на нее, пугали. Но ничто не могло заставить Вадима отказаться от нее. Теперь, когда получил ее, он понял, что она стала неотъемлемой частью его жизни. И захоти Мила исчезнуть из нее, придется иметь дело с ним лично.

***

Мила лежала на плече Вадима, в его крепких объятьях и слушала биение его сердца. Она с трудом верила в то, что только что произошло между ними. Но это случилось, и она не то чтобы не жалела, она была на седьмом небе от счастья, которое еще совсем недавно казалось призрачным, а сейчас стало реальным. О своей любви хотелось кричать, но она до ужаса боялась напугать Вадима силой своих чувств. И тут случилось невероятное, то, о чем она даже мечтать боялась.

- Кажется, я люблю тебя, моя синичка, - произнес Вадим, прижимая ее к себе сильнее.

От неожиданности, а может от его крепких объятий, у Милы перехватило дыхание. Не может быть, чтобы он признался ей в любви! Это же Вадим – объект ее грез. И он только что признался ей в любви! Выдержит ли ее сердце от наплыва той радости, что обрушилась на него в этот момент?

Мила приподнялась на локте, чтобы заглянуть в его глаза. А вдруг он пошутил, и она не увидит в них отражение его слов? Но и в глазах его она прочитала то же, что он только что сказал. А еще в них плескались улыбка, доброта, нежность… Столько всего, на что она и не надеялась.

- Я полюбила тебя раньше, - прошептала она, голос срывался от волнения. Она прикоснулась пальцами к его губам, вкус которых теперь знала отлично, отчего любила еще сильнее. Этот мужчина только что подарил ей ни с чем несравнимое удовольствие, а теперь он впустил ее и в свое сердце. И эту святыню она готова оберегать вечно!

- А это так важно? – улыбнулся Вадим, и Мила даже не сразу поняла, что он имеет в виду. Ах да, вспомнила!

- Совершенно неважно! – довольно мурлыкнула она и прижалась к его губам в коротком поцелуе. На смену волнению пришла долгожданная радость. – Просто захотелось, чтобы ты узнал об этом. А еще я ужасно хочу есть, - призналась она. Кто бы мог подумать, что секс так разжигает аппетит.

- Тогда я обязан накормить тебя, чтобы ты меня не покусала, - отозвался Вадим и слегка прикусил ее губу.

Медальоны оказались выше всяких похвал. Вадим, действительно, умел их готовить. А запеченный картофель сначала хрустел корочкой, а потом таял во рту. Божественно вкусно! А может ей так только казалось, потому что рядом сидел Вадим, к которому она периодически прижималась, чтобы сорвать с губ очередной поцелуй. Он их с готовностью дарил, и впервые в жизни Мила не стеснялась вести себя с ним так, как хотела. А еще они пили вино, и оно немного дурманило мысли, рождая еще большую смелость. И не важно, что там показывали по телевизору, который сейчас был только фоном. Милу интересовал Вадим, а она интересовала его, в этом Мила сейчас не сомневалась.

И в разгар самого романтичного в ее жизни ужина и вечера в целом раздался звонок в дверь.

- Именно этого я и боялся, - рассеялся Вадим. – Кто бы это ни был, я его ненавижу. Как думаешь, может не открывать? – лукаво посмотрел он на Милу.

- А если что-то важное? Вдруг, кому-то ты жизненно необходим.

В дверь снова позвонили, на этот раз более продолжительно и настойчиво, словно в подтверждение ее слов.

- Я сейчас, - проговорил Вадим и нехотя разжал объятья.

Он отправился открывать, а Мила на всякий случай сбежала в спальню, чтобы одеться. Сейчас на ней была только футболка Вадима. Но мало ли кто пришел. А если это его отец?! Тогда она вообще не знает, что делать. Самое лучшее отсидеться в спальне. Да она в любом случает трусливо спрячется. Кто бы там ни был, пришел он точно не к ней.

Быстро натянув на себя одежду, Мила приблизилась к двери и прислушалась. Ей даже напрягаться не пришлось, чтобы отчетливо различить знакомый голос. Да это же Юра! И он даже не говорит, а горланит во все горло.

- Дружище! Я умираю… Вот, решил откинуться у тебя… Знаю, что ты позаботишься обо мне как следует.

Он что, пьян? Тут уже Мила не утерпела и выглянула из комнаты. И сразу же встретилась взглядом с карими, добрыми и совершенно пьяными глазами Юры. Тот стоял посреди прихожей с бутылкой водки в руках и слегка покачивался из стороны в сторону.

- Приветствую тебя – самая хорошая девочка в мире, которая так подходит моему лучшему другу! – расплылся Юра в улыбке, но тут же лицо его скривилось, словно он собрался разрыдаться. – Хоть кому-то повезло в этой жизни…

Мила перевела растерянный взгляд на Вадима, но тот лишь пожал плечами, подхватил друга под руку и потащил в гостиную, пока тот не навернулся прямо тут – штормило его все сильнее.

Бедолагу усадили на диван, и Вадим не без труда отобрал у Юры початую бутылку.

- Хватит уже с тебя на сегодня, - решительно заявил он. – Лучше вон закуси.

- Ничего и не хватит! – вновь потянулся Юра за бутылкой, но лишь чуть не навернулся с дивана. – Я хочу напиться до смерти…

- Тогда сначала озвучь причину, что я знал, что говорить твоим родственникам, - вернул его в вертикальное положение Вадим.

- Пойду заварю чай, - проговорила Мила. – Ему сейчас это необходимо.

Но даже из кухни она прекрасно слышала все, что говорил Юра. А делал он это так громогласно, что наверное, и соседи тоже слышали.

- Понимаешь, друг, я встретил женщину своей мечты, а она меня и знать не хочет. А ведь я не мог так ошибиться… Ты же знаешь, не в моих правилах навязываться, - пьяно разглагольствовал Юра, периодически громко икая. – Если бы я не был уверен, что и она на меня клюнула, то не стал бы подкатывать к ней яйца…

Ну что ж, грубовато, зато откровенно, - усмехнулась Мила. Пока она поняла только, что друг Вадима влюбился, но любовь эта доставляет ему одни страдания. Но чем дальше она слушала откровения Юры, тем отчетливее становилась картинка в голове. А когда он произнес знакомое название «Парус», все встало на свои места. Да он же говорит при Вику! И это в нее он влюбился без памяти. А она, значит, дала ему от ворот поворот. Что ж, ожидаемая реакция подруги, в ее-то теперешнем состоянии. И с этим нужно что-то делать, особенно в свете последних событий. Из слов Юры следовало, что он не просто так рассчитывал на взаимность, и Вика даже сама дала ему номер своего телефона в караоке-баре. А теперь она не отвечает на его звонки, и он совершенно отчаялся.

Мила заварила чай, налила бедолаге полную чашку и вернулась в гостиную.

- Повезло тебе, дружище! – еще громче прогорланил Юра, завидев ее. – А меня вот любовь убила. Не зря я от нее бежал всю жизнь…

- Пей уже, бегун, - сунул другу чашку Вадим, а сам характерно посмотрел на Милу, мол, сейчас оклемается и будет все норм. Мила же решила пока не делиться с ним своими соображениями, а выяснить все самой.

- Слушай, - приблизилась она к Вадиму и прошептала тому на ухо, - в таком состоянии его лучше никуда не отпускать, - в подтверждение ее слов, Юра начал активно клевать носом. Пришлось забрать у него чашку, благо, чай он выпил почти весь. – Пусть остается у тебя, а я поеду…

Она по-всякому собиралась вернуться ночевать домой. А сейчас и не могла поступить по-другому, хоть Вадим и выглядел недовольным. Но и спорить не стал, осознавая правоту ее слов. Он уложил ничего не соображающего и уже почти спящего друга на диван, укрыл пледом и вышел проводить Милу. Она уже вызвала такси, и то даже подъехало.

- Завтра я его убью, - прорычал Вадим и крепко поцеловал ее.

- Не надо… Завтра ему будет еще хуже, - уж кому как ни ей знать, что такое любовные терзания. – До завтра, - чмокнула она его напоследок и выбежала за дверь, пока не передумала. Больше всего ей хотелось остаться, наплевав на все.