Глава 31

Марк То, что вытворял Влас с нашей мышкой, было заебись как круто, вот только он переступил черту, и мы оба это понимаем. Уже оказавшись на улице, я вдыхаю прохладный воздух. На часах четыре. Уже светать начинает, но спать мне совсем не хочется. Я хочу вернуться туда. К нашей спящей красавице, но есть один косяк, который хочу решить, а именно – выходка Власа. Эта хрень в кабинке вышла из-под контроля сегодня, что меня дико раздражало. В какой-то момент мне стало реально жутко, что он Юлю просто пришибет в том душе, и это нужно было проработать, притом срочно. – Какого хуя там в душе было, Батырев? – Я должен отчитываться? Не думаю. Злость подкатывает быстро, и кулаки сжимаются сами собой. Замахиваюсь и врезаю этому черту по роже. Он не ожидал, поэтому удар пропускает, однако быстро встает в стойку, и я получаю ответку. Такую нехилую притом. Из груди кашель вырывается. Этот чертов ублюдок мне по печени заехал. – Сука… – Еще раз набросишься, я тебя урою. Согнувшись, отхожу от него. Чертов психопат. – Вообще-то мы ее на двоих покупали, а пользовал ты ее в душе сам! Ты ее там чуть не задавил, урод! – Юля кончить не могла даже с одним, не говоря уже о том, чтобы это делать с двумя. Ее надо было разогреть. Отвожу взгляд. Теоретически-то он прав, но практически… Меня аж колотит, как вспоминаю. – Ты был на грани, Влас. Я видел это. – Я контролировал себя. Полностью. – Ага. Я видел. Руки снова наливаются кровью, но я сдерживаюсь. Не знаю, почему так разозлился. Просто бесит, что девчонка с ним дошла, а не со мной, и, кажется, Батырев как раз это улавливает. – Марк, да не бесись ты. Юля с тобой не кончила не потому, что ей было хуево, а потому, что ты ее ебал нежно, понимаешь? Она кайфовала под тобой больше, чем со мной, но дойти не могла. Я уже в душе понял, что девочка от жести заводится. Ее реально только так вставляет. Она, блядь, как дерево зажата, но внутри там просто пламя. Распалять надо. Жестко. – Видел. Кажется, кто-то повернут на самоконтроле. – Ну, вообще-то, ты и не таких дубовых укладывал. – Намек понял. – Марк, у нас с Юлей еще две полные ночи, так как та ночь с лишением девственности вообще не идет в счет. Будут еще у нее и с тобой оргазмы, и с нами вместе, поверь. Просто ее надо разогревать хорошо. Не жалеть больше. Она уже не девочка, так что хорош уже цацкаться с ней. Она работать пришла, вот пусть и работает. Между нами. Влас ухмыляется, а я закуриваю, с силой затягиваясь сигаретой. Эта ночь… она зверя во мне пробудила. Я понял, что сдерживаться больше не стану с ней. И играть в хорошего мальчика тоже. Выдыхаю серый дым, ощущая, что уже соскучился по сладкому телу мышки, которая сейчас спит абсолютно голая в кровати. Мне ведь не сложно вернуться и оттарахать ее так, как сам того хочу, однако понимаю, что нельзя. С нее реально сейчас уже ничего взять. После Власа Юля едва живая. Даже стонать не сможет. Сука. Батырев проводит пальцами по разбитой мною же губе и ухмыляется от боли, пока я делаю очередную затяжку сигаретой. Чертов психопат. Конченый. – Хорошо вмазал, сучок. – Ты тоже. Чуть печень не отбил мне. Улыбаюсь, прикладывая руку к боку, который все еще ноет. Сам виноват, знаю. Батырев меня обучал рядовым приемам, поэтому да, было несколько неосмотрительно первым на него бросаться с кулаками. – Ты же вроде бросил шмалить, Марк? – Вроде. *** Юля Я просыпаюсь только рано утром и понимаю, что проспала в этой чужой комнате остаток ночи. Даже не помню толком, как Марк принес меня сюда. Обрывками только, яркими вспышками моей агонии и стыда. Все мое тело пылало, а потом я просто ревела оттого, что оно все же предало меня. Я сдалась и получила просто крышесносный оргазм, да еще и с Власом. Этим чертовым дикарем. Поднимаюсь на кровати и замечаю, что я укрыта теплым одеялом. Сдернув его, вижу, что на мне совсем нет одежды, но кожа чистая. Мужчины… вымыли меня ночью. Сами. Я это помню. Их теплые руки на своем голом теле помню. Они не делали больно, даже осторожно ко мне прикасались, на удивление бережно. Если честно, позволять им себя мыть было немного унизительно, однако после того, что они вытворяли со мной полночи, сопротивляться у меня уже не было никаких сил. Этот первый оргазм. Он стал для меня открытием, чем-то запредельным и завораживающим. Боже, я такого еще никогда не чувствовала и просто была уверена, что не способна ощутить, но нет. Оргазм захлестнул меня с головой, напрочь отключив самоконтроль и напряжение, с которым я всегда жила. Бросаю взгляд на подушку. Сегодня там пусто. Нет ни розы, ни ремня, и я не могу понять, им понравилось то, что было вчера, или нет… Они просто ушли. Оставили меня спать в кровати и ушли. По-английски. Наспех одеваю одежду и, оказавшись на улице, замечаю черное авто, явно ждущее меня. На нем же доезжаю домой, а оказавшись в квартире, первым делом стягиваю с себя одежду и иду в душ. Между ног уже не саднит, однако я чувствую, что не могу найти себе места. Воспоминания о вчерашних пытках на столе, первый нежный секс с Марком, а после дикий трах в душе с Власом то и дело лезут в голову. Кажется, я совсем потеряла стыд, а о совести и вовсе забыла. Но хуже даже не это, а то, что мне нравилось. Правда. До дикости нравилось то, что вытворяли со мной эти мужчины. Я их стеснялась, мне было страшно, немного больно, но все равно я хотела ощутить все сполна, все до остатка. Усмехаюсь. Оказывается, я реально не фригидная и все это время просто верила в какую-то жесткую дичь, которую мне навешал один недалекий подросток. Судя по тому, ЧТО я чувствовала с Батыревым, фригидностью тут и не пахнет. Наоборот. Такого я еще не испытывала, и это точно был оргазм. Невероятной силы и удовольствия. Обернувшись чистым полотенцем, выхожу из душа. Я еще успеваю на работу. Я только ночами бесстыдная шлюха, а днями… все еще финансист, как бы это странно ни звучало. На телефоне замечаю аж двадцать четыре пропущенных. Лерка. – Алло, Лер. Прости, не видела, что ты звонила. – Блин, Юлька! Ну ты даешь! Я едва не поседела. У тебя… жаркая ночь была? – Да. Была. – Ну и как ты? Ты там вообще живая хоть? – Живая. Кажется. – Детка, я жду жарких деталей! Сжимаю телефон, но все же признаюсь: – Я почувствовала. – Что? – Ну, это, оргазм. Свой первый, – говорю это, и слезы подбираются к глазам. Больно, стыдно, неловко и вообще… как-то глупо. Мой первый оргазм подарил мне мужчина, который считает меня самой настоящей шлюхой. Он же решил так меня наказать. Вот и наказал, что едва не умерла там с ним. От кайфа. Просто прекрасно. – Мать, ты что, ревешь там? – Да… Немного. Быстро всхлипываю и вытираю слезы. – Ты что, дура? – Похоже, что да. Мое тело меня предало, Лер! Я не смогла его контролировать. До последнего сдерживалась и не смогла. Оргазм был такой сильный, что я реально думала, что умру. Что они там… залюбят меня до смерти! – Так радоваться надо! Я ж говорила, что ты все чувствуешь, просто в голове у тебя стоп-кран такой прочный стоял. Сколько ночей осталось? – Две. Они не будут считать ночь лишения девственности, так как я их обманула на этот счет, – говорю это и не знаю, жалеть об этом или радоваться. – Так используй эти ночи с пользой для своего тела! Поверь, оно тебе потом еще “спасибо” скажет. – Мне бы такой оптимизм, Лер. Я шлюха. Самая настоящая шалава! Без стыда, совести, вообще без нравов! – Юля, дело твое, конечно, но, по-моему, уже поздно рулить обратно. Мой тебе совет: отключи свой математический мозг и перестань уже переживать за все, я тебя умоляю. Все, цем, роднуля. Этот день я едва отрабатываю. Всеми силами стараюсь не пересечься с Рахмановым, и мне это, к счастью, удается. Все мои мысли о следующей ночи. Где она произойдет, когда, как, что будет… Вернувшись домой, проверяю почту. Входящих нет. Нервно стучу ногтями по ноутбуку. Я что… жду следующего адреса?! Кажется, да. Со страхом и диким трепетом одновременно. Проверяю счет в банке. Есть пополнение. За вчерашнюю ночь. Им понравилось. Мои клиенты оплатили еще часть суммы, а я… чувствую себя самой последней продажной девкой на свете, которая невероятно, просто до покалывания в пальцах мечтает повторить вчерашнюю ночь. Чтобы снова ощутить такое новое для себя томление и бабочек в животе, жар в теле, предвкушение и сладостный оргазм. Вдоволь наревевшись, трижды расписав все за и против, я откидываюсь на свою кровать, тяжело дыша, однако вскакиваю как на иголках, когда слышу уведомление о новом сообщении. Аноним. “Через час за тобой заедут. Макияж приветствуется”. Сердце падает куда-то в желудок, а тело пробирает дрожь. Перечитываю это сообщение раз так двадцать, но сдвинуться с места не могу. Боже, кем я стала… Девочкой по вызову, которая бежит ублажать мужчин за деньги по первому же клику. Нет. Не могу. Не могу я! Вчера и так вон… предала себя, а точнее, мое тело. Оно словно бы ожило, и я ощутила то, чего не должна была, чего, думала, вообще ощущать не способна. Батырев… Ох, как же я ненавижу этого беса! Он как дьявол со своими черными глазами и идеальным телом. То, что этот мужчина вытворял со мной в душе, ни в какие рамки не влезает, хотя и Рахманов тоже недалеко от него ушел. О нет, Марк даже хуже, чем я ожидала! Он не просто не помог мне. Он еще и дрочил остервенело, пока Влас меня трахал, точно зверь! Быстро печатаю: “Я больше не приду. Аннулируйте сделку!” Ответ приходит в ту же минуту. “Сделку нельзя аннулировать. Будешь платить неустойку. Контракт читала?” “Читала! Мне все равно. Я отказываюсь”. Возникает пауза, после чего следующее сообщение заставляет похолодеть кровь в жилах: “Мы тебя найдем”. “Идите на хуй!” “Ух, как грубо. В любом случае это ты скоро пойдешь на хуй, и ты знаешь на чей, точнее, на чьи”. Не выдерживаю и откидываю телефон на кровать, понимая, что я в западне, в чертовой ловушке, в которую сама себя и затащила. На часах пробивает двенадцать, но спать я не могу. Конечно, аноним блефовал, когда говорил, что они найдут меня, однако какая-то доля сомнения все же осталась. Напившись сладкого чая, я забираюсь под теплое одеяло и почти сразу проваливаюсь в сон. Я хочу забыть о том, что натворила по собственному желанию. Я не пойду к ним снова, чтобы опять сгорать от стыда в их руках и чувствовать такое… запретное наслаждение. Не пойду!