Глава 5

— Не повезу, — мотает головой мужик.

— Это еще почему?! Я не собираюсь тут оставаться!

— Принцесса… — устало говорит он. — Во-первых, я сегодня уже дофига километров намотал. И снова ехать два часа в одну сторону, два часа в другую — нет никакого желания.

— Ты же говорил, что сюда всего час ехать!

— Не говорил.

— Говорил!

— Ну, может, говорил, — пожимает плечами он.

Он мне соврал!

Если бы я знала, что его дом на расстоянии двух часов дороги, то есть примерно сто пятьдесят-двести километров, я бы десять раз подумала, ехать с ним или нет.

С другой стороны… а какой у меня был выбор? Вернуться к родителям и выйти замуж за отца Ярослава?

Я представляю себе первую брачную ночь с шестидесятилетним дедом и меня аж передергивает.

— А во-вторых? — хмуро спрашиваю я.

— Что?

— Ну ты сказал «во-первых», значит, есть еще и «во-вторых»?

— Есть. — Он твердо смотрит на меня и медленно, тяжело роняя каждое слово, проговаривает: — Ты вышла за меня замуж, принцесса, а значит, я за тебя — отвечаю. Как минимум, не могу позволить, чтобы ты ушла бомжевать на вокзал.

— Я не буду бомжевать на вокзале! — возмущаюсь я, уперев руки в боки. — Ты за кого меня вообще принимаешь?!

— Ну хорошо. А куда ты сейчас попрешься, кроме бомжатников? Сама же сказала, что идти тебе некуда.

— Я позвоню подругам! Они мне помогут!

— Ты выкинула телефон в окно, принцесса, — безжалостно напоминает он. — Так что не позвонишь.

Блин…

Точно.

— И что теперь? — Я упрямо вздёргиваю подбородок, чтобы хоть немного прибавить себе роста. Рядом с этим мужиком я себя ощущаю какой-то крошечной. — Брак у нас вообще-то фиктивный, так что на меня ты никаких прав не имеешь, ясно?

— Принцесса, если ты считаешь, что я рад и счастлив, что ты тут со мной оказалась, ты сильно ошибаешься, — хмыкает он. — От тебя столько проблем и шума, что я уже сто раз пожалел. Но бросить я тебя тоже не могу, у меня есть принципы. Так что поживешь пока тут. Потом разберемся.

— А что будет потом?

— Или к родителям обратно свалишь, или, может, работу себе найдёшь.

— Работу? — переспрашиваю я и впервые серьезно над этим задумываюсь.

Может, это и правда выход? У меня есть хорошее образование, диплом МБА, я знаю четыре языка, плюс у меня есть опыт в бизнесе родителей и в организации самых разных мероприятий. Сколько могут за такое платить? И где искать вакансии?

— Хотя где ты, и где работа, — презрительно бросает мужик, не дождавшись моего ответа. — Ладно, пошли в дом.

Он, не спрашивая разрешения, подхватывает одной рукой мой ярко-бирюзовый чемодан, который удивительно неуместно смотрится в этом лесу, и идет вперед.

Мне ничего не остается, как ковылять за ним. Идти нормально тут просто невозможно! Даже мои невысокие каблуки утопают в рыхлой земле, цепляются, и от этого у меня походка как у хромой утки.

Плюс один к унижениям сегодняшнего дня.

Едва мы подходим к высокому забору, как вдруг оттуда раздается низкий, глубокий, рычащий звук, как будто там сидит как минимум тигр. У меня все волоски на теле моментально встают дыбом, а по спине бегут мурашки.

— Там кто-то есть, — бормочу я испуганно. — Или что-то. Мог туда залезть волк, как думаешь?

— Принцесса. — Он смотрит на меня как на дуру. — Я же говорил тебе: у меня собака. Джек.

Ну да, шерсть в салоне, таблетки эти…

Я почему-то не сообразила.

— Скажи, что это маленькая собака, — дрожащим голосом прошу я. — Пудель там. Или… Или еще кто-нибудь поменьше.

Я не знаю, какие есть породы, я вообще мало интересуюсь домашними животными. У нас их никогда не было, потому что у папы аллергия. Он поэтому и разводит своих долбаных рыбок, потому что у них нет шерсти.

Вообще я хотела себе в детстве маленького хорошенького щенка, но мама категорически запретила. А потом мы были в гостях у папиного коллеги по бизнесу, я без спроса вышла из дома, и там меня загнала в угол двора огромная собака. Она жутко рычала на меня, а я плакала так, что даже заикаться начала.

Сколько мне было? Лет пять или шесть, наверное, потому что Нюта уже родилась.

— Скажи, что у тебя там маленькая собака! — в панике повторяю я.

Мужик терпеливо вздыхает, а за забором уже кто-то тяжело дышит и гулко топает.

— Принцесса, сама подумай, зачем мне в лесу маленькая собака? Ее любой хищник сразу пополам перекусит. Ты не бойся: Джек — воспитанный пес. Он без приказа нападать не будет.

— Откуда ты можешь знать, что у него в башке? — истерично вскрикиваю я. — Собаки — это животные! И ведут себя как животные!

— Как животные чаще всего себя ведут люди, — обрубает он. — Именно поэтому я предпочитаю иметь дело с собаками.

Он подходит к калитке и открывает ее. Оттуда выскакивает огромная собака — черная, с крупной мордой. Она бодает лбом колено этого мужика, а потом замирает, глядя на меня в упор.

И от этого взгляда мне реально жутко.

— Я не зайду в д-дом, пока т-там будет эт-то чудовище, — с трудом выговариваю я и делаю шаг назад.

— Хочешь спать в лесу?

Я мотаю головой.

— Ну вот, значит, зайдешь. А теперь давайте знакомиться. Джек, это принцесса. Принцесса, это Джек. Давай, подойди к нему, пусть он тебя обнюхает.

Я стою как вкопанная. Все тело начинает мелко трясти.

— Подойди! — приказным голосом повторяет мужик.

Я мотаю головой.

— Принцесса! — Он явно злится. — Я заебался, я хочу помыться и поесть, а не смотреть на твои капризы. Потом устроишь театр, ладно?

Я не выдерживаю и резко закрываю лицо руками, едва успев спрятать побежавшие по щекам слезы.

— Эй, — голос мужика вдруг звучит удивленно. — Ты там что? Ревешь что ли?

— Нет! — глухо огрызаюсь я.

— Слушай, сказала бы сразу, что так сильно боишься собак. Я откуда знал, что у тебя фобия?

— У меня не фобия! — яростно вскрикиваю я, шмыгаю носом и убираю руки от лица. — Я ничего не боюсь, ясно тебе?

Собака прижимает уши к голове и низко, предупреждающе рычит.

Я вздрагиваю и делаю шаг назад.

— Не боишься? — уточняет мужик.

— Нет! Просто не люблю их. И вообще животных не люблю. И… Скажи, чтобы она ко мне не подходила! — взвизгиваю я, потому что собака чуть подается в мою сторону.

— Это не она, а он. Джек. Называй его по имени.

— То есть меня ты по имени не называешь, а я твою собаку должна?! Офигеть у тебя тут порядки, — бормочу я, пытаясь отвлечься от самого страшного: от немигающего взгляда этой огромной псины.

Какой нормальный человек заведет себя дома такое чудище?!

С другой стороны, а кто сказал, что мой муж нормальный?

— Так, принцесса, вещь какую-нибудь с себя сними, — вдруг говорит он, и я шокированно замираю.

Даже про собаку забываю на какое-то время.

— Ты охренел совсем? Бесплатный стриптиз захотел? Может, еще и ноги тут перед тобой раздвинуть?

— Твою мать! — тяжело вздыхает он. — Как же с тобой сложно! Вещь свою положи на землю, говорю, а Джек ее обнюхает. Ему в любом случае надо с тобой познакомиться. Не хочешь подходить к нему, давай пока так сделаем.

Ой…

Я его немного неправильно поняла, да?

Мне становится неловко, и по лицу проходит волна жара.

Боже мой, как же ужасно я сейчас, наверное, выгляжу!

Глаза опухли от слез, а сейчас еще и щеки наверняка красные.

У меня аж руки начинают зудеть: так сильно хочется достать косметичку и посмотреться в зеркало.

Но вместо этого я торопливо вытаскиваю из брюк кожаный ремень.

— Подойдет?

— Подойдет, принцесса. Но рано или поздно тебе придется познакомиться с Джеком лично.

— Обойдусь без таких знакомств, — бормочу я, осторожно кладу ремень на землю и отхожу еще на два шага назад.

— Понюхай, — спокойно приказывает мужик своей собаке. — Это принцесса, она своя.

Пес подходит, наклоняет свою огромную жуткую морду и шумно нюхает мой ремень. А потом вдруг хватает его зубами, отбегает в сторону, укладывается и начинает увлеченно его грызть.

— Это мое! — взвизгиваю я. — Ты… ты! Скажи, пусть он отдаст! Это Гуччи вообще-то!

— А это Джек, — парирует мужик. — Он решил, что ты ему игрушку принесла.

— Знаешь, сколько эта игрушка стоит?!

Он тяжело вздыхает.

— Ладно, не психуй. Сейчас заберу.

Я с омерзением смотрю на блестящий от собачьих слюней ремень, на следы зубов на белой коже и мотаю головой.

— Не надо. Будем считать, что я принесла свой любимый ремень в жертву этому чудовищу.

— Это типа как в сказках дракону девственниц отдавали? — хмыкает он.

— Знаешь, девственницу было бы найти проще, чем такой ремень, — со вздохом говорю я. — Это вообще-то лимитированная коллекция. Была…

— Мне бы твои проблемы, принцесса. В дом пойдешь?

— А этот, хм, Джек так и будет тут лежать? — опасливо уточняю я.

— А в чем проблема? Ты же не боишься собак.

— Не боюсь. Просто… не доверяю. Ремень он у меня уже спер, вдруг еще что-то захочет утащить?

Мужик тяжело вздыхает, прямо как его пес, потом подходит ко мне, берет за руку и ведет к калитке. Джек провожает нас взглядом, но остается лежать на месте, с упоением разгрызая мой коллекционный ремень.

Как только мы заходим за забор, я сразу же выдергиваю руку из большой горячей ладони своего мужа и оглядываюсь.

— Это что?!

— Колодец.

— Зачем?

— А воду я откуда брать должен?

— То есть вода… только отсюда? — потрясенно спрашиваю я. У меня это в голове не укладывается. — А если я хочу умыться?

— Ковшиком.

— А целиком помыться?!

— Баня есть. Там за домом.

Так, подождите. Если здесь нет нормального водопровода, то… то как быть с туалетом?!

— Слушай, а как тут с более интимными процессами? — аккуратно интересуюсь я.

— Ты про секс?

— Нет! Тьфу, нет, конечно! Я про… про туалет!

— А. Ну в кусты. Куда еще?

О господи.

Я же не смогу.

— Пошли дом покажу.

— Пойдем, — убитым голосом говорю я.

Он открывает тяжелую дверь, придерживает, пропуская меня вперед, и я осторожно захожу внутрь.

Машинально принюхиваюсь, ожидая чего-то неприятного. Может, запаха плесени, гнили или сырости, но ничего такого нет.

Пахнет деревом. И какими-то травами.

На самом деле неплохо.

А еще тут даже не так грязно, как я думала.

— Проходи, чего топчешься? — говорит он. — Обувь не снимай, я только в комнатах разуваюсь.

— А где комнаты?

— Но втором этаже. Тут только кухня и мастерская.

Я прохожу дальше и с любопытством осматриваю кухню.

Мне сложно оценить, есть ли тут все, что нужно, потому что я никогда в жизни не готовила.

У нас дома отличные повара, они этим занимались.

Когда я была маленькой, я бегала к ним на кухню за соком или за пирогом, но мама меня от этого отучила. Сказала, что там я только мешаю, и если мне чего-то хочется, надо просто сказать экономке. И она принесет.

Едва я про это думаю, как мне сразу же невыносимо хочется кофе. Большую кружку капучино с шоколадной крошкой. И два маленьких миндальных пирожных, которые Маша всегда приносила мне вместе с капучино.

— У тебя есть кофе? — спрашиваю я.

— Есть. На верхней полке справа. Будешь делать, мне тоже сделай, а я пока пойду щепок принесу.

— Щепок?!

— Это такие мелкие деревяшки, — снисходительно объясняет он.

— Я знаю! Но зачем?

Он смотрит на меня молча и только усмехается.

— Электричества здесь тоже нет, да? — дрожащим голосом спрашиваю я, а когда он кивает, бессильно опускаюсь на деревянную табуретку.

Мамочки.

Куда. Я. Попала.