Глава 2 · Чтобы не сомневалась

Я тупо моргнула, все еще сжимая огнетушитель.

— Я врач, — выдохнула я.

— Так какую бездну вы стоите⁈ — рявкнул он, и его синие глаза сверкнули. — Бзз-Бзз ранен! Делайте что-нибудь!

Существо в его руках жалобно пискнуло и посмотрело на меня огромными влажными глазами. Это был какой-то гибрид енота, суриката и, кажется, светящегося кактуса. И оно действительно истекало какой-то голубоватой жидкостью.

— Заносите! — скомандовала я, мгновенно включаясь в рабочий режим. — Быстро!

Я развернулась и побежала обратно в клинику, краем уха слыша за спиной тяжелые шаги.

В операционной я на ходу натягивала перчатки, орала на Джулиуса, чтобы заткнулся, и показывала незнакомцу на смотровой стол.

— Кладите сюда! Что случилось? Сколько времени прошло? Чем брызгали?

— Осколок от панели управления, — выдохнул он, осторожно опуская питомца на стол. — Вонзился прямо в бок. Я вытащил сразу, минут десять назад. Ничем не брызгал, побоялся, что сделаю хуже.

— Хорошо, что не стали, — буркнула я, склоняясь над раненым, уже забыв, что пять минут назад любовалась его глазами. — Сейчас разберемся.

— Как вы вообще умудрились? — спросила я, очищая рану. — На крышу моей клиники — это надо постараться.

— Я лучший пилот этого сектора, — отрезал он ледяным тоном. — Просто случилось непредвиденное. Метеоритный поток, пришлось уходить в атмосферу, а тут уже…

— Понимаю, — улыбнулась я. — С каждым бывает. Главное, что живы.

Существо Бзз-Бзз жалобно пискнуло, и я переключила все внимание на него. Рана была серьезной, но не смертельной. Осколок задел мышечный слой, но, к счастью, прошел вскользь от жизненно важных органов.

— Какая у него группа крови? — спросила я, подключая сканер.

— Он универсальный реципиент, — сказал пилот. — Если потребуется переливание, берите мою кровь. Мы с ним совместимы.

Я подняла глаза.

Он стоял напротив, в двух шагах от меня, и выглядел так, будто готов был прыгнуть в кипяток, лишь бы спасти это пушистое недоразумение.

— Совместимы? Это как? — переспросила я, обрабатывая рану антисептиком. — У вас с ним телепатическая связь?

— Типа того. Мы вместе уже пять лет. Он — часть корабля… и часть меня.

В его голосе проскользнуло что-то такое… живое. Теплое. Что заставило меня посмотреть на него внимательнее.

Он был не просто красив. Он был настоящим. Перепачканный, потрепанный, с бешеным блеском в глазах от адреналина, но абсолютно, черт возьми, настоящим.

— Он будет жить, — сказала я, накладывая шов. — С ним все будет хорошо.

Пилот выдохнул так, будто я сняла с его плеч груз весом в тонну. Он провел рукой по лицу, размазывая мазут по щеке, и впервые за все время улыбнулся.

У него была обезоруживающая улыбка. Такая, от которой у нормальных женщин подкашиваются колени. А я была очень даже нормальной, хоть и немного пьяненькой, но это не помешало мне провести операцию с Бзз-бзз.

— Спасибо, — сказал он. — Вы даже не представляете, как я вам благодарен.

— Представляю, — буркнула я, стараясь не смотреть на его губы, которые безумно хотелось поцеловать. — Хотя не представляю, как вы будете объяснять страховой компании, что разбили шаттл на крыше ветеринарной клиники.

Он усмехнулся, и в этот момент Бзз-Бзз открыл глаза, жалобно пискнул и потянулся к нему лапкой.

— Я все улажу, — пообещал пилот, поглаживая питомца. — Обещаю.

Я выпрямилась, сняла перчатки и только сейчас заметила, что в клинике подозрительно тихо. Слишком тихо.

— Черт, — выдохнула я.

— Что?

— Джулиус!

Я вылетела в смотровую и обнаружила, что мой пушистый грызун пациент сбежал. Бокс был открыт — видимо, от удара сломался замок.

— Ой-ой-ой, — запричитала я, заглядывая под стулья. — Джулиус, малыш, где ты⁈

— Кто такой Джулиус? — раздался голос за спиной.

Я обернулась. Пилот стоял в дверях операционной, прислонившись плечом к косяку, и смотрел на меня с любопытством.

— Мой пациент, — объяснила я, вставая на четвереньки, чтобы заглянуть под шкаф. — Пушистый грызун с тремя глазами. Очень пугливый. Ваш шаттл его напугал до смерти.

— Я помогу, — сказал он и, опустился на колени рядом со мной.

Мы одновременно заглянули под шкаф. Наши головы чуть не столкнулись.

— Извините, — сказала я, отодвигаясь, и почувствовала, как моя щека коснулась его плеча. От него пахло гарью, озоном и чем-то пряным. Очень приятно пахло.

— Ничего, — ответил он, и его голос прозвучал как-то иначе. Ниже, что ли.

Я замерла. Мы сидели на полу в полутемной клинике, среди разбросанных игрушек и медицинских приборов, и между нами вдруг пробежало что-то… неуловимое. Воздух стал плотнее.

— Я Кассиан, — представился он, не отводя взгляда. — Кассиан Рэй. Капитан корабля «Стрела Амарры».

— Сильварана, — ответила я, чувствуя, как глупо, наверное, сейчас выгляжу. На четвереньках, с растрепанными волосами. — Но можно просто Сильва.

— Красивое имя, — сказал он и повторил его. — Сильварана.

Мои щеки горели, и я отчаянно надеялась, что в полумраке клиники этого не видно.

Я хотела что-то ответить, но в этот момент заметила Джулиуса. Он забился в самый угол под стеллажом и отчаянно дрожал.

— Ой, малыш, — прошептала я, протягивая руку. — Иди сюда, глупенький, все хорошо, этот дядя со своим кораблем уже почти уходит.

— Я не ухожу, — спокойно сказал Кассиан.

Я замерла и повернула голову.

— В смысле?

— Мой корабль разбит, — он говорил ровно, без эмоций, просто констатируя факт. — Пока не починю — я здесь.

— Это не мои проблемы, — осторожно сказала я.

— Ты спасла Бзз-Бызза, — он посмотрел на меня в упор. — Я в долгу и поэтому остаюсь.

Я открыла рот, чтобы возразить, но в этот момент Джулиус высунул нос из-под стеллажа. Я потянулась к нему, и в ту же секунду Кассиан перехватил мою руку.

— Осторожно, — сказал он низко. — Там рядом проводка. Током может ударить.

Его пальцы сомкнулись на моем запястье — горячие, сильные. Я подняла глаза. Мы были так близко, что я чувствовала его дыхание на своих губах.

И мое сердце, предательски глупое сердце, которое должно было ненавидеть этого нахала за разрушенную крышу и сбежавшего пациента, вдруг пропустило удар.

— Я сама разберусь, — выдохнула я, но руку не выдернула.

Он смотрел на меня сверху вниз — спокойно, изучающе, как смотрят на что-то неожиданно интересное.

— Ты всегда такая? — спросил он.

— Какая?

— Упрямая.

— Только с теми, кто падает на мою крышу посреди ночи.

Уголок его губ дрогнул.

А потом он вдруг подался вперед, прижал меня спиной к стеллажу и поцеловал.

Это было короткое, жадное, требовательное прикосновение губ, от которого у меня внутри все перевернулось. Его рука скользнула мне на талию, притягивая ближе, и на одно бесконечное мгновение я забыла, как дышать.

А потом он отпустил меня так же внезапно, как прижал.

— Чтобы не сомневалась, — сказал он ровно. — Остаюсь.

Я открыла рот. Закрыла. Снова открыла.

Джулиус, воспользовавшись моментом, вылез из укрытия и забрался ко мне на руки, жалобно попискивая.

— Я… ты… — выдавила я наконец.

Кассиан уже стоял в дверях и улыбался так, будто знал обо мне что-то, чего не знала я сама.

— Завтра утром нужен будет доступ к запчастям, — бросил он через плечо. — И инструменты. Разберемся.

— А если я против? — нашла в себе силы спросить я.

Он обернулся. В полумраке его синие глаза блеснули.

— А ты против? — спросил он, и в голосе впервые проскользнуло что-то похожее на усмешку.

Я промолчала.

— Вот и хорошо, — кивнул он. — Спокойной ночи, Сильварана.

Дверь за ним закрылась.

Я осталась одна с Джулиусом на руках, бешено колотящимся сердцем, пустой бутылкой вина на подоконнике и губами, которые до сих пор горели от его поцелуя.

— Кажется, — прошептала я, глядя на свое отражение в темном окне, — мои молитвы о подарке с неба были услышаны.

И почему-то от этой мысли мне стало одновременно страшно и очень, очень тепло. А еще в голове крутилась только одна мысль:

«Лишь бы он не починил свой шаттл слишком быстро».