Глава 32

Тревога за возлюбленную выплеснулась в непроизвольном инстинктивном движении. Филакас мгновенно устремился вперёд и ловко шагнул перед возлюбленной, закрывая её собой. Он пристально вглядывался в заполненный голубоватой дымкой сумрак пещеры, надеясь увидеть того, кто в ней скрывался.

Веста упрямо продолжала стараться обойти Ратмира, чтобы заслонить его, не обращая внимания на то, что он пресекал все эти попытки. Вдруг к их немалому удивлению на пороге показался сгорбленный старик в серых лохмотьях. От него исходило мягкое полупрозрачное свечение. Он с любопытством посмотрел на них.

— Принесли дитя? — вдруг поинтересовался незнакомец, но тут же нахмурился и продолжил: — Но я не ощущаю энергию ребёнка. — Старик задумчиво оглядел их поразительно мудрыми, тёмно-синими, глазами. — Чувствую, что вы связаны, но детей у вас ещё нет. Так что же привело сюда супругов?

— Ошибаетесь, мы не заключали союз, — откликнулся Ратмир и воспользовавшись заминкой Весты, решительно приобнял её, удерживая немного позади себя.

— А кто вы такой и что здесь делаете?

— Меня зовут Аифал, — он добросердечно улыбнулся. — Только, боюсь, моё имя ни о чём вам не скажет. — Старик поднял глаза к небу. — Его значение погребено под ворохом грехов и ошибок.

— Грехов? — выглянула из-за возлюбленного Веста. — Но ведь…

— Вы совершенно правы, мои грехи не относятся к тем, которые не пускают в это дивное место, — в его взгляде отразились тоска и боль. — Мой грех — грех любви.

— Любви? — словно эхом, повторила за ним она и встала рядом с Ратмиром.

— Но давайте не будем поминать горечь прошлого, лучше объясните, как вам удалось соединить энергию, не проведя ритуал союза? — Веста с недоумением взглянула на возлюбленного. Аифал не сводил с них внимательных глаз. — Вы же понимаете, соединить энергию, ту что течёт в вас и которую я вижу на ваших пальцах, без союза невозможно.

— И тем не менее, никакого союза не было, — спокойно произнёс Ратмир и приобнял Весту за плечи. — Как только закончим академию — мы тут же проведём ритуал.

Старик неожиданно расхохотался.

— Ох, как же вы молоды и неопытны. Ваш случай крайне редок, но всё же имеет место быть, — пояснил он и неожиданно указал рукой на Весту. — В ней довольно долгое время копилась и не расходовалась смесь из двух энергий. Это и привело к тому, что сейчас её переполняет невероятная сила.

— Но откуда… — вырвалось у Весты.

— Откуда я знаю? — Аифал устало улыбнулся ей. — Дитя, мне пришлось пройти очень много дорог. В силу жизненных обстоятельств, я познал множество тайн, чтобы не суметь различить волю ваших энергий. — Он посмотрел на филакаса. — Твоя энергия изначально приучена к сдержанности и не вырвется из-под контроля, а вот та её часть, которая соединена с её, возмущена, что союз до сих пор не проведён. — Старик заглянул ему в глаза. — Ты ведь знаешь какое могущество живёт в ней и понимаешь, что может произойти, если не пойти навстречу.

— Боюсь, никто не станет проводить ритуал — мы ещё несовершеннолетние студенты, — покачал головой Ратмир. — Да и Веста пока не дала своего согласия.

— В своей жизни я встречал пару подобную вашей, — внезапно задумчиво изрёк Аифал. — Филакаска не пожелала связать себя узами с землянином… Их итог был плачевным…

— Что же нам тогда делать? — ошеломлённо ахнула Веста. В её глазах заблестели слёзы.

— Я могу помочь, только ты должна будешь добровольно отдать часть своей энергии ему, — он кивнул в сторону Ратмира, пристально глядя на неё. — А ещё тебе придётся признать супруга главным и смириться перед ним.

Веста перевела взгляд на возлюбленного, робко улыбнулась и положила ладонь на его руку, по-прежнему удерживающую её. Он без слов внял просьбе и молчаливо отпустил. Она сделала несколько неторопливых шагов к старику и умоляюще коснулась его ладони.

— Я согласна на всё, только не дайте ему погибнуть, — с мольбой произнесла землянка.

— Безразлична власть и могущество, и даже готова пойти на подчинение, — Аифал посмотрел на неё со смесью удивления и восхищения, после чего перевёл взгляд на Ратмира. — Поистине небеса благоволят тебе.

Филакас с радостью бы согласился с ним. Он и сам не понимал за какие заслуги ему досталось столь бесценное сокровище. Но вставший в горле ком создавал определённые сложности, мешая нормально вдохнуть, не говоря уже о том, чтобы что-то произнести.

— Ритуал проведём на рассвете, а сейчас вам стоит хорошенько отдохнуть — завтра вас ожидает серьёзное событие, — старик кивнул Ратмиру в сторону отрешённой Весты. — У тебя осталось немного времени, чтобы получить её согласие.

Аифал тихонько рассмеялся и проследовал в сторону леса. Филакас тяжело вздохнул и направился к возлюбленной. Она мгновенно обернулась и, будто ощутив его печаль, сделала шаг на встречу. Обняла за талию и прижалась щекой к его груди.

— Ты не думай, я рада, я очень рада, что ритуал свершится, — Веста порывисто говорила, словно боялась, что он и вправду придумает себе невесть что. — Только…

— Только ты теперь будешь бояться за меня из-за Атанасиуса ещё сильнее, — закончил за неё Ратмир, и она печально покачала головой, не замечая, что по лицу покатились слёзы. Он бережно вытер прозрачные капли со щёк. — Веста, мы через столько прошли, нашу любовь ему не…

— Знаешь, на земле есть одна легенда, — внезапно оборвала она возлюбленного и подняла на него покрасневшие глаза. — Легенда о верности двух птиц… я тебе уже говорила о них… — Он затаил дыхание, ощущая, что ничего хорошего ждать от этих слов не стоит. — Ратмир, я не хочу и не буду жить без тебя, — Веста неожиданно крепко схватила его за лацкан рубашки. — Я уйду вслед за тобой и мне совершенно безразлично, что поставит точку в моей жизни. Я не буду существовать в мире, в котором нет тебя.

Филакас укрыл тонким магическим покрывалом спящую возлюбленную, не давая утренней прохладе коснуться её. Он не сводил с неё глаз, всё время думая о сказанном ею. Они после не произнесли больше ни единого слова, лишь молчаливо обнялись и стояли так некоторое время.

Он увлёк её вглубь пещеры, когда небосвод уже окрасился в удивительный тёмно-сапфировый цвет и дополнил свой траурный наряд драгоценностями мелких мерцающих светил. Довольно широкий пологий выступ в пещере заменил влюблённым постель.

Ратмир по-прежнему обнимал Весту, хотя светло-васильковый камень, казалось, источал тепло и замёрзнуть ей не грозило. Он тихонько вздохнул, когда она в очередной раз завозилась во сне и успокоилась, лишь прижавшись к нему и ощутив его близость.

Рассветные лучи беззастенчиво вторглись внутрь пещеры, заставляя пыльцу ярко засиять серебристым светом. Отразившиеся блики скользнули по лицу Весты и заплясали на её длинных ресницах.

Филакас не успел приподнять магический щит чуть повыше, чтобы оградить возлюбленную от них и дать ещё немного поспать. Веста поморщилась, распахнула глаза и тут же столкнулась с его обеспокоенным взглядом. Счастливая улыбка легла на её губы.

— Я люблю тебя, Ратмир, — выдохнула она, неожиданно потянулась к нему и нежно поцеловала.

— И я тебя люблю, Веста, — с трудом сдерживая себя, чтобы не поддаться чувствам, он напомнил: — Нам уже скоро идти, ты не забыла?

— Как я могу забыть о том, что ты наконец-то станешь моим? — Землянка обняла его за шею, прижалась щекой к его щеке и тихонько рассмеялась. — Знал бы ты, сколько я об этом мечтала.

— Веста, — едва слышно выдохнул он и трепетно коснулся её губ. Она пылко ответила, но почти сразу отстранилась. Филакас с недоумением воззрился на неё. Веста ласково погладила его по щеке, взяла за руку и соскользнула с импровизированной кровати, увлекая Ратмира за собой, к выходу.

Влюблённые неторопливо шли в сторону леса, счастливо переглядываясь. Филакас всё же не мог понять такую быструю смену настроения. Ещё вчера она была в состоянии глубокого уныния, а сегодня вела себя так, словно ничего не произошло.

И тут его осенило. Его малышка попросту смирилась. Она безропотно приняла уготованное, наслаждаясь отпущенным им временем. Ратмир опечаленно улыбнулся. Он сделает всё, чтобы их время не закончилось. Приложит все силы, чтобы оно длилось вечно.

Впереди показалась огромная роща. Стволы статных многовековых деревьев удивляли своим оттенком цвета слоновой кости. Роскошные кроны состояли из узких белоснежных листьев, напоминавших лебединое перо. Покрывавшая их серебристая пыльца, заставляла всё сиять в рассветных лучах и придавала этому месту особое очарование.

Веста с почти детским восторгом рассматривала уникальную кипенно-белую растительность, с небольшими серебристыми звёздочками-цветами. Она так загляделась на светло-голубой бутон среди узких листьев, что не заметила вышедшего им навстречу Аифала.

— Готовы провести отпущенный вам срок вдвоём? — поинтересовался он, привлекая внимание Весты.

— Да, — несколько смутившись, кивнула она.

— Да, — твёрдо ответил Ратмир, когда взгляд старика перешёл на него.

— Тогда возьмитесь за руки и пойдёмте, завершим то, ради чего мы здесь.

Он положил свою руку на их. С его ладони, тонкой полупрозрачной голубой нитью, поднялась энергия и связала их сплетённые пальцы. Влюблённые в недоумении удивлённо переглянулись. Аифал, тем временем, увлёк их за собой, что-то бормоча под нос.

Они всё шли и шли. Временами им казалось, что этот путь проходит по кругу и нет ему конца. С листьев и стволов, постепенно, стала облетать пыльца, ложась на них, и вскоре одежда, волосы и лицо замерцали.

Старик внезапно отодвинул длинные ветви одной из крон и они вышли на поляну. В её центре находился цветок, напоминавший невысокий подсолнух, будто отлитый из серебра. Аифал подтолкнул их к нему.

— Возьмитесь руками за стебель и лес завершит ваш ритуал.

Не раздумывая они подошли к удивительному растению. Едва их ладони коснулись цветка, как он засиял серебристым и золотистым светом. Сияние постепенно принялось вращаться, взмывая вверх и сливаясь воедино.

Радость энергий, резким порывом ветра, прошлась по влюблённым, с поразительной лёгкостью сметая осевшую на них пыльцу. Ратмир и Веста не видели, как серебристо-золотистое сияние легло на цветок и проникло через ладони обратно в них.

Они смотрели друг на друга, безмолвно произнося взглядом и едва заметно шевелившимися губами:

— Я тебя люблю.