Глава 44. Женя

Смотрю на Дину и думаю, она нормальная вообще? Или считает, что с ней в игры играют? Мой отец не будет шутки шутить, он возьмет и без слов уничтожит.

Идти против Беспалова-старшего вот так, не глядя. Не зная ничего о противнике, не разведав и не найдя точек, на которые можно надавить. Это же полный бред! Я в шоке, что Дина согласилась.

Она хоть и Кошкина, но явно не обладает девятью жизнями. Бесстрашием и чувством справедливости, да. Только вот они ее не спасут, когда до нее доберутся.

Мой отец страшный человек. И ей его нужно бояться. А не скакать с красной тряпкой посреди арены, не вызывать гнев на себя.

Блин, да как ее вытащить-то теперь? Без риска для жизни.

– Молот, девчонка права, – Ярослав встаёт на сторону Дины. Мне так и хочется треснуть друга после этих слов. Головой бы сначала подумал, а уж после вещал. Заколебало! Умники на всю голову.

Смотрю на Ольху. Еще один готовый рискнуть всем. Придурок!

Наверное, Ярославу стоит напомнить, как Макс вывернул руль и едва не погубил его и себя, выводя Миру из-под удара. Как Яр после аварии с трудом выбрался с того света.

Короткая память у тебя, друг. Раз забываешь об этом.

– Твоя девчонка предлагает единственный вариант засадить ублюдка далеко и надолго, – не останавливается Ольховский. Продолжает давить. Чем бесит еще сильнее.

– Ага. А мне стать единоличным владельцем крупного и не совсем легального бизнеса, – ржу. Я без смеха не могу слушать то, что они предлагают.

Люди, очнитесь! Ау!

Вы собрались идти против леопарда с прищепкой. Шансов выбраться нет, как ни крути.

Одумайтесь, пока не поздно!

– Я же справился после того, как отца посадили, – обращается ко мне совершенно серьезно. – И ты сможешь.

Блин, вот что за упертые на мою голову! Сказал им, что не вариант. Так нет же, продолжают настаивать.

– Я не согласен рисковать Диной, – отрезаю жестко. Пусть делают, что хотят! Но девчонку не позволю тронуть!

– Женя, не обижайся, но ты не прав, – вмешивается Радько.

Твою мать! Да что ж вам всем неймется? Дина – табу! Хотите засадить моего отца, предлагайте варианты без участия в них Кошкиной!

– Похрен мне прав или нет! – рявкаю. – Я сказал, что моя девчонка не будет рисковать собой и точка! Или хотите пойти против меня?

– Не хотим, – произносит Дина. – Но придется. Потому что ты пойми, – подходит ко мне, кладет руку на грудь. – Иных вариантов у нас просто нет.

Она обращается ко мне совершенно спокойно. Я не вижу паники во взгляде, не ощущаю страха. Такое впечатление, что Дина действительно готова пойти на риск.

И она такая не одна.

Смотрю на каждого из своих друзей. Они стоят единым фронтов вокруг девчонки и поддерживают ее.

– Да ну вас нафиг! – бросаю в сердцах, машу рукой. – Делайте, что хотите! Заколебало убеждать и пытаться достучаться!

Выхожу из кабинета, громко хлопаю дверью. Внутри меня бушует ярость и мне сейчас на все совершенно посрать.

Выхожу на улицу, вдыхаю полной грудью, обвожу взглядом территорию вокруг. Разворачиваюсь и иду в сторону садовых качелей. Они недалеко от главного входа, под кроной столетнего дуба.

Сажусь, облокачиваюсь на спинку, закрываю глаза.

Монотоннные движения бесят еще сильнее, но япорно продолжаю отталкиваться ногами от земли и медленно качаться. Контролирую процесс.

– Зря ты так с Диной, – рядом со мной на матрас присаживается Марина.

Я продолжаю нехитрые движения. Ничего ей не отвечаю.

– Она хорошая девчонка. Только отдувается всегда и за всех, – забирается с ногами наверх, внимательно смотрит на меня. – Ты знал, что у Дины есть брат? – спрашивает у меня, следит за каждым моим движением.

– Знал, – подтверждаю.

– А то, что он сидит на запрещенных препаратах и регулярно обворовывает ее? Тоже знаешь? – интересуется с жаром. Приоткрываю глаза.

– В смысле регулярно? – уточняю. Какого хрена я об этом не знал?!

– Раз в месяц, – говорит как ни в чем ни бывало. – А может, и чаще, – продолжает меня добивать.

Какого фига! Почему она мне не рассказала?!

– В свой крайний выход Дина отработала смену за троих. Она осталась одна на зал, – уточняет. – В субботу, – делает паузу смотрит на меня. – Там очередь на вход, понимаешь? Столики заняты, заказы идут один за другим.

– Я был в вашем баре, – говорю с раздражением в голосе. Ну, Дина! Ну попадись только мне!

Надаю по филейной части твоего тела так сильно, что потом еще неделю не сможешь сидеть!

– Она за одну ночь заработала себе на зимний пуховик, – продолжает посыпать солью раны. – А Егор взял и отобрал эти деньги. Все, понимашь?! – впивается в меня взглядом. А я лишь свирепею еще сильнее. Рвущуюся наружу ярость сдерживаю с трубом. – Дина никому ничего не сказала. Она никогда не жалуется на жизнь.

– Это я успел заметить, – подтверждаю горько. – Что Кошкина живет впроголодь я тоже узнал от других.

– Дина всегда и в любой ситуации находит выход. Даже в той, где кажется, что его вовсе нет, – пытается достучаться до моего разума.

Уверенность Марины и ее оптимизм подкупают. Может, я зря так сильно себя накручиваю? Может все не настолько плохо, как кажется?

Начинаю сомневаться в себе.

– А теперь спокойно и рассудительно подумай, – продолжает девчонка. – Стала бы она предлагать что-то, не имея запасной план?

Маринка уходит, оставляя меня одного. Я продолжаю сидеть на качелях. В голове столько мыслей, что так быстро с ними не совладать.

Девчонка Яра права. Дина не договаривает о чем-то крайне важном. Иначе бы не согласилась на столь безрассудный поступок, ведь идти против моего отца с пустыми руками вне здравого смысла. А Кошкина в своей бравоте была рассудительна, как никогда.

Вынимаю сотовый из кармана, снимаю блокировку и нахожу сообщение от Макса. Он уже поговорил со своим следаком, тот в восемь утра приедет. Нам спать осталось чуть меньше четырех часов.