13. Работа

Разумеется, вчерашнее нашествие снежных тварей было самой обсуждаемой темой в городе. Все нормальные люди, коих по счастью оказалось большинство, пересидели его в своих домах. Кто-то успел спрятаться, когда зазвучал сигнал тревоги, были и те, кто прятался на улице, на деревьях, они как раз и получили обморожение. Но главное, что твари до них не добрались. А вот двум бедолагам, застигнутым врасплох, не повезло…

– Мы сейчас дойдем до лавки, в которой отсиживались и грелись, – предупредил Эйнар. – Нужно расплатиться с хозяином за сломанный замок и чай.

Сводный бдительно наблюдал, как я одеваюсь в коридоре. Наверное, хотел убедиться, что точно тепло и по погоде.

День был замечательный: ясный и солнечный. Снег искрился и сиял, вчерашняя метель запорошила все: и дома, и деревья. Дороги теперь активно расчищали, в том числе с помощью магии.

Многие экипажи переставили на полозья, поняв, что с навалившим снегом за один день не справятся.

Но мы с Эйнаром решили пройтись пешком. Сводный взял нам по стаканчику горячего ягодного чая, приятно греющего руки через перчатки, которые я сегодня не забыла. Сам Эйнар, по обыкновению, шел без шарфа и шапки и внешне ничуть не мерз.

До хозяйственной лавки мы дошли достаточно быстро. Оказывается, не так уж и далеко я была от дома, но в метели не сориентировалась.

Владелец, коренастый бородатый мужчина, уже принялся менять замок и как раз вытаскивал сломанный, когда к нему подошел Эйнар и начал с извинениями объясняться и доставать деньги.

– И не подумаю! – категорически отказался мужчина, уперев руки в бока. – Был бы я вчера здесь – сам бы вас пустил и чая не пожалел. И замок – это ерунда. У меня их целая полка на продажу, не обеднею от одного. Главное – вы живы и здоровы. И так двоих твари загрызли, три десятка обмороженных в больнице лежат. А моя лавка кому-то спастись помогла. Считай, я нечаянно доброе дело в начале года сделал, удачу приманил. Так что не за что мне денег давать. Я честный лавочник, а не прохиндей какой!

В итоге мы с Эйнаром купили честному и доброму лавочнику в соседнем магазинчике большой мясной пирог и преподнесли не как благодарность, а как подарок. Тот повздыхал, но от подарка отказываться не стал – дурная ж примета, не к удаче.

– Будем знать, у кого замки и другие хозяйственные мелочи покупать, – заметил сводный, когда мы ушли. – Такой не обманет.

Дальше отправились к папе в госпиталь, узнать, не нужна ли помощь?

Помощь там понадобилась, причем именно алхимика: мазей от обморожения не хватало. Почти сорок пострадавших разной степени тяжести – к такому наша небольшая больница готова не была. Единственный алхимик уже с ног валился от усталости, но продолжал готовить новые порции.

– Давайте помогу! – вызвалась я.

– Ты не до конца восстановилась, – влез Эйнар.

– Там магии много не нужно, главное – с ингредиентами правильно работать, – отмахнулась я.

Сводному моя инициативность не слишком понравилась, но возражать он не стал.

Я же переоделась в запасной больничный халат и тапочки и принялась за дело, сменив выжатого как лимон алхимика, ушедшего отсыпаться в ординаторскую.

– О, Кейли, привет! – заглянул в лабораторию папа. – Рад, что ты пришла! Восстанавливающие снадобья тоже подходят к концу. Кроме обморожений, у нас десять человек с воспалением легких и тяжелой ангиной. Вот список. Сумеешь приготовить?

Я пробежалась глазами по наименованиям – обычные целительские снадобья.

– Да, к вечеру будут, – пообещала я.

– Спасибо, дочь! Ты умница! – похвалил папа и ушел к пациентам.

Так у него была частная практика, но наша семья всегда приходила на помощь городской больнице, когда того требовали обстоятельства. Мама вообще поехала на север спасать людей от эпидемии…

И я на добровольных началах варила зелья и готовила мазь. В лаборатории уследить за несколькими наименованиями было намного проще: специальное оборудование помогало все контролировать и заранее сигнализировало о завершении очередного этапа приготовления.

За работой я и не заметила, как прошел день. Зато заметил Эйнар, пришедший меня забрать и проводить домой. И, только выйдя из лаборатории, я поняла, что от усталости едва стою на ногах.

– Так и знал, что этим все закончится, – вздохнул сводный, беря меня под руку. – Ты наверняка даже не пообедала.

– Конечно! – вяло возмутилась я. – В алхимии от работы нельзя отвлекаться.

– Вот что с тобой делать? – Эйнар недовольно глянул на меня сверху вниз. – Тут какая-то кафешка была, пойдем туда, перекусишь что-нибудь.

Его «что-нибудь» превратилось в большую кружку горячего шоколада и многослойный бутерброд с сыром, ветчиной и овощами.

– Завтра я опять пойду в больницу, – предупредила его. – Один алхимик с таким объемом работы не справится. Пострадавших для нас многовато. До Варбена не в первый раз добираются твари Северного рубежа, но в первый раз такие опасные.

– Да, обычно крупных и опасных отлавливают сразу у гор, дальше проходит разная неприятная мелочь, – со вздохом подтвердил Эйнар.

– Не неприятная, а ингредиентосодержащая, – поправила я. – Тот же алый жабохват, вернее – его железы, в каких только зельях они не используются!

– Вам, алхимикам, лишь бы что-то из кого-то сварить, – рассмеялся сводный.

– А чего добру пропадать? – поддержала я шутку.

Домой мы вернулись ближе к ночи. Ни о какой тренировке, разумеется, и речи не шло.

– Тебе, наверное, надо помочь намазать спину! – спохватилась я, перед тем как уйти к себе в комнату.

Эйнар на секунду замер, и я уже подумала, что откажется. И даже не поняла, что при этом испытала: облегчение или разочарование?

– Давай, – согласился он.

Зайдя к нему, я запоздало подумала: а правильно ли мы поступаем?

Был бы он моим родным братом, я бы даже не собмневалась. Но мы не кровные родственники. Он мой преподаватель в академии и объект воздыхания многих девушек. Причем абсолютно заслуженно.

Но отказываться было глупо, и сбегать, как вчера, я тоже не собиралась. Надо спокойно намазать ему спину и руку, шрамы на груди он и сам обработает.

– Как так получилось? – спросила я, когда Эйнар снял рубашку и встал ко мне спиной.

Он понял, о чем я.

– Мой обычный напарник не смог пойти, – Эйнар слегка дернул плечами. – Его заменил достаточно молодой парень, не вчерашний выпускник, но именно на рубеже он был новичком. Маги стараются держаться в парах: один следит за защитой, другой отвечает за атаку. И мой напарник при появлении саблезубых грызанов испугался и спасовал. Не удержал щит, еще и сам подставился. Пришлось сначала вытаскивать его, пока грызаны не сожрали, а потом… Потом я не успел поставить щит, и грызан вцепился мне в руку, полоснув еще по боку. У него клыки с мое предплечье, если подпустил его близко – то все. Я, честно говоря, и не надеялся выжить. Хорошо, что мы были не одни, другие маги сумели отогнать зверя и вытащить меня.

Эйнар говорил глухо и отстраненно, и я без мази, просто так погладила его по спине. Теперь я четко видела шрамы от клыков саблезубого грызана и тоже понимала, что Эйнару несказанно повезло остаться после такой встречи в живых.

– Так, надо намазать тебе спину! – я все-таки вспомнила, для чего мы пришли в его комнату.

И осторожными массирующими движениями начала наносить мазь.

Спина, рука, я обошла Эйнара и провела пальцем по шраму на груди – не сумела остановиться. А он не спешил меня одергивать.

Взгляд я не поднимала, просто осторожно наносила мазь на поврежденную кожу. Даже после одного применения был заметный эффект: рубцы стали не такие яркие.

Сводный не шевелился, но я слышала, что его дыхание становится все глубже. Интересно, если поднять лицо и сделать шаг навстречу… Мы ведь и так стоим очень близко…

Я сама испугалась внезапных мыслей, закрутила крышку и, быстро попрощавшись, вышла. Все-таки опять сбежала.

Но я никак не могла определиться: стоит ли подбрасывать дров в огонь происходящего между нами? Или это что-то временное, а потом мы вернемся в академию, я сдам Эйнару экзамен – и мы разойдемся? Я продолжу изучать алхимию, он – преподавать боевую магию.

Ноер вон нравился мне три года. А в итоге разонравился за полдня.

А об Эйнаре я до недавнего времени вообще не думала в таком ключе.

Вот же шушрский мухокрыл! Он как магистр за целый семестр мне не понравился! Как же так вышло, что как сводный брат понравился за каких-то три дня?

И если бы как сводный брат…

Я вымыла руки, приняла душ и отправилась спать – завтра опять идти в больницу, надо как следует выспаться и отдохнуть. И постараться не думать об Эйнаре слишком откровенно. Хотя его мощная спина, которую и шрамы не портили, крепкие плечи, сильные руки, мускулистая грудь так и стояли перед глазами.

Наверное, надо заканчивать с вечерними сеансами нанесения мази. Пусть сам справляется или Глорию просит.

На этом волевом решении я и уснула.

Весь следующий день я предсказуемо провела в больничной лаборатории. Утром Эйнар проводил меня туда. Днем принес для нас с папой обед и проконтролировал, чтобы мы поели. А вечером пришел, чтобы вытащить меня из лаборатории и проводить до дома. Вытаскивать, правда, не пришлось: я и так собиралась уходить, просто присела немного отдохнуть на стул в коридоре и задремала.

– Кейли, – тихо позвал меня сводный, – пойдем домой.

– А, да! – встрепенулась я, сбрасывая навалившуюся дрему.

Эйнар помог надеть пальто и повел домой.

– Может, поймать экипаж? – предложил он.

– Нет, давай прогуляемся, – попросила я, беря его под руку. – Хочу подышать нормальным воздухом.

– Надеюсь, завтра ты не пойдешь работать? – недовольно спросил сводный.

– Не пойду. Пациенты потихоньку идут на поправку, запас зелий мы с алхимиком сделали, так что можем потренироваться.

– И не думай, тебе требуется нормальный отдых, – строго произнес Эйнар. – Послезавтра мы возвращаемся в академию, и тебе нужно пересдать мне экзамен, не забыла?

– Забудешь тут, – пробурчала я.

– На пересдаче возможно присутствие других преподавателей, и если ты от постоянного перерасхода не сумеешь продемонстрировать огненный шар и физический щит, то как я смогу поставить тебе зачет? Даже если видел их раньше.

– Логично, – я кивнула. – Значит, завтра отдохну и отосплюсь. Будет у меня хотя бы один полноценный день каникул.

– Совсем не отдохнула? – поинтересовался сводный.

– Зато впечатлений на полгода вперед, – заверила его со смешком.

Так, переговариваясь, мы дошли до дома, и я уже честно сворачивала к себе в комнату, когда Эйнар спросил:

– Не поможешь мне со спиной?

Я замерла, вспоминая все, что решила вчера. Никаких близких контактов, во избежание. И поэтому ответила:

– Давай.

Потому что ну как тут отказаться?

В комнате Эйнар сразу стянул свитер и аккуратно повесил его на спинку стула.

Я взяла с комода баночку, открутила крышку и застыла, рассматривая сводного брата, стоявшего вполоборота. Высокий, почти на голову выше меня. Волосы собраны в низкий хвост и сейчас перекинуты через левое плечо, чтобы не мешали наносить мазь. Спина со шрамами, уже не казавшимися такими жуткими, – мазь действовала, убирая красноту. Да и я уже как-то привыкла. Сначала больше сработал эффект неожиданности и пережитый страх, а теперь ничего особенного я не видела. Шрамы и шрамы.

Уверена, вздумай Эйнар пройтись перед студентками без рубашки, количество его поклонниц возрастет кратно.

Я сглотнула, подходя ближе. Сердце билось где-то у горла и так громко, что казалось, даже Эйнар может услышать.

– Все еще плохо выглядит? – неправильно расценил мою нерешительность сводный.

– Нет, уже значительно лучше, – отозвалась я, кашлянув.

Его спина казалась огненно-горячей на контрасте с моими холодными с улицы руками. Хотелось положить обе ладони ему на лопатки и просто погреться. А лучше обнять и прижаться полностью.

Я зажмурилась, пытаясь отогнать неуместные мысли и фантазии. Пальцы заскользили по широкой спине, потом по руке, потом Эйнар развернулся сам и осторожно обнял меня за талию, притягивая чуть ближе.

Я медленно поднимала взгляд по его груди, шее, подбородку, задержалась на губах и утонула в темных глазах. Дыхание сбилось. Я разом забыла и про мазь, и про шрамы, и про то, для чего мы здесь вообще.

Не знаю, чем бы это закончилось, но в дверь постучали.

– Эйнар, ты не видел Кейли? – послышался голос Глории. – Она будет ужинать?

И я резко шагнула назад, а сводный разомкнул объятия.

– Будем! – откликнулся он, хотя лично я не представляла, как сейчас спущусь вниз.

Щеки горели, да что там щеки? Я вся готова была вспыхнуть от смущения.

Но мне ведь не показалось, что Эйнар чуть меня не поцеловал?

– Идем, – сводный осторожно взял меня за пальцы, но я вытащила их.

– У меня руки в мази, надо помыть, – неловко объяснила я и юркнула в свою комнату.

Руки я действительно помыла, умыла горящее лицо, потом еще побрызгала на себя ледяной водой. Вроде немного помогло. Хотя, глядя на свое отражение, волей-неволей вспоминала красномордого гукана. И глаза у него такие же большие и вечно испуганные.

Все уже сидели за столом, и мое место оказалось как раз рядом с Эйнаром.

Надо как-то взять себя в руки.

– Вы уже послезавтра возвращаетесь в академию? – грустно спросила Глория.

– Да, вот и пролетели новогодние праздники, – усмехнулся Эйнар. – Лично я провел их замечательно, а ты, Кейли?

Этот хвостоногий шушкан издевается? Что за намеки при родителях? Это же намеки?

Я уже ничего не понимала!

– Я тоже, – отозвалась я, утыкаясь в тарелку.

– Кейли совсем не отдохнула, – сокрушенно заметила Глория. – Сначала Новый год, потом свадьба, потом то происшествие со снежными, помощь в больнице… А ведь ей еще какой-то сложный экзамен сдавать…

Да, ее же сыну.

– Кейли все сдаст, не переживай, – заверил маму Эйнар.

Я в целом тоже не сомневалась. Но мысль о том, что к учебе я временно не допущена и по приезде нужно срочно закрывать долг, неприятно царапнула.

Хотя в свете всех последних событий оценка отошла на… пятый план примерно.

– Папа, а как пострадавшие? Я точно могу завтра не приходить?

– Точно, – заверил папа. – Тебе действительно нужно полноценно отдохнуть хотя бы день. Половину пострадавших мы уже выписали, еще десять человек планируем выписать завтра, остальных за неделю долечим.

Звучало обнадеживающе. Значит, завтра мне никуда идти не придется…

Взгляд Эйнара я скорее почувствовала, чем заметила. Наверняка сводный понял то же самое: если я никуда не иду, то провожу этот день с ним.

Осознание этого заставило меня буквально проглотить ужин и под предлогом усталости уйти в свою комнату. Все развивалось как-то слишком стремительно, и я не успевала перестроиться и принять все перемены.

И совершенно не понимала, как – в случае чего! – родители воспримут наши отношения. Которых пока не было.

Но я уже думала и о том, как начнут на меня смотреть в академии, где отношения с преподавателями тоже не поощрялись.

Все вообще выглядело слишком сложно и неправильно. Поэтому только сильная усталость спасла меня от бессонницы.

Но даже во сне я видела Эйнара и понимала, насколько он мне нравится.