5. Новый год

Пока мы добывали новогодний огонь, Глория зря времени не теряла. Она успела наготовить на праздник кучу вкусностей, так что стол просто ломился.

– Мы уже волноваться начали, – призналась мачеха, встречая нас и бережно забирая небольшой фонарик с закрытыми стенками – чтобы огонек не задуло.

– Не волнуйтесь, – отмахнулась я, стягивая пальто, которое подхватил и повесил Эйнар. – У нас тихий городок, тут приключения найти невозможно даже при огромном желании.

– Я слышу разочарование в твоем голосе, – пошутил магистр.

– Иногда хочется чего-то этакого, – улыбнулась я.

– Проходите быстрее, уже застолье пора начинать! – поторопил нас папа, выглядывая из столовой с гирляндой в руке.

Я спешно побежала переодеваться в нарядное платье – не зря же везла его с собой из столицы!

Дома я из-за постоянной учебы бывала редко.

Летом после экзаменов начиналась обязательная практика.

В первый год – в горах, на заготовке минералов, используемых в алхимии. Тогда я впервые познала все «прелести» походной жизни в палатке на сорок человек, питания из котелка, в котором надо сначала приготовить еду – та еще задачка! Мытья в самодельной бане – в горах и летом не жарко, а реки просто ледяные. И так полтора месяца!

Во второй год нас забросили в лес – на практику по сбору растений, используемых в алхимии. Там было все то же самое, только еще и комары! И мошка! В горах эти гады не водились, зато в лесах кишмя кишели. И никакие средства их не брали, чего мы только ни пытались сварить! Стоило об этом вспомнить, как все тело начинало фантомно чесаться в местах старых укусов.

Тогда я думала, что это станет худшей практикой в моей жизни. Ведь после третьего курса нас направляли в цивилизованное место – на специальную ферму, где разводили живность, шедшую на алхимические ингредиенты.

После первых двух практик я ехала туда как на курорт. Нормальные условия проживания, минимум кровососущих насекомых. Зато сама практика…

Кулирский слизень, алый жабохват, пучеглазый выползень, тамирский кривозуб – выучила его, наконец! – губчатый ушан и многие другие, с кем я познакомилась намного ближе, чем хотелось бы. И заготовила, да.

Путем гуманного умерщвления, извлечения ингредиента или ингредиентосодержащего органа и последующей правильной обработки…

В общем, все познается в сравнении. Первые две практики были не так уж и плохи.

Но в итоге после практики от лета оставался крохотный кусочек – даже двух недель не набиралось. А этим летом удалось вырваться к папе всего на неделю – отчет по практике нужно было не только написать, но и защитить перед началом учебного года.

А зимние каникулы длились одну жалкую неделю. И ее второй день уже подходил к концу. Оглянуться не успею, как придется возвращаться в академию.

И сдавать боевую магию! Подложил же мне Эйнар горбатого хрюкала! Его, к счастью, не нужно умерщвлять и разделывать, достаточно купировать хвост, который потом высушивался и растирался в порошок.

Помню, я, как и с боевкой, задавала себе вопрос: зачем мне все это? Обычно алхимики работают с готовыми ингредиентами, а не собирают их по горам, лесам и хрюкалам.

Но, как и с боевкой, ответа на это не существовало. Академия обеспечивала очень всестороннее магическое образование. Местами даже слишком.

Переодевшись и расчесав спутавшиеся за день волосы, я спустилась вниз и попала на самый настоящий праздник! Папа украсил всю столовую! Развесил гирлянды, огоньки, игрушки, до этого много лет валявшиеся на чердаке.

И вроде я была уже давно не маленькая, но сразу заулыбалась, глядя на яркое блестящее великолепие.

– Кейли, проходи к столу! – позвала мачеха.

Наш огонек горел на окне, рядом стояли еще четыре масляные лампы, их мы будем зажигать в полночь.

После смерти мамы мы впервые встречали Новый год в такой праздничной обстановке. А на следующий год у нас появится еще и маленький ребенок. Ради него можно будет наряжать не одну комнату, а весь дом! И даже вешать огоньки снаружи! Эйнар высокий, его можно запросто припрячь к делу.

Ох, сколько перспектив сразу открывается с увеличившейся семьей!

На душе было удивительно тепло и приятно.

В полночь, как и положено, мы зажгли свои огоньки и поставили на подоконник к первому. Из проигрывателя зазвучала приятная музыка, и папа пригласил Глорию танцевать. Я смотрела на них и улыбалась. Папа будто помолодел лет на десять! И это хорошо: ему еще одного ребенка растить, гулять и играть с ним! Папа должен быть в отличной форме!

– Потанцуем? – неожиданно предложил Эйнар.

– Эмм… давай, – я вложила свою руку в его и вышла в центр комнаты.

Странно было танцевать с преподавателем. Хотя он же мой сводный брат – никак не привыкну. Магистра в нем все-таки больше, чем брата.

– Что ты загадала огню? – поинтересовался Эйнар, начиная разговор, и сразу предположил: – Сдать боевку и получить красный диплом?

– Вот еще! Сдалась мне твоя боевка! Еще желание огню на нее тратить! – возмутилась я. Точно магистр, а не брат! – Да и диплом того не стоит. Вот увидишь, я его безо всякого огня получу.

– Тогда что? – усмехнулся сводный.

Я посмотрела на Эйнара и внезапно застеснялась своего новогоднего желания.

– Не скажу, – я отвела взгляд, как раз наткнувшись на горящие огоньки.

Четыре в ряд, они так отлично стояли.

Не то что наши с папой сиротливые два в прошлом году.

– Встретить любовь всей жизни? – внезапно предположил магистр.

Я аж запнулась на простом движении.

– Нет, конечно! Я загадала счастье нашей семье и здоровья будущему малышу!

И еще попросила сестренку, но про это рассказывать не стала.

Эйнар сразу посерьезнел.

– Это правда стоящее желание, – кивнул он.

– А ты что загадал?

– Примерно то же самое, – загадочно улыбнулся сводный.

Вечно он так! Раз за разом увиливает от ответа.

Музыка закончилась, и папа с Глорией предложили выйти и немного прогуляться по городу, где вовсю праздновалось наступление Нового года.

– Кейли, это тебе подарок, – Глория, смущаясь, вручила мне упакованную в блестящую бумагу коробку. – Не знаю, понравится или нет. Обещаю за следующий год узнать тебя получше и исправиться, если промахнулась в этом!

– Ой, спасибо… – я совершенно растерялась.

Мы с папой не готовили друг другу подарки, как-то не сложилось у нас с этой традицией. И в этом году я тоже совсем не подумала что-то кому-то купить.

В коробке оказались красивые шарф, шапка и варежки. И это было ужасно мило!

– Спасибо, – я чувствовала, что вот-вот заплачу. – Мне все очень нравится!

И сразу надела весь комплект на себя.

Эйнару Глория тоже подарила шапку, шарф и варежки, но магистр их надевать не стал. Сегодня я уже убедилась в его морозостойкости.

Город, конечно, не спал. Повсюду сверкали фейерверки, нас несколько раз обсыпали волшебными блестками, которые не смываются потом пару недель. И если я была в шапке, то Эйнару все прилетело на голову, поэтому магистр еще после первого раза ловко уворачивался от шутников и тщетно пытался вытряхнуть из длинных волос блестки.

– Не смешно, – проговорил он, вороша пятерней волосы.

– Вернешься в академию очень праздничный, – подначивала я его.

– В академию? Они совсем не смываются? – ужаснулся сводный.

– За неделю основная часть сойдет, но остатки будут вымываться еще месяц.

– Какой кошмар! Кто придумал такую ерунду? – возмутился Эйнар. – Может, есть какое-то алхимическое моющее средство?

– Алхимическое есть, – подтвердила я.

– Сделаешь?

– За пятерку по боевке?

– С чего бы вдруг? Ты еще огненные шары с боевой молнией создавать не научилась. И магический щит, – напомнил магистр.

– Ну и ходи блестящий, – фыркнула я.

– Нет чтобы по-родственному… – пробурчал сводный.

– Что-то я не увидела своей родственной хорошей оценки, – напомнила ему. – Так что по-родственному могу подстричь. За четверку.

– Нет, я три года на спор волосы отращивал. Замучался, если честно. И не готов так легко с ними расстаться.

Эйнар зорко смотрел по сторонам, ожидая нового блестящего залпа.

Потом мы зашли на каток, потом прогулялись по нарядному центру, поздравили всех встречных, а с кем-то из знакомых обменялись пожеланиями. И только ближе к утру вернулись домой, довольные, но замерзшие. Все, кроме Эйнара – он гулял без шапки, шарфа и варежек, и хоть бы хны.

Я, широко зевая, поздравила всех еще и раз и направилась к себе в комнату.

Эйнар шел следом: ему выделили гостевую спальню напротив моей.

– Спокойной ночи и еще раз с наступившим! – пожелала ему.

– И тебя! – отозвался сводный. – Кейли, завтра в девять утра.

– Что в девять утра? – не поняла я.

– Тренировка. Отрабатываем огненные шары.

– Да ты издеваешься! – я аж проснулась от такого заявления. – Четвертый час утра! Какие девять?!

– Так и быть, – сжалился магистр. – В десять.

– Я не встану!

– Я тебя подниму, – пригрозил он.

– Да ты! Ты!

– Тамирский кривозуб, помню, – Эйнар усмехнулся.

– Нет! Ты перепончатый лапопузик! – вспомнила я забавную и очень глупую тварюшку.

– Ну они даже милые, – засмеялся Эйнар. – До сегодняшних десяти утра, Кейли.

– Нет!

Но магистр быстро скрылся в своей комнате. Бурохвостый пескоглот! Радужнокрылый тыквонос! Пустынный хохотунчик!

Я заперла дверь изнутри – не пущу! Не будет же он ломиться к девушке: хоть какая-то совесть у этого хрустобородого щукара должна иметься!

Спать! До обеда! Минимум! У меня каникулы или как?