Глава 13

Агния

Яриша уходит, а я пытаюсь прийти в себя. Эта встреча окончательно вывела меня из равновесия. Голова разрывается. То, что говорит сводная сестра, – гадко и в то же время правдиво. И я не знаю, что с этим делать. Не хочу, чтобы из-за меня умирали другие. Я определенно хочу положить конец этому кошмару, но не ценой своей силы и жизни!

Возможно, я правда слишком эгоистична? Мне точно нужно на свежий воздух. Там охрана… Правда, и тут она была, но Яриша в самые богатые дома Горскейра ходит как к себе. Ее не остановили здесь и не остановят на улице. Сводная сестра сказала все, что хотела, и теперь ждет от меня ответного хода. Она совершенно точно не тронет меня сегодня. Только от этого не легче.

Я выбегаю в зал и кидаюсь к выходу. От людей, смеха и ярких красок кружится голова. Несусь, не оглядываюсь по сторонам, и ожидаемо влетаю в кого-то в дверях. Испуганно отскакиваю, вскидывая голову и стараясь рассмотреть, на кого я налетела, но сильные руки не отпускают. Ян. Выдыхаю с судорожным всхлипом и чувствую, что меня трясет. Он все же пришел. Именно тогда, когда был больше всего нужен.

– Тихо, – шепчет он мне в волосы. – Тихо, Агния. Я тут. Что произошло?

Вцепляюсь в лацканы его пиджака, вдыхая терпкий запах туалетной воды, и мотаю головой. Из-за застилающих глаза слез даже говорить не могу.

– Потом, – шепчу сдавленно. – Давай просто уйдем отсюда.

Ян понимает без слов. Обнимает меня и ведет к выходу. Мимо людей на ступенях, мимо охраны. Коротко сказав что-то одному из мужчин, которые меня сюда привезли, усаживает в магмобиль. В свой. Тут тепло, пахнет туалетной водой Яна и кожей. Я успокаиваюсь, хотя пальцы до сих пор холодные и дрожат.

Как только Ян оказывается рядом, тут же хватаю его за руку – он словно якорь. Без него пусто и страшно. Мне нужно успокоиться и унять внутреннюю ледяную дрожь.

– Ну что ты? – шепчет он, вглядываясь мне в глаза.

А я вдруг понимаю, что не хочу больше тормозить. Жизнь непредсказуема, и моя, очень возможно, закончится довольно скоро. Так почему я должна отказывать себе в таких простых желаниях? Зачем бояться, что Ян снова сделает мне больно? Он, вероятнее всего, просто не успеет.

Тянусь к его губам. Мои соленые от слез, а его горячие – и сухие.

– Агния… – тихо выдыхает Ян и нежно целует меня, притягивая к себе в темном пространстве магмобиля на оживленной парковке.

Мне все равно. Впервые в жизни мне без разницы, о чем подумают люди, если вдруг что-то разглядят за тонированными стеклами хищного магмобиля.

Я так долго этого ждала и так сильно скучала по его объятиям… Для меня наш поцелуй – это возможность снова дышать, отбросить все дурные мысли и просто раствориться в парне, которого я так долго отталкивала. Лишь оказавшись в ситуации, когда моя собственная жизнь висит на волоске, я смогла окончательно простить Яна. Не представляю, как сложатся наши отношения дальше, но сейчас мне нужно, чтобы Ян меня целовал.

Его губы ласковые, умелые и с каждым мигом требуют все больше и больше. Кружится голова от умелых ласк его языка, и я зарываюсь пальцами в его волосы, теряясь в пространстве и времени. Наверное, нужно остановиться, но я не готова оторваться от него и вернуться в реальный мир с проблемами и опасностями. Не хочу отпускать Яна и понимаю, что не вернусь в дом Дариуса. Пусть сегодня Ян забирает меня себе. Или сегодня, или никогда.

Мне кажется, Ян улавливает мои мысли, потому что отстраняется с несчастным стоном и говорит:

– Мы едем ко мне… – И после небольшой паузы: – Ты ведь не против?

– Нет. – Я улыбаюсь и целую его в щеку в качестве подтверждения.

– И там ты расскажешь, что произошло, Агния. Ты поняла?

– Может быть… – шепчу я, отказываясь возвращаться в реальность, и отворачиваюсь к окну. А можно сегодня будут только поцелуи и никаких разговоров? Этот вопрос я задаю не Яну, а мысленно. Себе.

Мы несемся по ночному городу, который не знает, каких чудовищ породил. Или прекрасно знает, просто городу все равно, кто гуляет по его улицам и что скрывается за внешне благополучными фасадами особняков.

– И все же, что произошло? Ты выскочила такая напуганная! – Ян не выдерживает и первый начинает разговор.

Я хочу его целовать и ни о чем не думать, но мы в пути. Целоваться на ходу невозможно, а молчать мучительно.

– Там случилась Яриша… – признаюсь я. Сначала мелькает мысль умолчать о произошедшем и сперва обдумать все самой, но я понимаю, что просто не вывезу все сама. Мне нужна помощь и защита того, кому я доверяю. Так вышло, что Ян единственный, кому я могу открыться.

Он ругается себе под нос и сильнее вцепляется в руль.

– Как?

– Что как?

– Точнее, когда она успела? Она попалась мне у дома родителей! Наговорила… – Он морщится. – Разного наговорила. Пришлось предупреждать ребят о том, что сегодня может случиться очередное убийство. Иначе я бы приехал раньше и ты не осталась бы одна так надолго.

– Сегодня не будет убийства, – говорю я, почти веря своим словам. Но потом закрываю глаза и тру руками виски. – Кто ее знает… Ян, я понимаю, что речь о твоей сестре, но она сумасшедшая.

– Я знаю. Зачем она искала тебя?

– Предупредить.

– О чем?

Ян заметно напрягается, а я разглядываю его профиль. Прямой нос, мужественный подбородок, нервно дернувшийся кадык. Парень успел переодеться, и черный смокинг смотрится на нем невероятно, а я его толком даже не разглядела. От этого обидно, мне бы хотелось заполучить себе этого Яна. Пройтись с ним под руку, назвать своим. Я поняла это слишком поздно. Но, надеюсь, не критично. Хочется верить, что у нас еще будет время.

– О том, что или я сдаюсь, или они продолжают убивать. Она хочет мою силу, – отвечаю я.

– Это я знаю. Ну… про ее желания.

– Она надеется, что тогда ей не придется с помощью сообщника опустошать жертву за жертвой.

– Бред.

– Не знаю… Возможно, это действительно сработает.

– Агния… – Ян поворачивается ко мне и смотрит упрямо и строго. – Не думай!

– О чем?

– Не смей идти у нее на поводу.

– А… нет. – Я мотаю головой. – Я слабая и трусливая. И правда боюсь. Не готова на такую жертвенность. Но я не хочу, чтобы из-за меня пострадали люди. А они уже пострадали…

– Это не так. Всегда виноват только преступник, чем бы он себя ни оправдывал. Когда Яриша хочет, чтобы ты дала ей ответ? Вообще, чего она от тебя ждет?

– Что я свяжусь с ней завтра.

– То есть у нас как минимум сутки на поиски решения.

– Ян… она очень уверенна. – Я вздыхаю. Поделиться этой информацией сложнее всего. – Считает, что ей ничего не угрожает. Нужно только забрать мою силу, и все вернется на круги своя. Она уверена: родители встанут на ее сторону, и никто не поверит в то, что убийства совершала она. Видимо, думает свалить все на сообщника.

– Ты знаешь, еще год назад я тоже был уверен в собственной безнаказанности. К счастью, мне хватило ума не шагнуть за ту черту, откуда нет возврата.

– Что изменилось?

– Среда. Я прикоснулся к изнанке и понял: сколько бы у тебя ни было денег, какие бы богатые и влиятельные ни были родители, ты, как и все, состоишь из плоти и крови. Тебя можно убить, и за свои преступления придется отвечать. И Ярише тоже. Даже если она надеется, что все пойдет иначе.

– Мне страшно.

– Агния… я не могу говорить за родителей. Возможно, если бы дело касалось не семьи…

– Они бы попытались ее прикрыть? – горько усмехаюсь я.

– Не знаю, мне сложно отвечать за них. Хочется верить, нет. Я же не стал… и не только из-за тебя. Наверное, поэтому я не стал ничего им говорить. Они не поверят и могут натворить глупостей. Агния, Яриша действительно не в себе. Ее необходимо остановить. Но этим должна заниматься не ты. Давай отпустим ситуацию до утра. У тебя завтра первый день учебы. Сосредоточься на этом, а я подумаю, что можно предпринять. Я не один этим занимаюсь. Наша цель – вывести на чистую воду и Яришу, и ее сообщника. Тебе сейчас не угрожает ничего.

– А другим?

– Я надеюсь, в ней осталось хоть что-то человеческое и они станут тянуть время. Ждать, что ты согласишься.

– Да, но если я не соглашусь, устроят демонстрацию силы. Я этого боюсь, Ян. Они угрожали близнецам и тебе. Яриша не остановится ни перед чем.

– Мы обязательно что-то придумаем. Просто верь мне. Хорошо?

И я верю. Просто ничего другого не остается. Ян – это якорь, который позволяет мне держаться на плаву. Без него я бы уже утонула. Не выдержала бы напора Яриши. Бороться с такой ситуацией одной – очень сложно.

Я долго смотрю на свой магфон и понимаю, что сейчас он мне мешает. Я снова хочу оказаться в информационном вакууме. Хотя бы до утра. Мне кажется, я имею на это право. К тому же связаться со мной может захотеть только Лирая, а я боюсь этого разговора, потому что мне физически неприятно врать, но и рассказать правду я не могу. Не доверяю.

Даже Ян не доверяет, и это правильно. Нужно сначала разобраться в ситуации. Пока все туманно, лучше держаться подальше от отца, мачехи и их дома. Только завтра все равно придется с утра заскочить за вещами.

Очень странно пытаться жить обычной жизнью, когда тебе отмерили всего несколько дней. Смысл что-то делать? Куда-то ехать? Знакомиться с новыми людьми? Так говорит одна моя часть, а другая, наоборот, хочет бросить вызов всему миру и доказать, что я сильная. Прикладываю все силы, чтобы вторая моя половина победила. Я не имею права позволить победить себя. Как только сдамся, тут же проиграю.

Ян останавливается у магазина и возвращается через пять минут с бутылкой игристого, лоточком клубники и огромным ведром мороженого. Все это вручает мне.

– Тебе это жизненно необходимо, поверь, – говорит он с очень серьезным лицом, словно ждет, что я откажусь.

Но я даже улыбаюсь в ответ, сраженная такой простой, понятной заботой. Мне действительно все это нужно. И вино, и клубника с мороженым… А еще мне нужен он. Ян. Но об этом я ему скажу попозже, когда мы доедем до его квартиры, с которой я как-то слишком быстро сроднилась.

Мы останавливаемся у знакомой высотки. Поднимаемся в квартиру, и едва я оказываюсь в знакомой прихожей, как сжатая пружина внутри расправляется. Я чувствую, что опустошена и обессилена. Скидываю туфли – находиться в них уже невозможно – и пытаюсь сдержать слезы, которые только сейчас нашли выход. Меня трясет. Не понимаю, почему безопасность подействовала подобным образом.

– Ну что ты? Тихо! Все будет хорошо. Ты в безопасности, и я никому не дам тебя в обиду.

Ян прижимает меня к себе, обнимает и нежно целует в макушку. Слезы текут по щекам, но так спадает напряжение.

– Мне нужно в душ и переодеться. Дашь что-нибудь из своих вещей? – прошу я.

– Подойдет халат? Только он очень большой, – спрашивает Ян, и я киваю.

– Мне подойдет все.

Ян приносит огромный и знакомый мне белоснежный халат, и я, прижав его к себе, ухожу в ванную комнату, мечтая избавиться от принадлежащего Ярише платья, косметики и неприятных событий сегодняшнего вечера. Я верю, что приму душ, завернусь в уютный халат, буду есть клубнику, пить вино, и мне непременно станет хорошо. По крайней мере, лучше, чем сейчас.

Вода помогает снять негативные эмоции. Я долго стою под горячими струями с закрытыми глазами, стараясь избавиться ото всех мыслей. Позволяю им утечь. Вдыхаю запах резкого, очень мужского геля для душа, который пахнет хвоей, силой и Яном.

Я верю, что тоже стану сильной. Я уже сильнее, чем была год назад. И верю: сумею справиться со всем, что приготовила для меня жизнь. Особенно если меня будет поддерживать Ян.

Выхожу из душа почти в нормальном состоянии. Будущее перестало видеться исключительно в черном цвете, и надеюсь, мы вместе справимся с Яришей и ее сообщником.

Бросаю мимолетный взгляд в зеркало. Влажные волосы завиваются кольцами, а я сама утопаю в огромном халате. Мне уютно. Тут я чувствую себя дома. И мне неожиданно нравится это ощущение, хоть оно и делает меня уязвимой.

Ян на кухне. И это тоже очень уютно и по-домашнему. Что-то совершенно новое, от чего сжимается сердце. Он босой, в одних свободных спортивных штанах, выкладывает на тарелку клубнику. Бутылка игристого стоит в ведерке со льдом.

Я останавливаюсь в дверях. Он сейчас так непохож на себя, но в то же время по-прежнему красив. Любуюсь черными взъерошенными волосами… Играющими под смуглой кожей мышцами… Широким разворотом плеч и прямой спиной с ямкой, идущей вдоль позвоночника.

Медленно двигаюсь в его сторону. Ян то ли не замечает меня, то ли просто делает вид. Стоит спиной, демонстрируя идеальную осанку. Расставляет бокалы и тарелки, и на это можно смотреть бесконечно.

Останавливаюсь за его спиной, обхватываю руками за талию и прижимаюсь пылающей щекой к его спине между лопаток. И мы замираем так на какое-то время, боясь шевелиться и дышать. Страшно спугнуть это захватившее с головой чувство щемящей нежности.

Кожа Яна прохладная и пахнет солнцем. Прикрываю глаза и синхронизирую свое дыхание с его – глубоким, размеренным. Веду ладонями по упругому прессу. Рисую пальцами очертания кубиков и сдерживаюсь, чтобы не заурчать, как кошка. Мне хорошо.

В ответ на мои невинные движения дыхание парня сбивается, а сердце начинает стучать сильнее. Мне нравится, как он реагирует на меня, и я улыбаюсь учащенному сердцебиению. Скольжу сначала выше к груди, останавливая ладонь на сердце, а потом вниз, чувствуя, как кожу щекочут волоски дорожки, ведущей от пупка к резинке штанов.

Ян с шумом втягивает воздух и перехватывает мою ладонь. Я испуганно замираю, а он, не отпуская мою руку, поворачивается ко мне лицом. Глаза горят из-под черной непослушной челки. На щеках румянец, а нижняя губа закушена. Это так… так волнующе, что мой пульс резко подскакивает. На Яна невозможно смотреть спокойно. Он ходячий секс, и с этим невозможно спорить. Бесполезно отрицать очевидное.

Парень не сводит с меня магнетического взгляда. Пальцы переплетены с пальцами, и мне совершенно не хочется забирать свою руку. Его губы так близко, что до поцелуя один лишь вдох. Ощущаю в губах покалывание, нервно облизываю их и встаю на цыпочки, чувствуя, как кружится голова от предвкушения.

– Ну же, Агния… – хрипло просит меня Ян. – Поцелуй меня. Ты же знаешь, как я этого жду.

Это так невероятно и волнительно… Напряженный Ян… шаг, который я должна сделать первой, и предвкушение бабочек в животе. Он мой. Целиком и полностью. И от этого понимания сносит крышу.

Встаю на цыпочки и тянусь губами к губам. Я все для себя давно решила и сейчас скорее играю, чем на самом деле колеблюсь. Просто мне нравится, как перехватывает дыхание парня. Как он сдерживается, чтобы не сорваться в поцелуй первым. Его волнительное ожидание, предвкушение и легкий страх передаются мне, пробегают мурашками по спине и рукам, легкой дрожью и участившимся пульсом отзываются во всем теле.

Губы в губы, дыхание в дыхание. Почти прижимаясь друг к другу телами, мы замираем в секунде от поцелуя, когда уже все понятно. Нежно касаюсь его горячих губ, ловлю короткий судорожный вдох и целую чуть смелее, словно знакомясь заново. Узнавая этого Яна, который стал мне дорог.

В прошлом у нас битое стекло, страсть на разрыв и болезненная тяга друг к другу, от которой плохо было чаще, чем хорошо. А сейчас нечто большее – волшебное и ценное. Пока еще очень хрупкое, но с каждым мигом становящееся все монументальнее и прочнее. И в наших руках сохранить это волшебство. Сейчас это проще сделать, чем год назад, потому что мы выросли.

Целую, чувствуя, как расслабляются напряженные губы Яна, и он выдыхает, приникая ко мне. Его руки скользят по спине, притягивая ближе и вжимая в себя. Он невероятно нежен, словно боится, что я передумаю. Но в его сильных объятиях, в чувственном поцелуе ощущается облегчение. Мы так долго этого ждали, что в происходящее сложно поверить. Больше похоже на сон. В этом ощущении блаженного неверия, в боязни спугнуть нечаянное счастье мы находимся до тех пор, пока хватает воздуха.

Я сдаюсь первой, чуть отстраняясь и делая вдох. Ян тихо и облегченно смеется, прижимая меня к себе. Утыкаюсь ему в шею, пряча пылающие щеки, а он подбородком упирается мне в макушку и говорит:

– Знаешь, я ведь почти сдался. Ты так настойчиво меня отталкивала, что я потерял надежду. Пообещал себе забыть, спасти тебя и отпустить. Правда, не верил, что получится просто.

– Отталкивать тебя было очень сложно, – признаюсь я. – Но я думала, ты опять причинишь мне боль, поэтому делала все, чтобы держаться от тебя на расстоянии.

– Никогда, – шепчет он. – Больше никакой боли. И тогда не хотел. Я действительно не должен был сдаваться. Надо было просить прощения до победного и не верить Дариусу и маме, которые считали, что наши отношения – ошибка. Я пытался быть хорошим сыном… переболеть. Уговаривал себя, что все рано или поздно закончилось бы, так пусть лучше так. Я был не прав и много-много раз сожалел об этом.

– Ты знаешь… – Я вздыхаю, потому что не представляю, как мои слова воспримет Ян. – Возможно, все было не просто так? Возможно, нам нужно было это испытание. Оно изменило и тебя, и меня… Наверное, эти изменения к лучшему. Иногда расти над собой можно только через боль. Мы стали сильнее, и эти силы…

– …помогут нам справиться с Яришей и ее тайным наставником, – подхватывает он мою мысль, и я радуюсь, что мы с ним на одной волне. Теперь все правильно, так и должно быть.

– Именно. А сейчас… Можно я все же съем мороженое, клубнику и выпью игристое? – спрашиваю я с усмешкой. – Я почти не пью алкоголь, и ты знаешь об этом, но сегодня… Короче, никому не рассказывай про сегодняшний вечер.

Ян смеется и кивает:

– Хорошо. Я вообще не хочу про тебя никому рассказывать. Это очень личное, и для меня это очень важно.