Глава 38. Лиза

Поцелуй Ильи приходится сначала в щеку. Потом парень не теряется и, приложив ладонь к подбородку, направляет мою голову в свою сторону и прикасается к моим губам. Его губы мягкие, прохладные. Наверное, потому что мы стоим на улице. А сейчас глубокая осень. Вчера выпал первый снег, который растаял только к середине следующего дня. Язык Ильи проникает в мой рот, а руки парня опускаются к ягодицам. Он прижимает мое тело к своему. К своему паху, который становится тверже с каждым движением его языка. Это наш шестнадцатый поцелуй. – Ты правда согласна поехать на дачу? С ночевкой? Отстраняется, но расстояние между нами лицами по-прежнему мало. Я успела выучить запах моего парня, привыкла. Аромат его парфюма обычный, стандартный, но вполне себе ничего. – Согласна, – говорю и кладу свои ладони на его грудь. В голове пока сложно уложить то, что я правда решилась провести выходные в компании Ильи и его друзей. – Будет весело. Вот увидишь! Его радужка покрывается жемчужными бисеринками. Илья и правда в каком-то нетерпении. Прошлый раз сорвался из-за моего обмана, о котором умолчала. Противный голос на задворках сознания еще и шепчет, что я нисколько не жалею. Отступаю, когда Илья проводит рукой от моего плеча до ладони и заключает ту в плен. Сжимает. Город начинают украшать к Новому году, и я взглядом очерчиваю иллюминацию, пока глаза от яркости не зарезало. Да, Пиппин, и такое захолустье готовится к празднованию. – Ты знаешь, мне один человек однажды сказал, что просто так девушку никто не зовет провести выходные вдали от дома. Цепляю мыском сапога выбившийся из бордюра камешек. Я слышу голос того, кто произнес эти слова. Прикрываю веки. Илья хмыкает недовольно и сильней сжимает мою ладонь. Он вообще редко выпускает ее. Неважно, сидим мы в кинотеатре, ужинаем в ресторане, просто прогуливаемся. Еще он часто меня обнимает и говорит всякие милости. Целует. Не так, как нужно, но это и к лучшему. – Лизок, пока ты не будешь готова, ничего не будет, – тянется и оставляет короткий поцелуй на моей шее. А я… Я буду? Реакция тела на этот вопрос самой себе не заставляет долго ждать. Мне нечем дышать, а вокруг столько свежего воздуха, что легкие разорвать должно. В животе ощущается огромный булыжник, а в венах – засохший цемент. Мне становится очень холодно. – Кто тебе такое вообще сказал? – хитрый взгляд Илья проникает в мысли, я спешу отвернуться. – Один друг, – веду одним плечом. Уголки губ угрюмо опускаются. Вспоминать нельзя. Нельзя. – Друг? Мне не нравится, что ты общаешься с парнем. Я ревную! – с улыбкой на лице говорит. Ему смешно, а меня охватывает паника. – Это все в прошлом, Илюш. Этот друг, он живет в другом городе, и мы с ним не видимся, – прячу свои глаза. Сердце противно сжимается и разжимается. Работа у него такая, но я чувствую каждую секунду этой хронической боли. Я запрещаю себе скучать. Запрещаю представлять его. Запрещаю думать. Осталось удалить номер телефона из записной книжки, но каждый раз зависаю. А вдруг что-то случится, и мне нужно будет ему позвонить? Например, Волку понадобится помощь? – Тогда до выходных? – спрашивает. Не дожидаясь ответа, вновь целует. Семнадцатый поцелуй, который прерываю. – Хорошо. Медленно отхожу к подъезду, бросаю быстрый взгляд на место, где еще месяц назад стояла машина Шахова. Ускоряюсь, зажимая шею ладонью, словно хочу себя придушить. – Лиза? – зовет. – Да, Илья? Сглотнув, поворачиваюсь. Снова упираюсь в привычное место для парковки черного монстра. Интересно, он «переобувает» машину к зиме? Или, как злостный нарушитель, гоняет на летней? Это в стиле Филиппа. Его почерк. – Ты очень красивая. Мне кажется, я в тебя влюблен. Смотрит прямо на меня. Его куртка распахнута. Под ней самый обычный вязаный свитер. Илья в джинсах, на ногах модные замшевые ботинки. Стоит, улыбается. Ответа ждет. – Я… Тоже?.. – хмыкаю. Снова лгу. – Буду ждать нашей встречи. Я буду ждать тебя. Лиззи. Сжимаю ладони в кулаки, пока ногти с силой не впиваются в кожу. Услышать мое имя, сказанное не его голосом, как минимум странно. Как максимум хочется кричать на весь наш маленький городишко, чтобы кто-нибудь выжег из моей памяти последнюю минуту. Я не хочу слышать ненавистное мне «Лиззи». – Не называй меня так. – Прости. Просто тебе очень идет. Лиззи… – повторяет. Словно специально. Дома я укутываюсь в плед, наливаю чашку горячего какао и усаживаюсь на подоконник. Окна выходят к подъезду, а напротив как раз место для машины Шахова. Только в темноте своей комнаты и полной тишине я могу молча смотреть вдаль и думать о нем. Ругать себя, проклинать и снова думать. Никто не видит этого, никто не знает. Я уверена, что когда-нибудь это пройдет. Уже шаг за шагом я возвращаюсь в свою жизнь. Учеба, работа, свидания. Время почти двенадцать, сна ни в одном глазу. Открываю соцсеть, куда не заходила несколько недель. Пусть и мельком, но я боялась увидеть Шахова на одной из фотографий девчонок из института. Филиппа нет ни одной. Вечеринка, снова какая-то встреча, клуб, танцы. Вроде и радостно, значит, чем-то занят. Полезным, допустим. Но не отпускает мысль, что Шахов прячется. Первое, что приходит на ум – он одиноко слоняется по квартире. Или по дому. У него теперь Волк, которому нужно простор. Загружаю новостную ленту, ведомая каким-то чувством. Не то, не то, не то… Все не то. Хотела уже выключить телефон. Он слишком нагрелся, пока я в нем сидела. На глаза попадает короткая новость, которая сбивает с ног. Увеличиваю заголовок. «Известный бизнесмен Альберт Шахов госпитализирован в одну из лучших клиник Москвы с подозрением на инфаркт». Перечитываю несколько раз подряд. Другой информации нет, кроме того, кто же такой этот Шахов. Стоит ли позвонить маме и узнать? Новость датируется вчерашним днем. Может, все обошлось? Кручу злосчастный телефон в руках. И совета ни у кого не попросить. Бабушка спит. Один Филя сидит рядом и зевает, лапки свои черные вылизывает. Открываю список сообщений. Первый в списке Илья. Я пролистываю в самый низ, пока не упираюсь взглядом в имя Филиппа. Без аватарки. Я обещала не писать и не звонить. Его попросила о том же. Сейчас сижу и голову ломаю, стоит ли нарушить наши обещания ради одного сообщения? Мне же просто убедиться, что все хорошо. Это вежливость, дружелюбность, человечность, в конце концов. Набрав полную грудь воздуха, вбиваю быстро буквы и тут же отправляю. «Привет. Увидела новость о твоем отце. Надеюсь, все обошлось». Выдыхаю. Перед глазами звездочки. Яркие такие, что бесят. Ответ приходит мгновенно. Вот это скорость! «Привет, Лиза». Сейчас расплачусь. Я слышу его голос. Будто он стоит около меня, шепчет, касается горячим дыханием. А потом молчит. Долго-долго, что я вынуждена обернуться, задержав дыхание. Но Филиппа нет…