Предложение и Истина

Предложение

Я не вернулась домой днем, а попросила Элис побыть у нее подольше, так как боялась находится дома, тем более рядом с отцом. Энтони похоронили без меня. Я, позвонив Максу, попросила у отца разрешения не присутствовать на его похоронах. Самому отцу звонить боялась. Макс сказал, что отец меня понимает и не осуждает. И ждет дома. Я на это лишь кивнула.

Похороны прошли через три дня после той ночи. Весь этот день я провела молча. Элис, все понимая, лишь подносила мне чай и сидела рядом, не давая чувствовать себя одной. И я за это благодарна ей от всей души.

Тем же вечером в дом Элис кто-то постучал. Она открыла дверь, а за ней были мои братья. Джек, Макс, а чуть подальше стоял тот, кого я любила больше жизни – Фред.

Элис отступила и все трое зашли в дом. Фред ринулся ко мне и обнял, теперь без стеснения, без того, чтобы не прикоснуться ко мне как-то «не так» при других. Не скрывая свои чувств. Я же вцепилась в него, уверенная, что никогда не выпущу.

- Отец хочет вас видеть, - произносит Макс.

- Я не хочу видеть его, - отвечаю я. – Не потому, что я обижена на него, а потому что я его обидела. Я не смогу смотреть ему в глаза. Я знаю, что он хочет мне сказать на самом деле. Я не хочу этого слышать. Этот приговор «с глаз долой из сердца вон». Сама понимаю. Спасибо, что не объявил на нас охоту.

- Я говорил с ним вчера, Эми, он не злиться на нас, - произносит Фред. – Даже за Энтони. Хотя на похоронах меня, конечно, не было. Это было бы странно.

- А на Сару он не злиться? Как насчет того, кто твой отец…

- Она не знала о том, что мой отец - оборотень пока в мое совершеннолетие не явилась стая. - объясняет Фред - Они почувствовали меня по запаху и встретились с ней тогда вне города, - произносит он. – Она не виновата перед ним, он её простил и нас, думаю, тоже.

- И ты сможешь жить здесь? Среди врагов? – спрашиваю я недоверчиво. – Они все будут желать твоей смерти, или угрожать твоей стае.

- Я знаю, но наш уход не его решение, а наше. И мы должны рассказать о нем, глядя ему в глаза. Это будет честно, а потом мы уедем и никогда больше не вернемся сюда.

- Я бы не хотел терять вас, ребята, - вдруг говорит Макс. – Я вас люблю.

- А Энтони? – спрашиваю я. – Фред убил твоего брата на твоих же глазах. Ты ведь любил и его тоже.

- Я любил его, но потерял до того, как волк разодрал ему глотку. Я любил брата до того, как он обезумел от жажды власти и страха её потерять. Прости, что я не кинулся тебя спасать, но мне нужно было дождаться отца и держать вызов включенным, чтобы тот все слышал. Я боялся, что если кинусь, то Энтони нас быстро убьет.

- Я поняла, я видела, - произношу я тихо. По лицу Джека я тоже вижу, что он чувствует вину, но не обвиняю их. Мне просто все равно на всё, кроме Фреда, меня и малыша.

- А пол ребенка уже узнали? – вдруг спрашивает Фред, и я улыбаюсь. Его мысли идут в одну сторону с моими, и это прекрасно.

Но он дурачок, а это печально.

- Всего месяц, какой пол?! – смеюсь я. – Он еще вот такусенький, - показываю я пальцами что-то очень маленькое.

- Ты говоришь «он», значит будет мальчик, - выдает Фред уверенным голосом, и я прыскаю. Улыбаются и мои братья.

- Я тебя очень люблю, и теперь мне плевать на всё и всех, только бы мы были вместе. - говорит Фред.

Я киваю, будто отмахиваясь от этой и так понятной информации. Но он продолжает.

- И свидетелями пусть будут наши братья, я прошу тебя… сейчас, - говорит он, копаясь в кармане. Встает на колени и произносит. – Я прошу тебя стать моей женой.

У меня перехватывает дыхание. Фред достает маленькое, золотое с изумрудом кольцо.

- Да? – говорю я, будто бы спрашивая у кого-то разрешения. – Да, конечно!

Фред надевает мне на палец кольцо и требовательно целует. Я растворяюсь в нем, и краем глаза замечаю, как Джек и Макс начинают с большим интересом разглядывать дверь. Теперь мы не будем прятать свою любовь, не будем прятать взгляды и нежность. И плевать кто и что подумает о нас!

- Я тебя очень люблю, - произношу я, и понимаю, что признаюсь первый раз. – Люблю.

- Я давно это знаю, - шепчет Фред и сгребает меня ближе к себе.

Истина

Чуть позже мы приходим к отцу. Он через Сару просит войти пока только меня. Он будто бы похудел за те дни, что я его не видела. Стал старше, щеки стали впалыми, а в глазах пропала искра. Я заглядываю в них и, позабыв все обиды и страхи, бегу к нему, как маленькая девочка, обнимаю его. Он нежно приобнимет меня и целует в макушку, как совсем крошечную девочку.

- Как малыш? – говорит он нежно. – Теперь не только ты малыш, но и тот, кто внутри тебя.

Я улыбаюсь теплому чувству.

- Все хорошо.

- Прекрасно, значит у меня все же будет внук или внучка, кто знает.

- Ну может и у Макса будет пополнение. Ты не против брака с ведьмами? Мне кажется, у него с Элис что-то намечается, - мурлычу я.

В ответ отец почему-то отстраняет меня от себя и заглядывает в глаза.

- Я должен тебе сказать кое-что важное, милая. И может тогда ты лучше меня поймешь и простишь.

- О чем ты? – мне становится тревожно. Будто солнечное небо накрывают тучи.

- Только ты можешь дать мне наследника. Ты помнишь, что наше оружие – ничто против стаи и ты это видела. Когда они захотели, они сломили преграду в два счета, не ранив никого из наших, хотя я знаю, что их волк схлопотал пулю, - говорит отец.

- И? – произношу я, не понимая к чему он клонит.

- Когда был молод, и у меня еще не было ни одного ребенка, я попросил ведьм о защите от оборотней. Но им не нужны были деньги, им нужна только энергия. Все, что я мог им дать это своих нерожденных потомков.

- Что? Что это значит?!

- Они сделали бесплодными всех моих детей, и взяли энергию, которая могла бы появиться от их рода. Всех их потенциальных потомков, три рода – вот цена за защиту города.

- Поэтому ты пытался меня выдать замуж. Ты хотел наследника.

- Безумно. Это вопрос не моих интересов, а нашего города. Кто-то должен защищать город после моей смерти, вести дела, бизнес. Нельзя все оставлять на бесплодных парней. Нельзя было.

- А я испортила род, выбрав оборотня, - тихо произнесла я.

- Я сам его воспитал, я был счастлив, когда встретил Сару, еще и потому что у нее был сын. Я думал воспитывать его как продолжателя нашего дела, но он постоянно пропадал по ночам. Я думал, что он из тех, кто гуляет по барам и больше радостей не знает. Тогда я думал, выбрать лидера самому и отдать тебя за него замуж. Я пытался спасти наше дело. Мне недолго осталось, Эми.

- Что ты хочешь от меня теперь? Я не оставлю Фреда, не убью ребенка. Прости, но твой внук – оборотень. Этого не изменить. Я могу только уехать, и это я и хочу сделать, - говорю я, чувствуя как предательски дрожит голос.

- Нет-нет. Стой. Я хочу, чтобы вы остались с Фредом. Я хочу все изменить.

- Как?

- Что если Фред станет лидером, номинально, Макс будет его правой рукой, он прекрасно управляется, но право наследования будет за Фредом и тобой.

- Почему? – ошарашено спрашиваю я.

- Я говорил с волками, они тоже не хотят войны. Пойми, рано или поздно, появится еще один Энтони. Появится кто-то одержимый презрением к кому-то просто по крови. Это моя вина, и из-за неё я чуть не лишился внука. Нельзя чтобы какое-либо общество развивалось на идее ненависти к кому-либо, понимаешь? Кому-то нужно остановить это, и это сделаю я. Ради тебя, ради счастья твоего ребенка, ради Фреда, потому что он мне действительно, как сын. Ради моих внуков и правнуков. Я не хочу, чтобы они росли вдали от места, что я десятки лет жизнь готовил как дом для своей семьи.

Фред будет идеальным лидером, он воспитан мной, но по крови оборотень. А твой сын окончательно объединит нас. Вы сможете выстроить иной мир. Мир, где вы работаете с волками сообща. Где вы уважаете их, а они вас. С законами, со сводом правил и наказанием тех, кто преступил черту. Но без ненависти к роду как таковому. Иначе, все это окажется бесполезным, - заканчивает отец свою речь.

Я киваю и он касается моего живота.

- Береги моего внука, и последующих, Эми. Воспитай их лучше, чем я своего сына.

Я резко обнимаю отца, чтоб не показать, что снова плачу. Я все поняла.