Глава 10

Полёт на этом чудовищном создании показался мне невероятно долгим, хоть летели мы очень быстро. Наверное, больше всего меня напрягал даже не сам полёт, а то, что сзади сидел Фрейн. К счастью, он хотя бы молчал, но в остальном доставлял мне страшное неудобство своей близостью, теплом и тем, что время от времени как бы невзначай сильнее прижимал меня спиной к своей груди. Вырываться я не рисковала: падать высоко. Поэтому страдала, скрипя зубами и мечтая, чтобы это всё поскорее закончилось, потому что терпеть уже совершенно невозможно. Наконец внизу показались крыши Триура, а затем и чётко упорядоченный кампус Академии. Мифлина начала снижаться и приземлилась прямо у ворот, где в ожидании нас переминался Лаус. Войти внутрь он, конечно, не мог без получения штрафов за отсутствие на закрытой территории в ночное время, а уж тем более за нарушение всеобщего спокойствия. – Как мы войдём? – уточнил он мрачно. – Совершенно спокойно, – пожал плечами Фрейн и отпустил свою виверну. Та взлетела и пропала в тёмном небе. Я еле держалась на трясущихся ногах. Пожалуй, такого наказания за ночные прогулки с меня уже достаточно. – Шейр Дерсиди, – пояснила я, чтобы хоть немного успокоиться, – у нас самый главный безопасник Триура, верно? Перед ним открываются даже самые защищённые двери. И ехидно глянула на тёмного. – Ничего себе! – с совершенно искренним восхищением выдохнул Философ. – И что, комендантша не сделает нам выговор? – Мелко мыслишь, – хмыкнул Фрейн. – Выговор вы, конечно, получите. Но не сейчас. Однако последствия этого выговора я постараюсь смягчить. Авансом за будущее благоразумие. Приняв ещё одну порцию безмолвного почтения от Лауса, которое тот не слишком-то хорошо скрыл, он вынул из-за пазухи нечто вроде амулета и вставил в специальный паз в замке, который держал ворота закрытыми. Механизм устало вздохнул, и створки открылись, а как только мы вошли внутрь, затворились снова. Но наше появление всё равно не осталось незамеченным. Стоило только пройти чуть дальше в сторону Главного общежитского корпуса, как нам навстречу в сопровождении нескольких охранников вышла шейра Гвиан. Увидев нарушителей, она ошарашенно остановилась, а детины по инерции ещё сделали несколько шагов вперёд. – Ш-шейр Дерсиди? – Она неловко поправила ворот пальто, которое накинула прямо поверх домашнего платья. – Что вы тут делаете? – Доставляю в ласковые объятия альма-матер двух любителей ночных прогулок, – беспечно ответил тёмный. – Ничего страшного, всё в порядке, давайте в этот раз просто забудем этот инцидент. – Но что случилось? – настойчиво уточнила Комендант. – Недоразумение, – буркнула я. – Приступ студенческого романтизма, – добавил Фрейн. – Бывает. Женщина с подозрением оглядела сначала меня, потом Лауса, затем снова меня и недоверчиво покачала головой. Видимо, он, я и романтика в её представлении никак не складывались в одно предложение. – Ладно, – махнула она рукой. – Вайтвинн и Декарт – завтра зайдите ко мне для разъяснений! Ну вот и обещанный выговор… Комендант и её подручные удалились, а мы пошли дальше, но перед поворотом к корпусу Лауса Фрейн остановил его, не давая по-тихому смыться. – Итак, быстро: зачем вы потащились в эту пещеру? Говори ты, потому что она точно не скажет. – Он качнул головой в мою сторону. Знает ведь меня как облупленную, гад. Филосов панически на меня глянул и развёл руками. – Чтобы магию пробудить… – А ты что вообще весь год делал на лекциях? Спал? – Ничего я не спал! – обиделся адепт. – Тогда ты должен знать, что безопасных и потому официально признанных способов пробудить спящую магию не существует! – Фрейн шагнул вперёд, и Лаус слегка отступил. – Можно подумать, до нас никто ни разу не пользовался неофициальными… Не смешите меня. – Ты… Экспериментатор! – вскипел тёмный, но выдохнул, заставляя себя успокоиться, затем потёр переносицу пальцами и уронил: – Пошёл вон! Лаус не стал нарываться на ещё большие неприятности и, развернувшись, быстро ретировался. Вот так всегда. Никто из мужчин на моей памяти ещё ни разу не рискнул связаться в Фрейном Дерсиди: они всегда боялись его как огня. Да что там! Даже огневики боялись его, хоть не боялись огня. В общем, при всей своей внешней привлекательности на мужчин тёмный производил какое-то особо сильное впечатление. А когда Философ скрылся в ночных недрах кампуса, всё внимание Фрейна сразу обратилось ко мне. – Адель, крошка, о чём ты думала, когда соглашалась на это? – его голос стал настолько елейным, что мне даже поплохело. Но, возможно, поплохело мне чуть раньше и по совсем другой причине. Я вообще чувствовала себя немного странно, как во сне. Собственные движения казались слегка замедленными, а дыхание шумным. Да и с тёмным в моих глазах творилось нечто удивительное: вокруг него сгущалась теневая аура. – Я тебе не крошка, – огрызнулась я, пытаясь взбодриться. – Ты давно потерял право называть меня так! Повернулась на каблуках и пошла к своему корпусу. Тёмный скрипнул зубами, но последовал за мной. – Если бы ты просто рассказала мне, что тебя беспокоит, вместе мы нашли бы решение проблемы. – Какое? – Я резко обернулась. – Ты ответил бы мне ровно то же самое, что и Лаусу: официально признанного способа нет! На этом наше решение и закончилось бы. И вновь зашагала дальше. – Возможно, я так и сказал бы, потому что мне не безразлична твоя безопасность! Мало было тебе случая с Демианом де Бреем? Если ты влезла ещё во что-то, лучше скажи сейчас, чтобы потом мне не пришлось лететь на другой конец света, чтобы вытащить тебя из очередной зад… – В следующий раз можешь остаться дома. Я справлюсь сама, – я пожала плечами. – А что было там, в пещере? Ты видела там кого-то, кого не видел я. Не похоже, чтобы ситуация была у тебя под контролем. Тем более если Орф решил позвать меня на помощь! – К сожалению, он связан только с тобой, поэтому позвал тебя. Но всё обошлось, я просто испугалась. Не думала, что всё будет выглядеть так… Тёмный поймал меня за плечи, когда мы шагнули в вестибюль жилого корпуса, и развернул к себе лицом. – Как? Я вспомнила огромную сияющую фигуру, которая словно разговаривала со мной на непонятном языке, всё разрасталась и наступала, но никак не могла до меня дойти. Расстояние между нами оставалось неизменным. Но мне всё равно было необъяснимо страшно. – Фантазия разыгралась. Теперь всё хорошо. – Я направилась к лестнице, Фрейн – за мной. – Ты так и будешь меня преследовать?! До самой комнаты? – Буду. – Оставь меня в покое! Кто ты такой? Давно уже никто для меня. А то, что было раньше… Да забудь уже наконец! Наказывать он меня собрался… Тоже мне! На глаза как-то внезапно навернулись слёзы, и, чтобы скрыть их, я резко отвернулась и почти бегом понеслась наверх. – Адель! – обречённо вздохнул Фрейн. Но на этот раз преследовать не стал. Из бокового коридора навстречу мне вышли две девушки в простых домашних платьях. Они пытались состроить безразличный вид, но было заметно, что их просто привлёк громкий разговор на лестнице. Они с любопытством посмотрели на меня, затем на тёмного, который так и стоял внизу. Их лица вытянулись. – Добрый вечер, шейр Дерсиди… – проворковали они заинтригованно. Прекрасно! Его здесь вообще каждая собака знает?! Вернее, каждая девица… – Какой, тьма подери, вечер? – буркнул Фрейн. – Ночь давно! Идите спать! Адептки возмущённо зафыркали и, задрав носы, удалились к себе. Можно только представить, какие сплетни теперь поползут по всей Академии. Но я тоже хороша, не надо было повышать голос там, где нас могли услышать посторонние. Не попрощавшись с Фрейном, я ушла, не замечая, что перед глазами всё расплывается в неразборчивую кашу. Внутри что-то разрасталось – до тех пор, пока мне не стало тяжело дышать. Блик встревоженно выскочил из медальона и заметался вокруг моей головы, как звёздочка вокруг ушибленного героя в мультфильме. – Не мельтеши! – Я попыталась от него отмахнуться, схватилась за ручку двери, а вот ключ в кармане уже не нащупала, будто рука онемела. В этот самый миг я просто вспыхнула и потонула в ослепительном потоке. * * *Фрейн Хорошо, что после ссоры я не поторопился покинуть кампус, прежде решил ещё раз поговорить с этим обормотом Лаусом. Он, конечно, не выглядит как тот, на кого спокойно можно положиться, но в ситуации с пещерой показал себя не с самой плохой стороны. Не стал свешивать всю вину на Адель и довольно стойко выдержал мои неслабые нападки. Конечно, можно было бы не топтать ноги и просто вызвать его завтра к себе на серьёзную беседу. Но раз уж я всё равно тут… Да и время не терпит. Однако дойти до нужного жилого корпуса я не успел: спокойно шёл по мощёной дорожке, когда в спину мне прилетела весьма ощутимая силовая волна – не иначе как от какой-то магической вспышки. От резко вспыхнувшей тревоги мой позвоночник похолодел и как будто превратился в камень. Не помня себя, я развернулся и бросился обратно в корпус, где жила Адель. Там уже поднялась суматоха – значит, магический выброс мне не померещился. Все оставшиеся в общежитии на лето адепты повыглядывали из своих комнат, а охранная система кампуса понемногу начала сходить с ума. Я чувствовал это неровными колебаниями связки заклинаний, которую знал очень хорошо. Ещё немного – и она разорвётся. Прямо как недавно во Всемагическом банке. Так же… Меня посетила нехорошая догадка, но я пока отложил её в сторону, чтобы обмозговать потом. Сейчас нужно выяснить, что с Адель, потому что был почти уверен, что причина именно в ней. Так и есть: на этаже, где и жила моя любительница острых магических ощущений, собралась уже небольшая толпа, и, судя по обрывкам разговоров, все ждали, когда же прибудет Комендант. Подходить к источнику яркого сияния, которого не было видно за спинами адептов, никто не решался. Я растолкал стоящих на пути болванов и остановился, слегка поражённый открывшимся передо мной зрелищем. Адель сидела на полу, прислонившись к двери своей комнаты, и невидяще смотрела перед собой. Почему я был уверен, что она сейчас ничего не видит? Да потому что её глаза были залиты слегка нетипичным для только что пробуждённой магии светом. В нём нельзя было выделить какой-то определённый оттенок: он постоянно менялся. Честно говоря, картина вырисовывалась и красивая, и пугающая одновременно. И уж точно на неё не следовало глазеть всем подряд. – А ну, все разошлись! – скомандовал я. – Разошлись! Вы не на представлении. Что, никогда пробуждение магии не видели? Адепты недовольно загомонили: им было интересно, потому что такого пробуждения они точно никогда раньше не наблюдали. А мне не хотелось акцентировать внимание на его необычности. Лучше сделать вид, что ситуация совершенно обыкновенная. – Может, ректору сообщить? – осторожно предложил кто-то. Я гневно посмотрел на слишком инициативного адепта, и тот поспешил спрятаться. – О чём тут докладывать? Ректор узнает обо всём в общем порядке. Разойдитесь по комнатам, немедленно! Тогда только студенты начали рассредотачиваться, пока вокруг не стало совсем пусто. Хотя не уверен, что кто-нибудь не подглядывал за нами из-за угла. – Адель, Адель… – вздохнул я, подхватывая девушку под локоть и ставя на ноги. Она растерянно завертела головой. – Фрейн? Опять ты! – Ну куда ж я денусь… Привыкай. Она почему-то не стала возражать, даже позволила нащупать в кармане юбки ключ от комнаты и проводить её внутрь. Магические светильники на стенах и столе сразу вспыхнули. Я усадил девушку на диван в крохотной гостиной и задумался, что делать. Если не усмирить слишком сильный магический поток, который сейчас наполняет её, то она может ослепнуть по-настоящему. Физически! – Так, Адель. – Я встряхнул руки и размял пальцы. – Я хочу тебе помочь. Если не помогу, боюсь, скоро тебе станет гораздо хуже, чем сейчас. – Если ты предупреждаешь, значит, будешь меня трогать, да? – сразу ощетинилась девушка. Догадливая малышка! Но сейчас я почему-то подумал об этом совсем не в том ключе, в котором следовало. Признаться, мои мысли вообще унеслись в те недоступные дали, которые пока оставались на уровне фантазий. Опять же неуместно, да. Но я ничего не мог с собой поделать. – Немного потерпишь, не рассыпешься, – ответил я чуть резче, чем хотел. Адель прикрыла сияющие глаза и, недовольно скривив соблазнительно пухлые губы, вздохнула. Я воспринял её молчание как согласие и сел рядом. – Постарайся не дёргаться, что бы я ни делал. Тёмная магия отличалась от других видов тем, что могла пленить и уничтожить любую. Существовали и неподвластные ей специализации, но они были слишком редки, чтобы воспринимать их как угрозу. Поэтому никаких проблем с тем, чтобы слегка приструнить пробудившиеся силы Адель до тех пор, пока они не придут в норму, я не видел. И приступил к плетению. Сначала лёгкими прикосновениями пальцев начертил сдерживающие символы на лбу девушки, затем на её висках, контура губ коснулся просто потому, что захотелось, и заметил, как между её бровями мелькнула гневная складка. Затем спустился ниже, к шее, перевёл плетение на грудь, и для этого мне пришлось немного расстегнуть её рубашку. Мимолётное внимание привлёк медальон, который я уже не раз видел у Адель с тех пор, как она вернулась. Раньше его точно не было. Но украшения сейчас волновали меня меньше всего. – Ты ещё долго? – слегка нервно уточнила девушка, комкая ткань раскинувшейся по дивану юбки. – Пациентка, не капризничайте! – пытаясь сдержать усмешку, ответил я и взял её руки в свои. Мрак меня побери, я уже почти забыл, какие хрупкие у неё запястья и какая нежная на них кожа! Забыл визуально, а вот на ощупь всё помнил. И, дотронувшись, на пару мгновений выпал из реальности. Правда, символы всё же закончил – страшным усилием воли. Настал пикантный момент. Мне пришлось приподнять край юбки Адель, скинуть с её ступней туфли и сделать всё то же самое – вокруг щиколоток. Что может быть прекраснее стройных женских ног? Мало что на самом деле. А чьи ножки могут быть прекраснее, чем у Адель? Готов поклясться: ничьи. Особенно когда она так забавно волнуется и краснеет в тот миг, когда я аккуратно их касаюсь. В общем, к финалу “процедуры” я был в почти неадекватном состоянии, как засидевшийся в изоляции аскет. Закончив, сразу встал и прошёлся по комнате. Свежего воздуха бы… Срочно! В комнате стало так тихо, будто мы с Адель перестали дышать. Краем глаза наблюдая за тем, как она приходит в себя, откинувшись на спинку дивана, я успел заметить документы, которые лежали у неё на столике. И это были бы обычные неинтересные бумажки, если бы не список довольно хорошо знакомых мне имён, который в них содержался. Что ещё хуже – все они были мужскими. * * *Адель Честно говоря, некоторое время после “процедур” Фрейна я просто пыталась притвориться мёртвой, потому что мне казалось, что каждое движение способно выдать то, что я чувствовала на самом деле. Да, с одной стороны, мне полегчало, взбесившиеся магические потоки понемногу приходили к упорядоченности. А вот с другой стороны… Память тела долбилась мне в виски настойчивым требованием: ещё! Ещё! Ведь это было так офигенно! Это даже лучше, чем спа! Ну или, на худой конец, ведёрко любимого мороженого в жаркий день. Я пыталась затолкать эти нахальные позывы куда подальше, но выходило слабовато. Правда, помощь пришла откуда не ждали. Из омута совершенно постыдной эйфории меня выдернуло явственное напряжение, которое внезапно возникло в комнате. Жаль, зрение ещё не восстановилось полностью, чтобы посмотреть, чем Фрейн там занят. До слуха донеслось тихое шуршание бумаг… И тут до меня дошло: абсолютно не рассчитывая, что сюда придёт кто-то посторонний, я преспокойно оставила список “женихов” прямо на столике рядом с диваном. Никак не могла придумать, что с ним делать: то ли воспринять всю эту затею всерьёз, то ли сжечь бумаги к чёртовой бабушке. – Не понял… – задумчиво и даже как-то обидчиво проговорил Фрейн. – Это что за чёрный список? Ты решила заделаться в “санитары города”? Я, конечно, понимаю, что среди них есть малоприятные люди с не самыми лучшими на свете характерами, но не до такой же степени, чтобы… – Хватит издеваться, – проворчала я, усиленно моргая, чтобы побыстрее вернуть зрению резкость. Надо уже как-то приходить в себя! Стыдно признаться, но до того, как вернулся Фрейн и взялся меня “лечить”, мне было так страшно, что я даже шевельнуться боялась. Слышала, как вокруг гомонили адепты, решая, как правильно поступить, хотела уйти, но продолжала сидеть на месте. Выглядела при этом, наверное, крайне глупо. А уж теперь, когда тёмный проводил меня в комнату, все точно начнут болтать, что между нами что-то есть. Возможно, даже придумают подробности. – Ну так кто эти молодые люди? – Фрейн помахал списком перед моим лицом – это я разглядела. Да и вообще с каждой секундой видела всё чётче и чётче. – Да так… – зачем-то начала оправдываться, хотя могла ответить, что это не его дело. – Дедушка перед смертью задумал сосватать меня за какого-нибудь надёжного мужчину. – Надёжного… – хмыкнул тёмный. – Твой дедушка… Который был знатным затворником, поэтому наверняка толком не был знаком ни с кем из них и ориентировался только на светское мнение. – Можно подумать, ты знаком со всеми, – насупилась я. – И вообще, это не твоё дело! Прозвучало слегка несвоевременно, но что ж. Как есть. – Как это не моё? – поражённо ахнул Фрейн, и мне захотелось пристукнуть его за явно читаемую иронию в голосе. – Если это список женихов, то почему тут нет меня? Я протестую! Я, если ты не в курсе, холост не меньше, чем все эти… господа. – Холост после хорошего тест-драйва! – Чтобы ты знала, эти достойнейшие мужи давно обогнали меня на всех возможных тест-драйвах! – О-о! Ты знаешь, что это такое… – У меня продвинутый учитель! Мы, гневно пыхтя, уставились друг на друга, повисло молчание. Но я нарушила его первой: – Видимо, после того, как ты обманул меня, выставил наивной идиоткой и воспользовался моей с-симпатией к тебе, дедушка не посчитал тебя надёжным! – сложила руки на груди. – Ну а как я с тобой поступил? Я просто хотел оградить тебя от ненужной информации! Которая только зря тебя расстроила бы. Нет, ну какой нахал! Сейчас он ещё и меня виноватой выставит! – Ненужной? – Я встала и уставилась на него сквозь стоящую перед глазами пелену. Благо она была уже достаточно тонкой, чтобы видеть выражение его лица. – Ну да, зачем какой-то иномирной дурочке знать, что у тебя есть давно сговоренная невеста! Можно же просто поиграть с ней и выбросить! Как хорошо, что у меня хватило ума не угодить к тебе в постель! – Адель… – Фрейн сделал шаг навстречу. – Я не знаю, что именно тебе напели в уши мои родственники или их знакомые. Я не собирался тебя бросать! Я хотел всё уладить и убедить родителей, что не хочу жениться на Руделисе. Я правда собирался жениться на тебе, потому что любил тебя! В груди всё подпрыгнуло, упало и застыло горьким комком. Я не стала переспрашивать, хоть и очень хотела. Меня буквально разрывало изнутри от вопроса, который через столько лет уже наверняка потерял актуальность. – Как бы то ни было, сейчас я уже не могу проверить правдивость твоих слов, – покачала головой. – Прошло слишком много времени. Всё изменилось. – Всё? – в голосе Фрейна неожиданно послышалось разочарование. – Да, – ответила я уверенно. Горький комок в горле стал больше. – Ладно… Допустим! Но если твой дед считал, что тебе нужна защита мужа, то все эти люди, – Фрейн снова взмахнул листком, – вряд ли походят на эту роль. Они даже не знакомы с тобой, а ты с ними. Кто вообще поверит в такую откровенную фикцию? Надо же, как быстро он понял замысел Ройера, как и его явные недостатки. А значит, что мешает сразу догадаться остальным, что всё это обман? Совершенно ничего. Эта мысль тоже немало меня беспокоила. – Знаешь, как говорят? – Я легонько ткнула кончиком пальца в грудь Фрейна. – Критикуешь – предлагай. Он как-то слишком коварно улыбнулся. – А я предложу. Выходи замуж за меня! Чем я хуже остальных подставных мужей? Пожалуй, даже лучше. По крайней мере, мы вполне неплохо друг друга знаем, а в прошлом нас уже связывали отношения, так что в их возобновление все поверят гораздо охотнее. И при таких условиях на твоё несомненно ценное магическое тело и уж тем более наследство вряд ли решат покуситься какие-то охотники за приданым.