ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Привычно проснувшись, когда неяркое осеннее солнце осторожно целовало спящее небо первыми лучами, немного потянулась. Хотела выбраться, но Лир и Аран, спящие по бокам от меня, еще не открывали глаз, и будить их не хотелось. И если бы только рука Лира не обнимала за талию, крепко держа за свитер, а нога Арана не лежала на моей, можно было попытаться выползти из-под плащей. На косе, заплетенной накануне Араном, обернувшись белкой, спал лимфил. Вся компания в сборе. И почему-то очень хочется улыбнуться, чувствуя себя бесконечно счастливой.

Такие разные Аран и Лир, так не похожи один на другого ни характерами, ни внешностью, но всегда рядом. Во сне оба моих спутника выглядели расслабленными, спокойными.

Слегка повернула голову и увидела водяного и лешего, дремавших возле Лира, а кикимора спала рядом с Араном. Эльф ей давно приглянулся. Да и сама она… Какая из нее нечисть? И не похожа вовсе! Руки тоненькие, только разве светло-зеленого цвета, волосы оттенком темнее, похожи на листву берез ранней весной, а фигурка ладная, статная, хрупкая. Если бы не знала, что это нечисть, со спины спокойно бы приняла за экстравагантно одетую девушку. Да уж, ну и фантазия! Почудится же!

Лир проснулся первым. Открыл глаза, посмотрел на меня и улыбнулся. Неужели надеялся, передумаю и сбегу? Нет уж! Мы, женщины, народ упрямый. Если уж что втемяшится в нашу голову, так хоть кол на голове теши, не отступим.

Его рука осторожно погладила мою талию, заставляя мурашки тоже проснуться. И как у него это получается делать — одним простым прикосновением разбудить во мне неизведанное?

Лир смотрел в мои глаза и улыбался, а сам — мечта любой блондинки, прикосновений не прекращал, даже выше поднялся. И я замерла ожидая. И когда до груди он не добрался, недовольно куснула его за ухо. Улыбка Лира стала шире. Его губы скользнули по выемке на шее, поднялись выше, а потом нашли мои. Легкий, почти невесомый поцелуй, словно листик упал с ветки, оказался слишком быстрым. Он издевается, что ли?

Ну погоди! Дразнишь? В эту игру можно играть вдвоем, мой темный маг. Я осторожно вытащила из волос лимфила, убрала ногу из-под Арана, села. Улыбнулась и сладко потянулась, замечая, как Лир опирается на одну руку, подперев щеку, и наслаждается происходящим. И все бы ничего, но в глазах таится огонек желания, манит и выдает его с головой.

Я скинула одежду, оставаясь в нижнем белье и рубашке. Соблазнить его, что ли? Ну хоть капельку! Сам же виноват, надо было нормально меня целовать, а не раззадоривать. Холодно-то как, даже несмотря на солнце. Вроде начало осени, а в одной рубашке уже не пощеголяешь. Пока я размышляла, ладонь Лира скользнула на мою щиколотку, погладила. Я вздрогнула, а когда ласка повторилась, умудрилась зацепиться за плащ, вскрикнуть и упасть.

Лир не стал меня ловить, только смеялся, когда разбуженные Аран и нечисть всполошились. Я же успела замерзнуть, нырнула к магам под крылышко, прижимаясь холодными ногами. Аран даже подскочил от неожиданности, Лир смеялся и целовал мои волосы и плечи.

— Нет, а мне-то за что мстишь? — проворчал Аран.

Обреченно вздохнул, поднялся и отправился готовить завтрак. Вместе с ним к воде ушла нечисть. Внимание Лира снова переключилось на меня. Навис, не давая возможности сбежать, и наконец подарил тот самый желанный поцелуй, о котором я все утро мечтала. И судя по тому, как его пальцы сжали мои плечи, маг явно думал не о добром и вечном. В глазах Лира полыхал огонь, обещая вырваться на свободу.

— В следующий раз, Ари, достаточно просто меня попросить, — пропел этот несносный маг, касаясь пальцами моей щеки и пряча улыбку. — И все мои поцелуи — твои.

— Можешь мечтать сколько угодно, мой темный маг. Но однажды моя месть будет коварна и страшна. Есть у меня такой приятный для мужских глаз черный кружевной комплектик…

— Соблазн наказать тебя за шалости становится невыносимым.

— О да, мой темный господин, обязательно. Все, что пожелаешь, — томно пропела я, сознавая, что снова откликнулось русалочье обаяние.

Лир сощурился, вытащил меня из тепла и поволок к воде. Нечестно! Но он как-то забыл, что хвостатая я становлюсь еще вреднее. Вскоре и сам оказался в ледяной воде рядом, не понимая как. Ох и разозлился! Меня не спасло даже то, что я русалка. Все равно поймал, прижал к себе и зацеловал.

На какое-то мгновение Лир так увлекся, что почти потерял контроль. Ласкал и стонал в мои губы, шептал признания, не мог оторваться. Еще никогда, даже если я оказывалась на волосок от смерти, он так меня не целовал. До черноты в глазах, нехватки воздуха в легких, ощущения, что я растворяюсь в нем.

— Значит, что хочу? — прошептал в губы. — Любое желание?

Я кивнула, не сводя с него глаз.

— Мой темный господин, да?

Неожиданно отстранился, посерьезнел:

— Не шути со мной так, Ари.

Облизнула губы, вздохнула.

— Твое русалочье обаяние не даст никому прожить спокойно.

— На тебя же не действует.

— Радуйся, что не сорвался, мое наваждение. Не окажись рядом воды, не остановился бы. Мое самообладание и так висит на волоске.

Пресветлые боги, неужели я дожила до этого момента? Улыбнулась так, что Лир выругался и обреченно вздохнул.

— Ты невозможна, Ари.

— Я тоже тебя люблю, — пропела в ответ. — Не сердись. Слишком я счастлива. И поцелуй еще раз. Пожалуйста, — жарким шепотом попросила я.

Лир поддался, опутал огнем, а потом нырнул с головой в холодную воду. Я последовала за ним и поплыла к берегу, где ждали Аран и нечисть. Выползла, отдышалась, покраснела, понимая, что свидетелями этого безобразия стали все.

— Помочь дойти до костра? — спросил эльф, глядя на мой сине-зеленый хвост.

— Конечно! Лир все равно… э-э-э… пусть от меня отдохнет.

Аран хмыкнул, лимфил рыжей белкой забрался на плечо. Я угостила его орехами, которые принесла нечисть. И мы принялись за завтрак. Я почти доела бесподобно вкусную овсяную кашу с яблоком, когда ощутила на себе заинтересованные взгляды.

Хвост почти высох, осыпался чешуей. Лир предсказуемо бросился за сумкой с вещами. Эльф фыркнул от смеха и отвернулся. Лир тоже. Я оделась, подхватила лимфила. Маги собрали вещи и распрощались с нечистью.

— В чем дело? — поинтересовалась, когда Аран и Лир заспорили.

— Решаем, как лучше идти. Можно вернуться и через Ильсидор выйти на дорогу, а потом свернуть через лес. Или отправиться этим путем, но тогда потеряем еще неделю, — отозвался Аран.

— Второе, — сказала я, не задумываясь.

Какой бы сильной я ни была, не выдержу повторного путешествия через логово разбойников, даже если от них ничего не осталось.

Мы отправились в путь. Осень началась неожиданно, разгулялась. Осыпала нас золотом, играла с ветрами. По небу скользили сизые облака, но дождя не ожидалось. На обед остановились неподалеку от болота. Лес стоял стеной, но маги никогда не рубили деревья для костра, собирали сухие ветки. Дерево, оно ведь тоже живое. В любом из них может оказаться дриада — светлый лесной дух.

После обеда я попыталась в сотый раз попросить Лира научить меня создавать молнии, которыми он подстреливал птиц и мелких зверей.

— Да не спалю я лес, честно!

— Это магия смерти, Ариадна. Ты не сможешь ее освоить, она причинит лишь боль, — ответил эльф, к которому я обратилась за объяснениями, потому что Лир меня игнорировал.

— Туман, что останавливает тень, тоже из темной магии?

— Разумеется. Эти бытовые заклинания для всех магов общие. Они несложные, — отозвался уже темный маг. — Поднакопи немного сил, завтра научу чему-нибудь новенькому.

Во второй половине дня небо затянуло тучами, начал моросить дождик.

Я забеспокоилась. Туника и штаны, подаренные нечистью, лежали в сумке, которую нес Аран. Но маги создали купол, через который дождь не мог меня достать, и пообещали поскорее найти место для ночлега. Темнело сейчас раньше, а тень ведьмы появлялась с завидным постоянством. Аран и Лир по очереди дежурили, но этим дело и заканчивалось. А если их не окажется рядом…

— Я тут подумала, — осторожно начала я, чавкая сапогами по грязи. — Мне надоело бегать от ведьмы и ожидать удара в спину. Есть ли способ ее уничтожить?

Лир резко обернулся, Аран споткнулся. Маги явно не ожидали от меня ничего подобного.

— И это называется русалка, — ехидно заметил Лир.

Ах, ну да! Совсем забыла, что я — потенциальный свет. А потенциальный свет, пусть даже нечисть, в темные не записывают. Они же всегда против любого убийства.

— Ты уверена, Ари? — мягко спросил эльф.

— Уж лучше, чем дрожать от страха.

— Способ есть, но мне он совсем не нравится, — ответил Лир, рассматривая ветку ели, нависшую над ним.

Даже так… Значит, маги уже обсуждали этот вопрос, а моим мнением не поинтересовались.

— Нужно заманить ее в воду, Ари. В ней спрятана гибель ведьмы. Я сначала не понимал, почему она боится этой стихии, но поразмыслил и догадался. Моя мама могла наложить заклятие. Если русалка на краю гибели, почти умирает, ее проклятие имеет особую силу. Вода для нашей поганой ведьмы все равно что огонь. В ней боль тех, кто погиб от ее руки.

Ничего себе!

— Я тоже…

— Сможешь сотворить подобное. Русалки не убивают, они заставляют осознать ошибку и оставляют с этим жить, — заметил Аран.

— Это жестоко.

— Когда-нибудь, Ари, наступит момент и ты поступишь точно так же. Ты встретишь того, кто это заслужит, и жалеть не станешь, поверь. — Аран коснулся моего плеча, посмотрел в глаза, заставляя проникнуться серьезностью ситуации.

— Я не смогла убить даже тех разбойников. Не желала им смерти. Лишь бы отпустили, — тихо сказала я. — Неужели решусь кого-то наказать?

— Напомнить, что уплыла, когда Аран бросил тебя в воду? Ты интуитивно поступила как русалка. Наказала, заставила мучиться. Со временем научишься улавливать людские эмоции и бить по самому больному. — Голос Лира прозвучал спокойно, но этим ужасал еще больше.

Не хочу быть такой!

— Что касается разбойников, не прокляла, потому что впервые попала в подобную передрягу и испугалась. Впрочем, я не дам тебе приобрести подобный опыт, даже не надейся.

Душа согрелась от его заботы, воспарила птицей.

— И если бы не мы… Ты бы вернулась, Ари, осознала бы случившееся и вернулась. Наказала бы так… Да они бы мечтали о смерти от наших с Араном рук!

Я растерянно перевела взгляд с Лира на Арана, но маги и не думали шутить.

— Раз так, — вернулась я к разговору о ведьме, — стоит загнать тень в воду. Давайте придумаем ловушку.

Лиру эта идея, разумеется, не пришлась по вкусу.

— Единственная ловушка, на которую среагирует ведьма, — это русалка, — тихо произнес Аран. — Определенная русалка, на которую она охотится.

Ах вот оно что! Так бы сразу и сказали.

— Я справлюсь.

— Нет. — Холодом, прозвучавшим в голосе Лира, можно было заморозить любое море.

— Но это единственный выход.

— Ариадна, для этого ты должна оказаться рядом с водой и позволить тени начать вытягивать силы. Только так, когда она увлечется, реально затащить ее в воду, — припечатал Лир. — Не позволю! Слышишь? Никогда.

Маг оказался рядом, наклонился, взял за подбородок, вглядываясь в мое лицо.

— Ты слишком мне дорога. Я на подобное даже смотреть не смогу.

И ведь не шутит. Глаза сверкают, напоминают цветом уже не серебро, а грозовые раскаты. Беспокоится искренне, потому что любит. И я сделала то единственное, чего хотелось. Обняла и поцеловала, вкладывая в это прикосновение понимание и согласие с его решением.

Лир ответил на мой поцелуй и отпустил. Он ни за что не отступится и не сдастся. На моей безопасности просто помешался. Сегодня защиту поставил вместе с Араном и нечистью.

— Я бы тоже был против, Ари, — признался Аран, когда мы снова запетляли по грязи, обходя болото.

— И не сомневаюсь, — усмехнулась я.

Я опять почувствовала себя сокровищем. А его нужно оберегать, холить, лелеять. Так по отношению ко мне вели себя маги. Но стоило вспомнить, каково было без их внимания и заботы, и возражений не нашлось.

Ночь выдалась беспокойной. Я постоянно просыпалась, переживая за Арана и Лира. Маги дежурили по очереди, явно чего-то опасаясь. Тень могла стать сильнее, полагаю. Ближе к рассвету возле костра сидел Аран. Вгляделась в его силуэт. Он выглядел беззащитным и напряженным. Я выскользнула из рук Лира, подошла.

— Наша тень мечется рядом, — тихо сказал Аран.

— Тебя ведь не это беспокоит, — заметила я. Видела, что эльф давно о чем-то размышляет и явно сам не свой.

— Ты права. Я должен кое-что тебе рассказать, но не знаю, какие подобрать слова.

— Боишься навлечь проклятие русалки? — пошутила я.

Он улыбнулся, но как-то безрадостно.

— Постарайся понять и не обижаться. Просто смотрю я на вас с Лиром…

Да что же такого он хочет мне сказать?

Аран помялся, тяжело вздохнул и сознался:

— Невеста Лира, Силадерь — моя младшая сестра.