POV Артем

Несколько дней спустя – Ну что, тост! – ядовито выплюнул Паша, поднимая бокал. – Пусть тебя так закалит семейная жизнь, чтобы ты загробной больше не боялся! – он развязно хохотнул. Мы с Кирюхой переглянулись. У брата было такое лицо, будто ему не терпится второй раз приложить Левицкого мордой о подлокотник этого дивана, ибо наш товарищ весь вечер только и делал, что нарывался. Я покосился на телефон – несколько минут назад написал Сашке, зная, что она не любит оставаться дома одна, но так и не получил ответ. Вчера они с Алиной и бывшей однокурсницей Олей устроили у нас во дворе что-то вроде девичника, а сегодня я собрал Кирюху и Левицкого на так называемый мальчишник в моем баре. Да только Павлик опоздал, придя на мероприятие с дешевой лентой «Свидетель года» поперек груди и прилично пьяный. Клоун. – Артем Александрович, а что это мы экономим на алкоголе? М? – Паша прищурился с видом знатока, прямо из горла вливая в себя остатки виски. Сделав официантке знак рукой, я вновь сосредоточился на недовольном лице товарища. – Этот вискарь старше тебя. По цене – как однушка в Челябинске, – сухо заметил я, выдерживая его тяжелый взгляд. – Ладно, тогда беру его на себя! – он показушно стукнул себя кулаком в грудь, когда на столе материализовалась новая бутылка. Мой мобильник засветился, оповещая о входящем сообщении от Саши. – Сейчас невеста выпишет тебе пиздов! – прокомментировал «свидетель года», продолжая пить из горла. Проигнорировав его «глубокомысленное умозаключение», я открыл чат, пытаясь подавить непрошеную улыбку. На вопрос «Чем занимаешься?», моя ведьма ответила: «Планы наполеоновские! 😉» Ниже она прикрепила фотографию торта. «Дождешься? Поцелую тебя перед сном», – я закусил губу. «Не обещаю… 😉» «Дождись». – Хороша она в постели? – ни с того ни с сего поинтересовался мой так называемый друг. Кирюха аж закашлялся и чуть оливкой не подавился. Бедолага. – Министерство не твоих собачьих дел, – сжав кулаки, мысленно я несколько раз врезал Паше между глаз. – У нас вроде как мальчишник? Что я такого спросил? – Левицкий криво улыбнулся, явно обдумывая очередную провокацию. – Хорошо сосет, да? – Пасть завали! – подавшись вперед, я схватил его за ворот рубашки и хорошенько встряхнул. – У тебя был шанс, когда я не препятствовал вашему общению. Умей проигрывать. Разумеется, никакого шанса у него не было. Я бы попросту отрезал ему яйца и скормил на завтрак, если бы он продолжил подкатывать их к моей женщине, однако Левицкому об этом знать не обязательно. Пусть помучается, танцор хренов. – Паш, что происходит? – озадаченно поинтересовался Кирилл, отодвигая бокал. – Ты конкретно перегибаешь. Через несколько дней они поженятся. А тебе бы не мешало поехать домой и проспаться… Ухмыльнувшись, Левицкий стукнул донышком бутылки о стол. – Стремный мальчишник. Ни девок, ни хрена, и про баб не посплетничать… – протянул он заплетающимся языком. – Еще скажите, счастье любит тишину? – заржал он. – А счастье, между прочим, любит путешествовать, смеяться и заниматься сексом! Мой горе-дружок шлепнул подошедшую к нам с подносом официантку по заднице, окидывая ее голодным взглядом. Хихикнув, девчонка даже не потрудилась убрать его потную лапу со своей пятой точки. – Девушка, тут такое дело, – зачастил этот придурок. – Мне сегодня цыганка нагадала, что за несколько минут до полуночи я встречу свою судьбу! Он посмотрел на нее своим фирменным щенячьим взглядом, от которого у меня сильнее зачесались кулаки. Зато пустоголовая девка расцвела, как роза на помойке, широко разулыбавшись моему пьяному вдребезги гостю. – Мне нужно сказать тебе кое-что еще… один на один! – Левицкий приложил указательный палец к губам, кивая девчонке в сторону вип-кабинок. – Отойдем ненадолго? – Ну… Артем Александрович… – официантка посмотрела на меня чуть ли не с мольбой. – Считай, я этого не видел, – равнодушно бросил, ловя брезгливый взгляд Кирилла, и сделал мысленную пометку попросить Леонидовну завтра же уволить эту девицу. – Вдруг правда судьба? – я пожал плечами, глядя вслед удаляющейся парочке. – Что он употребляет? Я его совсем не узнаю, – разочарованно заметил Кирюха, качая головой. – Я созванивался недавно с Константинычем, он сказал, что у сына черная полоса. Брат вопросительно изогнул бровь, и тогда мне пришлось пояснить: – Левицкий-старший предложил Пашкину кандидатуру на место его первого зама, но совет директоров ее отверг. Вот он и бесится. – Отверг? Я думал, голосование – это чистая формальность? – Похоже, Пашка тоже так думал, поэтому вместо того, чтобы подготовиться и внятно выступить перед акционерами предприятия, пришел с бодуна, не сумев ответить ни на один вопрос. Зато другой крупный акционер выдвинул на место зама кандидатуру своего сынка – какого-то успешного бизнесмена, сумевшего с нуля запатентовать прибыльный старт-ап. И внезапно за него проголосовало большинство. – И что теперь? – Кирилл нахмурился. – Вопрос с назначением пока на паузе. Решающее слово все равно за Константинычем, но для Паши это тревожный звоночек. Насколько я понял, они крупно повздорили с отцом, вот он и запил. – А тут еще ты отбил у него Сашу, – брат покачал головой. – Все ясно. – Скажешь тоже, отбил. Она была рождена для меня. – Тебе не хуже меня известно, что пока ты наводил порядок в своей голове, Левицкий неслабо запал на девчонку. И, судя по поведению, его до сих пор не отпустило. – Сейчас спустит пар и угомонится, – смяв салфетку, я усмехнулся, всматриваясь в напряженное лицо брата. * * *– Как посидели? – сонно пробормотала Сашка, когда я, предварительно избавившись от одежды и почистив зубы, залез к ней под одеяло. Проигнорировав вопрос, я обнял свою девочку под грудью, глубоко вдыхая запах жженого сахара и каких-то специй. От нее всегда так приятно пахло. Сквозь тело прошла уже привычная дрожь. Разгоряченная кровь забурлила в паху, как в жерле вулкана. – Сахарная моя, – выпив немного лишнего, я не в силах был контролировать свой язык. – Родная. – Так как посидели? – Скучно. Подумываю продать бар, – поцеловав Сашку в висок, я заправил ей за ушко несколько мягких прядей. Шумно вдохнул. Блаженство. Эта нескончаемая потребность трогать ее и ласкать до сих пор поднимала во мне волны самых противоречивых эмоций. Хладнокровие? Выдержка? Принципы, закаленные, как твердые металлы? Ха-ха. Я готов был облизывать ее ночь напролет. – Правда? – Ага, – закинул на нее ногу, зажимая Сашку между моей тушей и матрасом. – Но это же твое детище? Бар «Темная ночь». Самое модное заведение закрытого типа в городе. – Наигрался с этим детищем, перерос. – Паша был? – после небольшой паузы поинтересовалась Сахарная. – А куда он денется? – Вы помирились? – Мы и не ссорились. – Значит, все хорошо? – с облегчением предположила она. – Прекрасно, – насмешливо отбил я.