43. Долгие сборы — лишние слёзы

Мы едем, едем, едем, в далёкие края!

Долой всех посторонних!

Лишь только ты да я!

Желаемое за действительное.

Настя Метёлкина и детская песенка.

Понедельник начался ударно. Во-первых, прямо с утра Каменева вызвали на «ковёр». О чём Владимир Алексеевич ему толковал, мне подслушать не дали: заставили срочно отнести документы в бухгалтерию. А это на другом конце коридора. Ослушаться злого Орловского я не посмела. Ну его. И так без конца ругаемся, зачем ещё и усугублять?

Но как летел из Вовкиного кабинета бордовый Каменев, я лицезрела. Жаль, вовремя спрятаться не получилось.

— Ну, Метла, погоди! — погрозил он мне кулачищем, и я вздохнула: судя по всему, война продолжается и вряд ли такие, как Каменев, имеют тормоза.

Затем настал мой черёд предстать пред зелёные очи начальства.

— Закажи билеты, поезжай и собирайся, — швыряет он мне небрежно под нос пачку документов.

— Эм-м-м? — пытаюсь узнать подробности без слов, потому что лучше такого Орловского не злить: откусит голову.

Он бросает на меня холодный взгляд (вот можно подумать, не с ним я вчера целовалась!) и поясняет:

— Едем в командировку на три дня. Может, на четыре.

Он придирчиво рассматривает меня с ног до головы, я вспыхиваю. К документам добавляется ещё и карточка.

— Билеты, а потом в магазин. Купи одежду. Деловой костюм, вечернее платье, ну и всё остальное.

— А платье тебе зачем? — теряюсь я так, что забываю о субординации. Орловского перемыкает. Он зависает, а затем, сверкнув глазами, цедит:

— Деловой костюм, вечернее платье и всё остальное — тебе. Не стесняйся. Моя личная помощница должна выглядеть стильно, дорого, безукоризненно. У тебя отличный вкус, думаю, справишься.

И я начинаю ржать. Представила Вовика в вечернем платье. Сил остановиться не хватает. Это неконтролируемые эмоции. Слёзы на глазах. Пришлось на стул упасть, скрывая лицо в ладонях.

— Всё с тобой ясно, — вздыхает Орловский. — Поехали вместе. А то потом лицо придётся прятать мне.

Первая реакция — хочется возразить, а потом я понимаю: он прав. Ну, где я выберу? По дорогим бутикам да специальным магазинам я не особый ходок. Это ж не джинсы ему подбирать. А тут, судя по всему, специальные требования. Ну, и заодно интересно, как он справится с задачей.

Мы местами поменялись, так сказать. Я его — на вечеринку наряжала. Он меня — на деловую встречу с последующим ресторанным развратом. А там, глядишь, чем другим дело закончится. Я всё ещё не теряла надежды миллионера своего соблазнить.

Кто бы спросил, зачем мне это нужно, — не ответила бы. Наверное, это потому, что: а) запретный плод сладок; б) меня к Орловскому тянет магнитом. Ненормальное желание без конца его касаться. А может, как раз нормальное. Я ведь знаю: до него ни один парень не влиял на меня так.

— Метёлкина! — щёлкает он пальцами перед моим носом. — Очнись!

М-да. Неистребимо в некоторых желание командовать. Но ничего: и на нашей улице звёзды встанут в хоровод, и тогда я ему покажу, кто в семье главный!

— Поехали, поехали, у нас мало времени!

И мы поехали. По дороге я заказала билеты на поезд, подготовила документы, внесла правки в презентацию — короче, пахала, не поднимая головы.

— А на кого же ты Ио оставишь? — всполошилась не на шутку, когда мы уже к магазину подкатили. — Щенка нельзя бросать на произвол судьбы в таком возрасте!

— Я уже обо всём договорился, — успокаивающе сжимает мне ладонь мой миллионер. — Во-первых, нанял девочку — замечательного специалиста из агентства «Наш питомец». Они как раз оказывают подобные услуги. Во-вторых, Белка с няней и Цири приехали с утра. А Маня их всех проконтролирует. Будет в группе поддержки махать пипидастрами.

— Чем махать? — моргнула я от неожиданности.

— Помпоны такие лохматые, Насть, — вздохнул Орловский. — А не то, о чём ты подумала.

— Ну, я о том и подумала, да. О помпонах.

Мне снова хотелось ржать, но в этот раз сдержалась. Надо вырабатывать у себя привычку относиться ко всему ровно, как делает это Владимир Алексеевич. У него замечательно получается. А я эмоции свои в узде сдерживать не умею.

К слову, господин миллиардер не очень злобствовал в магазине. И даже нижнее бельё позволил выбрать самостоятельно. И костюмы, платья я тоже сама подбирала, а он только оценивал и выдавал кратко «берём» или «давай посмотрим, что-нибудь ещё».

Он был щедр, а я не наглела. Всё по списку и немножко сверху, но по собственной миллионерской инициативе. Я даже мужественно прошла мимо красивой сумочки, однако великий босс успел, наверное, перехватить мой жадный взгляд в её сторону, поэтому сумочку я тоже получила. Она к деловому костюму отлично подошла.

Из магазина мы выползли возбуждённо-пьяные. Я — от покупок и Вовкиных взглядов. Он… наверное, от созерцания меня, красивой, потому что я ему нравилась — не такая уж великая тайна читать любование на миллионерском лице. Он и не скрывал. А я не отказывала себе в удовольствии его подразнить.

— Я отвезу тебя, готовься, пакуй чемоданы, — Вовик посмотрел на часы, — а через два часа я за тобой заеду.

В общежитие он повёз меня через офис: господин строительный магнат забыл на работе важные документы и решил, что такой маршрут будет короче. Собственно, я не возражала до той самой поры, пока перед нами во всей красе не нарисовалась личная помощница Орловского. Настоящая. То есть та самая. Мила.

— А вот и я! — эффектно крутнулась она на каблучищах, демонстрируя белоснежные зубы, загар и ядовито-лимонный деловой костюм, что сидел на ней как влитый. Тютелька в тютельку. С иголочки. Короче, как ни назови — идеально. — Прибыла из отпуска отдохнувшая, посвежевшая, готовая к свершению новых трудовых подвигов.

Я украдкой наблюдаю за Орловским. Он слишком долго смотрит на эту длинноногую красавицу. К слову, от семафорного цвета на башке она тоже избавилась и стала безукоризненной куклой. То, что нужно: стильно, дорого, безупречно.

Кажется, плакал мой план. И командировка с Володей тоже. Ну, из нас двоих и так понятно, кто лучше, грамотнее, профессиональнее. Вот кто бы сказал, что я огорчусь из-за того, что с меня снимут дополнительное ярмо в виде лишнего геморроя, который жрал слишком много времени и временами — в ущерб ценных знаний и проекта на конкурс, — ни за что бы не поверила!