Глава 28

Роза

Всю ночь сплю беспокойно. Хоть и в объятиях любимого человечка, но мысли не дают уснуть и заставляют ворочаться.

Надо что-то делать. Моя жизнь больше не будет прежней, и мне нужно выстроить новую цель. Спортивная академия мне ближайшее три года не светит. Там набор раз в три года. И конкурс огромный. Папа, конечно, может купить мне место, но я за честность.

Утром провожаю Виктора на работу и начинаю сама собираться в женскую консультацию.

Там меня ставят на учёт, направляют на различные процедуры и отпускают домой.

И я еду. Только не в новый, а старый. Потому что папа ещё дома и мне нужно с ним поговорить. Озвучить ему решение, которое круто перевернёт все наши жизни и решит кучу проблем. В особенности главную, которая не покидает меня.

— Папуля, — опускаюсь на стол сбоку от него. — Можно, да? — кидаю взгляд на его сок и делаю глоток без разрешения.

— Явилась, — тянет, довольно хмыкнув.

— Явилась, — с улыбкой подтверждаю.

— Поняла, наконец, то, о чём я вам с Виктором толковал, и пришла попросить помочь ему? — кидает вопрос так, будто иной версии моего визита к нему и быть не может. А может, я соскучилась? Не подумал? Ай, ладно!

— Нет, — мотаю головой и беру его руку в свою. — Я пришла попросить, чтобы ты помог мне.

— Тебе? — удивлённо округляет глаза и отодвигает ноутбук в сторону. — Что-то случилось? — обеспокоенно спрашивает, оглядывая меня на предмет увечий.

— Я решила поступать на юридический, или финансовый, или какой-нибудь другой факультет нашего местного университета. Я не знаю, что нужно закончить, чтобы сесть во главе компании отца Виктора. Поэтому прошу тебя мне подсказать, помочь поступить и подготовить меня.

— Что, Роза? Не понял тебя?

— Я хочу встать во главе компании Есенского, — произношу на одном дыхании. — Виктор скоро станет моим мужем, и какая разница, он будет управлять или я. Всё равно всё в семье останется. А Виктор сможет и дальше своим любимым делом заниматься и не мучить себя тем, что ему не нравится.

— А как же спортивная академия?

— Я больше туда не хочу.

— Почему? — напряжённо задаёт вопрос. — Ты же о ней мечтала с восьмого класса.

— Потому что мне нужно готовится к поступлению на юридический или финансовый. У нас с тобой будет целый год, чтобы подготовить меня, — ставлю ему сроки, чтобы он понимал степень моего желания и готовности к этому шагу. Я уже всё распланировала. — А я пока… Пока рожу.

— Рожу? — повторяет, и я киваю. — Роза, только не говори мне, что ждёшь ребёнка!

— Я и не говорю. Молчу, — натягиваю улыбку, но, видя его выражение лица, сдаюсь. — Ну какой мне теперь спорт, пап? Я теперь взрослая, и мне нужно думать о семье. О её желаниях и потребностях. Передо мной встал выбор: семья или спорт. Я приняла решение и пришла попросить о помощи. Ты поможешь?

— Помогу, — тянет недовольно. — Но у меня есть условия. Вы с Виктором возвращаетесь домой.

— Хорошо! — соглашаюсь и подпрыгиваю на месте. Подлетаю к папе и целую его в щёку, после чего сажусь ему на коленки. — Но у меня тоже есть условие, папуль.

— Какое?

— Ты сегодня вечером пойдёшь со мной на бои Виктора, — пожимаю плечами. — Я хочу, чтобы ты понял, за что я сражаюсь и борюсь.

— Я уже был пару лет назад, — признаётся, мотая головой и с осуждением глядя на меня. — И видел то, как он морщился от боли.

— Он усовершенствовал свои навыки. Пошли! Моё условие!

— Ладно, — нехотя соглашается.

— Встретимся у клуба, папуль, — собираюсь уже сбежать к маме, чтобы обрадовать её своей беременностью и вновь услышать причитания о том, что я вконец приковала её любимого мальчика к себе. Но папа хватает меня за руку и усаживает обратно к себе на коленки.

— А теперь я хочу узнать о твоей беременности, Роза. Хочу знать всё! — требовательно просит. — Что говорят врачи? Как к этой новости отнёсся Виктор?

— Ой, пап! Вик вообще счастлив! — отвечаю, взмахнув рукой и счастливо заулыбавшись. — Хочет дом купить для нас!

— Никакого дома! Этот под вас перестроим! Или вон соседний участок продаётся. Купим его и там со временем дом вам построим!

— Я не спорю! Делай как знаешь, — расслабленно ему заявляю. — А врачи говорят, что всё хорошо с плодом. Завтра, конечно, надо будет натощак анализы сдать и целый перечень врачей пройти, но там гинеколог сказал, что у меня всё хорошо, — тараторю, как всегда, вызывая на лице родителя улыбку. А остановившись, понимаю одно: — Пап, ты скоро станешь дедушкой.

— Кто станет дедушкой? — переспрашивает мама, войдя в гостиную.

— Твой муж! — гордо повторяю, погладив себя по животу. — А ты, старушка, бабулей станешь!

— Я бабулей? — переспрашивает мама, скривившись, будто сейчас заплачет. — Так я же ещё молодая! Мне ещё даже сорока нет! Роза, что ты наделала?! Мне же ещё рано…

— Не переживай, — папа подходит к ней и обнимает её. — Можно будет всем говорить, что это наш ребёнок, а не внук, — заговорщицки шепчет папа. — Этим детям ребёнок точно не нужен будет. Поиграют, да на нас спихнут. Но этому папаше я ноги выдерну, что не обеспокоился о том, чтобы моя дочь нормально пожила! Сам-то до двадцати с хвостиком холостым бегал, а мою девочку!..

— Да-да, — кривлюсь в улыбке. — Весь в тебя, папуля! Весь в тебя! Сам до скольких холостым бегал? А маме ляльку заделал?

***

Виктор

Сегодня на бой приезжаю один. Роза заявляет, что подождёт девочек и с ними приедет. Отправляет меня переодеваться и готовиться к бою, в общем.

Ничего не подозревая, ухожу, ведь привык к тому, что Маша и Кристина стали частыми гостями на боях. Одна, потому что её Дан всегда заставляет, а вторая… Вторая, потому что влюбилась в друга Дана — Стаса, и скрывает от всех. Даже от себя.

Полный энергии от новости, что скоро стану отцом, выхожу на ринг бодрым и готовым победить. Тем более что сегодня я хочу посвятить свою победу своему Цветочку и сделать ему сюрприз.

Ловлю взглядом Розу, которая должна сидеть в ВИП-ложе Дана, но не одну её замечаю там. Но и отца. Тот недовольно и с осуждением смотрит на меня, но почему-то здесь. Спокойно сидит и терпеливо ожидает бой, хотя я его прекрасно знаю.

Это не в его стиле. В его стиле разгромить всё здесь.

— Всё хорошо, — говорит мне Роза одними губами и посылает воздушный поцелуй.

И это словно наполняет меня уверенностью. В себя. В свою девушку. В своё будущее, но особенно в Розу. Что бы отец сейчас ни сказал, что бы сейчас он ни сделал, мне он не навредит. Роза не даст меня в обиду ему. Будет как танк переть на него, лишь бы я не отказывался от того, что нравится мне.

И пусть ещё кто-нибудь спросит, почему я влюбился в неё и буду любить всю свою жизнь.

Посылаю отцу ухмылку и полностью переключаюсь на бой и на ринг. Сражаюсь лучше, чем когда-либо, чтобы показать отцу, что я могу. Что я в силах защитить его дочь и нашего с ней ребёнка. Убеждаю скорее себя в этом, но и ему доказываю.

И одерживаю победу. Ради себя. И своих дурацких детских страхов. Я смогу спасти свою девочку! От всего!

Тогда с матерью не смог. И это всю жизнь преследует меня. Заставлять бояться. Страшиться того, что это может повториться, и я не смогу спасти кого-то.

Я не хочу стоять во главе компании, которая забрала у меня отца. Забрала и у меня, и у матери, когда нам он был очень нужен. Когда её убивали, отец считал циферки!

Я не хочу быть таким! Я хочу всю жизнь, каждую минуту проводить со своей семьёй, а не с цифрами!

— Роза, — беру микрофон из рук судьи в свои. Обычно его не выносят на ринг, но сегодня особый случай, о котором я договорился с Даном, и тот согласился помочь. — Эту победу я посвящаю тебе!

На лице моего Цветочка возникает детская широкая довольная улыбка. Как и любая другая девушка, она любит внимание. Любит чувствовать себя любимой и сюрпризы.

— Но это не всё! Эту победу я посвящаю также нашему с ней ребёнку, о котором мы узнали только вчера, — зрительный зал разрывает от аплодисментов. — А также отцу, который вырастил меня таким! Который дал мне то, чего я мог не иметь. Я знаю, что порой не ценю его заботу, но, как и любому ребёнку, мне порой нужна свобода. Да, он знает, как лучше, но не всегда его «лучше» — это моё «лучше»!

Отец кивает, и его выражение лица смягчается. Что бы я ни думал, как бы я ни относился ко всему, что происходит, я благодарен ему за всё! Я ведь мог этого не иметь. Ни семьи, ни любимой девушки, ни воспитания. Я бы не стал собой в других обстоятельствах. Я бы не встретил Розу. И не стал бы самым счастливым.

Мою мать убили. Мой отец умер от рака. Я остался бы один, если бы тогда не Назар, Настя и Роза. Они меня спасли. И уже за это я должен быть им благодарен.

— Но это не всё! Я вернусь к самому началу. К своему девушке, — произношу с улыбкой. — Я рад, что ты появилась в моей жизни, Цветочек. Рад всему, что между нами было, есть и будет! Ты вся моя вселенная, как бы сопливо это ни звучало, — по залу проходит смешок. — Да-да, я с разбитой губой и в перчатках говорю про розовые сопли. Но не суть! Сегодня я хочу, — стягиваю с рук перчатки и оборачиваюсь к ведущему, который протягивает мне коробочку с кольцом. — Сегодня я хочу выиграть ещё один бой. Сражение со своей любовью. Роза, цветочек мой дикий, самая ненормальная, сумасшедшая девчонка, ты выйдешь за меня? — прямо на сцене опускаюсь на одно колено, глядя в глаза своей девушке.

Всё вокруг застывает. Звук пропадает. А я просто стою и смотрю на Розу. На девчонку, которую увидел ещё малюткой и пропал навсегда. Я думал, что смогу всегда относится к ней как к сестре, но не смог. Нет, меня не физически к ней тянуло. Этого я почти не чувствовал. Я просто понимал, что нет в мире никого лучше неё. Понимал, что только с ней я смогу быть всегда счастливым.

Она же ненормальная русская! Девчонка, от которой не знаешь, чего ожидать завтра. Цветочек, который может в сотню неприятностей попасть и которые мне придётся расхлёбывать.

И нет, я не жалуюсь! Упаси бог! С ней я чувствую себя живым! И мне нравится просыпаться утром и не знать, что меня ждёт. Сгоревшая яичница на плите. Слёзы Розы по сломанному ногтю. Празднование какого-то дня сантехника, который мы обязательно должны отметить. Лежащее «чучело» на кровати, которое красивее всех на свете. Её ворчания о чём-либо. Занятая ванная всё утро…

Она такая… Она моя…

— Да! Она сказала «Да»! — кричит позади неё Дан. — У неё дар речи пропал!

— Заткнись! — рычит на него Роза. — Я сказала «Да»! Я выйду за тебя! Только ты меня жди! — добавляет и испаряется из ВИП-зоны, скорее всего, направившись ко мне через коридор.

И уже через несколько секунд моё чудо влетает в зал и бежит ко мне. Со всех ног, чуть ли не спотыкаясь летит.

Спускаюсь с арены и иду к ней, обнимать и целовать свою будущую жену, ради которой всех порву.

Два чёртовых месяца! Два! Столько мне понадобилось, чтобы понять, что я готов на брак. Хотя я всегда это понимал. Что готов на этот шаг с ней.

— Нацеловались? — отец подходит к нам с улыбкой. — Голубки! Мне ещё придётся привыкнуть к этому…

— Немного, — оборачивается к нему счастливая Роза. — Ты помешал.

— Ну уж извините, — театрально кланяется. — Виктор, поздравляю с победой! Бой был красочным.

— Спасибо, — отпускаю Цветочка из объятий. — Ты как здесь оказался?

— Дан мне дал жетон лишний, и я папу пригласила, — отвечает за него Роза. — Я хотела ему показать, какой ты у меня сильный и взрослый. Что ты сам со всем справишься.

— И я увидел, — тянет отец. — Ты огромный молодец, сынок! И пусть мне до сих пор сложно всё это, я принимаю вашу с Розой сторону. Возможно, я и правда был неправ. Тебе нужно любимое дело, а не отцовское. Завтра сдашь мне все дела и можешь заниматься боями. У тебя теперь замена есть, — бросает с ухмылкой.

— Замена?

— Да, — отвечает Роза. — Я заменю тебя в бизнесе твоего отца. Через год пойду учиться на финансовый, а пока буду готовиться.

— На факультет государственного управления, — поправляет её отец. — Боюсь, если ты финансами займёшься, то мы много циферок потеряем. Для этого у нас бухгалтеры есть.

— Ой-ой, — посылает ему гримасу. — Я выучусь и стану главой компании, а ты просто моим мужем. Альфонсом, — добавляет со смехом. — Я буду бизнес-леди, а ты — боксёром-альфонсом.

— А пока она будет учиться, я буду по-прежнему в кресле генерального, — заканчивает за неё папа. — Мы с Розой уже все распланировали.

— Ты правда это сделаешь? Ради меня? — оборачиваюсь к своей невесте, осознавая, что да. Сделает. Ради меня.

— Ради нас, Виктор! Ради нас! — произносит счастливо. — Тебе нравятся бои, а мне — когда ты счастлив. Поэтому я приняла такое решение, — потянувшись, ловит мои поцелуй. От которого у отца сжимаются кулаки, а сам он отворачивается. — Но нам надо будет вернуться домой, любимка. Мама разрешила нам полностью изменить второй этаж. А папа сказал, что займётся покупкой соседнего участка для нашего собственного дома. Пока малыш будет маленьким и мне нужна будет помощь, будем жить с родителями и строить свой дом. А потом в него переберёмся, — описывает наше будущее моя мисс-я-придумала-всё-за-нас.

— Ты уже всё распланировала? — притягиваю её вновь в объятия.

— Ну да! Я же теперь деловая леди, — ослепляет улыбкой. — Мне по статусу положено.

— Извиняюсь, могу нарушить вашу идиллию? — внедряется Дан, подойдя к нам, когда зал становится пустым.

— Конечно, — отец отходит в сторону, давая ему встать рядом с нами.

— Я к вам с предложением, — заговаривает мой не то друг, не то начальник, не то враг. Хотя последнее можно исключить. — Я половину клуба продаю. Эту его часть. Слышал, у вас охранное агентство и парни хорошие есть.

— Ну есть, — деловито кивает отец.

— Как насчёт, чтобы купить половину клуба? Думаю, ваши парни не отказались бы от лишнего заработка. Ко мне они не пойдут, а вам доверяют.

— Дела у клуба плохи?

— С делами всё хорошо, — ухмыляется и подмигивает мне. — Просто компаньон верный нужен. И такого я в вашем сыне нашёл. Да и старые бойцы уже приелись. Нужны новые лица. Вашим парням — деньги за бои и практика. Мне — новые зрители и клиенты. Вам — поддержка в моём лице и опять же деньги. Ну так что?

— Виктор? — отец оборачивается ко мне с вопросом, и я киваю. — Мы можем это обсудить в кабинете? Со мной и моим сыном? — деловито уточняет, превращаясь в Давида Есенского. Бизнесмена с большой буквы.

— Без вопросов, — разводит он руками. — Роза, не приглядишь за рыжей? Кажется, она что-то задумала. И ей ой как не понравятся последствия своей задумки.

— Кристина? — догадывается отец, и Дан кивает со вздохом. — Да, иди Роза. Эта реально бедовая! Как и её мать! Натворит сейчас дел, потом нам с её отцом расхлёбывать.