Глава 20 Не по плану

Аля

После того вечера в компании Тимура Айдаровича муж посвятил меня в свои планы – медленно выйти из незаконного бизнеса – чем неимоверно порадовал. Разве может такая новость не быть приятной?! Мне никогда не нравилась его криминальная деятельность, но я не особо беспокоилась по этому поводу. А сейчас, когда у нас есть ребёнок, нам обоим нужно думать о его будущем. В грязном мире никогда не знаешь, что может пойти не так и какая опасность ожидает тебя за углом. И пусть за время нашего знакомства не было никаких происшествий, рисковать мы просто не имеем права.

Долгое время Давид работал на пару с отцом, и речь не о каком-то физическом труде, они строили планы, искали верные пути и безопасные действия. Как я поняла со слов Давида, ему нужно выйти на какую-ту важную шишку в столице, старого знакомого его отца. И появился шанс встретиться с тем человеком на одном благотворительном вечере.

Собственно, затем мы и приехали в Москву вчера вечером, захватив с собой няню, которую очень тщательно выбирали. Недели две мониторили сайты агентств и провели не меньше шести собеседований, пока не остановили свой выбор на Ольге. У двадцатисемилетней девушки имеется педагогическое образование и большой опыт работы няней. Не могу сказать, что доверяю ей полностью, и для моего, хотя скорее для спокойствия Давида, так как он Ольге вообще не доверяет, мы установили небольшую камеру видеонаблюдения в номере. Сумасшедшие, да, но лучше перестраховаться, поэтому, на всякий случай, Давид оставил и охранника с Ольгой и Данечкой.

Я никогда не была на подобных мероприятиях, но поняла, что там будут одни сливки общества, и, чтобы не выделяться из толпы, вырядилась, как новогодняя ёлка. Нет, наряд у меня не кричащий, мне просто непривычно в этом длинном вечернем платье с дорогими украшениями, которые Давид подарил накануне со словами «я знаю, что тебе такое не нравится, но ради меня, потерпи один вечер». Не могла отказать, хотя бы потому, что это ради нас всех, нашего будущего и благополучия семьи.

Но и это не так важно, с золотым колье с прозрачными камнями, серьгами и браслетом было кое-что ещё. То, от чего я не могу оторвать взгляда с самого утра.

– Давид… – выдохнула, чувствуя, как глаза наполняются слезами. – Это…

– Я знаю, что любая девушка мечтает о другом, но я, как всегда, сделал по-своему, – проговорил, доставая обручальное кольцо. – Ты моя жена, и это обязательный атрибут, все должны знать, что ты моя, – с этими словами он надел мне на палец золотое кольцо. – И это, – суёт руку в карман и вытаскивает другую бархатную коробочку. – Будешь моей женой? – спрашивает, открыв и протягивая мне кольцо с тремя камушками.

– Дурак, – выдыхаю, смеясь. – Я подумаю…

– Конечно, – соглашается и надевает второе колечко. – Подумает она, – бормочет под нос.

– Наоборот нужно, – произношу, подняв взгляд на него.

– Что? – хмурится, смотря на мою руку.

– Сначала помолвочное, потом обручальное, – поясняю и, сняв, меняю их местами.

– Ой, бля, – закатывает глаза, тут же получая кулаком в плечо.

– Не выражайся! – шиплю и кошусь за его спину, где на кровати лежит Даня.

– Простите, – поднимает руки в сдающемся жесте и, наклонившись, целует меня в губы. – Так, не отвлекай меня, время поджимает, – резко оторвавшись, отходит на шаг, но я ловлю его за руку.

– Ничего не забыл, дорогой муж? – вопросительно выгибаю брови, и беру кольцо побольше. – Это работает в обе стороны. Или, ты думаешь, мне не хочется, чтобы все видели, что ты уже занят? – проговаривая это, надеваю ему кольцо на безымянный палец.

– Собственница? – лукаво улыбается.

– До мозга костей, – бросаю и, приподнявшись на носочки, оставляю короткий поцелуй на его губах. – Давай собираться.

Так как мне не приходилось так тщательно готовиться к мероприятиям такого уровня, и чтобы не ударить в грязь лицом, пришлось найти визажиста, который сделает из меня светскую львицу. С нарядом я справилась сама, выбрав изумрудное приталенное скромное, но в то же время красивое платье.

– Ты… охуенно выглядишь, – выдыхает Давид, едва я встаю перед ним при всём параде.

– Спасибо, – пропускаю мимо ушей его выражение, это ведь его истинные эмоции, и иногда можно не обращать внимание на цензуру. – Ты тоже прекрасно выглядишь, – добавляю, осматривая его и понимая, что он мне безумно нравится в строгом костюме. – Пообещаешь мне кое-что? – спрашиваю, понизив голос и приблизившись к нему.

– Что? – спрашивает и по осипшему голосу наверняка понимает, что я сейчас ляпну.

Ловлю себя всё чаще на том, что с каждым прожитым вместе днём я становлюсь всё развратнее, и совру, если скажу, что мне это не нравится.

– Обещай трахнуть меня, не снимая этого костюма, – шепчу ему на ухо и ощущаю, как напрягается его тело.

Возбуждает до сумасшествия дразнить его и знать, что потом я получу за это по полной.

– Сучка, – рычит вместо ответа, и у самой дрожь по телу пробегает, стоит только представить, как сладко он меня накажет за эту фразу. – Пошли, – хватает меня за руку и тянет не к выходу, а к сыну, расположившемуся на кровати рядом с няней. – Даниил Давидович, не буянь, – бросает ребёнку и целует его в лобик.

– Если что, сразу звони мне, – говорю Ольге.

– Всё будет хорошо, не волнуйтесь, – улыбается девушка в ответ, на что я только киваю.

Место проведения мероприятия недалеко от гостиницы, где мы остановились. Вернее будет сказать, что отель мы искали так, чтобы было поблизости. На машине едем около двадцати минут, и вот, автомобиль заезжает в открытые кованые ворота и едет до самого входа, обозначенного красной дорожкой, журналистами и охранниками.

Словно попадаем в кино, к нам подходят двое мужчин, один забирает у Давида ключи, чтобы припарковать машину, а второй вежливо открывает мне дверь и подаёт руку. Встав на алом ковре, я ощущаю, как начинаю волноваться, всё же я впервые в таком обществе.

Удивительно, как быстро может поменяться жизнь, ещё недавно я была обычной студенткой, а Давид продавал ворованные машины, а сейчас мы идём по звёздной дороже под вспышки фотокамер.

– Ты хоть кого-нибудь здесь знаешь? – спрашиваю Давида, когда мы заходим в огромный зал, стараясь не крутить головами, ахая от масштабов и роскоши этого мероприятия.

– Нет, но это нам и не надо, поговорим с Чернышевым и надолго не задержимся, – отвечает, уже пройдясь взглядом по присутствующим.

– Как он выглядит, знаешь? – задаю вопрос, не убирая с лица лёгкой улыбки.

– Да, вот он, идём, – проговаривает и, крепче сжав мою руку на своём локте, направляет в нужную сторону. – Дамир Маратович, добрый вечер, – говорит Давид, когда мы подходим к, судя по лицу, очень высокомерному мужчине.

– Добрый вечер… – внимательно смотрит на моего мужа.

– Грозный Давид Тимурович, – представляется и протягивает ему руку.

Что происходит дальше, и о чём они говорят, я перестаю слышать, когда мой взгляд падает на девушку рядом с этим немолодым человеком. Смотрю на неё и не могу поверить, что это она, а через секунду я едва в обморок не падаю.

– Моя невеста, Арина, – говорит этот Дамир, как его там по батюшке, указывая на мою младшую сестру.

Я, мало того, что глазам поверить не могу, но и сказанные этим незнакомым мужиком слова как удар, от которого у меня даже голову ведёт.

– Ты что здесь делаешь? – отхожу от Давида, сделав шаг вперёд, забыв к чертям, где я нахожусь. – Что говорит этот человек? Какая невеста? – совершенно себя не контролируя, повышаю голос, не обращая внимания на людей вокруг. – Я тебя спрашиваю, Арина. Что, чёрт возьми, происходит?

Сестра, которая молила меня чуть ли не со слезами на глазах поговорить с родителями, чтобы они разрешили ей остаться в Москве на лето и самой зарабатывать себе на жизнь, стоит передо мной, бледнея на глазах, и молчит как рыба.

– Арина! – чуть ли не рычу, схватив её за руку.

– Держите себя в руках, – холодно бросает годившийся ей в отцы мужчина. – Давид Тимурович, – обращается к моему мужу, и тот, взяв меня под локоть, тянет назад.

– Аля, – шипит на меня.

– Это моя сестра, Давид! – бросаю ему в лицо.

– Так, понятно, – вставляет названный жених. – Будет лучше, если мы отойдём, – сказав это, разворачивается и уходит в сторону выхода вместе с моей дурой-сестрой.

– Блядь, охуеное знакомство, – выдыхает Давид и, сжав мою руку, идёт за этими двоими.

Минуту спустя мы все вместе заходим в пустое помещение, где по периметру стоят стулья и больше ничего. Арина падает на один из них и прячет лицо в ладонях.

– Только без скандала, я тебя прошу, – шепчет Давид, но я молчу, ничего не могу обещать.

Во мне кипит такая ярость, что слов нет описать все свои чувства. Несколько дней назад разговаривала с ней, и она клялась мне, что всё хорошо, работает в ресторане, договорилась, что, когда начнётся учёба, ей уменьшат часы, и она сможет совмещать учёбу и подработку.

– Ты лгала мне? – спрашиваю в лоб, встав перед ней.

Но Арина и не думает поднимать взгляд, продолжая сидеть и, судя по подрагивающим плечам, бесшумно плакать.

– Арина, я требую ответов, прекрати вести себя как ребёнок! – мой крик раздаётся лёгким эхом по помещению.

– Госпожа Грозная, попрошу сбавить тон, – слышу за спиной предупредительным тоном.

– При всём уважении, Дамир Маратович, не указывайте моей жене, как себя вести, – отвечает ему Давид.

– Не самый лучший способ наладить со мной отношения, – всё тем же холодным голосом обращается Дамир к Давиду.

– Арина, – абстрагируюсь от диалога мужчин и присаживаюсь рядом с сестрой. – Объясни, что происходит, – уже мягче прошу, сдерживая свой гнев внутри.

Шмыгнув носом, она поднимает голову и смотрит на мужчину, назвавшегося её женихом. Арина смотрит на него долго, а он прожигает взглядом её в ответ. Ощущение, что у них молчаливый разговор.

– Что ты делаешь? – спрашиваю, перестав понимать хоть что-то.

– Что вы так разошлись, Госпожа Грозная? – задаёт вопрос мне. – Невеста, и в чём проблема?

– В чём проблема? – повторяю, нахмурившись. – Может, в том, что ей только что девятнадцать исполнилось, а вам далеко не двадцать? – бросаю раздражённо.

– Аль, не надо, – наконец-то открывает рот эта партизанка, накрыв мою руку своей.

– Арин…

– Я влюбилась, а любви все возрасты покорны, – выдаёт, и я только ещё больше глаза округляю.

– Арина, ты с ума сошла? – прищуриваюсь и по её глазам вижу, что она боится.

Ей страшно, и не потому, что я узнала о её, судя по всему, секрете. Она боится его.

– Я могу поговорить с сестрой наедине? – поворачиваю голову к стоящим мужчинам.

– Нет! – отрезает Дамир. – Не вижу в этом смысла, – добавляет, чем усиливает моё плохое предчувствие.

– Алечка, всё хорошо…

– Ты замуж собираешься в тайне от семьи и говоришь мне, что всё хорошо? – снова повышаю голос, не в силах держать в себе.

Арина опять переводит взгляд на мужчину, и, проследив, я успеваю заметить лёгкий, почти незаметный кивок от него.

– Я собиралась сказать, только позже, – более уверенно отвечает, но чтоб мне провалиться, если это правда. – У Дамира много дел в Москве, мы просто не успели ещё, – улыбается мне, но я провела с этой девушкой большую часть своей жизни и прекрасно понимаю, когда она врёт.

– Ты за дуру меня держишь? – почти шёпотом спрашиваю.

– Нет, конечно, нет, – спешно мотает головой. – Это правда…

– Скоро начнётся аукцион, – перебивает нас Дамир. – Нам пора в общий зал, – сказав это, он подходит к моей сестре, и та, как по команде, поднимается на ноги, вцепившись рукой в подставленный локоть мужчины.

– Арина? – срываюсь с места, вытаращив на неё глаза.

– Прости, потом поговорим, – бросает дрожащим голосом и, опустив голову в пол, позволяет этому мужику увести себя от нас.

– Давид, – выдыхаю, потеряв способность говорить.

– Спокойно, не волнуйся, молоко пропадёт, – проговаривает, мгновенно оказавшись рядом и обняв за талию.

– Здесь что-то нечисто, я чувствую, – озвучиваю свои мысли, смотря в пустоту.

– Я постараюсь выяснить что-нибудь, – отвечает и, прижав к себе, целует в висок.

– Прости, что всё испортила, – обнимаю его, чётко чувствуя свою вину.

– Да плевать, придумаю что-то ещё, – отмахивается, но я знаю, сколько надежд он имел на этот вечер. – Всё равно не хотел быть должным отцу.

Господи, какой же он у меня хороший.