Глава 29.

Камилла Садовская

На следующий день я никого не встречаю и это к лучшему… На учёбе говорю Маше, что мы с Мироном расстались, и я не хочу говорить об этом, поэтому она даже боится открывать свой рот, видя, как ужасно я выгляжу... Ещё бы. Красные глаза, невыспавшийся вид и понурый взгляд. Я словно сбежала с Хэллоуина…

Когда возвращаюсь домой запираюсь в комнате и слушаю музыку. Вот бы иметь место, где можно просто исчезнуть. Где никто не найдет тебя, и ты словно не будешь больше существовать для остальных…

Но нет же…

К вечеру снова слышу стук и точно знаю, что это Влад. Только он так стучит в нашей семьей.

– Проваливай, – кричу за дверь безжизненным голосом.

– Мил, есть разговор, – грубо говорит он, вынуждая меня нервничать. Я совсем не хочу разговаривать с ним. Вообще не хочу открывать, но всё же делаю это, сама не знаю почему. Наверное, потому что звучит так, словно он о чём-то догадался… Аж ладони потеют от такого тона…

– Чего тебе?! – Влад заходит внутрь и смотрит на меня с легким оцепенением.

– Ты хочешь поехать с нами на озеро? – спрашивает он, и я отрицательно мотаю головой.

– Нет, – категорично отвечаю, подходя к двери. – Это всё? Выметайся.

– Блин, Мила! Капец ты стала стервой, – говорит он, растянув губы. – Ты должна поехать…

– С чего это?! – спрашиваю, недоумевая.

– Потому что иначе мама на меня обидится, – утверждает он, заставив меня рассмеяться от возмущения.

– Серьёзно?! Больше ничего не придумал? Уходи, Влад, я не собираюсь никуда ехать. Развлекайтесь, – говорю, выпроваживая его за дверь, пока он недовольно качает головой. – И мама не обидится. Я проведу выходные с ней. А вам всего хорошего с теми девками!

Выталкиваю его в коридор, захлопываю дверь, мечтая, чтобы ситуация не влияла на меня, но она влияет… Ревность – гадкое чувство. И когда оно обволакивает твои внутренности, становится некуда бежать. Я очень люблю его. Люблю так, что когда думаю о нем, внутри все болит. Это что-то неправильное. Никто не должен состоять в таких отношениях. Это эмоциональные качели, и это жестоко!

Ложусь спать, не ужиная и не включая телефон, Влад больше не заходит, и я понятия не имею где ночует Мирон... Возможно, он уже со своей новой пассией. Я бы не сильно удивилась. Разве может весь мир зависеть от одного человека? Разве бывает так, что одно его решение изменит всю твою жизнь? Он никогда не будет честен, и мы никогда не будем той парой, что держится за руки и ходит по магазинам у всех на виду, сюсюкается и встречает Новый год вместе... Пора понять это и жить дальше…

***

Проходит несколько дней… Мирон с Владом уезжают на озеро, мы не общаемся, а я… А я планирую провести весь выходной с мамой, как и обещала. Она всегда знает, если со мной что-то не так. Всегда это чувствует.

– Рассказывай, – мы кушаем мороженое на кухне, и она смотрит на меня с сожалением. Я знаю, что сильнее всех на свете хотела бы поделиться именно с ней, попросить совета и… – Это из-за Мирона, верно?

Я сплю. Сейчас упаду в обморок прямо здесь! Что?! Она это действительно спросила?!

– Ч…Что? С чего это ты взяла, – моё стеклянное лицо в этот момент, наверное, заслуживает Оскара.

– Камилла… Слушай… Я понимаю, что ты думаешь, что я старая…

– Что? Мама, Господи, конечно, нет!

– Что я старая и ничего не замечаю, дослушай ты, котёнок! Но я вижу лучше, чем кто-либо и знаю тебя очень хорошо, а уж его изменения вижу и подавно. Их не замечает только Влад, поверь, – говорит она, заставив меня покраснеть.

Слушать это даже неприятнее, чем делать.

– Несколько дней назад Мирон подошёл ко мне и попросил, чтобы я не отпускала Влада на озеро, дорогая. Наверное, тогда я всё и поняла окончательно…

– Он, что…? – по коже бежит осатанелая дрожь…

– Может, он не умеет это показывать, но вы с ним знаете друг друга сколько? Уже восемь лет, милая. Он всё время проявлял внимание, пусть неумело, глупо, но так ведут себя мальчишки… – объясняет она, заставив мои глаза слезиться.

– Дело не в этом, мам… У нас с ним… Всё равно ничего не получится, мы разные, и Влад никогда этого не примет. Даже не из-за нашей разницы в возрасте…

– Брось, детка. Действительно, не из-за разницы в возрасте, – смеётся она. – У вас разница всего два года. Твой отец старше меня на восемь лет. Потом это вообще не чувствуется. Тут дело в том, что у вас обоих сильные характеры. Вы давите друг друга, а так быть безусловно не должно, но… Если чувства есть лучше не топить их в себе, потому что потом станет хуже, дорогая. Пусть ты сейчас не понимаешь его отношения, но поймешь позже, – убеждает она меня, и я мотаю головой.

– Я хотела рассказать Влад, но Мирон решил не делать этого. Наверное, это для меня значит, что он не готов. И не хочет этого. Его чувства не так сильны, как мои…

– Малыш, ты любишь Машу? Ответь, пожалуйста, правдиво, – говорит она и я киваю. – Ты готова отказаться от неё? Ради, скажем, мальчика…

– Нет, не готова.

– Мирон и Влад вместе уже восемь лет. Они не разлей вода и ему страшно. Они почти как братья. Это важно для них обоих. Пойми, что это не делает его плохим человеком. Это делает его хорошим, потому что иначе он бы наплевал на всё и давно поставил его перед фактом. Я понимаю, что это сложно, но, поверь, нельзя просто признаться другу в чувствах к его младшей сестре. Если ты меня понимаешь… Мирон просто ждёт, когда осознание придёт к Владу само. Чтобы это не было как снежный ком на голову, понимаешь? – мама берет меня за руку, а я даже не знаю, что сказать. Может она права, но мне больно пережить это. – Дай ему время. Не руби с плеча. Уверена, он не хочет причинять тебе боль. У мальчика сложная судьба, тяжелая жизнь, он мне как сын, но многое он держит в себе, очень многое, и я стараюсь выяснить в чём дело, мы с отцом уже работаем в этом направлении, поэтому я говорю тебе, Мила, детка… Просто не отталкивай его. Поговорите спокойно. Без лишних эмоций, ведь я знаю, какой ты бываешь вспыльчивой…

Каждое мамино слово кажется мне таким правильным в моменте… Я даже не знаю, что сказать…

– Мне кажется, я всё испортила… Потому что требовала от него признания. Требовала больше, чем он может дать мне. И мне больно не получать этого. Потому что я тоже хочу таких отношений какие вижу вокруг… Открытых, честных, равных… Но рядом с ним у меня чувство будто он главнее меня, понимаешь? И мне это не нравится. Я не хочу, чтобы мной помыкали. Чтобы я делала, что он говорит. Я хочу равенства…

Мама улыбается, когда слышит это.

– Слушай… У тебя был равный. Андрей… Но ты что-то особо не захотела быть с ним… Я ошибаюсь? – спрашивает мама, хитро на меня глядя. – Может это покажется глупым, но скорее всего именно это тебе и понравилось в Мироне. Ни его внешность, ни то, что он друг брата, ни вот это всё… А именно то, как он умеет делать это с тобой, как он себя позиционирует, меняет твоё мнение и представление о жизни, о мире вокруг. Это многое значит для любой женщины, поверь. Всем нужно разное, но когда находишь человека, из-за которого меняешься, очень сложно отпустить его... Если ты хочешь бросить его, то успеешь сделать это. Но не тогда, когда внутри чувства, Мила... Если они есть, детка, не держи их в себе. Иногда достаточно просто поговорить. Может вы к чему-то придёте…

– Спасибо, мам… Я так давно хотела признаться тебе, – я тянусь к ней и обнимаю, ощущая, как огромный груз падает с моих плеч и мне становится не так больно дышать. – Влад точно меня возненавидит.

– Конечно нет, глупая. Он позлится. Переварит. И ему придётся смириться. Если я его правильно воспитала, а я надеюсь на это, он поймёт вас обоих. А теперь… Хочешь я отвезу тебя на озеро? Могу остаться там с тобой, если это тебе важно…

– Не знаю, мам… Я боюсь, – отвечаю, опустив взгляд. – Вдруг он там с другой… Вдруг он…

– Камилла Садовская… Если он с другой, я сама оторву ему голову, поверь, – смеётся мама, прижимая меня к себе. – Я шучу… Я сейчас позвоню Владу и скажу, что ты захотела поехать, и я отвезу тебя. И так прошёл уже целый день, думаю, он успел отдохнуть…

Я смеюсь, думая о том, что у меня лучшая мама на свете. Собираю вещи, пока она говорит по телефону…

Беру даже купальник, не знаю зачем, я не люблю купаться в прохладной воде. Предпочитаю бассейны. Но вдруг там будет тепло… Погода вроде солнечная… Хотя кого я обманываю… Октябрь ведь…

– Всё, детка, я сказала ему. Он даже обрадовался. Говорит, что думал, что ты будешь ненавидеть его всю последующую жизнь, – шутит она, вынуждая меня улыбнуться. – Он тоже тебя любит, родная. Для него много значит твоё счастье.

– И я его люблю. Именно поэтому ничего не рассказываю.

– Ну всё, родная… Я жду в машине.

Я закидываю последние вещи и бегу вниз словно сумасшедшая. Совсем не знаю, что скажу ему, когда увижу. Наверное, нужно рассказать всё, как есть. Только вот зачем это ему… Я думаю о том, что, если он с другой девушкой, я сразу всё пойму... Будет бессмысленно что-то скрывать.

До места мы с мамой добираемся за три часа. Она хочет немного передохнуть на озере, прежде чем уехать, поэтому мы сразу же идём взглянуть на воду, где конечно же развлекаются парни и их… Даже не знаю, как назвать их. А она красивая… Судя по всему та самая девушка, которая не липнет к Владу принадлежит Мирону. Господи, что я только несу? Как человек может кому-то принадлежать? Я вообще уже обезумела. Она выглядит взросло. Слишком выразительная фигура и лицо, полное штукатурки, а я, как и всегда, приехала в обычных штанах, белой майке и с заспанным ненакрашенным лицом. Мама улыбается мне и убирает с моих глаз волосы, которые развиваются по ветру на берегу.

– Он с тебя глаз не сводит, Камилл, – шепчет она, и я поворачиваю голову в их сторону.

Да, возможно, он немного смотрит. Возможно, переживает. Не знаю… Всё это так глупо, что у меня нет слов. Если он не сводит глаз с меня, то тогда какого чёрта специально провоцирует и стоит с ней? Зачем?! Неужели не понимает, что у меня из-за этого болит в груди… Или же наоборот слишком сильно понимает…

Мы с мамой немного болтаем, когда к нам прибегает взмокший Влад со своей пассией. Неужели всё же купались? Вода-то всё равно, думаю, холодная… А у неё такая грудь, блин… И всё же мой брат похотливая сволочь… И Мирона туда же тянет… а раньше я думала, всё наоборот… Оказывается, в тихом омуте, черти водятся… И это правда.

– Мам… Это Кристина, – представляет он нам свою сисястую знакомую. – А это моя младшая сестра Камилла.

– Здравствуй, детка, – здоровается моя мама.

– Здравствуйте. Приятно познакомиться, так это про тебя мне вчера твой брат все уши прожужжал, – улыбается она, и я морщусь.

– Чего? Ээээм…

– Да не слушай её, просто сказал, что ты заноза в заднице, – шутит Влад, и я качаю головой. Ахаха, как смешно! Обосраться просто можно.

– И я тебя люблю, братец. Спасибо, – отвечаю, вновь взглянув на Мирона.

– Ну так… Ты оставишь её, да? Там ещё наши одногруппники, – говорит он и я смотрю вдаль, увидев целую кучу парней и девушек. Я и не думала, что они все вместе здесь. Играют в волейбол, веселятся. И, скорее всего, бухают…

– Оставлю, приглядывай, – улыбается мама, поцеловав меня в макушку. – Я рядом. – шепчет она мне на ухо. – Если что звони мне, я заберу тебя.

– Договорились, – говорю маме, и Влад с этой Кристиной лыбятся на меня как два придурка.

– Чего? Я играть пошла, – сообщаю, уходя оттуда, и прохожу как раз мимо Мирона с его новой знакомой.

Пусть и дальше разговаривают… А я буду делать вид, что меня это не волнует. Бегать я точно больше не собираюсь. Унижаться. Признаваться в чувствах и плакать перед ним. Захочет поговорить – он знает, где меня найти…

Дохожу до целой толпы людей недалеко от пляжа.

– Привет, я – Камилла. Возьмете в команду? – спрашиваю, снимая с себя толстовку. Остаюсь в майке и домашних трико, потому что там реально очень жарко. Я и не ожидала… Ко мне тут же подбегают какие-то незнакомые ранее ребята...

– Привет, ты сестра Влада, да? Давай с нами, меня зовут Митяй, это Вера, – зовут они меня к себе в команду, и мы все приступаем к игре. Мне удается отвлечься. А с ними весело. Очень скоро мне предлагают выпить немного пива, и я соглашаюсь, поскольку жара такая, что становится невыносимо.

Я и не замечаю, как плавно к нам подкрадывается Мирон и становится играть за другую команду. Смотрит на меня искоса, так, будто я в чём-то виновата перед ним. Дальше я сравниваю счёт, и тот парень Митяй неожиданно обнимает меня, приподнимая над землей.

– Умница! – кричит он от радости. – Так их! Ты что играешь где-то?

– Немного, да, – отвечаю несколько застенчиво и замечаю взгляд Мирона в эту секунду. Да он и сам ревнует меня просто до полопавшихся капилляров на глазах... Я буквально ощущаю это каждым миллиметром своей кожи…

Игра продолжается, и не только волейбольная, но и та, что между нами.

Я вижу, что он психует, как только меня касается кто-то из парней. И та девушка, что была с ним протягивает ему стакан с чем-то. Он идёт к ней и берет её за руку, глядя при этом на меня. Господи, какая нелепая глупость. Когда он уже перестанет играть в это дерьмо…

– Я перерыв возьму, – отвечаю и ухожу оттуда к берегу, пока за мной вдруг увязывается тот самый парень.

– Можно с тобой?

– Я вообще-то хотела побыть одна, – отвечаю вежливо и иду дальше, но он не отстает.

– Да брось, немного поболтаем…

– Эй, Каля! – слышу я сзади жёсткий голос Духова, но не останавливаюсь. – Мила, мать твою! – догоняет он меня, глядя на нас обоих. – Митяй, вали отсюда.

– Но я собирался поболтать с сестрой Влада и только…

– Я понимаю, просто Влад не будет рад этому, а сейчас он занят. Я за него, – грубо говорит он, глядя на него испепеляющим взглядом. Мне кажется, ещё секунда и он просто втопчет его в песок без разговоров. Парень чувствует это и ретируется.

– Ладно, – отвечает он, глядя на меня, и поднимает вверх руки. – Без обид…

Я провожаю его взглядом, а потом смотрю на Мирона.

– Что? – спрашивает он, встав на месте как вкопанный.

– Влад не будет рад или ты? – спрашиваю и продолжаю идти к берегу, слыша, что он идёт за мной.

– Возможно мы оба. Тебя это удивляет, блин?!

– Да, удивляет, Мирон. Меня это удивляет! Иди к своей девушке, она явно скучает там одна, – присаживаюсь на песок, и он садится рядом со мной.

– Она не моя девушка. И мне похрен, что она скучает, – коротко говорит он, положив руку на мою, но я тут же отдёргиваю её. – Зачем тогда приехала? Не дать мне отдохнуть?

– Возможно, – отвечаю, глядя вдаль. Вокруг так красиво. Солнце, что отражается в воде, песок, переливающийся на нём. Обожаю пляж… – Не льсти себе, Мирон. Можешь отдыхать. Я не трону тебя.

– Может мне это и нужно. Чтобы ты меня трогала, – шепчет он, повернув ко мне голову, и я делаю то же самое.

– Она красивая. Думаю, тебе будет с ней хорошо. Вы гармонично смотритесь. Как там её зовут… Женя, кажется…

Я прыскаю свой яд в него, а он рассматривает моё лицо. Чёрные ресницы распахиваются, обнажая передо мной его жестокие омуты, готовые поглотить меня полностью.

– Как долго ты будешь делать это со мной?

– До тех пор, пока ты не выплюнешь собственное сердце, – отвечаю, сжав зубы в тиски.

– А я уже, Каля. Показать?

– Покажи, – говорю и чувствую, что глаза слезятся.

– Нет никого красивее тебя, и ты это знаешь, – он отворачивает голову и потирает лицо ладонью. – Ладно… Твоя взяла… Пойду трахну Женю или как там её… Не важно. – Мирон встаёт с песка и отряхивает свои джинсы. – И не пей больше, а то ночью будешь скакать уже на Митяе.

Я слушаю его и внутри меня всё переворачивается. Хочу остановить, хочу сказать, как много чувствую, но внутри будто сидит блок, который не позволяет. Сжимаю песок пальцами, когда он уходит и смотрю вперед, не оборачиваясь, вспоминая слова мамы.

«Если ты хочешь бросить его, то успеешь сделать это. Но не тогда, когда внутри чувства, Мила. Если они есть, детка, не держи их в себе. Иногда достаточно просто поговорить. Может вы к чему-то придёте»…

К чему мы придём, если оба ведём себя как придурки, мама…?