Глава 4. Ночной рейс

Самолет в Петербург вылетал поздно, в девять вечера. Я приехала в аэропорт за час, с чемоданом на колесиках и ноутбуком, забитым под завязку файлами по «Кристаллу». Я ждала его у входа в бизнес-зал, чувствуя себя не в своей тарелке в удобных, но строгих дорожных брюках и кашемировом джемпере. Это была не та Катя, которая бегала по утрам за кофе.

Он появился ровно за двадцать минут до вылета, без чемодана, только с тонким кожаным портфелем и пальто на руке. На нем был темно-серый костюм, но галстука не было, а воротник рубашки был расстегнут на одну пуговицу больше, чем обычно. Он выглядел… уставшим. И от этого более человечным.

— Пошли, — бросил он, проходя мимо меня к стойке регистрации. Я поспешила за ним.

Мы прошли на борт без задержек. В салоне бизнес-класса он занял место у окна, я — рядом, у прохода. Между нашими креслами была дистанция, но она казалась смехотворной. Я чувствовала тепло его тела, запах его парфюма, теперь приглушенный, но от этого еще более ощутимый в замкнутом пространстве.

Когда самолет взлетел и погас свет, я достала ноутбук, чтобы еще раз пробежаться по презентации.

— Уберите, — тихо сказал он, не открывая глаз. Он откинулся на спинку кресла, и в тусклом свете его лицо казалось вырезанным из камня.

— Но я хотела…

— Вы и так все знаете. Если нет — значит, я ошибся в вас. А я не ошибаюсь. Отдыхайте. Завтра будет долгий день.

Я нехотя закрыла ноутбук. Тишина, нарушаемая лишь гулом двигателей, стала давить. Я украдкой посмотрела на него. Его длинные пальцы лежали на подлокотнике, всего в сантиметре от моего локтя. Я представила, как будет, если я случайно дотронусь. Отшатнулась.

— Вы боитесь летать, Екатерина Сергеевна? — его голос прозвучал неожиданно, он не открывал глаз.

— Нет. А вы?

— Я боюсь непредвиденных обстоятельств. А это, — он слегка кивнул, имея в виду самолет, — всего лишь статистика и инженерный расчет. Контролируемый риск.

— А люди? — спросила я, не думая. — Они ведь непредвиденное обстоятельство?

Он медленно открыл глаза и повернул голову ко мне. В полумраке его взгляд казался темным, бездонным.

— Люди — самый главный непредвиденный фактор. И самый ненадежный. Именно поэтому существуют правила. И контракты.

— Чтобы обезличить?

— Чтобы защититься, — поправил он. — Чувства — плохой советчик в бизнесе.

— А в жизни? — рискнула я.

Он долго смотрел на меня, и мне казалось, я вижу в его глазах какую-то внутреннюю борьбу.

— В моей жизни нет места для такого разделения, — наконец сказал он и снова закрыл глаза, давая понять, что разговор окончен.

Я отвернулась к иллюминатору, глядя на темное небо и редкие огни внизу. Он был крепостью. Но в ту ночь, в самолете, мне показалось, что я увидела крошечную трещину в стене. И это было страшно. Потому что я не знала, что было за ней.

В аэропорту Пулково нас уже ждал водитель. Петербург встретил нас холодным, промозглым ветром с Невы. Отель был старинным, пятизвездочным, с видом на Исаакиевский собор. На ресепшене нам быстро оформили заселение.

— Ключи, — сказал администратор, протягивая два конверта. — Смежные номера, как и просили, господин Воронов.

Смежные. Слово повисло в воздухе. Он взял оба конверта, кивнул и направился к лифту. Я последовала за ним.

На этаже он протянул мне один из ключей.

— Ваш номер 305. Мой — 307. Переговоры в десять утра. В девять — завтрак в моем номере, обсудим последние детали. Все понятно?

— Да, — прошептала я, беря ключ. Наши пальцы не коснулись.

— Спокойной ночи, Екатерина.

Он повернулся к своей двери. Я вставила ключ в замок 305, руки дрожали. Дверь открылась, и взору предстал роскошный номер в классическом стиле. И еще одна дверь. Внутренняя. Она, очевидно, вела в его номер 307.

Я подошла к ней и прикоснулась к дереву. Оно было твердым, массивным. Смежные номера. Для удобства работы, конечно. Чтобы не бегать по коридору.

Я отбросила сумку, сбросила туфли и подошла к окну, обхватив себя руками. Город сиял внизу, холодный и прекрасный. А я стояла в комнате со смежной дверью с человеком, который одновременно притягивал и отталкивал, как магнит с неправильным полюсом.

С той стороны двери не было слышно ни звука.

Я приняла душ, пытаясь смыть с себя напряжение дня и странное, щемящее ожидание. Надела пижаму — простые хлопковые шорты и футболку. Лежа в огромной кровати, я смотрела на ту самую дверь.

А что, если он… Нет. Он не станет. У него есть правила. У меня есть контракт.

Я потушила свет. Комната погрузилась в полумрак, освещенная только городскими огнями. И тогда я услышала. С той стороны. Звук. Негромкий, приглушенный. Стеклянный звон. Он наливал себе выпить. Виски, скорее всего.

Я зажмурилась, представляя его в своем номере. Без пиджака, без галстука. Возможно, тоже у окна. С бокалом в руке. Думающего о чем-то своем. О бизнесе. О «Кристалле». Об Алисе с ее пионами.

И в этот момент я поняла, что граница, которую мы так тщательно выстраивали, здесь, в этих смежных номерах, стала призрачной. И опасной. Потому что мой враг, мой тиран, мой босс был сейчас за тонкой перегородкой. И часть меня, та самая глупая, эмоциональная часть, отчаянно хотела знать, о чем он думает.

Я перевернулась на другой бок, спиной к двери. Но ощущение его близости не исчезало. Оно витало в воздухе, густое и невысказанное.

Засыпая, я думала о том, что завтрашний день может все изменить. И боялась этого. И ждала.