Глава 23.

Эйлар Маркур

Я стою в полумраке своих апартаментов и смотрю на Виту.

Моя яльтан спит, свернувшись калачиком на широкой постели. Свет мягко ложится на ее лицо, очерчивает линию скул, изгиб губ, и от этого зрелища у меня сжимается грудь. Никогда еще я не видел ничего прекраснее.

Араимы, чувствуя ее покой, медленно скрываются за моей спиной, их свет гаснет, растворяется в моей коже. Во мне больше нет пустоты. Я стал тем, кем должен был быть с рождения – настоящим яльдарийцем. И все это благодаря Вите.

Я провожу рукой по ее волосам, пытаясь удержать себя от безумного желания прикоснуться к ней. Мое тело тянется к ней, как магнит к полю, как молния к грозовому облаку. Я хочу ощутить ее кожу под ладонью, вдохнуть ее запах, утонуть в ее тепле. И вместе с тем боюсь потревожить этот сон, эту чистоту.

Она кажется хрупкой. Нежная земляночка, которая могла бы сломаться от любого порыва ветра. Но я знаю, сколько силы в ней. Она выдержала все: страх, неизвестность, меня. И теперь она вся принадлежит мне. Нет, не как вещь. Как дыхание. Как сердце.

Я улыбаюсь, чувствуя, как в груди разгорается странная и обжигающая нежность.

Впервые за все годы я не чувствую себя одиноким.

Впервые мне не нужно скрывать ни силу, ни слабость.

Впервые я хочу не просто обладать, а хранить.

Я осторожно приближаюсь, опускаюсь на край постели. Тянусь рукой, и все же прикасаюсь к яльтан. Кончиком пальцев глажу ее запястье, такую тонкую и прозрачную кожу, где вены видны под светом. Она дергается во сне, но не просыпается, лишь глубже зарывается в подушку.

— Ты моя, — шепчу тихо сам себе. — Моя единственная.

Я больше никогда не смогу жить без нее. Яльдарис подарил мне силу, но настоящую жизнь подарила Вита.

Я оставляю ее отдыхать. Она спит так спокойно, что у меня сердце сжимается от нежности, но долг зовет меня. Совет продолжает ждать, пока я любуюсь своей яльтан.

Старейшины тихо переговариваются, а рядом с ними стоят и двое моих братьев по оружию: командор Трокур и командор Лонкур. Их силуэты узнаю издалека: один – сдержанный, как и его энергетические кнуты, другой с искрой дерзости в глазах, но с таким же надежным сердцем.

— Командор Маркур, — произносит золотоглазый старейшина, склоняя голову. — Мы все же хотим услышать твой отчет. Как ты оказался у земных военных?

Я распрямляю плечи, чувствую, как внутри поднимается гнев и горечь вперемешку.

— Я оказался там не случайно, — четко отвечаю я. — Меня туда привели. Моя миссия была ловушкой с самого начала.

Совет зашумел. Я вижу, как их глаза сверкнули недоверием и тревогой.

— О ком ты говоришь, командор?

Я не отвожу взгляда от Совета.

— О том, кому доверял больше всего. О своем заместителе, об Аргене.

Для меня это имя больше не несет ничего, кроме предательства.

— Он сдал меня землянам, — я говорю жестко. — Каждый шаг миссии был рассчитан. Каждый сигнал, каждое прикрытие, все, чтобы я оказался в их руках.

Советник с серебристыми глазами хмурится:

— И где сейчас этот предатель?

Трокур отвечает первым строгим тоном:

— Земляне его прячут. Для них он – ключевой свидетель.

Я сжимаю кулаки так, что костяшки белеют.

— Конечно. Он рассказал им слишком много.

Совет качает головами, гул недовольства разносится по залу. Лонкур добавляет, глядя на старейшин:

— Пока Арген жив и находится под защитой землян, Яльдарис под угрозой. Они знают больше, чем должны.

Голоса Совета проносятся по залу.

— Непростительно.

— Это может обернуться катастрофой.

— Ваши силы, командор, были скомпрометированы.

Я встречаю их взгляды один за другим.

— Но знайте одно, — произношу я, и мои араимы, чувствуя мое напряжение, едва заметно шевелятся за спиной. — Предательство Аргена – не моя вина. Но я не остановлюсь, пока не найду его. Пока не закрою брешь, которую он создал.

Совет молчит. Но в их глазах я вижу тревогу, и, что важнее, сомнение. Сомнение в том, что яльдарийцы в безопасности.

— Командор Маркур, — голос золотоглазого вновь звучит как раскат грома. — Ты говоришь о поиске Аргена. Но как? Его прячут земляне. И главное – твоя яльтан сейчас здесь, на Яльдарисе. Ты оставишь ее одну?

Я делаю шаг вперед.

— Послушайте меня внимательно, — мой голос становится низким и угрожающим. — Вы можете сомневаться во мне, в моей силе и в моих решениях. Но есть то, в чем я не позволю усомниться никому.

Я делаю паузу и смотрю каждому в глаза. Советники начинают нервно переглядываться.

— Вита – моя яльтан, моя женщина. Если хоть один волос упадет с ее головы, если хоть один из вас допустит, чтобы с ней случилось что-то плохое, — я сжимаю кулак и чувствую, как разряды пробегают по пальцам, искры вспыхивают между ними. — Я не посмотрю ни на ваши правила, ни на ваши звания. И тем более ни на вашу власть.

Зал замирает, воздух становится плотным.

— Она – моя сила и моя жизнь. И кто бы ни осмелился причинить ей вред, будь то враг с Земли или член Совета Яльдариса, я уничтожу его.

Гулкий удар молнии прорывается из моих ладоней и исчезает в воздухе, освещая зал на секунду ослепительным светом.

Тишина становится абсолютной. Старейшины, обычно непоколебимые, отводят глаза. Даже Трокур и Лонкур сдержанно кивают. Они знают, что сейчас я не преувеличиваю.

— Я найду Аргена. Но никогда, слышите, никогда, не оставлю Виту без защиты. Потому что теперь ее судьба связана с моей.

Я жду ответа и держу ладонь сжатой в кулак, где еще тлеют остатки гнева и тревоги. Не могу позволить им разгореться сейчас.

Старейшина с золотыми глазами делает шаг вперед и произносит холодным голосом:

— Командор Маркур, насколько ты уверен, что она не предана своему народу? Что она не станет для тебя очередным «Аргеном»?