Глава 24. Ничего не спрашивай
Такси останавливается у клуба в тот момент, когда на улицу из здания выходит Остап и еще пара бойцов. Они шутливо дерутся, подначивая друг друга.
Расплатившись с водителем, выхожу на улицу. Здесь пустынно – уже достаточно темно. Но из окон клуба гремит музло. В груди волнение нарастает. И мурашки по телу от собственной задумки. Улыбка кривит мои губы, когда я задаюсь вопросом: «Хватит ли мне наглости на это?»
- Эй, Ослик! Заходи, девчонки внутри, - кричит Остап, когда видит меня. Слишком громко кричит. Понимаю, что парень пьян в стельку.
Улыбнувшись в ответ, толкаю вперед дверь. В нос ударяет запах алкоголя и жареной картошки. Как пить дать, Марика и тут устроила готовку.
Холл заполнен людьми. Незнакомые мне девчонки, парни. Замечаю Лешку бармена. Он восседает на диване у дальней стороны, в обнимку с двумя красотками.
Не решаюсь его отвлекать, а сама все глазами Варламова ищу. Не знаю, как отреагирую, когда увижу. Разрыдаюсь в голос или брошусь в объятия... В любом случае он – единственное, что мне нужно сейчас.
- Его тут нет, - раздается на ухо тихий шепот. Женские руки обнимают меня за талию, а к спине прижимается горячее тело.
- Ты где была? Он тут чуть с ума не сошел от волнения, - я чувствую ее губы на своей шее. Марика тоже пьяна, и эта мысль заставляет меня улыбнуться.
- Ничего, взрослый мальчик. Ему полезно поволноваться, - поворачиваюсь в ее руках.
Марика окидывает меня прищуренным взглядом.
- Есть то, что я должна знать?
- Нет, - вру безбожно, улыбаясь.
Она кивает.
- Тогда пойдем пить. Я получила сегодня шокирующую новость. На трезвую голову я этого не переживу.
Марика тянет меня за собой к бару. А я и не против. Только все еще рыщу по залу взглядом, желая найти его.
- Он в кабинете, с Илаем...
Будто мысли мои читает. Девушка наполняет бокалы шампанским и протягивает один мне. Какой он за сегодняшний вечер – я сбилась со счета. Да и плевать. Сегодня я отпускаю себя для сумасшедших поступков.
- И что за новость? – спрашиваю, осушая сразу половину. Пузырьки отдают приятным покалыванием в нёбе. Марика округляет глаза.
- Лука нашел способ вернуться в турнир. Уговорил Гаранина продолжать работать с ними.
- Это ведь отлично!
Она хмурится.
- Все отлично кроме одного. Перед турниром Лука должен будет провести бой с Илаем.
Мне требуется пару минут, чтобы понять, о чем она говорит.
- Илай будет драться с Лукой?
Но на ее лице и тени улыбки.
- Да, милая. И я понятия не имею, как это пережить. А еще я не могу никак придумать, как сообщить об этом Нинель.
Внутри разливается напряжение. Представить не могу, что с ними будет... Что будет со всеми нами? Марика, Лешка, Илай, Остап. Неужели помимо Варламова я и их никогда больше не увижу? Неужели все они перестанут быть для меня родными?
Нет. Это слишком больно даже для моего опьяненного мозга.
Хочу к нему. Просто невыносимо как хочу. Я больше ни секунды не желаю ждать.
Допиваю бокал.
- Пойду, поищу его...
Марика провожает меня хитрым взглядом.
- Повеселитесь там хорошо!
* * *
Я открываю дверь и захожу в тренировочный зал. Тут так тихо по сравнению с общим залом, где вся тусовка. Нахожу его сразу. Лука стоит у двери своего кабинета, разговаривает с Илаем. Залипаю взглядом на его фигуре, на широких плечах и лопатках, на сильной спине и идеально выбритом затылке. Приближаюсь крадучись. Знаю, что не стоит перебивать мужчин и встревать в разговор, но меня слишком сильно мучает жажда по нем.
Первым меня замечает Илай. Он лишь скользит по мне глазами и отворачивается через мгновение. Лука оборачивается, когда я оказываюсь уже рядом. Он замирает на полуслове, наши взгляды встречаются.
Соскучился. Жадно так смотрит, пожирает. Будто не знает, с какого кусочка лучше начать. Губы мои сожрать или сразу к груди перейти. На его губах улыбка. И она ослепляет мое сердце. Оно будто отбойный молоток. Тук-тук. Кровь венах вскипает. И эта тягучее чувство внизу живота, от которого хочется стиснуть ноги. Вот прямо сейчас.
Он ничего мне не говорит. Притягивает к себе за шею, касаясь губами виска. Его сильная рука на моих плечах, я прижата к его крепкому, обалденно пахнущему телу и понимаю, что парфюм этого засранца опьяняет быстрей алкоголя.
- Завтра состоится встреча со спонсорами. Гаранин должен кинуть точное время и адрес, - произносит Лука. Илай что-то отвечает ему, а я словно и не здесь. В груди, будто дыра огромная и лавина, набирающая обороты. Не мой ведь.. Так и не стать ему моим. К горлу подкатывает тошнота, я сама себя торможу. Не думать. Не мечтать. Сейчас он со мной. Сегодня, а больше и не надо.
- Ты остаешься или поедешь домой? – спрашивает Неймана.
- К малой поеду. Завтра утром Нинель проведаем. Она рвется из больницы, скучно ей там, - смеется Илай, почесывая голову.
- Удачи, брат.
Нейман хмурится. Видно, что не хочет уезжать сейчас.
- Давай накатим и я такси вызову.
- Ты будешь что-то? – у самого уха шепот. Он заставляет дрожать.
Поднимаю голову – его глаза так близко, вижу радужку голубую. Какие яркие у него глаза, светлые, глубокие. В таких утонуть хочется. Неужели мне до конца дней смотреть в нелюбимые черные, злые?
Он смеется. Подцепив кончиком пальца мой подбородок, целует в нос.
- Пить будешь?
Да я уже пьяна, Варламов. От тебя пьяна, от близости твоей, дурак.
- Шампанское. Я здесь подожду, - выдыхаю еле слышно.
Он кивает. Целует в висок.
- Я быстро.
Лука с Илаем выходят, а я остаюсь одна. На самом деле и ни капли алкоголя не нужно. Я пьяна. Настолько, что забираюсь по ступенькам в клеть. Заходу в самый центр ее... Здесь даже пахнет им - мужским тестостероном. Есть в этом месте что-то безумное, что –то животное. То, что лишает человека разума, оголяя первобытные инстинкты. Они все – самцы. Самцы, жаждущие взять верх. Взять свое, победить соперника в бою. Этот клуб. Он пропитан силой, мощью, волей и выносливостью. Но его отличает совсем не это. Здесь столько любви! Любви человеческой, любви неземной, готовой сражаться за родное сердце до последнего вздоха. Готовой встать под пулю убийцы, прикрыть собой и отдать свою жизнь.
Слезы текут по щекам. А была ли я достойна такого подарка, как эта семья? Как этот мужчина? Была ли я достойной настолько, насколько достоин Демид? Он вернется к ребятам. Уверена на все сто. Лука вернет его, и все у них будет хорошо.
Только не плачь. Закрываю глаза. Там, за стеной громко играет музыка. Что-то чувственное... Голова кружится от алкоголя, а тоска успокаивается. Я здесь. Сейчас. С ним. Он ведь мой, полностью. Когда он на меня смотрит, будто все зло из этого мира исчезает. И не страшно ничего...
Музыка распаляет меня. На стене напротив зеркало. Оно далеко и я вижу лишь силуэт себя через решетку клети. Красивая рыжая девушка в белой мальчишеской футболке и рваных джинсах. Влюбленная, пьяная.. в его глазах красивая...
Цепляю подол майки и стягиваю ее вверх. Не хочу ничего лишнего. Хочу быть уверенной в себе, хочу наслаждаться собой так, как это делает он... Хочу хоть раз в жизни поверить в то, что на меня можно так смотреть...
Музыка набирает обороты. Двигаю бедрами. Плавно покачиваясь. Распускаю волосы, они пышным каскадом спускаются на мои плечи, приятно лаская кожу. На мне только лифчик, но и его я сбрасываю через секунду. Грудь обдает прохладой воздуха... Замечаю на полу перчатки. Красные, Варламова. Надеваю. Они сухие, но до сих пор хранят запах его пота. Прислонив запястье к носу, вдыхаю мускусный запах. Хочу его. Настоящего. Дикого, животного. Такого, каким он бывает здесь. В клети.
Каждое движение уносит меня в еще больший дурман. Черт, я так сильно пьяна, голова кругом. Волосы закрывают мою грудь и я не чувствую себя обнаженной. Распахнув глаза, продолжаю неспешно двигаться под музыку. Огненная девочка, сочная девочка. Девочка, которую можно любить несмотря на лишние кило и многочисленные родинки на бледной коже. Девочка, которую можно обожать, которую оберегают так, будто она дороже золота.
Открывается дверь за спиной. Но я не оборачиваюсь. По звукам шагов понимаю, что это Он. Танцую, а саму мурашит от кончиков волос. Каждую клеточку тела. Взгляд его жадный скользит по мне. Каждый миллиметр чувствую, пропускаю сквозь себя. Улыбка ласкает губы от мысли, что с ним я такой дерзкой стала...
Лука останавливается в нескольких метрах от клети. А я руки вверх поднимаю, демонстрируя ему перчатки. Стоит, с бокалом виски, а в глазах – пожарище.
- Ты же знаешь, что я зол на тебя... Сегодня ты поступила неосмотрительно, - пытается быть грозным, а у самого голос хриплый, севший до сипоты.
Воздух ласкает обнаженные плечи. Он хочет меня. И это заводит нереально. Даже если вся оставшаяся жизнь будет серой, отвратной на вкус, эта ночь будет самой лучшей.
- Ты будешь драться с Илаем. – Голова кружится. Каждый его взгляд по коже будто касание.
Он идет неспешно. Заходит в клеть. И чем ближе он, тем громче стучит сердце в груди, тем сильней это тягучее чувство внизу живота. Мой хищник. Поступь его осторожная завораживает, а безумие во взгляде обещает удовольствие.
Еще один шаг. Он рядом. Нет и десяти сантиметров пространства. В глаза его темные смотрю, и с ума схожу от того, что он обещает сделать со мной. А я и рада - все приму, что даст. Заберу, запомню, заклеймлю свое сердце им. До конца своих дней, до конца жизни только он и никто больше.
- Я хочу, чтобы ты победил, - шепотом, а он пальцами касается, пряди моих волос убирает назад, открывая вид на обнаженную грудь. По коже нежно ведет, ласково, еле заметно. Так, что трясти начинает. Глаза его жадные ласкают мою кожу, а на губах улыбка довольная.
- А я уже выиграл... – его пальцы сжимают одно из полушарий. Варламов ведет пальцами вниз по животу. Наслаждается тем, что сейчас перед ним. Смакует свою победу. Я ведь сдалась в итоге. Полностью ему принадлежу.
- Свой главный приз... – он делает шаг, и теперь я чувствую его тело. Каждую выпуклость, каждый шов на одежде.
Губы Варламова кривит улыбка, от которой белье становится насквозь мокрым.
- Нас могут увидеть, ты же понимаешь? – шепчет, касаясь губами моего плеча.
Играет со мной. До сих пор не верит в свое счастье? Думает, сбегу? Только меня бесит как он тянет кота за хвост. Пусть уже переходит к делу.
- А ты хочешь меня? – в глазах дерзость, которая бывает только когда он рядом.
Варламов резко отрывает взгляд от моей груди и смотрит в глаза. Кривая ухмылка служит мне ответом. Он подхватывает меня под бедра, прижимая спиной к ограждению.
- Ты единственная, кого я хочу...
Хрипло, на выдохе. И я понимаю, что для Луки эта фраза стоит намного дороже тысячи «люблю». Его губы вгрызаются в мои. Поцелуй жадный, грязный, животный. У меня срывает планку, теперь я – другой человек. Сексуальная, похотливая кошка. И сейчас я прогибаюсь в его руках, подставляя его губам свои возбужденные соски.
Его губы спускаются вниз по подбородку. От каждого касания кровь в венах вскипает. Наглые, умелые пальцы забираются под пояс джинсов, оттягивают резинку трусов.
- Ты хочешь сделать это прямо здесь? – шепчет, ставит меня на ноги.
Всего секунда, и я абсолютно голая. Голова кругом, и чтобы не упасть, мне приходится опереться об ограждение спиной. Он где-то внизу. Стягивает с моих ног джинсы, а я понимаю, что не хочу быть без его касаний ни секундой больше. Хватаюсь жадно за ворот его рубашки и на себя тяну. Пальцы Луки снова на моих бедрах, а губы на моих. Язык проникает в самые глубины моего рта, вырывая из груди постыдные стоны.
- Голодная.. Ты чего такая голодная вдруг? - усмехается, когда я разрываю полы его рубашки, заставляя пуговицы отскакивать в разные стороны. Пальцы на его крепкой груди. Веду по ней, наслаждаясь ее рельефностью и твердостью.
Его сильные, наглые пальцы так умело ласкают мое возбужденное лоно, срывая с губ стоны. В голове не остается ни одной мысли. Это чистое безумие, но меня накрывает его дурманом. Я как наркоман, до последней крупицы вдыхаю в себя этот экстаз.
- Ну же, я хочу твой член, мне пальцев мало... – всхлипываю капризно.
Лука замирает. Прикусывает мое плечо, а потом, слегка отстранившись, стягивает с себя одежду. Я не могу перестать смотреть на его вздыбленный член. Он такой огромный и такой желанный.
Варламов – чертова скульптура. Его тело - сосредоточение мышц и силы. Лука наклоняется к карману за защитой, а я на мышцы его любуюсь, выпирающие при каждом движении тела. Сильные, крепкие ноги, покрытый кубиками пресса живот, широкие плечи и узкая талия. Идеальный. Баб у него было немерено. Боялась, что больно сделает он.. а в итоге сделаю я.
Пялюсь как завороженная, пока он надевает презерватив. А сам все это время по мне взглядом жадным водит, до мурашек горячим. Да к черту все, не могу больше ждать. Тянусь к нему рукой, а он убирает ее в сторону.
- Эй, погоди.. – смеется, распявши меня на сетке. Лука удерживает мои руки, а я чувствую себя такой беззащитной, такой уязвимой. И это дико не нравится мне.
Подаюсь к его лицу, к уголкам губ. Нежную кожу царапает колкая щетина, и от этого хочется рычать. Что я и делаю.
- Я ни секунды не собираюсь ждать, Варламов.
Отстраняюсь и в глаза его ехидно смотрю.
- С*чка мелкая, - улыбается довольно. Отпустив мои руки, подхватывает за талию. Обвиваю ногами его торс, а он наклоняет меня, заставляя опереться спиной об ограждение. Варламов так сильно прижимает к себе, что я чувствую каждое биение сердца.
В глазах его дурман. И я тону в нем.
Толчок. Резкая боль пронзает тело.
- Ай! - шиплю, рефлекторно отстраняясь. Закрываю глаза, желая, чтобы все прошло быстро. Чтобы больше не было больно.
- Твою мать! – раздается его ошеломленное рычание над головой.
Он выходит из меня. Ставит на ноги и на пару шагов отходит.
Лука опускает взгляд на свой вздыбленный член, а на нем кровь моя.
- Ты целка? – он поднимает на меня глаза, и в них столько ярости.
Мне вдруг становится так холодно.
- А это что-то меняет? - нагло, будто мне плевать. А сама подыхаю изнутри.
- Твою мать, Ия! Какого хрена ты творишь?!
Он расплывается передо мной. Чувствую, как изнутри подкатывает, а в следующую секунду все выпитое за этот вечер начинает рваться из меня.
- Бл*ть! – за спиной его рычание.
А спустя пару секунду я чувствую его руки на себе. Лука убирает мои волосы назад. Он держит меня, пока меня не отпускает.
- Легче?
Я оседаю на пол. Киваю, вытирая ладонью губы. Мне так мерзко от самой себя. Я отвратительная. Грязная и некрасивая. А еще я сегодня выпила столько, сколько не пила за всю свою жизнь.
- Иди сюда, - он оттаскивает меня в другую сторону клети.
Подняв с пола мою одежду, надевает на меня сначала футболку, а потом трусики и джинсы. Затем Варламов собирает свои шмотки и быстро натягивает на себя.
Меня все еще тошнит. И ко всему прочему прибавляется жуткая головная боль. Он куда-то исчезает. Но спустя пару минут появляется снова.
- Попей воды.
Лука поддерживает меня за спину, подает бутылку. Я отпиваю немного. Лишь для того, чтобы он отстал. Сейчас мне хочется лишь одного – исчезнуть отсюда. Боже, и на что я надеялась?
Он присаживается передо мной. В глаза мои всматривается со злостью.
- На кой хрен ты это творишь?
- А какая тебе разница, а?
Лука в гневе. Вижу, как дергается его кадык, как заостряются скулы.
- Разве так должно быть в первый раз?!
Эта фраза выводит из себя. Да пусть к черту катится, идеальный!
- Все равно, где, главное, с кем. Глеб пропал, Давид шантажирует меня. Мне придется!
- Что? – в глазах безумие. Пальцы его за подбородок меня хватают, сжимают до боли. Он наклоняется и в глаза мне смотрит неотрывно.
- Что придется сделать? Говори, бл*ть.. – шепотом, а у меня озноб по коже.
Сейчас он страшней, чем Давид и Рома вместе взятые.
Так больно. Не продохнуть от этой агонии.
Смотрю на него сквозь пелену перед глазами.
- Мне придется выйти за него замуж... – голос дрожит. Я такой жалкой себя ощущаю, такой грязной... Опускаю глаза в пол, потому что следующая фраза слишком унизительная. Но это так.
- Поэтому лучше это будешь ты, чем тот ублюдок.
Он кривится.
- Ты там обкурилась чтоли?
Теперь мне смешно. Я пытаюсь отползти от него. Отпихиваю от себя его руки.
- Лучше бы так, Варламов, - смеюсь, давясь горечью.
Он смотрит на меня прищурено, с подозрением. И от этого взгляда кровь в венах стынет.
- Эта мразь трогала тебя? Он что-то сделал тебе сегодня? Он там был?
Запрокидываю голову на сетку. Смотрю на него. Смешной какой. Трахнул бы меня и дело с концом. А он лезет в непроходимое болото. И не выбраться ведь ему со мной... Лучше все как есть оставить и жить дальше.
Варламов приближается ко мне. Схватив за горло, сдавливает слегка. Не сильно, но показывая, что от ответа мне не уйти.
- Говори...
- Какая теперь разница? – отпихиваю его руку. Он молчит. Глазами меня сверлит ненавистно.
- Них*я не выйдет, слышишь?! Не выйдет у нас с тобо-о-о-ой.. – смеюсь истерично сквозь слезы пьяные.
Он кривится. Будто больно ему сделала. Поднимается на ноги, то сжимая, то разжимая кулаки.
- Ты чего хочешь?! А?!
Надоел! Я устала!
- Тебя хочу, Варламов! Так что трахай или отваливай! - цежу сквозь зубы, пытаясь подняться на ноги. Только падаю обратно на пол. В голове все еще вертолеты.
Не успеваю понять, как он снова рядом. Подхватывает меня на руки, прижимая к груди. А когда я поднимаю голову, в его всегда голубых глазах сейчас грозовое небо.
- Твою мать, Ослик. Ну почему ты постоянно творишь эту дичь? - а голос тихий, печальный такой.
И это хуже чем ненависть или презрение. Это бьет больно. Под дых бьет.
- Не надо, слышишь! Не надо этих разговоров! У меня выбора нет, Варламов! У нас его нет, - шепчу в лицо ему, сквозь слезы. А он только челюсть сжимает сильней.
- Пошли...
Я пытаюсь спрыгнуть, но он не дает. Только крепче перехватывает меня.
- В машине выпущу. Не устраивай сцен, знаешь ведь, что сделаю как решил, - рычит, направляясь к выходу.
Нет. Не этого я хотела! Уберечь его пыталась, а в итоге рассказала все как на духу. Да еще и грязно так преподнесла! Ну, какая же я дура.
Мы идем через общий зал. Там где все еще идет тусовка. Никто не обращает на нас внимания, кроме Марики, провожающей нас внимательным взглядом.
И когда мы оказываемся на улице, возле машины Луки, он ставит меня на землю. Варламов открывает дверцы, все еще придерживая меня рукой. Боится, что свалюсь, прямо на грязный асфальт.
Прикрываю устало глаза. А в салон приглашает рукой.
- Поверь мне, Варламов, тебе не нужна эта х*йня. Когда ты узнаешь, ты не захочешь связываться.
Он скулы мои сжимает и в глаза себе заставляет посмотреть. И я смотрю. А в них боль с ног сбивающая.
- Ты такая дурочка, Ослик...