Глава 29. Все тайное становится причиной боли
Док колдует надо мной около получаса. Я за*бался считать его пальцы, отвечать на идиотские вопросы. Неужели ему мало результатов той трубы, куда меня только что пихали?
Постоянно мониторю телефон. Раз двадцать уже набрал ее номер – ответа нет. И это единственное, что сейчас не дает мне покоя.
- Сотрясения нет, но... – док хмурится. Не даю договорить.
Схватив куртку с кушетки, резко поднимаюсь и направляюсь к выходу.
- Никаких «но», Олег Юрьевич, - протянул ему ладонь. – Спасибо тебе, но мне, правда, пара.
Не дожидаясь ответа, вышел из комнаты. Тут же встретился со взволнованными взглядами Неймана и Демы, сидящих в креслах у двери.
- Ты как, брат? – первым поднялся Нейман. Подойдя, обнял, похлопав по плечу.
У Илая красовался синяк под глазом, и была рассечена губа.
- Все нормально, как сам? – посмотрел на него внимательно.
- Гаранин сказал, что продюсеры обкончались от экстаза, - смеется, потирая затылок. – Турнир наш, брат. Поднимем хорошие бабки. На подготовку полтора месяца.
- Е-е-е, - протянул довольно. – Отличная новость. Поздравляю, брат!
Нейман скривился.
- Жаль, что это был ты.
Я читал сожаление в его глазах. Он стыдился своей победы, и это злило.
- Заткнись, Илай. Просто закрой свой рот. Ты - чемпион, и ты одолел меня в равной схватке.
Он выглядел напряженным.
- Ты мог больше, я знаю...
Потянувшись, схватил его за шею, сдавливая крепко.
- Ты рвался к победе всю жизнь, - глядя в глаза ему. - Ты столько раз опускался на дно чертовой марианской впадины. Ты – тот чувак, который вернулся в спорт с жуткими травмами, рискуя каждый свой бой сделать последними минутами жизни. Ты еб*шишь по двенадцать часов в сутки, а я просто имею клуб. Мне нравится вести дела, нравится выводить вас на ринг, к победам. Ты потел в зале, а я кайфовал, - Нейман смеется. И я вижу, как напряжение покидает его.
–Это был не мой бой - твой. И ты его выиграл. У сильного, бл*ть, соперника. Поэтому не смей обесценивать эту победу, слышишь?
Илай хватает меня за грудки, прижимается лбом к моему. И я понимаю, что готов отдать за этого засранца все, что у меня есть. А еще я знаю, что он сделает точно также и для меня. Когда мне действительно нужна будет помощь.
- Нинель звонила.
Он отстраняется. И судя по тому счастью, что я читаю в его взгляде, понимаю, он хочет сказать мне.
- Бра-а-а-ат, - протягиваю с улыбкой.
- Три восемьсот, пятьдесят пять сантиметров... У меня сын, слышишь?! Сын...
Нейман сейчас на пацаненка малого похож. Качает головой, выглядя жутко смущенным и гордым одновременно. То, с каким обожанием он говорит о сыне, наталкивает меня на мысль. Может, и я однажды захочу ребенка? На секунду представил Ослика с круглым животиком, с сочными молочными грудями. Представил, как этот сладкий пухлый пирожок будет недовольно ворчать, что я долго ехал ночью за пончиками и соленой рыбой. А потом будет есть это безумие, причмокивая от наслаждения. Представил, как я сына на руки возьму впервые... уж тогда-то ей точно не взбрыкнуть в сторону. Ей богу, прямо сегодня начну делать малого.
- Так какого черта ты все еще тут?!
Нейман ухмыляется.
- Ждал, что док скажет. Не хотел оставлять твой «надранный зад».
В этом он прав. Илай сегодня сделал меня.
- Нейман, сейчас пизд*ться опять начнем, если не свалишь в роддом!
Илай смеется в ответ.
- Давай, брат, - протянув руку, жмет мне ладонь. - Набери ей, она хочет с тобой поговорить. Прикинь? Сообщила о сыне, а потом тебя потребовала к телефону.
По телу тепло такое разлилось. Умеет ведь цыпленок согреть одним словом. И я бы мог сказать, что у Неймана идеальная женщина. Мог бы сделать это еще месяц назад. Только теперь я знаю точно, как выглядит моя идеальная... вот только эта зараза все не выходит на связь.
- Наберу, брат.
Илай уходит, а я достаю телефон из кармана и звоню Ие. Она сбрасывает. Твою ж!
Жаром пробило каждый нерв от охватившей злости. Да твою ж мать! Куда она делась? Какого черта не может просто взять трубку и ответить?! У меня бой. Ослик как никогда нужна мне рядом. Обещала быть в первом ряду, а в итоге просто не пришла.
- Лука, - зовет Дема.
Огинский подходит со стороны кофейного автомата. По всей видимости, не хотел мешать нам с Нейманом, вот и отмораживался там, клея медперсонал.
Мы жмем друг другу руки. Огинский осматривает меня. И судя по его напряженному взгляду, дело дрянь.
- Ху*во выгляжу? – с губ слетает смешок.
Он лыбится как идиот.
- Как жареная котлета, брат. Но ты был крут
- Пошел ты, - смеюсь, направляясь к лестнице. – Ослик не звонил?
Дема идет следом. Заметил, как улыбнулся проходящей мимо нас медсестричке. А когда наконец-то вернул ко мне внимание и встретился со мной взглядом, нахмурился. Ни хера ж не запомнил, о чем я его спросил.
- Нет, я сам удивился, когда не увидел ее на бою, - ответил спустя несколько секунд.
Кивнул в ответ. Не нравилось мне все это. Пока не увижу ее, не пойму, что все в порядке, не успокоюсь.
Мы выходим из здания. Еще немного качает и подташнивает. Дема протягивает мне бутылку воды. Падаю на пассажирское, а он заводит тачку и выезжает с больничной парковки.
- Марика в ресторане. Просила заехать тебя...
Снова набираю Ию. Снова без ответа. Да твою ж!
- Сначала ко мне заедем.
Она только в квартире может быть. В ресторане нет – это точно. А уж если Ослика не найду дома, тогда к братцу ее наведаюсь. И лучше бы ей не быть у него... в таком состоянии могу и грохнуть Вершинина.
Вдруг телефон оживает в руках. Неизвестный номер на экране. Вены крутит от тревоги, когда я принимаю вызов.
- Варламов Лука? - прокуренный голос в динамиках. Знакомый, но не могу понять, где его слышал.
- Это я.
- Следственный комитет, старший следователь Казанов Алексей Викторович. Я расследовал дело по факту убийства Неймана Потапа. Не смог дозвониться его сыну. Вы не могли бы подъехать в отдел? Вскрылись новые обстоятельства, и лучше бы вам узнать о них лично.
Несколько часов назад
- Оскар, мне нужно быть на бое. Осталось десть минут до начала, слышишь? – я начинала злиться. И гнев мой был настолько сильным, он буквально задавил собой всю тревогу и волнение.
- Я все понимаю, но речь пойдет о Глебе. Ия, если бы не было так срочно, я бы не выдернул тебя – он посмотрел на меня так по-доброму. В его глазах застыла жалость и чувство вины. Мне стало еще более не по себе, но я понимала, что больше Оскар ни слова не скажет. Придется ждать.
Телефон ожил. Марика. Прикрыла глаза, пытаясь придумать, что сказать. А когда сняла трубку и безбожно наврала ей, совсем гадко на душе стало. Не здесь я должна быть, совсем в другое место рвалась моя душа.
В довершение всего пришло сообщение от Луки. Смотрела на его лицо на экране, и понимала что не успею на бой. Подведу его снова, сама того не желая... В любом другом случае, я бы готова была выпрыгнуть из машины Оскара и помчаться к Луке. Но сейчас речь шла о Глебе. И этот вопрос был для меня первостепенным.
Мы подъехали к дому брата спустя минут двадцать. У главного входа было скопление машин.
- Так он вернулся? – выпалила мысль, пришедшую в голову. От волнения сердце подпрыгнуло к горлу.
Оскар стал совсем хмурым.
- Идем, - он открыл дверь и выше из машины. Спустя несколько секунд уже стоял возле меня, помогая подняться.
Мне не нравилось то, как он выглядел сейчас. И молчаливость его заставляла нервничать. Что-то случилось. Сердце мое было не на месте. И когда мы поднялись наверх и зашли в гостиную, я увидела Аню, выбегающую из комнаты со слезами на глазах.
- Аня! – крикнула, но она даже не обернулась.
- Идем, - Оскар стоял у основания лестницы. – В кабинете поговорим.
Дальнейший путь дался мне невероятно сложно. Ноги стали невероятно тяжелыми, а в груди отбойным молотком грохотало сердце. Перед глазами плясали мушки, и мне приходилось держаться за ограждение, чтобы не упасть без чувств.
Оскар подошел к двери кабинета Глеба, и, толкнув ее, прошел внутрь. А я замерла на мгновение. Представила на секунду, что там он. Целый и невредимый, ждет меня для разговора. Пусть ругает, пусть запрещает видеться с Лукой, да все что угодно пусть делает, только бы он там был...
Делаю шаг вперед и прохожу в комнату, чувствуя, как сердце ухает вниз, куда-то в область желудка. Больно. До зубовного скрежета больно, так что закричать хочется.
- Наконец-то, - цедит сквозь зубы Рома. Он восседает за столом Глеба, в то время как на диване незнакомый мне мужчина. Лет сорока пяти на вид, одет в строгий костюм. Мужчина поднимает на меня равнодушный взгляд, и тут же отводит.
- Это ваша сестра? Мы можем начинать? – обращается он к Роме.
- Что ты тут забыл? – подхожу к столу, впиваясь в брата ненавистным взглядом. О – да. Сейчас я именно ненавижу его. И если бы моя воля – разорвала бы на куски.
- Может, поздороваешься, сестренка? – на его губах искрится улыбка. Приняв расслабленную позу в кресле брата, поднимает на меня высокомерный взгляд.
- Ия, - окликает Оскар. Когда я оборачиваюсь, он делает знак рукой, прося меня быть спокойней.
Ну уж нет. Когда угодно и где угодно, но не сейчас.
- Поднимись из-за его стола. Он вернется, и ты вылетишь из этого дома пробкой...
Рома кривится, подается мне навстречу.
- А теперь послушай меня. Глеб погиб. Сейчас ведется следствие, и его поиски. Сейчас нужно, чтобы ты просто закрыла свой рот на замок и послушала, что скажет нотариус. Мы позвали тебя на озвучивание завещания.
Его слова будто шум ветра. С лица сошла краска, а в голове вдруг стало пусто. Я не видела ничего. Просто стояла и пялилась в ненавистное лицо брата. И только два слова красной лампочкой в мозгу.
Глеб. Погиб.
Не верю. Пошли они все!
Я не могла больше находиться с ними рядом. Развернувшись, ломанулась к выходу. Но убежать далеко не удалось. Оскар поймал меня в коридоре, прижав к себе.
- Выпусти – рычала, пытаясь отбиться. Но его руки держали меня слишком крепко. Я не могла даже пошевелиться.
- Тише, мелкая. Тише, - его горячий шепот касался моей кожи. Он говорил это тихо, повторяя постоянно будто мантру. Я не знаю, как он это сделал, но паника ушла. И из глаз брызнули слезы.
- Как? Оскар, как это случилось? – проревела ему в рубашку.
Он слегка отстранился, всматриваясь в мои глаза. В его черных омутах застыла боль.
- Нашли его машину с личными вещами на трассе. Следствие разбирается...
Я упрямо смахнула слезы с лица, посмотрела на него со злостью.
- Ну и что?! Нашли машину, нашли вещи, да мало ли где он?! Может он сбежал от вас! Может, заблудился где-то, вы зачем хороните его?!
Я пытаюсь отойти от Оскара, но он не дает этого сделать.
- Мелкая, там вся тачка в крови, слышишь?! Следы борьбы рядом, он пытался убежать или его волокли – мы не знаем. Но факт остается фактом... Его нет. И наши поиски ни к чему не приводят.
Я не хотела принимать такую правду! Она не нужна мне! Я не верила в его смерть.
- Как ты можешь так говорить?! Он ведь доверял тебе, Оскар. А ты так просто хоронишь его?! Ладно он, – ткнула в сторону Ромы. – Этот ублюдок только спал и видел, как завладеть его фирмой и активами. Но ты, бл*ть, Оскар...
Он хватает меня за подбородок, сжимает крепко, силясь побороть истерику.
- Ты думаешь мне легко?! – произносит тихо, но со злостью. От его взгляда кровь в венах стынет.
- Думаешь, я хотел чтобы Рома стал хозяином всего?! Я не хочу. Именно поэтому я привез тебя. Ты – сестра Глеба. И ты часть завещания. Будь добра, помоги мне сохранить его бизнес не разорванным. Не веришь в смерть Глеба? Да и я, бл*ть, не хочу. Хочешь верить, что он жив? Давай будем верить. Верить и ждать его. Но сейчас нам нужно собраться и отстоять все, что хочет забрать твой братец. Ты меня поняла?!
Я не знаю, чем была больше шокирована. Его внезапной злостью, выплеском эмоций, которых раньше не было? Но это подействовало на меня. Я успокоилась.
- Выпусти меня. Я в порядке, - похлопала ему по ладони.
А он стоял все и в глаза мне напряженно смотрел. А потом вдруг, будто очнувшись, разжал пальцы, освобождая мой подбородок от хватки.
- Прости. Я пытался привезти тебя в норму.
Я кивнула в ответ. Мне хотелось закончить с этим как можно быстрей и вернуться к Луке. И я не верила. Ни секунды не верила, что Глеб мертв. Я знаю своего брата. Им так просто не избавиться от него.
Мы вернулись в кабинет. Мой телефон зазвонил, привлекая ко мне всеобщее внимание. Выключив звук оповещения, убрала гаджет обратно в сумку. Я устроилась в кресле как можно дальше от Ромы. Даже дышать одним воздухом с ним мне было противно.
Оскар стоял у дверей. Как и всегда, будто тень невидимая. Наблюдает за всем происходящим издалека, контролирует.
- Меня зовут Артем Сергеевич, - мужчина открыл лежащую перед ним папку с документами. – Мы собрались здесь для того, чтобы озвучить завещание погибшего Вершинина Глеба Вячеславовича.
- Да что за чушь?! Ну он не погиб! Где его тело?! И к чему это завещание, если вам никто не даст разделить его наследство! – я не выдержала. Тошнило от этого цирка.
- Если вы не найдете его тело, вы можете признать его умершим лишь после полугодового отсутствия! Прошло всего три недели! Какое завещание?!
Рома делает знак Оскару не лезть в разговор.
- Тебе никто и не говорит, что мы сейчас будем вступать в наследство, - он смотрит на меня будто я грязь на его туфлях. – Мы узнаем его волеизъявление, поймем, как будет делиться компания.
Я рассмеялась. Этот ублюдок даже не скрывал свое истинное желание. Мне снова захотелось уйти. Но Оскар так посмотрел на меня. Я опустилась обратно в кресло и прикрыла глаза. Ладно, я доверяю Оскару. Если он говорит – надо. Значит нужно потерпеть. Я смогу это сделать ради Глеба.