12

Я чувствовала себя грязной, моё тело горело, как ошпаренное кипятком. Мне хотелось разрыдаться, побежать в зал и рассказать всё Вику, но стоило только представить, как все эти напыщенные индюки, собравшиеся в ресторане, будут смотреть на меня, и от этой мысли сразу пришлось отказаться.

Когда девушки покинули дамскую комнату, я осторожно выбралась из кабинки. Оправила платье, пригладила пальцами волосы и уставилась на своё отражение в зеркале. Зрачки блестели от выступающих слёз. Я закрыла глаза и постаралась восстановить дыхание.

Что это? Что было со мной? Холодную кожу всё ещё болезненно саднило от прикосновения к ней его горячих пальцев. Мне не хотелось слышать низкий голос Загорского, не хотелось чувствовать его руки на себе, реагировать на его жестокие ласки, но когда Марк жадно сминал моё тело, когда касался меня там, где не касался ни один мужчина, всё моё тело сводило болезненной агонией.

Он играл со мной, точно с игрушкой, и ничего не знал о сочувствии. Он причинял мне боль, а я только сожалела, что не вижу его пугающего взгляда в эту секунду. Мне интересно было, что я там увижу? Мне нужно было видеть его ненависть, чтобы сопротивляться его силе.

Загорский очевидно всё знал обо мне, но почему-то не пошёл к Вику, чтобы сразу ему всё рассказать. Значит, он что-то задумал. Но что? Решил шантажировать меня? Но у меня ничего нет, я нищая. Может, он планировал уничтожить меня морально? Тогда этот козёл болен, и его приставания - очень странная психологическая игра.

Я провела ладонями по бёдрам и расправила полы платья. Ощущение напряженного мужского естества, упирающегося в меня сзади, врезалось в память унизительным и пугающим воспоминанием. Я пыталась вырваться, а Загорский держал меня мёртвой хваткой. Он издевался, выдыхая мне в затылок свои мерзкие фразы. И каждое его слово дразнило, щекотало и сдирало с меня кожу заживо.

Что бы было, если бы в уборную не постучали? Страшно даже думать. Как далеко он бы позволил себе зайти? Изнасиловал бы меня? Или всё это было лишь элементом его игры? Чего он добивался?

Я приоткрыла веки и посмотрела на своё лицо.

Безумные, перепуганные глаза, складка тревожных морщин над бровями, пересохшие губы со следами стёршейся помады, и яркий румянец, распространившийся от щёк на шею. Это было не лицо, а гримаса боли и сожаления. И всё же я ощущала странный трепет в груди от того, что выстояла в этом раунде схватки. Вряд ли хищник, почуявший кровь, так просто от меня отстанет, но я планировала дать ему бой.

*** 

- Я отправил к тебе водителя, Полина. – Сообщил Вик по телефону.

- Но я могла вызвать такси.

- До города путь не близкий, да и зачем тебе разъезжать с чужими людьми?

- Я вообще могу дождаться тебя, и вечером мы съездим вместе.

- Не теряй времени, лучше съезди сейчас, а вечером мы найдём, чем заняться.

- Уговорил!

Мы попрощались, и я стала собираться.

Хлопковое платье длиной до колена, босоножки, сумочка на тонком ремешке – мой новый гардероб чисто формально носил такое название, потому что сумка со старыми вещами так и лежала за дверью спальни, а подарки от Вика, особенно дорогую одежду, я принимала неохотно. Стеснялась и чувствовала неловкость из-за того, что ему приходилось тратиться на меня.

Вчера мне стоило огромных усилий отсидеть весь банкет за столом с Виком, Марком и их партнёрами. Наверное, не очень вежливо было не принимать участия в разговорах и обсуждениях, но я сослалась на головную боль. Все мои старания были направлены на то, чтобы не смотреть в глаза Загорскому. Я буквально считала минуты до окончания мероприятия, и, слава богу, Вик почувствовал моё настроение гораздо раньше и просто предложил уехать оттуда.

Я заплела волосы в косу, убрала мобильный в сумочку и спустилась вниз. Дав указания бригаде строителей, вышла на улицу. В ожидании машины ещё раз обошла сад и представила, как всё здесь зацветёт уже к будущему году. Нет, сад и клумбы во дворе будут прекрасны уже совсем скоро, но следующей весной, когда зацветут ещё и многолетники, будет просто сказочно.

Наконец, подъехал автомобиль. Водитель оказался приятным и вежливым молодым человеком. Его звали Артём, и он всю дорогу пытался поднять мне настроение шутками и байками из собственной жизни.

- Может, мне стоит пойти с вами, чтобы помочь унести что-то тяжелое? – Предложил он, когда мы подъехали к крупному строительному торговому центру.

- Нет, Артём, не стоит. На габарит я оформлю доставку, а с собой понесу только мелочь, и то, если что-то приглянется. Сегодня меня интересуют цветы и кустарники, я вычитала, что у них тут целое крыло отведено под цветочный рынок.

- Ну, хорошо. Если что, наберите меня. – Он отыскал карточку в бардачке и протянул мне.

- Конечно. – Улыбнулась я, сунув визитку в сумочку.

Вышла из машины, вошла в здание и растворилась в многообразии растений, посадочных материалов, декоративных кустарников и семян. Озеленение участка захватывало меня не меньше создания нового интерьера. В отличие от красок, материалов, покрытий и аксессуаров, которыми полнился строительный рынок, здесь всё было живым и буквально дышало: каждый листик, каждый лепесток, каждая веточка – всё тянулось к свету.

Меня выдернуло из реальности на целых полтора часа. Я ходила меж рядов, смотрела, трогала, интересовалась, читала брошюрки, искала нужные мне растения, много спрашивала, записывала и даже приобрела кое-что.

Мы договорились с поставщиком, что рассаду привезут прямо на участок, а с собой я забрала семена, инструменты и несколько контейнеров.

- Я помогу. – Раздался чей-то голос, когда продавец протянула мне мои покупки вместе с чеком.

Мужчина оттеснил меня и перехватил пакеты.

Я замерла, глядя на Загорского снизу вверх.

- Ты расплатилась? – Улыбнулся он мне. Надо же, сама вежливость. Затем повернулся к продавцу. – Или сколько мы вам должны?

- Девушка всё оплатила. – Ответила она.

- Вот и славненько. – Подхватив мои пакеты, Марк отошёл от прилавка и кивнул мне в сторону выхода. – Ну, что, пойдём?

- Что всё это значит? – Тихо спросила я.

Эта его вежливость и учтивость пугали меня ещё сильнее агрессии.

- Это значит, что я пришёл тебе помочь. Могу я побыть джентльменом? – Чёрные глаза чудовища хитро сверкнули.

- Как ты тут оказался? – Я огляделась по сторонам, ища подвох.

- Давай, не будем стоять в толпе и выберемся на свежий воздух, ладно? – Поторопил он меня.

- Я никуда не пойду. – Решительно сказала я.

- Не упирайся. Вик ждёт нас, поэтому, давай, не будем заставлять его ждать. – Мужчина очаровательно улыбнулся и пристально посмотрел в мои глаза.

- Вик? Он здесь?

- Нет, но я отпустил твоего водителя, и мы сейчас вместе поедем к Воскресенскому.

- Зачем? – У меня похолодело внутри.

- Поговорим. – Он пожал плечами. – Разговор давно назрел, не так ли? – Загорский подтолкнул меня к выходу. – Ну, идём, идём.

Я не хотела, чтобы он касался меня, заставляя идти, поэтому пошла сама. Ладно, чему быть, того не миновать. По сути, я никого не убивала, не грабила. Максимум плохого, что может случиться, это то, что Вик отвернётся от меня. Вернусь в свой город и как-нибудь переживу.

- Моя машина там, - подбадривал меня Загорский.

Его прищур и загадочные улыбочки действовали на меня устрашающе. Я шла к его автомобилю, как на эшафот.

Марк забросил мои покупки в багажник и открыл мне пассажирскую дверь:

- Прошу.

Я села и пристегнулась.

Мужчина сел за руль, и от меня не укрылся голодный взгляд, которым он скользнул по моим ногам. Я тут же поправила подол платья, прикрыв колени.

- И где он? – Спросила, когда мы отъехали.

- Кто?

- Вик. – Напомнила я, вцепившись в свою сумочку.

- Ах, Вик. В офисе. – Бросив на меня хитрый взгляд, ответил Марк.

Я ёрзала на сидении, будто на иголках. Даже манера вождения у Загорского была самодовольной и развязной: он ехал очень быстро, постоянно лез на рожон, обгонял, сигналил, а в кресле сидел, небрежно развалившись. Правда, руль держал уверенно, и взгляда от дороги практически не отводил.

- Где мы? – Нахмурилась я, разглядывая элитную высотку, возле которой притормозил его внедорожник.

- Я здесь живу.

Он вышел, обошёл машину и открыл мне дверь.

- Ты ведь сказал, что Вик в офисе…

- Нет, он здесь. – Загорский обаятельно улыбнулся и протянул мне руку.

- Я никуда не пойду. – Заупрямилась я, ощущая волну страха, окутывающую меня со всех сторон.

- Мы просто поговорим, и всё. Ну же? Этот момент неизбежен. – Он вытянул свою ладонь. – Полина.

В его глазах не было неприязни и ненависти, и я сдалась.

Вложила свою ладонь в его, выбралась из машины и поспешила высвободить руку. Кожа, опалённая этим простым прикосновением, горела, как от ожога.

- Идём. – Мотнул головой Марк.

- Я хочу позвонить Вику. – Хрипло проговорила я.

- Через минуту ты увидишь его, идём! – Загорский снова схватил меня за руку и потащил за собой.

Теперь уже грубее и нетерпеливее. Мне едва удавалось поспевать за ним.

- Ты обманываешь меня, да? – Я пыталась упираться. – Вика там нет?

- Добрый день! – Улыбнулся он консьержке и охраннику и без тени смущения втащил меня в холл.

- Ты знаешь, что он с тобой сделает, если ты тронешь меня хоть пальцем? – Вырваться никак не получалось. - Знаешь, что я с тобой сделаю?

Консьержка поспешила отвернуться к окну, чтобы не видеть, как меня тащат мимо её рабочего места.

Загорский подтащил меня к лифту и втолкнул в кабину. Войдя следом, он ударил кулаком по одной из кнопок, а когда створки дверей закрылись, подошёл вплотную и прижал меня к стене.

Я смотрела на него безотрывно. Чудовище было настолько же красиво, насколько и ужасно. Его взгляд ласкал и причинял боль.

- А ты знаешь, что с тобой сделаю я? – Усмехнулся он.