Глава 21

— Что там? — в сознание Олега ворвался напряженный голос Ани. Он молча передал ей бумагу. Смотрел, как она читает результат, как хмурится и поднимает на него вопросительный взгляд. — Что это значит?

— Я не твой отец, Ань, — выдохнул Олег, продолжая вглядываться в лицо Ани. Она перевела недоверчивый взгляд на результат анализа и снова посмотрела на Олега. Он не мог никак понять, рада он этому или все-таки нет. Хотел спросить, но не успел. Аня выскочила из машины и отошла в сторону. Ветер трепал подол ее сарафана и несколько выбившихся из пучка коротких прядей. Олег смотрел на ее напряженную спину через лобовое стекло. Теперь ничто не мешало ему предложить Ане то, что он давно хотел предложить. Но обрадуется ли она этому? Судя по ее реакции, нет.

Олег вышел из машины и подошел к Ане. Она кусала губы и выглядела расстроенной. Похоже, что он куда больше устраивал ее в качестве отца, но не мужа.

— Пообедаешь со мной?

Аня вскинула на него непонимающий взгляд.

— Я сегодня даже не завтракал, — признался Олег. — Есть жутко хочу. А одному есть надоело.

— Хорошо, — кивнула она, не до конца понимая, зачем он приглашает ее на обед. Ведь теперь их ничего не связывало. Аня почему-то даже не ощутила радости от того, что Олег Викторович не оказался ее отцом. Потому что теперь все было на порядок сложнее и непонятнее. Он теперь уйдет из ее жизни? Но Аня молчала, боясь спрашивать его об этом. А вдруг Олег Викторович ответил бы «Да»?

— Да, ты мне никто и нас ничего не связывает. Не вижу смысла общаться, — она мысленно сама проговорила за него эти слова. Слезы подкатили к горлу. Есть не хотелось.

Олега же волнение и тревога, напротив, медленно отпускали. Он разглядывал сидящую напротив Аню. Она была мрачнее тучи и почти не притронулась ни к салату, ни к супу.

— Тебе не понравилась еда? — спросил Олег.

— Нет, все вкусно, просто… Просто я не голодна, — Аня попыталась выдавить из себя улыбку.

— Ты расстроилась, что я не твой отец? — решил он задать вопрос в лоб.

Она на мгновение подняла на него глаза и тут же опустила их в тарелку.

— Да нет, — уголки ее губ нервно дрогнули. Олег видел, что Аня хотела еще что-то сказать, но не стала.

— О чем же ты думаешь, девочка? — спрашивал он ее мысленно.

— Вам, наверное, уже пора на работу, — произнесла Аня, спохватившись. Зачем ему было тратить на нее время? Пора была заканчивать весь этот обман, который заварила мама и с которой у Ани предстоял серьезный и непростой разговор.

— Торопишься от меня избавиться? — улыбнулся он, пряча за этой улыбкой разочарование.

— Нет, но у Вас, наверное, дела. Это я бездельница, — Аня смотрела в сторону.

— Ты когда-нибудь была в Волгограде?

— Что? — посмотрела она на Олега, удивившись такой резкой смене разговора.

— Ты когда-нибудь была в Волгограде? — повторил он вопрос. Сердце его теперь мелко дрожало от того, что он собирался сделать.

— Нет. Ни разу.

— Я через два дня лечу в Волгоград в командировку. Не хочешь составить мне компанию? — внешне Олег оставался спокойным, но внутри него бушевал страх. Что если Аня сейчас откажется?

— Я? — удивилась она.

— Да. Волгоград — очень красивый город. Там есть на что посмотреть и пока я работаю, тебе будет чем заняться, — Олег пытался соблазнить ее хотя бы достопримечательностями.

Аня не спешила с ответом, потому что не понимала, зачем Олег Викторович зовет ее с собой. В качестве кого?

— Или у тебя возникнут проблемы с родителями? — запоздало спросил он.

— Н-нет, — дернула Аня головой и добавила решительнее: — Нет, не возникнут.

— Ты согласна? — Олег с трудом сдерживал радость, рвущуюся наружу.

— Да, — она робко улыбнулась и тут же спохватилась: — Только у меня же занятия скоро начнутся.

— Это займет все несколько дней. К сентябрю мы вернемся.

Это «мы» отдалось внутри Ани волнительным трепетом.

— Хорошо.

Она оставила Олегу Викторовичу паспорт, чтобы он мог заказать билет и номер в отеле. Расставались они в тот день оба наполненные надеждой, что «мы» в их случае еще возможно. Аня сразу принялась собирать вещи, хотя голова ее шла кругом. Появился страх. Слишком стремительно все произошло. А если Олег Викторович имел в виду совсем другое? Они ведь даже не обсудили, в качестве кого Аня с ним поедет. И теперь она не знала, как себя с ним вести.

Вечером с работы пришла мама. По ее поджатым губам Аня поняла, что та была чем-то недовольна. И впервые это не вызвало у нее внутреннего напряжения. Но первой разговор она начинать не спешила.

— Сегодня приезжал Полянский? — наконец, спросила мама, переодевшись в домашнюю одежду.

— Приезжал, — кивнул Аня. — Откуда ты знаешь?

— Света из второго подъезда видела, как ты садилась в большую машину. Вы, что, общаетесь?

— А почему я не могу общаться со своим отцом?

— Ты сказала ему? — в глазах Ларисы мелькнул страх

— Сказала, — кивнула Аня.

— И… что?

— Он собирается меня удочерить.

— Что? — выдохнула мать.

— И, кстати, он был не в курсе, что ты уходила от него беременной.

Аня внимательно наблюдала за матерью. Та отвела взгляд, но лишь на мгновение, чтобы тут же снова посмотреть на дочь. Глаза ее пылали злостью.

— Ты веришь ему больше, чем мне? Ему плевать было на тебя двадцать лет назад. Думаешь, ты сейчас будешь ему нужна?

Аня покачала головой. Она надеялась, что мама сама во всем признается, но, видимо, уповать на это не приходилось.

— Он позвал меня с собой в Волгоград.

— Куда? Зачем? — опешила Лариса. — Только не говори, что ты согласилась. Даже не вздумай мечтать об этом. Я не позволю тебе ехать с Олегом.

— Почему? Он ведь мой отец. Что может он сделать мне плохого?

Аня даже не подозревала, что в ней есть такие артистические способности.

— К тому же, я никогда не была в Волгограде. А там очень красиво и интересно.

— Аня, ты сошла с ума? — Лариса не узнавала дочь. — Ты понимаешь, что все это… Все это…

Она никак не могла подобрать нужных слов, чтобы убедить Аню не ехать с Полянским.

— Мама, хватит, — устало произнесла Аня. — Я знаю, что Олег Викторович мне не отец. Мы сегодня получили результат анализа ДНК.

— Что? — опешила Лариса. — Вы делали тест ДНК?

— Конечно.

— Зачем?

— Чтобы узнать правду. Мам, зачем ты обманула? Зачем сказала, что он мой отец?

Аня смотрела на мать и искренне пыталась понять, к чему была вся эта ложь, которая на несколько месяцев превратила ее жизнь в ад. Она же чуть с ума не сошла, думая, что влюблена в родного отца.

— Да потому что защитить тебя, глупую, хотела, — закричала Лариса. — Ты думаешь, я ничего не понимаю? Думаешь, я глупая? Я прекрасно знаю, каким может быть Олег и как ты можешь легко потерять от него голову. Да уже потеряла. И я, в отличие от тебя, трезво смотрю на вещи и прекрасно понимаю, для чего ты ему нужна. Думаешь, любит он тебя? Слов, наверное, красивых наговорил. А ты и уши развесила, дурочка. Думаешь, такой мужчина, как Полянский, может серьезно к тебе относиться?

Аню слова матери больно задели.

— Он поиграет, потешит свое самолюбие и бросит тебя. И что потом? Ты же страдать будешь. Думаешь, любит он тебя, да? Наверное, звезды с неба пообещал. А ты в курсе, что он вообще-то женат? А знаешь, для чего ты на самом деле ему нужна? — губы Ларисы скривились в неприятной насмешке. — Отомстить он хочет. Мне. За то, что бросила его тогда. За то, что ушла к твоему отцу. Знаешь, как Олег за мной бегал?

Мать говорила это с гордостью, а Ане хотелось плакать.

— С ума сходил. В ногах валялся. А я предпочла твоего отца. Дура, конечно, была. Сейчас бы жила припеваючи, как его жена живет. Думаешь, Полянский весь из себя такой хороший? Характер у него не сахар. Сколько я от него натерпелась. Думала, изменится. А ни черта! Да и сейчас, думаю не изменился. Так что зря ты на него надеешься, Аня. Поиграет он с тобой и бросит.

Лариса скользнула по дочери неприязненным взглядом и ушла на кухню, а Аня так и осталась стоять посреди комнаты, пытаясь прийти в себя от той грязи, которую мама так щедро на нее вывалила. Внутри нее смешались ревность, обида и страх, что все это на самом деле правда. Впрочем, Олег Викторович ведь ничего ей не обещал. И в любви не признавался. Зачем же тогда позвал с собой в Волгоград? Ведь Аня была для него никем.

Первым ее порывом было отказаться от поездки. Потом она хотела позвонить Олегу Викторовичу и напрямую спросить, зачем она ему. Полночи представляла себе, что он на самом деле до сих пор любит ее маму, потому что в ее голове прочно засели слова Ларисы:

— Знаешь, как Олег за мной бегал? С ума сходил. В ногах валялся.

А разве такие сильные чувства могут забыться?

А, может, пока ждали результат анализа, он настолько свыкся с мыслью, что Аня его дочь, что теперь и на самом деле относился к ней, как к дочери? Тем более что Карина уехала в Москву.

В общем, к утру Аня так запуталась в своих страхах и сомнениях, что уже готова была отказаться от поездки и прекратить с Олегом Викторовичем всяческое общение. Но стоило ей только представить, что Полянского уже никогда не будет в ее жизни, как в груди Ани заныло. На такое она пойти не могла. И если он будет воспринимать ее только как дочь, то ей придется довольствоваться только этим, лишь бы быть рядом с Олегом Викторович. Поэтому едва Аня проснулась, как снова приступила к сборам. А после обеда позвонил сам Полянский, сообщив, что билет куплен и номер заказан. Правда, номера их будут в разных концах коридора, потому как рядом свободного не нашлось.

— Значит, жить мы будем в разных номерах, — разочарованно подумала Аня. — Значит, для Олега Викторовича я и в самом деле как дочь.

Было ужасно обидно и на ее глаза даже навернулись слезы, но Аня решительно запретила себе плакать. А вечером дома был большой скандал.

Она читала в своей комнате, когда услышала злой крик отца:

— Полянский?

Аня вздрогнула и повернула голову к двери. Та была закрыта.

— Саша, только не кричи, — пыталась успокоить мужа Лариса.

— Как ты вообще это допустила?

— А что я могла? — оправдывалась мама.

Дверь в комнату Ани распахнулась. На пороге стоял отец. Она никогда не видела его в такой ярости. Всегда спокойный и рассудительный, сейчас от него только что искры не летели. За спиной у него маячила Лариса.

— Это правда? — потребовал отец. — Правда, что ты связалась с Полянским?

Это его «связалась» звучало очень неприятно, словно бы их общение с Олегом Викторовичем было каким-то грязным.

— Папа, — Аня растеряно смотрела на отца.

— Какого черта ты едешь с ним куда-то? С чего вдруг? И почему я не знаю о том, что вы общаетесь? И почему вы общаетесь? Как вы вообще нашли друг друга?

— Я училась с его дочерью в училище, — ответила Аня.

— Ты знала, что его дочь учится там же? — развернулся он к жене.

— Да я его даже никогда там не видела.

— Врешь!

— Да я клянусь тебе, Саша, — Лариса затрясла головой. — Я не видела его столько лет. И если бы не Анька и не увидела, может быть.

— Что у вас общего? — посмотрел он на дочь. Аня не могла сказать ему правду, а никакая другая версия на ум не приходила, поэтому она молчала и в страхе смотрела на отца. — Почему ты едешь с ним в Волгоград? Это что еще за новости?

— Саша, успокойся.

— Что значит успокойся? У него не вышло с тобой, так он решил попробовать на нашей дочери? Как ты это допустила? Чтобы я его рядом с тобой не видел! Ты меня поняла?

— Папа…

— Я тебя спрашиваю, ты меня поняла? — он вылетел из комнаты, не дожидаясь ответа.

— Видишь, до чего ты отца довела, — бросила ей мать и пошла за мужем.

Аня опустилась обратно на кровать. Ей было страшно и непонятно. Папа никогда не позволял себе кричать на нее, даже в детстве. А сейчас он будто с цепи сорвался. Хлопнула входная дверь. Аня прислушалась. В квартире стояла тишина. Пугающая и давящая. Девушка вышла из комнаты, прошла на кухню, где за столом сидела мама. Она беззвучно плакала, но, увидев дочь, торопливо стерла слезы.

— Где папа? — спросила Аня.

— Ушел, — всхлипнула Лариса.

— Как ушел?

— Не знаю. Хлопнул дверью и ушел. Господи, только надеюсь не к Олегу пошел разбираться.

У Ани сегодня был вечер откровений и открытий. Сначала папа, бешено орущий на нее, а теперь плачущая и потерянная мама.

— Зачем папе идти к нему?

— Ненавидит он его, — прошептала Лариса.

— Почему? — удивилась Аня.

— Из-за меня. Твой отец любил меня еще до моего знакомства с Олегом. Но я все не обращала на него внимания. Потом появился Олег. А когда мы расстались, я пришла к Саше. Приняла его предложение и вышла за него замуж. Тогда еще Олег пытался меня вернуть. Они с твоим отцом даже подрались. Но я была слишком на Олега обижена. Глупая, молодая была, — Лариса грустно улыбнулась. — За отца твоего ему назло пошла. Любила Олега, а замуж вышла за Сашу.

Аня была шокирована признанием матери.

— И ты… Ты до сих пор его любишь? — спросила она шепотом.

— Да какой там! Нет, конечно. Просто увидела его рядом с тобой и испугалась, что отомстить он приехал. Что поиграет он с тобой и бросит.

Лариса виновато посмотрела на дочь.

— Или что через тебя меня вернуть хочет.

Аня опустила глаза. Грудь ее кольнула ревность. Ведь все это на самом деле могло оказаться правдой.

— Влюбилась в него? — спросила мама. Сейчас в ее голосе не было того яда, с которым она еще вчера разговаривала с Аней.

Дочь неуверенно кивнула.

— В него невозможно не влюбиться, — ухмыльнулась Лариса. — Но ты же должна понимать, что все это не может быть серьезно? Полянский женат и, думаю, разводиться ради тебя не станет. Такие, как он, заводят любовниц, но с женой не разводятся, чтобы не делить бизнес.

— Олег Викторович развелся, — тихо произнесла Аня.

— Что? — выдохнула мать испуганно.

— Но… Между нами ничего нет, мам. И он никогда мне ничего такого не говорил.

— Зачем же он позвал тебя с собой?

— Я не знаю, — честно призналась Аня.

— Поедешь?

Дочь молчала. После скандала с папой она не была уверена, что ехать в Волгоград — хорошая идея.

— Анька, ошибку совершаешь. Ну найди ты себе ровесника. Зачем тебе Олег? Он же в отцы тебе годится. Я и всю эту историю с его отцовством придумала, чтобы ты забыла о нем, выкинула из головы. Я ж не думала, что ты ему все расскажешь. Тест еще этот сделали.

Лариса отвернулась.

— Мам, а знаешь, каково мне было все это время думать, что он мой отец? Я же его люблю, — с обидой произнесла Аня.

— Люблю, — передразнила ее мать. — А ему твоя любовь нужна? Добавит тебя в свою коллекцию любовниц. А как надоешь, так выкинет.

Дочь молчала. Она боялась, что слова матери окажутся правдой. И не была уверена, что готова через это пройти. Выращенной в строгости, Ане хотелось любви первый раз и навсегда, чтобы долго и счастливо и в один день. А что если Олегу Викторовичу это совсем не надо? Но как спросить его об этом, если он даже не намекал на их близость? Может, в его голове и нет подобных мыслей? Аня была в конец растеряна.

Отец вернулся домой поздно, но ни Аня, ни Лариса еще не спали. И когда хлопнула входная дверь, обе вышли из своих комнат.

— Чего не спите? — недовольно спросил отец, включив свет. Он был не трезв. — Полянского ждете? Сдался он вам.

— Да что ты все заладил «Полянский» да «Полянский»! — не выдержала Лариса. — Двадцать лет прошло, а ты все не угомонишься. Где ты был? И почему ты пьяный?

Она скривилась.

— За здоровье вашего Полянского пил, — огрызнулся муж.

— Саша.

— Что Саша? Двадцать лет его не видел. И еще столько бы не видел, — он недобро зыркнул на притихшую Аню. — Что? Вещи уже собрала?

Она молчала, опустив глаза.

— Ну хоть город посмотришь. Красивый, — отец больше не взглянул на дочь, сразу пройдя к себе в комнату нетвердой походкой.

Аня с матерью растерянно переглянулись.

— Иди спать, — велела ей Лариса и ушла за мужем.

В ту ночь никто не спал, кроме Саши, уснувшего, едва его голова коснулась подушки.

Утром Аня боялась выходить из комнаты. Она лежала, завернувшись в одеяло, и слышала за стеной шаги и тихий разговор родителей. Слов разобрать не могла, но ей казалось, что они говорят о ней. Собранная сумка с вещами стояла у стены. И Аня собиралась сегодня же ее разобрать. Не поедет она никуда с Олегом Викторовичем. Не хочет она, чтобы родители из-за нее ссорились. Папа все равно никогда не сможет принять Полянского. Ане было больно. По щеке на подушку скатилась первая слеза. За ней вторая. Ну почему в жизни всегда так сложно?

Аня, уткнувшись в подушку, оплакивала свою так и не состоявшуюся любовь и даже не заметила, как осторожно приоткрылась дверь и вошел отец. Она только почувствовала, как у ее ног прогнулся матрац и испуганно вскинула голову. Папа смотрел хмуро, но сегодня он не злился.

— Ну чего ревешь? — спросил немного грубо. — Когда ж ты вырасти у меня успела?

Аня шмыгнула носом и, стерев ладонью слезы, села. Спиной оперлась на подушку.

— Любишь его?

Она опустила глаза, нервно теребя пальцами пододеяльник.

— Ему же сорок, Ань. Он же почти мой ровесник.

Не дождавшись ответа, отец вздохнул.

— И что в нем есть такое, от чего все женщины моей семьи теряют от него голову? — ни к кому конкретно не обращаясь, спросил он. — Эх, Анька, не для этого же я тебя растил.

— Я не сделала ничего плохого, пап, — по ее щекам снова потекли слезы.

— Я мог бы запретить тебе с ним видеться, но понимаю, что это глупо. Тебе не шесть лет и под замок тебя не посадишь.

Аня затаила дыхание, потому что чувствовала, что это не все, что хотел сказать отец. Но он молчал.

— Пап, он ведь ничего такого не сделал и не говорил мне, — осторожно произнесла Аня. — И у него ко мне ничего нет.

Она отвернулась, чтобы скрыть от отца разочарование и боль.

— Ничего нет, — проворчал он и, встав, подошел к окну. — Как же тебя так угораздило, Ань? Ровесников, что ли, не нашлось?

Аня молчала. Отец тяжело вздохнул.

— А ты чего лежишь-то? Или передумала ехать? — оглянулся он на дочь. Аня растерянно уставилась на него. — Смотри, улетит твой прынц без тебя.

— Пап…

— Что «пап»? — снова вздохнул он. — Волгоград и правда красивый город. Там есть на что посмотреть. На Мамаев курган съездишь.

— Пап…, — Аня была растеряна такой переменой в отце. Он, что, был не против ее поездки с Олегом Викторовичем?

— Сама решай, Ань. Но будь готова и сама потом нести за свое решение ответственность.

— Что это значит? — спросила она онемевшими губами.

— Это значит, будь готова к тому, что все может закончится не так, как в сказке. И прынц твой может оказаться крысой.

— Олег Викторович не такой, — прошептала Аня.

— Не такой, — хмыкнул отец. — Это ты мне потом расскажешь, какой он, когда пуд соли с ним съешь. Ох, сколько твоя мать от него ревела и сколько раз я ее утешал. Ан, нет, все равно потом к нему бежала, пока не лопнуло, наконец, ее терпение. Думал, не услышу больше о нем ничего. Но тут сюрприз преподнесла дочь, от которой я меньше всего этого ожидал.

— Пап, ну я же не виновата, — опустила она глаза.

— Не виновата она. Я, что ли, виноват?

Аня молчала, не зная, что сказать в свое оправдание.

— Во сколько самолет?

— Кажется, в два. Или пол второго, — расстроенно произнесла она.

— Ань, — начал отец, — не такого я, конечно, хотел тебе. Еще бы с ровесником смирился. Ну, пять лет разницы. Но, Ань, ему сорок. Двадцать лет! Это же пропасть, Ань. Ну чего ты молчишь? Ты только в жизнь вступаешь, а он… Ань.

— Мне все равно, сколько ему лет, пап, — Аня низко опустила голову, глотая слезы.

— Все равно ей! Башку ему оторву, если обидит. Так и передай.

Она вскинула на отца удивленный взгляд. В его глазах застыла печаль и какая-то тоска. Сердце Ани же недоверчиво дернулось и забилось чаще.

— Давай собирайся. Или прям в пижаме поедешь?

— Нет, — улыбнулась она сначала несмело, а потом шире. — Нет.

Отец бросил взгляд в окно.

— О, явился, — произнес недовольно. — Приехал твой прынц. Стоит вон, зыркает по окнам.

Аня вскочила с постели и подбежала к окну. Внедорожник Олега Викторовича был припаркован на единственном свободном на стоянке месте. Сам же он стоял, разглядывая двор. Дыхание Ани сбилось от восторга и счастья, в которое она сама боялась поверить.

— Иди собирайся, — велел отец, а сам вышел на балкон. Уже из ванной она услышала его голос:

— Позавтракать хоть дай ребенку.

Аня принялась чистить зубы с удвоенной скоростью. Еще не хватало, чтобы папа поругался с Олегом Викторовичем или сказал ему что-то лишнее. Она пронеслась мимо балкона обратно в комнату, наскоро оделась и, схватив сумку, рванула к выходу.

— Куда? — строго окликнул ее отец. — Сядь и поешь!

— Папа…

— Я сказал, завтрак в первую очередь. Подождет тебя твой прынц.

Ане пришлось сдаться. Она не чувствовала вкуса каши, а чай выпила одним глотком, боясь, что Олег Викторович может уехать. На прощание быстро обняла отца и, улыбнувшись ему, вылетела в подъезд.