Глава 32

Давид

Она сводит меня с ума. Я думал, что решение Богини не видеть меня пойдет нам обоим на пользу, что я остыну в Европе за эти недели, но…Хрен там валялся.

Я пытался. В Европе столько красивых женщин, на любой вкус. Проблема только в том, что ни на одну не стоит. Едва я касался кого-то, как в голове возникал образ Теи, и на смену желанию приходило отвращение. К самому себе. И злость на нее, что привязала к себе, что крепко засела в голове и никак не собирается оттуда выбираться.

Я не мог не приехать на свадьбу лучшего друга, брата и партнера. Я рад за Тимура и Эмму, они заслужили свое счастье, выстрадали. Я уважаю их обоих, и поэтому ко дню их свадьбы закрыл все вопросы и примчался на их праздник первым же рейсом, чтобы разделить их счастье.

И едва я вхожу в зал, как чувствую, что ОНА здесь. Моя Богиня. Но…как такое возможно?! Если только…если только она не в качестве чьей-то спутницы.

Так и есть. Какой-то хлыщ касается моей Теи, что-то шепчет ей на ухо. А она ему улыбается, сука! Я зациклен на ней, а у нее другой! У меня стояк на нее весь месяц, а ей пошлости на ухо нашептывает другой мужик! Зашибись, бля!

Еще и за один стол нас посадили! Ну, Кадыров, сука, я тебе потом припомню твои закидоны. Явно ведь с его подачи я сейчас сижу напротив и наблюдаю, как женщину, которая засела в моей голове, соблазняет другой мужик.

Но есть один нюанс.

Я ей тоже не безразличен. Потому что Тея не сводит с меня глаз и волнуется. Я вижу, как у нее то сжимаются, то разжимаются ладони, как она теребит салфетку и как глубоко и часто дышит. Так не реагируют на человека, на которого плевать. На такого вообще внимания не обращают. А она мужика своего, что слюни на нее пускает, не замечает даже.

В том, что Богине на него все равно я окончательно убеждаюсь тогда, когда она устраивает показательные выступления для меня. Когда со всех сторон показывает мне свое сексуальное платье и…как ее лапает этот чертов ухажер. Извини, мужик, но этим вечером, а, возможно, еще и ночью, она моей будет.

Гештальт. Мне нужно закрыть чертов гештальт и вычеркнуть мое гребаное прошлое из своей жизни!

Идти дальше.

И забыть нахрен Тею.

Навсегда.

Именно поэтому, когда она, призывно виляя задницей, идет в коридор, следую за Богиней. Не выдерживаю, заталкиваю в первое попавшееся помещение и впиваюсь в желанные губы.

О, да! Да! Да! Да, блять!

Тея отвечает мне! Сначала неуверенно и робко, как будто сомневается, а потом отдает всю себя, растворяясь в одном безумии на двоих. У меня внутри что-то взрывается, когда Тея начинает задыхаться от нахлынувшего на нас желания, когда ластится, как кошка, желая скорее получить желанный оргазм. И я подарю его тебе, девочка. Самый лучший оргазм в твоей жизни.

Это точно безумие. Я никого и никогда не хотел так, как Богиню! Ни семь лет назад, ни сейчас!

Рычу, кусая ее губы, наказывая за то, что позволяла другому касаться себя. Закидываю ее ногу себе на талию, ныряя рукой в разрез ее платья.

Нежно и медленно, заставляя плавиться от ожидания и удовольствия, веду пальцами по ее бедру. Дохожу до кромки чулок, провожу кончиками пальцев над ними.

Веду выше.

Еще…

Чувствую, как Тея напрягается в моих руках. Замирает и разрывает наш поцелуй. Дерзко смотрит в глаза и кривит пухлые, искусанные мной губы в наглой ухмылке. Сама при этом тяжело дышит, ее трясет от возбуждения.

Я нежно провожу по верху бедра, двигаюсь к ягодицам и замираю, глубоко и часто дыша. Со всей силы вжимаю пальцы в ее бедра, наверняка оставляя на них синяки.

Богиня скользит ладошками по моей груди, царапая ее сквозь ткань рубашки, чем заводит меня до предела, возбуждая еще больше.

От осознания и неожиданного открытия давно каменный член в штанах болезненно дергается, упираясь в ширинку.

Меня трясет от выходки Богини. А еще от того, что тот мужик, что бессовестно лапал мою девочку, наверняка тоже обнаружил этот маленький, но дерзкий сюрприз.

– Бляяять, Богиня, на тебе нет трусиков, – все же неосознанно вырывается у меня, пока я поглаживаю нежную кожу Теи, заставляя стонать.

– Даааа…

Я пьян. От нее пьян, и меня накрывает эйфорией. Она готовилась. Была уверена, что встретит меня, и у нас зайдет так далеко. Готовилась для меня, а не для урода в зале!

От этой неожиданной мысли мои предохранители сгорают. Здравый смысл сносит нахрен к чертям.

Допрыгалась, моя девочка. Игры закончились.