Глава 33

Давид

Подхватываю Тею под бедра и сажаю на ближайшую поверхность. Кажется, это стол. Задираю ее платье до талии и вклиниваюсь между ее широко разведенных ножек, упираясь стояком прямо между ног.

Тея стонет и хнычет, цепляясь за мои плечи.

– Давид, пожалуйста…

– Терпи, Богиня…Ты сегодня обязательно кончишь! И не раз!

Провожу по ее плечам, стягивая тонкие бретели, и оголяю ее шикарную грудь с тугими торчащими сосками.

– Бляяяя, Тея, я и забыл, какая у тебя охренительная грудь!

Наклоняюсь к моей девочке, сильно сжимаю грудь, а пальцами второй руки зарываюсь в ее волосы на затылке, откидывая голову назад, открывая себе больший доступ.

Целую ее в шею, спускаясь к ключицам. Целую нежно, невесомо, чередуя с сильным сжиманием сосков. Тея стонет в голос, еще шире разводя ножки в стороны и откидываясь назад. Предлагая себя, доверяя мне безоговорочно.

Веду языком ниже, обводя контур груди, рукой спускаясь прямо к развилке между ног.

– Боже, как я хочу тебя, Тея…– шепчу, прикусывая сосок, вызывая глухие и гортанные стоны Богини, что ласкают мой слух. Ты еще сорвешь сегодня горло, моя девочка. Я тебя никуда не отпущу, пока не выпью до дна!

– Давииииид! – стонет, раскидывая руки в стороны и царапая поверхность стола. – Пожалуйста! Прошу…

Тея обвивает мою талию ногами, впиваясь шпильками мне в задницу и подталкивая вперед.

– Не спеши, Богиня, – усмехаюсь, продолжая игру, мучая нас обоих. – Хочу твой оргазм. Хочу смотреть, как ты кончаешь. Никто не делает это так потрясающе, как ты.

Сжимаю пальцы вокруг ее лодыжки и отвожу ногу в сторону, открывая для себя. Ее складочки блестят от влаги. Она мокрая! Мокрая для меня!

Это осознание рвет мне крышу, меня самого трясет от перевозбуждения, но первый оргазм – Теи.

Провожу пальцами по складкам, размазывая влагу. Тея выгибается, двигаясь за ними, стараясь получить большее, и я даю ей все, что она просит.

Погружаю в нее сразу два пальца, и ее стенки тут же с силой меня сжимают. Бляяяя, какая же она горячая и тугая! Представляю, как стенки ее лона сжимают мой член, и едва не кончаю в штаны, как сопливый пацан, которому впервые показали сиськи.

Поглаживаю ее стеночки, наслаждаясь ее всхлипами и тем, как Богиня извивается подо мной. Тея поднимается на локтях и смотрит на меня пьяными глазами. Жадно наблюдает за всем, что я делаю. И в голову приходит мысль подразнить ее.

Вынимаю пальцы под жалобные и разочарованные стоны Богини и медленно облизываю с пальцев ее возбуждение. Тея не сводит с меня глаз и невольно проводит кончиком языка по губам.

– Ты такая сладкая, Тея…Невероятная…Как раньше…Хочешь попробовать себя на вкус?

– Хочу! – дерзко отвечает Богиня и притягивает меня за шею, впиваясь в мои губы в диком поцелуе и слизывая свои соки.

Она зарывается в волосы на моем затылке, не позволяя отстраниться. Возвращаю пальцы ей между ног, раскрываю складки и массирую заветный чувствительный бугорок. Тея стонет прямо мне в рот, то обнимая, то впиваясь ноготками в мое тело.

Хочу еще поиграть с Богиней, но она неожиданно разрывает наш поцелуй, откидывает голову и застывает в немом крике. Ее выгибает, ножки дрожат, и из ее сладких губ вырывается гортанное:

– Давид…

От того, как сладко она произносит, как ее трясет в моих руках, меня колошматит, как будто я тоже вот-вот кончу за ней только от одного вида оргазма моей Богини.

Отрываюсь от желанного тела, отпускаю на несколько секунд, чтобы расстегнуть ремень и наконец-то оказаться внутри горячего лона. Но Тея, все также тяжело дыша, отталкивает меня и соскакивает со стола, пошатываясь на каблуках. Не ожидая от нее такого, я покачиваюсь, делаю несколько шагов назад и едва не падаю.

– Тея?

Богиня отбегает к двери и нервно приводит себя в порядок, расправляя платье и приглаживая волосы.

Меня накрывает яростью от осознания того, что мной, кажется, только что грязно воспользовались. Делаю шаг вперед, но Богиня оказывается проворнее: щелкает замком и выбегает в коридор.

– Какого хера ты творишь? – рычу, пытаясь поправить брюки, чтобы стояк впирал не так явно. Но хер там, член как каменный, раздразнила ведьма!

– Это тебе за шлюху, милый, – коварно улыбаясь, щебечет стерва. Делаю шаг вперед к ней, но Тея отступает еще дальше по коридору. Вдали слышатся голоса и приближающийся стук каблуков.

– Тея, вернись! – хреначу кулаком в стену, разбивая костяшки в кровь, но сучка с торжествующей улыбкой качает головой и поворачивается ко мне спиной. Я рычу и все же кидаюсь за ней, но ее следующие слова пригвождают меня к полу.

Богиня оборачивается, и выражение ее лица резко меняется: на нем застыли боль, тоска и печаль. В глазах скапливаются слезы.

– Тогда, семь лет назад, я тебе не изменяла, Давид.