Глава 11

Этот вечер казался бесконечным, в череде сменяющихся как в калейдоскопе событий. Отнеся Дарину в комнату, я вернулся в кухню, где на меня смотрел уже осмысленным взглядом её муж. Пока муж. Но я сделаю всё возможное, чтобы это «пока» длилось недолго.

— Ты кто такой? Какого хрена тебе здесь надо? — прорычал этот урод.

— Я тот, кто может превратить твою жизнь в сущий кошмар, — надвигаясь на него, сжав кулаки, ответил я.

Первый мой удар пришёлся в солнечное сплетение, и мужик согнулся пополам, хватая ртом воздух, второй — по почкам… Я бил монотонно, раз за разом вколачивая кулики в его рыхлое обрюзгшее тело.

— Харе, я понял, всё, хватит, — орал он, но ярость застилала мой разом.

— Понял? Что ты понял?

— Всё! — скулил он.

— Что-то не очень убедительно поёшь, — оскалился я. — Пожалуй, надо продолжить профилактику домашнего насилия. Чтобы даже в мыслях не было повторить.

— Не надо, прошу.

Но его вопли приводили меня в ещё большую ярость.

Дарина тоже наверняка просила, и дети. Он остановился? Нет! Я видел его красное от злости лицо, искажённое ненавистью, его попытки выкинуть девчонку из окна. Она кричала! А он лишь насмехался. Так имею ли я право останавливаться сейчас? Тоже нет! Он явно не прочувствовал всё то, что я пытался до него донести. А раз так…

Схватив его за руку, я точным движением вывернул её в нужную сторону. Хруст плечевого сустава разрезал возникшую в кухне тишину, за ним последовал надрывный вой. Повторный резкий рывок и плечо встало на место.

— Цени моё милосердие. Я ведь мог и не вправить, а то и вовсе порвать связки или сломать кости, — прорычал, склонившись над трясущейся и стонущей кучей дерьма, по ошибке зовущейся мужиком. — Если хотя бы на шаг приблизишься к Дарине и детям, я выверну каждый твой сустав, а потом переломаю все кости. Поверь, я умею это делать. Ты меня услышал?

— Да, — прохрипел он.

— Отлично.

В подъезде послышался топот обутых в берцы ног. Похоже, кто-то из соседей вызвал полицию. Ввалившиеся в квартиру несколько человек, подтвердили моё предположение.

— Стоп, ребята, этот крендель свой, — окликнул бравых парней, кинувшихся на меня, знакомый командный голос, который я узнал бы из тысячи других.

— Горский, — усмехнулся, глядя на то, как друг, стоя в коридоре, стаскивает балаклаву.

— Здорово, Оболенский, — протянув руку, усмехнулся он. — Ты чего тут честных граждан пугаешь звериными воплями?

— Это не я, — качнул головой. — Ты же знаешь, я и мухи не обижу.

— Да, уж я-то знаю, — заржал он, как конь. — Так что случилось?

— Домашнее насилие. Вот этот хрен жену решил из окна выкинуть, ну и… Пришлось вмешаться.

— А тебе в этом деле какой резон? — продолжал свой расспрос майор.

— Девчонка хорошая, надо было помочь. Да и детки…

— Дяденька Ялослав Ломанович, у мамы на лобике кловь, — дрожащий голосок Кирюхи прервал наш разговор.

Обернувшись на звук, Горский присвистнул.

— Нифига ж себе, Оболенский. Ну ты… Детки, говоришь… И когда только успел?

— Сам бы хотел это знать, — пробормотал себе под нос, выходя из кухни. — Тимоха, ты тут разберись, пожалуйста. Закрой этого гада до выяснения. Заява на него будет чуть позже. Сам же слышал… В больницу нам надо.

— Слышал, слыша, — усмехнулся друг.

— Дяденька Ялослав, а можно я с вами, не хочу оставаться дома с папой, — выглянула из комнаты Варюша.

— Ну ты, Ярый… зверь, — ошарашенно выдохнул Горский, таращась на близнецов. — Третий детёныш нигде там не прячется, случайно?

— Нет, их только двое. И то не факт, что мои.

— Да ладно, тут к гадалке не ходи. Никакой тест ДНК не нужен.

Почему-то очень хотелось, чтобы его слова оказались правдой. Запали мне эти близнецы в душу. Впрочем, их мать тоже. Но пока не увижу доказательств… Верить на слово меня отучили. Да и что-то никто не торопился меня ни в чём убедить. Наоборот даже.

— Разберёмся, — припечатал я, прерывая высказывания друга. — Горский, будь другом…

— Нет, даже не проси, — обронил он, сделав вид, что очень занят, роясь в каких-то бумажках.

— Ты же ещё не знаешь, что именно я хотел попросить.

— Знаю, поэтому и говорю — нет. Я и дети — несовместимы. Присмотреть не смогу, бери с собой.

— Гад ты великовозрастный.

— А минуту назад говорил, что друг, — фыркнул он.

— Одно другому не мешает, — поддел я.

— Иди уже, пока не закрыл тебя за компанию с этим, — он кивнул в сторону мужа Дары, сидевшего на полу.

Судя по взгляду, от алкоголя в его крови не осталось и следа. Зато презрения там плескалось с избытком. Ладно, с этим ещё успею переговорить, сейчас пора заняться более важными делами.

Оставив мужа Дары в компании полиции, я направился к ней.

Повязка на лбу девушки, пропитанная кровью, выделалась ярким пятном на бледном личике. Дыхание было поверхностным и прерывистым. Разошедшийся шов — это ещё полбеды. Главное, чтобы более серьёзного ничего не обнаружилось.

Надо было сразу вызывать скорую и отправлять девчонку в больницу, а не устраивать здесь самосуд. Если с ней что-нибудь случится… Никогда себе этого не прощу.

— Так, детвора, ну-ка быстренько одевайтесь, обувайтесь и за мной. Повезём вашу маму в больницу.

— А что будет потом? — надевая шапку на голову сестры, хмуро уточнил Кирюшка.

Кстати, хороший вопрос.

— Разберёмся по ходу дела.

Но будет много чего интересного, в этом я даже не сомневался.