Глава 30. Я все решу

Катя

— Катя, доброе утро, — здоровается Руслан, — я получил отчет.

— И что там? — интересуюсь я, затаив дыхание.

— Ничего. Разве что одна машина.

Я охаю про себя. Совсем не такого ответа я ждала!

Зверев называет номер, но я знаю его и так, ведь езжу на этой машине уже несколько лет.

— Совсем-совсем ничего? — зачем-то переспрашиваю, неловко переступая с ноги на ногу.

И сама же качаю головой. Можно подумать, от моего вопроса внезапно что-то нарисуется.

— Совсем. Я тщательно проверил любые активы, все движимое и недвижимое имущество, в том числе за рубежом.

— Я поняла, спасибо огромное.

— Я могу помочь чем-то еще?

Ловлю себя на желании рассказать о ситуации с Лоренцо Росси, но в итоге отвечаю:

— Нет, ты и так помог.

Не могу ведь я решать все проблемы с его помощью, он ведь не мой личный Дед Мороз, в конце-то концов. Наверняка у него и своих проблем по горло.

Кладу трубку и медленно веду взглядом по выкрашенной стене лестничной площадки, разочарованно поджимая губы.

Мысли снова возвращаются к мужу. Все еще не могу принять, что Руслан ничего не нашел. Однако я уверена: будь на мне хоть что-то, он бы узнал. Он производит впечатление человека, который всегда доводит дела до конца, и если что-то делает, то делает основательно.

Четко осознаю, откуда мое разочарование: я так хотела объяснить поведение мужа каким-то неучтенным фактором, а его нет! Неужели все, что говорил Игорь, правда? И он хочет меня вернуть просто потому, что любит?

Оказывается, верить в корысть с его стороны было куда проще.

Да уж, Катя. Сама придумала, сама поверила.

Ладно, об этом я подумаю потом, а пока надо сознаваться в косяке с Лоренцо.

Я тяжело вздыхаю и иду к мужу. Робко стучу в дверь и слышу громогласное:

— Войдите.

Захожу и неловко пристраиваюсь на краешек кресла, что стоит напротив его стола. Неестественно выпрямляю спину и замираю.

Игорь приподнимает бровь, прокашливается:

— Ты что-то хотела?

— Да, я по работе.

Он сразу подбирается, выпрямляет спину.

— Слушаю.

Рассказываю все как есть, ничего не упуская.

— Я не знаю, — под конец срывается мой голос, — где мне брать такие деньги!

Игорь сводит брови к переносице, сцепляет пальцы в замок и подается вперед.

— Что-то я не понял, — хмыкает он. — Хорошо, допустим, вы согласовывали дизайн и материалы частично по телефону. Это обычный рабочий процесс. Но проект ведь крупный, дорогостоящий. Тем более с иностранцем. Ладно, если речь о каком-то минимальном объеме работ, где может быть достаточно более простого документа, но тут на финальном этапе все равно должен заключаться договор в полной комплектации, включая визуализацию интерьера. Я ни за что не поверю, что вы этого не сделали.

Я пялюсь на мужа и чувствую, как щеки заливает краска стыда. Даже уши начинают гореть.

Вот это я балда! Работница года, блин.

Как подумала, что не весь процесс подтверждала в переписке и на какую сумму встряла, так и накрыло паникой. В тот момент вообще все из головы вылетело, кроме одного вопроса: где взять такие деньги?!

Да и, как правило, обычные договора у нас выглядят попроще, но с Лоренцо ведь действительно в итоге подписали максимально полный договор.

Как я могла об этом забыть? Корю себя на все лады за девичью память. Честное слово, объяснить ее больше нечем, кроме как нервами в связи с разводом.

Я опускаю взгляд, рассматривая свои ногти, глухо шепчу:

— Заключали…

— Перенервничала, забыла? — с участием интересуется муж.

Киваю.

— Тогда иди ищи договор. Предъявим его Лоренцо, и все.

Я киваю, подскакиваю и несусь к себе. Пока роюсь в ящиках с договорами, меня не отпускает подспудная мысль: чего тогда Росси так орал, если сам все подписал? Ладно я забыла, но и он, что ли, тоже?

Вот и нужный документ.

Я начинаю его листать, дохожу до кухни и до ее визуализации, и мрачнею. Мрамор. Здесь мрамор, а не оникс.

Как это возможно? Этого не может быть, потому что этого не может быть!

Сердце снова пускается вскачь, и я чувствую, как дрожит подбородок.

Я так напрягаю память, что в голове начинает шуметь. Память услужливо подкидывает воспоминания: вот я отправляю документы Софии. Но это тот самый, первый вариант, с мрамором.

До подписания со своей стороны Лоренцо выбирает другой материал, и я отправляю переделанный договор. София принимает его, отвечает, что отправит почтовой службой.

Вот документы у меня, я начинаю их проверять. Тут ко мне в кабинет вваливаются клиенты. Дородная блондинка с пухлыми губами и щуплый мужчина, который, похоже, боится не только жену, но и собственную тень.

Блондинка машет перед моим лицом ярко-красными ногтями, жалуется, что мы подсунули ей дорогую мебель, а она нашла точно такую же дешевле.

Она так бушует, и от нее так пахнет какими-то приторно сладкими духами, что я невольно морщу нос. Бегло пролистываю договор с Росси на предмет наличия подписей на каждой странице и откладываю его на край стола, в стойку с готовыми договорами, откуда их каждый вечер забирает секретарь. Переключаюсь на блондинку.

И все. Потом я про договор и не вспомнила. В голове отложилось лишь то, что подписи есть. Ну, а работала уже по документам с компьютера.

Выходит, София все-таки перепутала и отправила старую версию. Но и я хороша, надо было перепроверить. Как ни крути, а отвечать мне.

Я выхожу из кабинета, прислоняюсь к стене и стону в голос:

— О-о-о!

И винить некого, только себя и свою невнимательность.

Плечи уныло смотрят вниз, и я, еле перебирая ногами, снова иду к Игорю.

— Нашла? — встречает он меня бодрым тоном, но сразу мрачнеет, видя мое лицо. — Что не так?

После моих объяснений он крепко задумывается, потирает щетинистый подбородок ладонью.

— М-да-а-а…

И это его «м-да» звучит как суровый приговор. Я опускаюсь в кресло и невольно всхлипываю, боюсь поднять взгляд на мужа.

А потом из глаз и вовсе бегут слезы, и я закрываю лицо руками.

— Кать, — вдруг сбоку раздается его голос.

Оказывается, Игорь обошел стол и стоит рядом, кладет ладонь на мое плечо и легонько его сжимает.

— Что?

— Не плачь, пожалуйста. У меня есть идея. Я все решу.

— Что ты решишь? Мебель назад не примут, а на новую у меня денег нет!

— Примут. Я договорюсь, — твердым тоном убеждает меня муж.

— А если не получится договориться? — возражаю я.

— Если не выгорит, перепродам эту кухню кому-то еще. У меня много связей, кто-то да возьмет. Не переживай, все будет хорошо.

И голос у него такой уверенный, что на секунду я и сама начинаю верить, что все получится.

— Почему ты мне помогаешь? — вырывается из груди.

— Странный вопрос, — изгибает бровь Игорь, и в его тоне слышны нотки горечи. — Я твой муж, я должен тебя защищать. Все, иди работать. С поставщиком я поговорю сам. И с Лоренцо тоже.

— Я… — не знаю, что сказать, поэтому лепечу: — Спасибо.

Я выскальзываю из кабинета Игоря, прикладывая руку к ухающему сердцу.

Возвращаюсь к себе, и Галина кивает на мой стол:

— У тебя тут телефон разрывается.

Я хватаю мобильный и вижу шесть пропущенных вызовов от хозяйки квартиры, которую снимаю.

С лица сходят все краски. Почему-то связать ее звонок с чем-то хорошим не выходит. Перед глазами проносится вереница безрадостных кадров: прорвало трубу, и я затопила соседей снизу. Потекла стиралка, и результат тот же. Или еще что похуже. Иначе с чего бы ей звонить шесть раз подряд?

Я качаю головой, прикрывая глаза и болезненно хмурясь. Да сколько можно-то? Это все когда-нибудь закончится?

Но делать нечего, я выдыхаю и снова включаю экран телефона. Открываю список звонков, и тут всплывает сообщение. От Руслана.

«У меня есть еще одна идея. Позвоню вечером, обговорим».

Хм, что за идея?

Узнаю потом. А пока меня ждет разговор с хозяйкой.