Глава 41. Давай сделаем это

Катя

Я сижу в спальне Ольги одна. Провожу рукой по шелковому покрывалу, которым застелена ее кровать, снова и снова осматриваю комнату.

Если я — она, то почему я не узнаю ни этот дом, ни спальню, ни самого Руслана?

Разве такое возможно?

Однако рассказ Руслана никак не идет из головы. Он оставил меня одну по моей просьбе с полчаса назад, но его слова, его взгляд, его голос и запах будто до сих пор со мной.

— Разве ты до сих пор не поняла, — печально усмехнулся он в ответ на мой вопрос, — почему я тебе помогаю?

— Если бы поняла, не спросила бы, — пожала плечами я.

— Все просто. Потому что я влюбился в тебя, Катя.

Мое лицо стремительно вытянулось после его слов. Я с сомнением посмотрела на него. Не шутит, вон какой серьезный.

— Ты ведь видишь во мне Ольгу, ее и любишь. — Голос помимо воли засочился горечью.

— Это не так. Неужели ты считаешь, что тебя не за что любить? Ты прекрасный человек. Ты стойкая, в тебе есть стержень. При этом нежная и ранимая. Целеустремленная. Умная. Добрая и отзывчивая. Ты…

— Угу, — перебила его я. — Наверняка это все относилось и к Ольге, да?

— Ты права. Относилось. Но я думаю именно о тебе. О том, какая ты замечательная и заботливая мать, как светишься рядом с Сашей. О твоей яркой и солнечной улыбке. О том, как ты прикрываешь глаза, обнимая ладонями кружку и втягивая носом запах свежесваренного кофе. Как прикусываешь карандаш, когда работаешь и задумываешься. Как поешь себе под нос, когда накрываешь на стол и думаешь, что тебя никто не видит.

При этих словах я почувствовала, как щеки наливаются румянцем. Руслан подошел ко мне, провел рукой по щеке, и сердце сразу начало биться быстрее от этой нехитрой ласки.

Он улыбнулся:

— Да, мне нравится, и когда ты вот так мило краснеешь. — Снова стал серьезным, добавил: — Катя, таких мелочей масса, и всего этого Ольга не делала.

Я смотрела на него, не отводя взгляда, и он его выдержал. Я не почувствовала ни увиливаний, ни желания что-то скрыть.

— Ты мне веришь? — Его голос проник внутрь, завибрировал там, вызывая трепет.

— Верю. Руслан, тогда почему ты так хочешь выяснить, правдивы ли мои воспоминания и моя жизнь? Может, оставить это в прошлом? Давай просто сойдемся на том, что я не она.

Руслан нахмурился, его лицо стало жестким.

— Потому что если это все правда и кто-то провернул с тобой… с нами такое, он не остановится, пока не достигнет цели.

— Какой цели?

— Я не знаю. Но обязательно докопаюсь до правды. Уверен, это напрямую связано с разговором Игоря, который ты подслушала. Не зря ведь он боится того человека.

— Думаешь, это все из-за денег?

— Вряд ли. Слишком сложный план. Если все из-за денег, проще было… — Он осекся, не договорил, но я и без того поняла посыл: проще было убить меня или его. — Тут что-то другое.

Мне снова стало страшно. Я все еще не могла поверить, что я Ольга, но Игорь явно не просто так темнил и собирался от кого-то защищать. Надо все выяснить.

— С чего ты хочешь начать? — Голос задрожал.

Руслан устремил на меня долгий, сканирующий взгляд, затем прямо, без увиливаний сказал:

— Личные вещи Ольги хранятся дома. Сделаем ДНК-тест.

И я не выдержала. Попросила его уйти, дать мне время. Не выдержала, потому что мне безумно боязно.

Я кристально ясно осознаю: после этого все изменится.

Разум продолжает отчаянно цепляться за ту жизнь, которую я знаю.

Несколько минут я сижу в полной прострации, а в голове — безумная карусель из разрозненных мыслей. Это все не может быть правдой, потому что это ведь я! Не богатая наследница, не великий ученый, не какая-то особенная. Простая девушка из деревни.

Впрочем, есть несколько деталей, которые меня смущают, поднимают изнутри мучительные сомнения.

Во-первых, упорство родителей и их отношение ко мне после измены Игоря.

Во-вторых, меня влечет к Руслану почти с первой встречи, и чем дальше, тем больше. Разум упрямо отнекивался, и я находила отговорки, почему не время для серьезных отношений, но влечение на уровне тела было изначально, еще до того, как я узнала его получше. Может, его объятия показались такими уютными и родными не просто так?

Тут же трясу головой. Нет, этого слишком мало. Он очень привлекательный мужчина, успешный, уверенный в себе. К такому будет тянуть любую.

К тому же как, ну как мне поверить в то, что все мои воспоминания ложные? Да, я знаю о гипнозе, но разве можно достичь такого простым гипнозом? Сомневаюсь.

И как принять, что мои родители вовсе мне не родители? Разве можно так притворяться столько лет подряд? Да и зачем им это? Если бы кто-то им заплатил за эту дикую игру в моих мать и отца, то они жили бы куда лучше, чем сейчас. Разве пошел бы кто-то на такое из чистого альтруизма? Вряд ли. Но у них нет ни особых средств, ни дорогих покупок. Ничего, что намекнуло бы на вольготную жизнь.

И Ваня. Он ведь поддержал мое решение развестись. Почему? Разве он не должен был вторить родителям?

Мозг перескакивает с родителей и брата на Игоря. Я вспоминаю наше знакомство, как жили вместе, а затем мозг услужливо подсовывает одно из воспоминаний.

«Катюшкин, на шестую годовщину отвезу тебя в Москву. Пора посмотреть столицу», — крепко прижимая к себе и целуя в шею, сообщил он.

Я тогда удивилась, почему именно в столицу, а не на какой-нибудь морской курорт, как обычно. А ведь Руслан жил именно тут до переезда. Что, если это как-то связано? И почему именно на шестую годовщину? Не пятую, не седьмую…

Затем перед глазами снова проносится та грязная сцена в квартире Игоря и разборки в гостиничном номере с ним и сестрой.

И тут меня словно окатывает ледяной водой.

«Я всем с тобой делилась, сидела с тобой, считай, растила…» — в запале прокричала я сестре тогда.

«Ты? Меня? — У Маши вместо лица мерзкая гримаса злости. — Меня мама растила!»

А потом она будто спохватилась и пробурчала: «Ой, подумаешь, пару раз посидела».

Может ли быть так, что она оговорилась не случайно? Тогда я не придала этому значения, посчитала, что она хочет меня уязвить. Вдруг все не так?

И ее фраза, что я не вижу дальше собственного носа…

— О-о-о, — мучительно стону вслух.

Так, все, хватит. Это игры разума! Выискиваю фиг знает что фиг знает для чего.

Однако тело снова пробивает нервная дрожь, и я сжимаю рукой покрывало на кровати, невольно его комкая.

Сижу так с минуту, а потом упрямо сжимаю челюсти и подскакиваю.

Пытку такими воспоминаниями и подозрениями я долго не выдержу, продолжу сомневаться в собственной жизни и изводить себя. Это надо прекратить. Тем более тест ДНК наверняка докажет: я не Ольга. А раз так, надо его сделать.

Я спускаюсь вниз и натыкаюсь на экономку, прошу проводить меня к Руслану.

Вскоре приоткрываю дверь в его кабинет.

— Можно?

— Заходи.

Руслан приподнимается из кресла при виде меня, всматривается, пытаясь понять, в каком я настроении. О, в самом решительном!

— Давай сделаем это, — твердо заявляю я и добавляю: — Я про тест.

— Я понял, — сосредоточенно говорит Руслан. — Сегодня же отправим материал в лабораторию. Потороплю с результатами. Кстати, — кивает он на лежащий на столе сотовый, — я только что узнал, с кем говорил Игорь.

— С кем? — замираю я.

— С твоей матерью.

Внутри все леденеет, стягивает в тугой узел.

«Вы понятия не имеете, что он с ней сделает! Если вам все равно, то мне нет», — всплывают в памяти слова Игоря. Я мотаю головой. Значит, все равно на меня… моим родителям?

— Он ведь общался на «вы», — надтреснутым голосом шепчу я.

— Возможно, говорил сразу и с отцом, и с матерью, — предполагает Руслан. — Номер точно этот, и время сходится.

Ноги перестают держать, я подхожу к креслу, обессилено в него падаю и беспомощно смотрю на Руслана. Глаза наливаются слезами.

Теперь я совсем не так уверена в результате теста, как пять минут назад.