Глава 13

Глеб

Целую её плечо, одновременно обхватывая ладонями запястья, заставляя убрать руки и больше не прикрывать наготу. Даша слабо сопротивляется, но Ник тут же опускается и прихватывает губами её сосок, сжимая ладонью вторую грудь. Завожу Дашины руки ей за спину, сжав запястья, целую чувствительное местечко за ухом и слышу её прерывистый вдох.

— Вот так, помнишь? — шепчу ей на ухо, от чего Даша вздрагивает. — Помнишь, как тебе это нравилось сегодня ночью?

Огонёчек шепчет что-то бессвязное. Её трясёт, а ладони она сжимает в кулаки.

Сдерживать себя нет больше сил. Хочу её до боли, до сумасшествия. В голове будто взрыв сверхновой, когда она вот так стонет от наших ласк и выгибается, как кошка, навстречу прикосновениям.

Наматываю её волосы на кулак, заставляя выгнуться ещё сильнее. Ник, оторвавшись от груди Даши, подцепляет пальцами край шортиков и тянет их вниз вместе с бельём. Я заставляю её повернуть голову и впиваюсь жадным поцелуем в губы. Даша стонет мне в рот и неуверенно приоткрывает их, позволяя мне ворваться языком.

Прикрываю глаза и пытаюсь сдержаться, чтобы не накинуться на Дашу как дикое, обезумевшее от похоти животное. Огонёчек напрягается и прижимается к моей груди с громким стоном. Открываю глаза, отрываясь от её губ, и вижу Ника, который ласкает Дашин клитор пальцами. Брат быстро опускается на колени, закидывает Дашину ногу себе на плечо и делает то, что до ломоты хочу сделать я — пробует её на вкус.

Придерживаю Огонёчка, которая дрожит уже всем телом, и, сместив руку с рыжей гривы на её грудь, сдавливаю сосок двумя пальцами. Каменный стояк мешает думать здраво, а Дашины стоны доводят до неистовства. Отпускаю её запястья и начинаю ласкать грудь уже двумя руками, неосознанно подаваясь бёдрами вперёд в старом, как мир, движении. Мать вашу, как же я хочу оказаться в ней!

— Остановитесь, — просит Даша, всхлипывая.

— Нет, маленькая, этой ночью ты тоже кончишь. С нами. Много раз, — обещаю ей и аккуратно шлёпаю по аппетитной попке. И сам дурею от этого звука.

Ник поднимается на ноги, чёрными, как сама бездна, глазами скользя по Дашиной фигуре. В его взгляде безумие. Уверен, брат тоже на грани. Огонёк недовольно поджимает губы и жалобно стонет, подаваясь бёдрами назад. Сильно прижимается к моему стояку, а я готов взвыть от желания. Разворачиваю Дашу к себе лицом и снова пробую на вкус её губы. Ник собирает её волосы, проводит языком по плечам Даши и спускается по спине. Огонёк опускает руку, просовывает сквозь резинку моих штанов и, обхватив каменный член ладошкой, проводит ею снизу вверх, ласкает головку. Моё самообладание летит к чертям, а вокруг словно заканчивается кислород. Мышцы сводит от желания, всё тело как струна.

Оглядываюсь вокруг и вижу добротные садовые кресла. Переглядываемся с братом, подхватываем Дашу и движемся в их направлении.

Огонёчек с совершенно безумным взглядом снимает с меня брюки и нетерпеливо подталкивает в кресло, садится сверху и сама опускается на мой член, закатывая глаза. Я готов зарычать от крышесносных ощущений — горячо, тесно и, мать вашу, правильно!

Неуклюже двигаясь, Даша протягивает руку к брату. Пытается стянуть с него штаны, с мольбой смотря в его глаза. Ник одним рывком снимает одежду, а Даша, немного подавшись в сторону, тут же обхватывает его член ладонью и вбирает в его в рот.

Хватаю Огонёчка за бёдра, сам контролируя движения. Всё, тормоза сорваны, а знак «стоп» мы проехали остановку назад, даже не заметив. И когда Даша с громким стоном начинает сжиматься и сокращаться вокруг меня, увеличиваю скорость, продлевая её удовольствие.

Поднимаюсь с кресла с ней на руках и несу на большой стол. Ник довольно хмыкает, ему нравится моя идея.

Опускаю Дашу на столешницу и широко развожу её ноги в стороны. Блядь, она идеальная даже там. Огонёк стонет, а мышцы её лона всё ещё сокращаются. Она снова смотрит на Ника. Брат подходит ближе и встаёт так, чтобы Даше было удобно его ласкать.

Выдохнув со свистом, я прикасаюсь губами к её клитору. Даша вздрагивает всем телом и глухо стонет, лаская член брата, вбирая его в себя, облизывая головку. Я провожу по клитору языком и ещё шире развожу бёдра Даши в стороны, открывая себе доступ. Ласкаю её языком и губами, пока Огонёк снова не начинает дрожать в конвульсиях.

Хищно улыбаюсь и вхожу в неё одним резким рывком. Несколько движений — и в глазах темнеет. Хватаю член рукой и, судорожно дыша, почти падаю на Дашу и кончаю на землю.

Наши тела мокрые от пота, моё сердце, кажется, вот-вот выскочит прямо в ладошку рыжему наваждению. Иду к лежащему на земле шлангу, включаю ледяную воду и встаю под тугие струи. Меня немного отпускает, но в груди по-прежнему горит, когда я вижу, как Ник трахает Дашу на столе, придерживая за бёдра. Как играют его желваки, и как он закатывает глаза в предоргазменных судорогах.

Блядь! Эта рыжая девчонка, кажется, посадила нас на цепь, даже не осознавая этого. И мы, как верные псы, готовы скулить у её ног.

Выключаю воду. Меня бьёт током, когда встречаюсь с Дашей взглядом. Затуманенным взором она смотрит на меня. Её глаза заволокло дымкой удовольствия, тело влажное от пота, а соски острые и призывно торчат, словно приглашая, повелевая поцеловать. Втянуть в себя и доставить ей по максимуму кайфа.

Откидываю шланг в сторону и подхожу к Даше. Опускаюсь и захватываю в плен её сосок. Огонёк прижимает мою голову сильнее, и я не могу сдержаться и мягко прикусываю острую вершину, слыша её гортанный стон.

Уже ничего не вижу, но слышу, как Ник достигает долгожданной разрядки. И так же, как и я, идёт к шлангу и поливает себя ледяной водой.

— Стол жёсткий, — шепчет Даша, довольно улыбаясь.

— Понял, — с готовностью киваю я и поднимаю Огонёчка на руки. — В спальню, — бросаю Нику.

Брат согласно кивает, собирает наши вещи и идёт следом.

Когда входим в дом Дашиных родителей, я опускаю девушку на ноги, но её ведёт в сторону. Ник успевает её поймать и прижимает к своей мокрой груди.

Брат уже успел надеть штаны. Я быстро натягиваю свои.

— К нам, — решает Ник, оглядываясь.

— Нет, — испуганно шепчет Даша. — Не пойду.

Она пытается вытащить из рук брата свои вещи. Ник смотрит на меня, потом на Дашу и ласково произносит:

— Глеб, кажется, Даша не поняла, что мы её не отпустим.

— Тоже так думаю, — соглашаюсь я.

Беру с дивана мягкий плед и накидываю Огонёчку на плечи. Ник закутывает её как маленькую и подхватывает на руки. Даша не сопротивляется, просто переводит ошалелый взгляд с меня на Ника.

Мы втроём быстро возвращаемся в дом наших с Ником родителей и практически до самого рассвета снова сходим с ума в объятиях Даши. Нашей Даши…

***

Медленно и лениво открываю глаза. Обнажённая Даша спит на моём плече, закинув на меня руку и ногу. Ладонь Ника собственнически сжимает её ягодицу, а сам брат всё ещё крепко спит. Мы снова почти до рассвета не могли насытиться этой девушкой, которая сейчас так доверчиво прижимается ко мне и даже во сне тихонько постанывает.

Снова прикрываю глаза и, кажется, начинаю засыпать, когда чувствую, что тело Даши напрягается, а она сама пытается встать. Приоткрываю один глаз и рычу:

— Опять побег?

Даша опускает глаза, а её щеки становятся пунцовыми.

— Затекло всё, — смущённо признаётся она, проводя ладошкой по моей груди.

Большего и не надо, член тут же отзывается на её прикосновения, и я притягиваю Дашу за волосы к себе. Впиваюсь в губы жадным поцелуем. Чувствую, как заворочался Ник.

— Обалденное утро, — хрипло произносит брат и тут же присоединяется, целуя Огонёчка в шею.

Теряю счёт времени. Мы с Ником снова и снова доводим Дашу до пика, но голод по ней только усиливается. Нам её мало, всегда.

После очередной разрядки мы падаем на подушки, чтобы отдышаться. Спустя несколько минут Даша поднимается с постели. Не стесняясь больше наготы, Огонёчек идёт к выходу. Её слегка растрёпанные волосы ниспадают до самой талии, покачиваясь от каждого движения. Упругая попка притягивает взгляд. Гулко сглатываю, потому что первый порыв — встать и вернуть её обратно в постель. Вообще навсегда оставить в нашей жизни.

Поворачиваю голову и понимаю, что наши с братом желания снова совпадают. Уже не удивляюсь, что мы оба чувствуем одно и то же.

Слышу звук открываемой двери в ванную, затем Даша включает воду. Пытаюсь отдышаться и приказываю мозгу вернуться в голову, потому что этот гад утёк на метр ниже и, кажется, поселился там надолго.

Слышу вибрацию своего мобильного. Протягиваю руку и смотрю на экран — мать вашу, Каролина! И судя по всему, звонит она не в первый раз.

Уверен, Каролина в ярости, ведь с тех пор, как я уехал из города, мы ни разу не перекинулись даже парой сообщений. Понимаю, что нужно ответить и поставить точку в наших отношениях. Возможно, отправить прощальный подарок, чтоб без обид. Но пока Даша так близко, мне не хочется выяснять отношения.

Каролина видимо поняла, что отвечать я не буду, и принялась слать мне гневные сообщения. Боже, я и забыл, что эта женщина умеет выковырять мозг чайной ложечкой, причём делает это со смаком, толком и расстановкой. Краем глаза отмечаю сообщение, где Кара пишет, что нам нужно срочно увидеться, но тут же отвлекаюсь на голос брата.

— Ты попал, — со смешком заявляет он, заглядывая в экран мобильного. — Так что по приезду домой ходить тебе с расцарапанной физиономией.

— Остряк, — фыркаю я.

И запинаюсь. По приезду домой. Брат прав, скоро вернутся родители, да и дни отпуска стремительно тают. А что дальше, чёрт возьми?

Я, она и брат… Могли бы мы наплевать на устои общества? Жить так, как нам хочется — втроём? И согласилась бы Даша на это?

Бредовые мысли вызывают глупую улыбку, от них хочется отмахнуться, но в то же время эти мысли мегаважные.

А потом я вижу такое же выражение на лице Ника и понимаю, что он думает о том же самом. Но мы оба пока не говорим об этом вслух…

Из кухни слышится музыка. Громко звучит какая-то восточная мелодия. Мы с Ником одновременно с любопытством переглядываемся, подрываемся, натягиваем штаны и топаем на звук. И, мать вашу… у меня сердце останавливается, а в горле пересыхает, потому что Даша, одетая в футболку Ника, под которой ничего нет, кроме её идеального тела, танцует у плиты. И это намного сексуальнее любого стриптиза. Её танец не выглядит пошло, наоборот, кажется, это самое милое, что я когда-либо видел.

Только она может занять собой все мои мысли. Только она может настолько естественно танцевать на нашей кухне, готовя при этом завтрак. Для НАС! В груди давит давно забытое ощущение щемящей нежности.

Кажется, Даша чувствует, что мы стоим на пороге молчаливыми статуями поклонения рыжей бестии. Поворачивает голову в нашу сторону и лукаво улыбается, продолжая при этом танцевать. И я готов смотреть на неё вечно. Весь мир к её ногам положить, только бы она продолжала вот так легко улыбаться. Хочу глаза её счастливые каждое утро видеть.

Песня заканчивается, как по мне, так слишком быстро. Даша отключает колонки и поворачивается к нам.

— В душ и завтракать, — командует она, легко улыбаясь.

— Как пожелаешь, — довольно сообщает Ник и первым идёт в душ.

— Помочь? — интересуюсь я.

— Да. Не мешать! Глеб, я прекрасно знаю, что готовить ты не умеешь совсем. Так что просто посиди со мной и не порть продукты.

В Дашином тоне нет ни капли укора, просто констатация факта.

— Давай хоть хлеб порежу, — предлагаю я.

Даша кладёт на стол буханку хлеба и нож. Не могу сдержаться и нежно целую её в губы. Огонёчек отвечает, но тут же снова отвлекается на готовку.

Возвращается Ник и, довольно потирая ладони, садится за стол, а я иду принимать душ. Встаю под тёплые струи, стараясь просто кайфовать от сегодняшнего дня. От обалденного утра, которое мы с братом встретили в объятиях Даши, от завтрака… И не думать о будущем, которое слишком зыбко.

Выключаю воду, быстро вытираюсь и иду в кухню, где Даша с Ником терпеливо ждут меня. Огонёчек накрывает на стол, а я пробую самый вкусный в мире завтрак.

— Мне нужно уехать, — вдруг заявляет Даша.

— Куда? — одновременно вскидываемся мы с Ником.

— По делам, — Огонёк ведёт плечом, явно не желая отвечать.

— Я могу отвезти, — аккуратно предлагаю я.

— Не нужно, — твёрдо стоит на своём Даша.

— Что за дела суперважные? — интересуется Ник, откладывая ложку в сторону. — У тебя есть любовник? — приподнимает брат бровь.

И спрашивает вроде в шутку, но в глазах брата загорается ревность от одной мысли о ком-то ещё рядом с ней. И наши чувства вновь идентичны!

— Есть, — спокойно отвечает Даша, — целых два!

Она по очереди обводит нас взглядом. И нас отпускает.

— Я вернусь вечером, — обещает Огонёк, поднимается и идёт в комнату, чтобы одеться.

Спустя несколько минут возвращается, по очереди одаривает нас с братом поцелуями и уходит, аккуратно прикрыв за собой входную дверь.