Глава 20

Ник

Даша смогла улизнуть под покровом ночи только через окно собственной спальни. Она не хотела объясняться с мамой, решив, что пусть лучше та думает, что её дочь спит.

Мы поехали к озеру окольными путями, не желая быть замеченными кем-либо. Смеялись, чувствуя себя злоумышленниками, пряча за шутками пожар, который разгорелся ещё в машине. Этот пожар был в каждом из нас…

Одна рука Глеба сжимает руль, вторая тискает бёдра Даши, пока та сидит на моих коленях, немного развернувшись и терзая мои губы своими в голодном поцелуе. Брат пальцами ласкает её между ног и рычит от досады, что Даша надела брюки. Я сжимаю её грудь руками, задевая чувствительные соски. От наших настойчивых ласк Даша ёрзает на мне и несдержанно постанывает, заставляя мой член стоять колом.

Возле озера паркуемся, и я несу Дашу на руках до старого покосившегося дома. Толкнув дверь, Глеб оглядывает помещение. Из мебели ничего. Зато пол кажется на удивление чистым и прочным.

Даша осторожно ступает внутрь, а я захожу следом, приставив дверь на место. Глеб скидывает с себя свитер и бросает его на пол. Включает фонарик на телефоне и пристраивает его на полу, направив свет на стену. Теперь мы можем видеть друг друга почти отчётливо.

Даша делает шаг навстречу Глебу и, обвив руками его шею, начинает целовать с такой же страстью, как и меня в машине.

Я быстро скидываю спортивную толстовку и кидаю её рядом со свитером Глеба. Подступаю к Даше со спины, укладываю руки на её хрупкие плечи и вжимаюсь пахом сзади. Припадаю губами к её шее, а она прогибается в спине, стараясь быть ещё ближе к моим ласкам. Не забывая ласкать Глеба.

Сердце почти выпрыгивает из груди от адреналина, который пульсирует по венам со скоростью сверхзвукового поезда. Чувство опасности смешивается с необузданным желанием. Здравый смысл забыл дорогу к мозгу, и я уже ни о чём не думаю. Только о том, как мы будем любить Дашу прямо сейчас. Вдвоём с братом.

Она стонет Глебу в рот, пока тот задирает её кофту, обнажая грудь, и терзает соски. И от того, что я резко стягиваю её брюки до колен, ныряю под резинку трусиков, накрывая пальцами клитор, она тоже стонет.

Член болезненно пульсирует. Даша будто чувствует, чего я хочу. Потому что заводит руку за спину и сжимает мой член ладонью прямо через ткань спортивных штанов. Глеб громко втягивает воздух через нос, и я вижу, что Даша делает то же самое и с ним. Одна рука на моём члене, другая на члене брата. Это ещё больше заводит, чёрт возьми!

Спускаю свои штаны вместе с боксёрами чуть ниже. Даша без промедления перехватывает член и держит его уже без преграды в виде ткани. Её пальчики обхватывают меня тесным кольцом и неторопливо скользят сверху вниз и обратно.

Глеб избавляется от своей одежды. Отстранившись от губ девушки, сначала снимает футболку через голову, а потом стягивает брюки и трусы. И начинает судорожно дышать, когда Даша сжимает и его обнажившийся член тёплой ладонью.

Мы целуем её по очереди, ласкаем все доступные участки тела, пока она распаляет нас руками. Почти в агонии от нетерпения, не сговариваясь с братом, тянем её к импровизированному ложу из нашей одежды. Снимаем с неё обувь, а потом брюки и трусики. Глеб укладывается на спину, усаживает Дашу сверху и тут же, без промедления, врывается в неё. А я быстро избавляюсь от остатков своей одежды и встаю возле лица девушки. Она с готовностью сжимает мой член рукой, а потом медленно вбирает его в рот. Я рычу от наслаждения, стараясь не дёргать бёдрами и не погружаться слишком глубоко. Это сложно… Я хочу быть внутри неё. Трахать каждый сантиметр её тела и даже те места, которые пока были недоступны. Но я не знаю, как она к этому отнесётся…

Глеб опускает и поднимает Дашу на себе и смотрит на то, как она облизывает и посасывает мой член. Вижу, что он кайфует от этого зрелища. Из её груди вырываются стоны наслаждения, а глаза блаженно закрыты. Она тоже кайфует от того, как глубоко внутри в её лоне член брата, и мой член — у неё во рту.

Накрываю Дашину голову рукой, провожу пальцами по волосам, а потом, намотав их на кулак, заставляю её остановиться. Она послушно отпускает мой член и затуманенным от желания взглядом смотрит мне в глаза.

Я смещаюсь за её спину. Наклонившись, приподнимаю Дашу за бёдра, устраивая так, чтобы она не сидела, а лежала на брате. Их ритм становится менее энергичным. Неторопливым, чувственным…

Присев, скольжу руками по её лопаткам, спускаюсь к пояснице и ниже, к попке. Та немного вздёрнута, и я легонько провожу пальцами по колечку ануса. Даша вздрагивает.

— Шшш, я тебя не обижу, — склоняюсь к её уху, нависая над девушкой и братом, уперев руки в пол. — Останови меня, если будет больно или неприятно, ладно?

Она как-то отчаянно кивает и напрягается всем телом.

Я не тороплюсь. Сначала целую её в шею, потом перемещаюсь по спине вниз к попке и провожу языком по анальной дырочке, смачивая её слюной. Глеб держит Дашу за талию и продолжает двигаться, распаляя девушку всё сильнее. Я вылизываю её попку, одновременно массируя анус пальцем. Вторгаюсь в него потихонечку, а когда больше не чувствую сопротивления в её теле, меняю палец на головку члена. Даша напрягается и сжимается, и мне приходится пробираться очень медленно.

Даша громко стонет, а потом начинает всхлипывать. Я резко останавливаюсь, Глеб тоже.

— Останови меня, — прошу настойчиво. — Если ты не хочешь, то…

— Нет! — она почти выкрикивает, сотрясаясь всем телом. — Я хочу! Хочу вас обоих, и если надо, пусть меня осудят. Потому что не смогу отпустить никого из вас… Потому что люблю…

— Шшш, — на этот раз её успокаивает Глеб. С нежностью гладит по волосам и припадает к губам. — Тебя никто не осудит, слышишь? Скоро мы уедем, и если захочешь, будем всю жизнь прятать наши отношения. Самое главное, чтобы тебе было комфортно.

Брат смотрит на меня через её плечо. Во взгляде намёк, и я понимаю, о каком ещё комфорте он говорит. Собираюсь выйти из Даши и продолжить всё традиционными способами, но она заводит руку за спину и хватается за моё бедро, прижимая к себе.

— Нет! Я хочу этого! Хочу чувствовать вас обоих. Одновременно. Прошу…

Её голос звучит твёрдо, и я остаюсь на месте. Глеб начинает двигать бёдрами, погружаясь в Дашу всё глубже. Сдерживаясь из последних сил, я вновь медленно проникаю в неё.

Наши стоны уже неконтролируемые. Дыхание рваное и частое. Пот струится градом по нашим телам.

Вхожу до упора. Знаю, что ей больно, но Даша храбрится и мужественно подаётся назад. Она выпячивает попку повыше и немного разводит ноги, позволяя Глебу проникнуть ещё глубже. Я чувствую давление его члена через тонкую стенку, которая разделяет нас, и у меня сносит крышу…

От порочности наших действий, от больной любви к одной девочке и желания быть внутри неё постоянно. И мой брат тоже должен быть внутри неё, потому что точно так же её любит. Мы никогда её не поделим. Сможем только вдвоём обладать ею… Ласкать, трахать, любить — тоже вдвоём.

Даша дрожит, выкрикивает наши имена, и её совершенно неожиданно накрывает оргазм. Я уже не стараюсь делать всё медленно, потому что вижу, что она привыкла ощущать меня там, где никогда не ощущала. Глеб тоже не сдерживается, вколачиваясь в неё с необузданной одержимостью.

Через мгновенье Дашу накрывает новой волной оргазма. Стоны превращаются в крик наслаждения, и он подводит меня к краю пропасти. Изливаюсь в её дырочку, чувствуя, как её стенки сжимают меня плотным кольцом. Глеб приподнимает Дашу, выходит из неё и кончает себе на живот.

Мы почти падаем друг на друга, но я нахожу в себе силы взять её на руки.

— Поплаваем? — спрашиваю с улыбкой.

Даша хватается за мои плечи и смотрит на Глеба. Он поднимается с пола, и мы втроём покидаем домик.

Безлюдный пляж укрывает нас от чужих глаз бархатной темнотой, словно покрывалом.

Несу Дашу к воде. Захожу по пояс, привыкая к её ночной прохладе. Глеб черпает воду руками и растирает бёдра девушки. Привыкнув, медленно приседаю, погружаясь под воду. Даша немного вздрагивает и плотнее прижимается ко мне. Я мою её под водой, а когда выныриваем, перехватываю под коленями так, чтобы она обвила меня ногами. Глеб подходит сзади и неторопливо целует её плечи и шею, пока я с жадностью завладеваю её ртом.

Очень быстро мы снова горим в агонии желаний. Даша ёрзает на мне, словно призывая войти в неё. Опустив руку вниз, хватаюсь за член и направляю головку в её горячее влажное лоно. Даша водит бёдрами, опускаясь на мой член, вбирая его в себя. Глеб приподнимает её попку, головкой водит по анальному отверстию, а потом медленно входит. Я вижу, как на лице брата отражается вся смесь упоительных эмоций, какие вообще существуют. Блаженство, эйфория, экстаз…

— Да… Боже… да… — стонет Даша, расслабляясь и наконец впуская Глеба полностью.

Я тоже вхожу до упора. В ушах пульсируют собственное рваное дыхание и бешеный стук сердца.

Схватив девушку под бёдра, развожу её ноги шире и начинаю двигаться. Глеб держит Дашу под попу и тоже двигается. Мы врываемся в неё в унисон, а потом поочерёдно, стараясь понять, как ей нравится больше.

Даша кричит до хрипоты, стонет, воет от наслаждения, смешанного с болью, но умоляет нас не останавливаться. Поворачивает голову вбок, впивается губами в губы брата, а потом с безудержной силой целует меня.

— Да… девочка, — шепчет Глеб, припадая губами к её шее. — Наша любимая девочка…

Я рычу от того, как приятно быть внутри неё. Чёрт… как же приятно…

— Ты нам доверяешь? — спрашивает брат у Даши хриплым от напряжения голосом.

Она только судорожно кивает в знак согласия.

Глеб выходит из неё полностью. Покрывает поцелуями её плечи и спину, ополаскивает пах водой. А потом сжимает член рукой, прижимается к телу Даши своим, и я чувствую, как он направляет головку в её киску.

— Мы растянем тебя, девочка наша, — говорит успокаивающе.

Я вижу лишь её округлившиеся глаза. Но они тут же закатываются от наслаждения, когда Глеб проникает чуть глубже, немного потеснив меня.

— Ты готова? Ты хочешь этого?

— Да… — выдыхает она и тут же стонет от наслаждения.

Брат утробно рычит, стараясь сдерживаться и делать всё медленно. И мы «любим» её медленно… Вдвоём. Толчок за толчком. Теперь уж точно делая её только своей! Нашей!

Даша разводит бедра ещё шире, впуская нас обоих по максимуму. Внутри неё теперь не просто тесно, а нереально тесно. Но так хорошо мне ещё в жизни не было.

Она без сил падает на грудь брата. Глеб почти не двигается, оставаясь внутри неё, и неторопливо ласкает пальцами, накрыв клитор рукой.

Я продолжаю вторгаться в неё, доведя до взрыва всех троих. Даша вся сжимается, вздрагивает и кончает, громко простонав своим мягким сексуальным голосом. Глеб сразу выходит из неё и изливается в воду. Я тоже кончаю. Выхожу из Даши, продолжая удерживать на руках, и припадаю к её губам. У неё нет сил, но она всё равно меня пылко целует. Не девушка, а мечта!

***

— Улыбочку! — вдруг раздаётся совсем близко.

И этот голос пропитан ядом.

Катя! Она стоит возле самой воды, держа телефон в вытянутой руке.

— Какого хрена ты делаешь?!

Не узнаю свой собственный голос. Ярость поглощает меня целиком.

Даша спрыгивает с моих рук и прячется за нашими спинами.

— Отличное шоу вы тут устроили, — усмехается Катя. Тыкнув по экрану пальцем, видимо останавливает запись и быстро убирает телефон в задний карман джинсов. — В чём дело, Даш? Почему ты прячешься? — произносит с ненавистью. — Ты должна не прятаться, а гордиться! Посмотри, каких парней заарканила! Сразу двоих!

Даша всхлипывает, и Глеб, развернувшись к ней лицом, сжимает её в своих объятьях. Тихо шепчет слова утешения и многозначительно смотрит на меня.

— Я разберусь, — говорю брату и медленно выхожу из воды. — Отдай мне телефон! — смотрю на блондинку уничтожающе.

— Даже не думай об этом, — она качает головой. — Я не отдам тебе телефон. И только попробуй отнять его силой! Тогда я точно выложу видео в сеть. Поверь, я уже отправила его себе на почту.

Твою мать!

— Ты ведёшь себя как конченая идиотка, — цежу сквозь зубы.

— Нет, это вы решили сделать из меня идиотку! — взвизгивает Катя. — Ты и твой брат! Думаешь, я не знаю, что это он сегодня отвозил меня? Думаешь, я такая дура, что не заметила разницу?

Опрометчиво киваю в знак согласия, и правда считая её дурой. Скрестив руки на груди, бросаю с ухмылкой:

— На чём он прокололся?

— Он спросил меня о том, что я тебе уже говорила! — истерит девчонка. — Да вы оба охренели, раз считаете, что можете так издеваться надо мной! А Даша… — она переводит взгляд на нашу девочку, — моя бывшая подружка-тихоня, оказывается, просто шлюха!

Мне хочется её ударить! Дать хорошую оплеуху, потому что ядовитые слова вызывают новую порцию Дашиных слёз. Вечер, который должен был остаться в памяти с пометкой «самый лучший», превратился в катастрофу такого масштаба, что пока не укладывается в голове. Но я уверен, что не бывает нерешаемых проблем!

— Ты могла снять нас на видео и просто уйти, оставшись незамеченной. В чём дело, Кать? Ты чего-то хочешь? Осталась, чтобы договориться?

— Боже… — она фыркает, но в глазах отражается интерес. — Что ты можешь мне предложить, извращенец? — ёрничает, стараясь ударить побольнее.

Однако я тот из двух братьев, которого не трогает общественное мнение, а тем более — мнение этой девчонки.

Взгляд Кати сосредотачивается на моём лице, а потом неторопливо пробегается по телу. Я стою перед ней обнажённый. Девушка быстро облизывает пересохшие губы.

— Ооо, нет! — скривившись, бросаю я. — Только не говори мне, что хочешь, чтобы я тебя трахнул!

— Не дождёшься, — она воинственно вскидывает подбородок, но кусает губы от обиды. — Трахать можешь её, — указывает на Дашу. — Ой, прости, вы же только вдвоём с братом это делаете, да? Что ж, теперь вам нечего стесняться. Уже завтра сможете объявить родителям о своей маленькой шведской семейке!

— Ты же этого не хочешь, — пытаюсь говорить по-доброму.

— Откуда тебе знать, чего я хочу?..

— Я хочу узнать, — шепчу почти ласково. — Прошу тебя, иди к машине. Я оденусь и отвезу тебя домой. Мы всё решим, Кать.

Она переводит свой взгляд на Дашу. Не может её видеть, потому что Глеб загораживает Дашу своей спиной, но всё равно к ней обращается.

— Хорошо, что ты уезжаешь, — ядовито бросает Катя. — Не могу представить, как смогла бы посмотреть тебе в глаза хотя бы ещё раз. Ты мне противна!

После чего резко отворачивается и идёт к БМВ.

Я тороплюсь к домику, быстро одеваюсь и вылетаю на улицу. Глеб несёт Дашу на руках. Она вся дрожит, но я знаю, что не от холода.

— Дай ей денег, — говорит брат. — Много! Пусть подавится… блядь.

— Разберусь, — веду плечами, стараясь сбросить оставшееся оцепенение, и обращаюсь к нашей девочке: — Даш, не обращай внимания на то, что говорит эта фурия! Она не стоит твоих слёз.

Даша молчит и лишь смотрит на меня огромными зелёными глазами. Целую её в макушку, демонстрирую Глебу его ключи от тачки:

— Доберётесь пешком. Я вернусь, как только видео будет уничтожено.

— Катя никогда не забудет, — подаёт голос Даша. Он звучит безжизненно.

Глеб начинает покачивать её на руках, словно убаюкивая, а я просто ухожу, потому что сердце разрывается в клочья. Не могу смотреть на Дашу, когда она раздавлена. Здесь от меня мало толку, поэтому с лёгкостью оставляю Глеба.

Быстро иду к машине, ни секунды не сомневаясь, что Катя дожидается меня. Она стоит, подперев капот бедром и скрестив руки на груди. Разблокировав бэху, сажусь за руль. Катя неторопливо проходит к пассажирской двери. Открыв её, вальяжно устраивается в кресле.

Молча завожу мотор и сразу рулю влево. Резко газую, стараясь выбраться отсюда побыстрее. Решить сложившуюся проблему и забыть как страшный сон.

Пока везу Катю до дома, она напряжённо молчит. Лишь отчеканила адрес, не забыв напомнить о том, что её отвозил Глеб, и я её адрес не знаю. А ещё она вертит в руках телефон, словно специально провоцируя меня на грубость.

— Я думаю, можно отлично подзаработать, если слить это видео на порносайты, — размышляет вслух, когда до её дома остаётся не больше километра.

— Боюсь, тебя ждёт куча судебных исков, — бросаю с ухмылкой. Я успел взять себя в руки. — Впрочем, как и слив в любой сетевой источник… Сделаешь это — и попадёшь под ряд уголовных статей. Можешь загуглить — каких!

— Хм, — она стучит указательным пальцем по верхней губе, — что ж… Не могу слить, но вполне могу показать Дашиной маме. Или вашим родителям.

Сука!

— Можешь, — незаинтересованно пожимаю плечами. — Только тебе от этого никакой пользы. Но я могу предложить тебе кое-что выгодное.

Резко торможу у первого подъезда, не потрудившись спросить, у какого надо.

— Какое предложение?

— Я заплачу тебе, ты удалишь видео — всё просто.

— Сколько?

— Тысячу.

— Тысячу чего?

— Тысячу евро, конечно.

Она нервно посмеивается. Разблокировав телефон, включает видео. Из динамика вырываются наши стоны. Чёрт…

— По-моему, это стоит намно-о-ого больше, — протягивает Катя с хищным оскалом.

Дважды сука!

— Хорошо. Сколько?

— Пять! Пять тысяч евро, — выдаёт она без раздумий.

Мои кулаки сжимаются сами по себе.

— А у тебя ничего не треснет?

Катя тут же хватается за дверную ручку.

— Не хочешь — как хочешь, — бросает она и собирается выйти.

Черт с ней, пусть валит! Пусть показывает родителям. Пусть… Блядь… Даша!

— Стой! — останавливаю Катю и тут же вижу в её глазах ликование. — Я переведу деньги завтра утром. А ты удалишь видео сейчас!

— Нет уж, — поцокав языком, качает головой. — Я удалю его, как только получу деньги. Но и это ещё не всё! Я удалю его, как только ты уедешь отсюда.

— Не понял… — смотрю на неё в недоумении.

— А что тут непонятного? Ты должен покинуть город. Даше не достанутся сразу два брата! Уезжай, переводи мне деньги, и я сразу сотру ваше ночное рандеву на троих.

— Тебе так принципиально, чтобы Даша не получила нас обоих, да? — поддеваю её со злобой. — То, что я уеду, ничего не изменит.

— Ну и пусть! Заберёте её к себе — и делайте всё, что хотите. А здесь… Мне мерзко осознавать, что моя когда-то лучшая подруга спит с двумя мужиками. Поэтому выметайся из города, Ник! Прямо сейчас!

— Я на машине брата, — бросаю весомый аргумент.

— Мне плевать, — Катя упрямо вскидывает подбородок. — Я хочу, чтобы ты уехал. Ослушаешься — поверь, я найду способ узнать. Ты будешь удивлён, на что способна обманутая женщина. Уезжай, переводи деньги, и я удалю видео.

— Как я узнаю, что ты это сделала?

— Никак. Тебе придётся довериться мне, — приторно-сладко улыбается.

Вновь хватается за дверную ручку и распахивает дверцу настежь. Ловко выпрыгивает из салона, но прежде чем закрыть дверь, склоняется и, понизив голос до шёпота, заканчивает этот диалог, подводя черту:

— Помимо родителей я непременно сообщу обо всей этой аморальщине руководству художественной школы, в которой работает Даша. В нашей глуши слухи быстро расползаются, Никит. Через пару дней все, включая родителей учеников Даши, будут знать о том, какая она шлюха. Так что ты решил?

— Я уеду, и через пару часов ты получишь свои деньги, — отвечаю тут же.

— Отлично!

— Но! — останавливаю её ликование. — Если когда-нибудь ты приблизишься к Даше или расскажешь кому-либо что сегодня видела, пеняй на себя.

— Угрожаешь? — Катя воинственно вскидывает подбородок.

— Да, — соглашаюсь. — Мы уничтожим тебя, Кать, — говорю тихо, но она меня слышит. — И ты удивишься на что способны такие добродушные парни типа нас с братом, — пародирую её сарказм.

— Переведи деньги и ваша грязная тайна останется при вас, — цедит она сквозь зубы.

С шумом захлопывает дверь и стремительно идёт к подъезду.

Чёрт, чёрт, чёрт… Роняю голову на руль и пару раз вмазываю лбом о пластик.

Я по-любому заплачу и по-любому уеду. Всё что угодно, лишь бы наша девочка была счастлива…