Глава 58.

Надо ли говорить, что все первое занятие мы посвятили еде. Я показывала Густе, какие сэндвичи считаю идеальными... Тонко-тонко нарезать хлеб, взять зелень и не переборщить — чтобы лист ложился точно посредине пшеничных ломтей, нигде не складываясь, — мяса или рыбы побольше. И вишенка на торте — не жалеть любимого горчичного соуса.

У Густы был свой подход. Она всего брала много. Я с удивлением взирала на гигантский трехэтажный бутерброд, из которого лезли шматы сала вперемешку с кусками бекона. Не хватало только копченых рыбьих хвостов. Салатные листья девочка игнорировала напрочь. Что поделаешь, растущий организм, озабоченный поиском калорий.

Мы неплохо провели время, комбинируя разные варианты и делясь друг с другом.

— У тебя красивый брат, — вдруг, не переставая жевать, сообщила Густа. — Сколько ему лет?

Я опешила. Сначала никак не могла взять в толк, как Патрик попался девочке на глаза. А потом вспомнила, что он уже не следил за маскировкой и отправлял письма на общий адрес. Но, как правило, брат не сопровождал, послания картинкой-галограммой. Ленился.

Августа протянула мне конверт. С вензелем Кроули, но без намека на прикрепленное к нему голограммное изображение.

— Я отрабатывала новый фокус. На прошлом занятии вы показывали, как искать магический след. Я вскрыла почтовый ящик, — там какая-то нелепая магзащита, потому что важная корреспонденция идет папе напрямую, — и поупражнялась с десятком писем, но только на вашем у меня получилось. Патрик я увидела взволнованным, без шейного платка и без сюртука. Будто он недавно вышел из спортзала.

Я избегала смотреть на Густу. Она уже в том возрасте, когда начинают интересоваться мальчиками. Однако Патрик — не ее ровесник. Он воображает себя взрослым и ухаживает за тремя демоницам сразу. Плюс постоянная любовница. Он же будущий граф Кроули. Эх, скорее всего это письмо — знак того, что он уже граф.

— Брат младше меня. Ему скоро исполнится двести. Учится в академии для огневиков, которая в Центральной пустыне. А когда появляется дома, то все свободное время проводит на соревнованиях — он неплохой металлист — и в мужских клубах. Мальчишки этого возраста помешаны на азартных играх и сплетнях, которые почему-то называют новостями. Зато мы заставили его бросить скачки. После того, как отец лишил его содержания, а троюродная тетка — пригрозила оставить без наследства.

Густа подарила мне нечитаемый взгляд. Эмоции она скрывала не хуже папочки. Я спрятала письмо в папку для занятий, решив, что посмотрю его вечером, когда останусь одна и никто не отвлечет. За Вассаго было тревожно. Теперь же не покидала мысль, что я могла бы выторговать отцу еще несколько лет жизни, если бы попросила демона поделиться с ним магией.

Но для престарелого Кроули это могло закончиться так же плохо и куда более мучительно. И что толку рассуждать, на тот момент я не готова была умолять Алистера о таких жертвах. А сейчас — уже поздно. Да и он бы скорее всего справедливо ответил, что у каждого в Аду свой срок.

Густа, разумеется, сделала вывод, что мои переживания связаны с ней. Она насупилась, хотя я только что вполне дружелюбно выболтала ей половину секретов Патрика. Последние два бутерброда жевали молча. Каждую поглотили своии мысли.

— Я пропустила эту жуткую историю с отравлением. Сэр Стивен упомянул ее исключительно вскользь. Это что-то серьезное? Надеюсь, Мадина не пострадала.

Еще бы, мы с Вассаго больше отвлекались, чем беседовали. И девочка подумала ровно о том же, потому что озорное выражение стерло мрачную маску с ее лица.

—У кухарки случалась истерика. Она случайно разбила амулет, которым проверяла пищу на яды. Взяла другой, а он как принялся звенеть… Мадина — в обморок. Папа сказал, что предыдущий кто-то перенастроил, чтобы он врал, и что это очень сложная работа.

Про себя я согласилась с Вассаго. Правда, во дворце владыки, по слухам, перед тем, как вынести одно блюдо, его проверяли на трех разных амулетах. Но у Вассаго скорее всего меры не такие драконовские, потому что дети на обычную потраву не среагируют. Вон Густа спокойно ела жирнющее мясо и ту же отправляла в рот засахаренные фрукты, запивая сиропом для мороженого.

— Мадину отправили к лекарю. Папа в ней не сомневался. Сказал, она и так исправно травит нас каждый день. А вот Вилкс на заднем дворе сжег двух кухонных рабочих. Они устроились недавно и оказались пришлыми.

Мне, разумеется, это не понравилось. Джеймс не так чтобы разительно отличался от сэра Стивена, когда речь заходила о ценности жизни как таковой.

— Расследование провели? На каком основании? Еще продукты не убрали, яд не определили, как сразу казнями занялись.

— Вот-вот, папа то же самое заявил. Мол, не надо пихать ему под нос служебные списки… Аде больше всех надо, вот пусть и выясняет, кого казнить, кого — нет. А ему некогда. Но Вилкс на всякий случай прихлопнул самых подозрительных. Чтобы вы их пожалеть не успели.

Пока я хлопала глазами — эта девочка каждую нашу встречу умудрялась меня шокировать, и ей это нравилось — Августа вытерла руки о скатерть и захлопнула рот, подавив благородную отрыжку.

— Вилкс найдет вас здесь. Ведь кухня — ваше любимое место. У меня перерыв в занятиях на три часа. Пойду нарисую портрет Патрика по магическому отпечатку. Я его сохранила.