Глава 71.

— Девушка очень странная, — жаловался Патрик после утренних занятий, поправляя камзол за отвороты сразу двумя руками. Это значило, что брат в растерянности. — Она смотрит так, словно пытается прожечь во мне дыру, и я еще должен за это извиниться…

После вечера, проведенного с владыкой, и драматичного появления Алистера, который тоже счел нужным объясниться, я провалялась в кровати почти до обеда. Напрасно Вассаго, забирая Риччи, намекал, что пора вставать. Зря Верн трижды вытаскивал рогатую башку из стены… Я пыталась проспать стресс.

С пробуждением все неприятности оживали. Клятый камень смерти для одного всесильного демона у меня в ладони. Вассаго с его сватовством. И как понять, оно состоялось или мы до сих пор в процессе обсуждения? Такими темпами я выйду за него замуж и стану последней, кто об этом узнает.

Мы поцеловались. Вот Бездна знает, как это будет трактовать демон, который все переворачивает исключительно в свою пользу. Ну, мне бы даже понравилось, если бы не последовавший за этим пожар и его тушение на полночи.

«Ты на мгновение согласилась», — напоминал внутренний голос. «И, что, мелькнувшая мысль — не равно документ с подписью. Если бы такой малости было достаточно, то все вокруг переженились бы, не добежав до нотариуса», — оборвала я его.

Нервировало и странное поведение прислуги. Так как мой завтрак раковина отправила обратно нетронутым, я зашла за ним на обеде. И Мадина, вместо того чтобы сердито поджимать губы, выдала мне дополнительный комплект из трех яиц и одну отбивную вдобавок к стандартной порции бекона. А Вилкс, едва завидев, насвистывал свадебный марш.

— Не извиняйся. Густа думает, что таким образом производит впечатление роковой красавицы. Но от нее и, правда, роком отдает за версту. Так что не представляю, чем тебе помочь. Если что, она будет одной из самых завидных невест Бездны, когда повзрослеет. Научится манипулировать так, что и не заметишь…

На Патрика было страшно смотреть. И я вполне разделяла его чувства. Одна надежда — что девочка подрастет, интерес пойдет на убыль. О чем я его и проинформировала. В ответ он лишь простонал.

Да, все так. Мы Кроули и мы лучшие. Маловероятно, что выбирая между Кроули и не Кроули, кто-то позарится на представителя другой семьи. Но почему-то от этого не легче… К тому же в случае со мной женихов сдуло бы суховеем, узнай они правду о моей магии.

Однако Вассаго это не останавливало. Он снимал с меня излишки чар и не бледнел. Он не касался своих и приводил в жаркий трепет. Злил меня, заставлял гореть, втайне радоваться нашим встречам — при этом я не превращалась в пластилиновую куклу для мужских удовольствий. Пока что я до него и пальцем не коснулась.

Надо изучить ту литературу, что демон для меня достал. Не исключено, что представления о суккубах сконструированы таким образом, чтобы превратить своенравную демоницу в бесправный инструмент. Это редкая наследственная магия, к тому же поддающаяся сокрытию…

— Что мне с ней делать? — не унимался Патрик. — А ты сама готова осчастливить хозяина замка? Тут все только об этом и говорят — какая вы чудесная пара. Хотя я не понимаю почему. Древний, несимпатичный, овеянный жуткими легендами… Я не нашел упоминаний о нем в бестиарии. Давай набью ему морду?

Как же прекрасно иметь брата. Кто еще будет озвучивать разные глупости и помогать сестре мыслить здраво… Я чмокнула его в веснушчатый нос. Еще минут пять потребовалось, чтобы убедить его, что у меня все более чем отлично и этого демона я контролирую… Ха, при этом я даже не краснела.

— Ты меня здорово выручил. Вчера и сегодня позанимался с детьми. Я возьму на себя оставшиеся уроки. Густа так быстро не отступит, но у тебя будет возможность выдохнуть и продумать тактику обороны. Я бы советовала применить «парящего орла над бескрайней пустыней» — то есть ищу себя и полностью посвятил себя наукам. Кстати, я упоминала, что научилась левитировать, то есть почти летать?

Брат пробурчал нечто невразумительное в знак одобрения. Сколько ни вдалбливай демонам мужского пола, как сложно девушкам освоить этот навык, все бесполезно.

— Отец, кстати, перед смертью сказал, что ты выбрала правильную сторону и что у тебя фамильное чутье. Мол, власть скоро поменяется, и время повелителя ушло.

Почему-то это было самое неприятное из того, что мне довелось услышать за эти сутки. И я выпалила без подготовки:

— Патрик, не считай меня сумасшедшей, но я тут пришла к выводу… Не так важна наша фамилия, таланты и способности. Мы вместе, потому что с детства поддерживаем друг друга. Ясно? Я люблю тебя не за то, что ты такой же, как я, Золотой Кроули, а потому что ты мой братик, — голос стал тише. — У демона вовсе может не быть фамилии, титула и даже одного лица, но при этом он будет кому-то, возможно, нужен…

Тут я застряла, потому что запуталась. Хотелось добавить, что демон даже может иметь всякие дурацкие привычки типа постукивания по столу или покачивания в кресле ногой, но это совершенно не вписывалось в нить разговора. Брат в растерянности смотрел куда-то поверх моей головы.

Я тоже почувствовала какое-то движение сзади, но, когда оглянулась, заметила только призрачный хвост огромной змеи, который затягивало в стену. Верн? Это его привычка шнырять по всему замку; он спокойно мог подстеречь нас с братом в коридоре. Но откуда у виверны, даже крупной, такой хвостище?

— Эм-м-м, как у вас тут живенько, — протянул Патрик, недолюбливавший пресмыкающихся. — Что касается твоих слов, то я же не возражаю, что карьера или власть достойных демонов, таких как мы, не самое важное в жизни. Я тоже люблю тебя, сестренка. Только в смелых воззрениях ты зашла чересчур далеко. Разве можно отказаться от самих себя? Мы те самые счастливчики Кроули. Всегда падаем на четыре лапы, а, если сравнить с монетой, — орлом вверх.

Когда он окончательно повзрослеет, то поймет, что детство нам сгубила как раз родительская спесь, но сейчас убеждать молодого графа, окрыленного первыми успехами, пожалуй, бесполезно.

Мы распрощались вполне довольные друг другом. И Патрик еще успел передать, что вечером семья, и мы в том числе, приглашены в гости. Не иначе, баронесса готовилась получить свои отступные на нейтральной территории и в присутствии посторонних. Я не возражала, потому что каждое ее появление в замке угрожало нам какой-нибудь пакостью.

После развода всем станет проще. Это я как нейтральная сторона заявляю. Нет у меня в этом деле личной заинтересованности!

Через час я вошла в учебную комнату, и Густа, против своего обыкновения, уже была там. Она наклонилась над моим столом и энергично размахивала руками. Одна книга полетела в угол, затем другая. Девочка схватила третью и разорвала ее пополам. Физическая сила в ней вполне соответствовала возрасту.

— Ты что делаешь? Это моя личная литература и твои учебные пособия.

Всегда ровно уложенные волосы растрепались. Таких злых глаз я у нее еще не видела.

— Вы, вы… Все знали, издевались за моей спиной, да? Поэтому не хотели подпускать к брату?

Томик с со старинной гравировкой и окладом «Суккуба. Путь к себе настоящей» в миг остался без чудесной обложки.

— Густа, хватит! Перестань портить книги. Давай я позову Алистера, если тебе плохо…

— Доложите отцу? Он и так подозревает! Посадите меня на цепь? Раз вы с огненной магией, то вам все можно? Считаете, что я грязь и не заслуживаю обучения на нормальных боевых заклинаниях?

— Стой! Да с чего ты взяла? Мы же их отрабатываем. Элементарный уровень, но все с него начинали. Я, мой брат, твой брат...

Но она уже не слушала, распахнула створки окна и кинулась вниз. Вот ведь Вассаго. Я заставила себя не кидаться к окну. Успокойся, Адаманта! Не лежит сейчас на земле хрупкая изломанная фигурка — разве что разозленная вивирена нагадит мне на голову.

Я принялась собирать с пола поврежденные книги, в каждой из которых описывалась работа с ныне запрещенными в Бездне чарами. Почему я не подумала об этом раньше? Безобразной сцены удалось бы избежать, Густа не переживала бы лишний стресс.

Обязательно поговорю с ней вечером, найду минутку.