Глава 73.

— Он притащил сюда гувернантку и нарядил, как королеву.

— Смотрите, эта девица, похоже, метит в баронессы вслед за Сильвией.

— Помяните мои слова, настанет день, когда он посадит рядом с собой поломойку. Куда катится мир?

— Гляньте на нее. Бесстыжая. Сильвия строила глазки всем подряд, а эта уверена, что неотразима и ни на кого не глядит…

Мне хотелось зажать уши и бежать из парадной залы замка Дебуи. Как, интересно, Алистеру с его-то тонким слухом? Все эти злобные шепотки не давали сосредоточиться на разглядывании гостей. С каждой минутой они, как мне казалось, становились громче. Даже столовые приборы звенели им в такт.

Я резко отодвинула от себя тарелку сырного супа. Патрик недоуменно проводил ее взглядом. Брат предпринял просто неимоверные усилия, чтобы оказаться подальше от Густы. Подавал мне знаки, прячась за колоннами, чтобы я держала ему место. Однако юную демоницу после нашего с ней разговора как подменили.

Она не смотрела по сторонам и послушно села на противоположном конце стола. Там, куда ее подвел распорядитель.

С беспокойством заметила, что соседом девочки стал младший брат хозяина дома — тот самый Гийом, которого она избегала в прошлый раз. Стало еще тревожнее. Но тут на плечах сомкнулись две руки, и вкрадчивый голос произнес:

— Скучаете, леди?

Хорошо, что я не успела запихнуть в рот ни одну ложку. Что должно было произойти, чтобы Алистер заговорил со мной так… Или он решил вспомнить, как соблазнить девушку без помощи чар? Это же чистая патока, приправленная перцем.

— Я и с чарами никого не соблазнял. Только тебя, дорогая, — тот же голос, но уже в голове.

Когда я освою и эту технику тоже, то заставлю демона-молчуна разговаривать целыми днями.

— Тебе так идет это платье, — продолжил он горячим шепотом. — Я страдаю каждую минуту, что не прислал сутану позакрытее. Пожалуйста, помни об этом. Закрой глаза и не смотри по сторонам. В твоих руках судьба мира… и моя жизнь.

Это было бы смешно, если бы не малюсенький камешек, что затаился у меня в руке. Вассаго наклонился еще ниже, развернул мою ладонь к себе и поцеловал крошечный след в форме звезды. Нервно поправила белоснежную пену из кружев, закрывавшую меня почти до шеи. Зато он выбрал платье яркого бирюзового цвета. Я больше не казалась сама себе вороной

— Это нечестно, — буркнула я, молясь Бездне, чтобы не слышали ни Патрик, ни сидевшая рядом чья-то ветхая родственница. Из-за новомодных слуховых артефактов я не питала иллюзий насчет глухоты бабули. — Ты угрожаешь мне приступом ревности, но к тебе, наверняка, сейчас подсадят маркизу Винтер — ту самую, что в прошлый раз лапала тебя под столом, а потом упала в обморок. По-моему, это нечестно.

Лорд за моим плечом молчал что-то около трех секунд, а потом выдал:

— Любовь моя, ты же ко мне равнодушна и не устаешь это повторять. И в мыслях не было воздействовать на тебя таким образом… Но раз — да-да, не закатывай глаза — тебя хотя бы чуть-чуть неприятно, от Винтер я постараюсь отделаться. Ее семья держит пансион, куда бы я хотел отправить Августу.

Вот же бестолковый Первозданный Ужас… если леди цапает тебя пониже пояса, то она как минимум настроена серьезно. А, во-вторых, Густу нельзя ни в какой пансион. Мы будем подбирать ей индивидуальную программу. Надо аккуратно примирить Вассаго с этой мыслью…

Хм, а ведь я начинала рассуждать, как заправская жена, — здесь не злить, тут — сообщить позже, когда будет расположен… Моего демона все же утянули в сторону два старших Дебуи, Ретвивер и какой-то смутно знакомый, чрезвычайно осанистый господин. Рядом, как на иголках, тарахтел Патрик.

— Она на меня не смотрит. Нет, ты видела? Даже не моргает в мою сторону.

Эти демоны меня уже утомили.

— Патрик, ты же именно этого и добивался, — и добавила, глядя, как вытягивается лицо брата. — Она сегодня почувствовала дурноту днем. Может девушка спокойно поболеть?

Возможно, я ошиблась, и у этой пары есть будущее. Патрик осторожно следил за Густой. Та тоже приметила это и наконец стала оттаивать. Маленький нос поднялся кверху, в его обычное положение, губы поджались, а вот глаза потеплели.

Теперь она выговаривала что-то Гийому. Без намека на кокетство — скорее всего указывала, в чем он не прав. Но Патрик от этого фырчал, как закипающий чайник.

Этими двумя детьми можно было бы любоваться бесконечно, если бы не другая драма — причем с участием Вассаго. Любовь окончательно ударила в голову леди Винтер, и она чуть ли не кормила барона с ложечки. Во всяком случае, повисла на его левом локте и размахивала вилкой в опасной близости от лица.

Я отвернулась от них и задержалась взглядом на двух старичках. Один тут же подавился вином из бокала, а второй принялся развязывать шейный платок. Нет, хуже того. Он улыбнулся мне, бросил его в тарелку и взялся за верхние пуговицы жилетки.

Его худощавая супруга с высокой плоской прической — это делало ее похожей на грабли — закудахтала над ним и вывела из-за стола, лишив нас сцены, которую бы присутствующие запомнили надолго.

Я уже не знала, куда девать глаза. Вассаго словно всерьез собрался испытать, способна ли я на ревность. Он улыбался и что-то говорил маркизе, опустившей под стол правую руку. Все, с меня хватит.

Над столом постепенно поднимался градус беспокойства. Дворецкий, не дойдя до Лионеля с Сильвией, уронил два графина с бренди с подноса прямо на пол. Громко извинился, обошел гору осколков и бросился к выходу.

Это кто-то из нас двоих... Но Вассаго, в отличие от меня, свои чары контролировал идеально. Мне же становилось нечем дышать. Признать поражение и попросить у него помощи? Здесь не меньше пятидесяти человек. Сначала мужчины потеряют власть над телом, а потом и женщины начнут испытывать различные недомогания.

Только Густа с Патриком не замечали, что вечер шел не туда, куда следовало. Через два человека от нас поднялся седоватый мужчина среднего возраста. Кажется, баронет.

— Что-то петь хочется. Позвольте, я спою? — спросил он, не обращаясь ни к кому конкретно, и, действительно, затянул заунывную народную мелодию здешних мест.

Остальные делали вид, что так и надо. Некоторые мужья забирали у супруг вееры и начинали обмахиваться. Я уже готова была подняться и бежать, куда глаза глядят, под странным взглядом Алистера. Он спокойно наблюдал за представлением и иногда посматривал на меня, успевая одновременно уворачиваться от маркизы. Однако демон все же сделал движение, будто собираясь подняться…

Сзади раздалось деликатное покашливание. Хозяин, Марсель Дебуи, граф Артуа чуть наклонился и выпалил, явно нервничая:

— Это последний прием, который я даю в Хлимпе, леди. Не хотелось бы омрачить его безобразным скандалом с участием суккубы.