Глава 81.

— Что за бестолковая раковина, — тихонько ревел Вассаго, чтобы снова не разбудить Риччи. — Зачем она здесь торчит?

Он так дернул насест Верна, что я испугалась, что сейчас вырвет его вместе с куском стены.

— Это чаша. По некоторым признакам священная. Перестань буянить. Это не твоя спальня в конце концов.

Голый демон минут двадцать слонялся по комнате в поисках подходящего одеяния. Ведь если мою ночнушку мы нашли рядом с кроватью в переходном измерении, — она почти не пострадала — то этот сын мрака умудрился сжечь собственную одежду.

Я почти уверилась, что он меня провоцировал; смущал голыми пятками не иначе. Ифрита, который для нашего мира подходил плохо (даже в Бездне ему недостаточно жарко), сменил скучный человек средних лет. Просто без одежды.

Это я так себя успокаивала, чтобы не пялиться на него постоянно. Поджарый и смуглый, Алистер передвигался бесшумно. На теле иногда вспыхивали алые борозды. Он будто сошел со страниц гримуаров, где описывались пороки первых демонов. Буду звать его Блудом. Ужас — как-то чересчур громко.

Сначала Вассаго перерыл шкаф и зачем-то полез в безразмерный саквояж, хотя я предупреждала, что там хранятся исключительно мои вещи. Достал оттуда комплект очень кружевного, почти прозрачного белья — и попытался его на меня надеть!

В результате возни проснулся Риччи, а Вассаго оказался в шкафу. Я уложила демоненка обратно, втайне надеясь, что его папаша убрался к себе. Но тот отчего-то вбил себе в голову, что в первую ночь меня нельзя оставлять одну.

Завернулся в простыню, продолжал бродить и ворчать.

— Ада, ты очень плохая няня. Ребенок должен спать у себя. Как ты, в смысле мы, теперь будем его отучать?

От возмущения я нашлась не сразу.

— Ты нанимал меня учить с ним языки, отрабатывать магические навыки. Но в том бардаке, который ты устроил, Риччи нельзя было оставлять одного. Я забрала его под личную защиту, чтобы перестал дрожать во сне.

— Я и не спорю, но спать втроем невозможно.

— Да, поэтому иди к себе. У нас раздельные кровати супругов практически регламентированы, а ты всего лишь мой любовник.

Вот этого говорить не следовало. Он тут же переключился на меня, чтобы доказать, что, мол, где он, а где «всего лишь». Отбиться мне удалось только потому, что Рич снова заворочался.

Я попробовала положить конец этому безобразию и достать из чаши Верна хотя бы легкие мужские брюки. О большем я и не просила.

Не знаю, что пошло не так, однако сначала мне прилетела скатерть, а затем — ботинок без шнурков. Судя по размеру, он принадлежал Густе. Вассаго проявил горячее возмущение и намекал, что я за его спиной очаровала призрака, но я не позволила ему крушить имущество Верна.

— Дорогой мой ужасный, воспользуйся, пожалуйста, порталом. Это займет у тебя одну минуту в обе стороны. Оденься и приходи. Я устала. Без всякого жеманства хочу спать. Никогда не отдавала столько сил за сутки.

По-моему, это была самая здравая мысль с тех пор, как я очнулась. Но дорогой не торопился. Он повторял одно и то же: ему приспичило быть рядом и точка. Наверное, мне стоило заподозрить неладное — меньше всего Вассаго была свойственна сентиментальность.

Впрочем, подозрительность тоже требует физических сил. Я завалилась в кровать и уже оттуда наблюдала за перемещениями грозного демона в черной шелковой простыне.

Он высунулся в окно и примерно через минуту издал нечто вроде победного клича.

— Ты отдал приказ кому-то из виверн? — догадалась я.

— Сейчас сюда заглянет Вилкс. Он в это время уже не летает. Годы не те. Но ему передадут. Лезь под одеяло с головой.

От этого распоряжения, отданного совершенно будничным тоном, я взвилась, словно энергопотери как не бывало.

— И не подумаю. Завязывай со своими пещерными замашками. И с какой кстати ты вызвал своего дворецкого в мою комнату? Может, я не собираюсь афишировать наши отношения…

Над Вассаго закудрявился дымок. Такого выпада он не ожидал. Вилкс же выбрал ровно этот момент, чтобы ворваться без стука.

Я льстила себе надеждой, что это он так волновался за меня. Джеймс, действительно, первым делом отыскал меня глазами — и расплылся в широченной улыбке.

После полуночи у виверн развязывался язык, они теряли человеческую сдержанность. Ничем другим слова Вилкса нельзя было объяснить:

— Аспар спорил, что вам понадобится еще месяца два. Я рассчитывал, что управитесь недели за три. А вы оба молодцы, вообще не стали тянуть. Только чур я должен быть рядом, когда будете обмениваться клятвами. Кто-то же должен стряхивать угольки с нашей адской невесты.

Вассаго похлопал дворецкого по плечу и быстро его выпроводил. В одно мгновение демон облачился в брюки, после чего нырнул ко мне и занял место с краю — так, что я оказалась посередине между ним и Риччи.

— Когда я буду его будить, я переоденусь. Его мы тоже возьмем на церемонию, а дальше я ему объясню, что муж и жена спят в одной комнате.

Мы впервые лежали в обнимку. Если задуматься, то столько всего произошло между нами в первый раз. Я больше не закрывалась и как следует распробовала аромат его кожи. Однако большая часть моего сознания по-прежнему ощущала его взрослым, посторонним и чересчур великим для одной молоденькой суккубы.

У него ведь есть имя. Я даже не вполне уверена, что смогу называть его «Стивен» и не делать при этом книксен. Но отодвинуться он мне не позволил, а, наоборот, спрятал лицо у меня на груди.

— А что с твоими любовницами? — вспомнила я и, как взрослый человек, привела аргументы. — Я могу случайно сжечь тебя или замок, если явишься домой зацелованный. И ведь без разницы кем — хоть суккубой, хоть кикиморой, хоть стервой или дурой. Как объяснть это детям? Давай не совершать фатальных ошибок. Попробуем пожить пока так, а дальше посмотрим.

На Вассаго никогда не действовали разумные доводы. Мне ли не знать. Он отмахнулся, словно я ляпнула какую-то ерунду.

— Ой, забудь. Я не посмотрю ни на кого другого, потому что все время буду отгонять от тебя кавалеров. Как мух. Плюс работы, чую, прибавится. Плюс дети. Эти и другие. Ты сможешь написать трактат «Как сделать из властелина семьянина» и получить ученую степень.

При этом разглядывал меня внимательно и осторожно поглаживал по волосам. Чего он-то нервничает?

— Может, ты скажешь, кто был у тебя первым и я его убью? Исключительно для профилактики. Желающих вдыхать рядом с тобой воздух станет меньше. Избегать начнут. Ты ведь не захочешь остаться в этом замке надолго.

С его ревностью я уже на короткой ноге. Но все равно рассчитывала, что он не посмеет заговорить на эту тему.

— Тебя что-то не устраивает? Может, перечислить весь первый десяток?

Алистер потемнел лицом, однако, к моему изумлению, сдержался.

— Он был один, Ада. Я и не сомневался в том, что он существовал. Такая девушка, как ты, до последнего не смирилась, что отличалась от остальных. Поэтому весь… хм… процесс провела в муках, сдерживая малейшие порывы, чтобы не обратиться. Вряд ли тебе понравилось настолько, чтобы повторить… Впрочем, если бы обратилась, он бы не пережил, — хмыкнуло мое персональное искушение.

Вспоминать первый опыт отчаянно не хотелось. Тогда я выбрала главного красавчика академии. Одаренного — такого, что и самой нравился. В итоге бедный парень провел всю ночь в состоянии дичайшего напряжения. Не получил разрядки, зато приобрел нервный тик. Мальчишка начал бояться меня до такой степени, что уже утром написал заявление о переводе.

Вассаго я его, разумеется, не сдам, а сам он вычислить не сможет. Мы тщательно скрывали отношения. Но с этой болезненной ревностью Асмодея мне придется жить.

— Нарываешься на комплимент?

— Как всякий влюбленный индюк, хочу, чтобы ты взахлеб рассказывала, как тебе было хорошо.

Я легонько запустила в него чарами. Пускай ему будет сладко… Алистер незамедлительно послал мне ответ. И я тут же без всякого сопротивления обмякла, как желе, прильнув к нему. Один раз можно побыть слабой, а вот завтра пощады он не дождется.

— Ада, ты точно в порядке? Нигде не колет?

Демон приподнялся на локте и завис надо мной. Открыть рот я не сумела, стремительно погружаясь в сон. Но что-то в этом сне было неправильно. Он затягивал меня словно в чужую историю.