Глава 2

— Вот куда ты сбежала? — допытываюсь я у подруги, когда мы снова встречаемся через три дня с нашей последней встречи.

— Мне нужно было срочно выгулять Пусика! — деловито сообщает Вика, придирчиво рассматривая свежий маникюр. — И потом, тот парень выглядел вполне себе нормальным! Ты же знаешь, у меня нюх на засранцев! Я тебе сразу сказала, что твой Ромчик-гномчик — редкий гад, но ты же не послушала!

— И жалею об этом до сих пор, — вздыхаю, за что тут же получаю дружественный подзатыльник.

— Алло, дама! Сколько ты будешь чахнуть из-за этого членистоногого? Познакомилась с таким красавчиком, обменялась с ним телефонами и что? И не позвонила ему! Да я бы уже на следующий день напросилась к нему на чай… с ночевкой!

— Так это ты… а я не могу так.

— Вот и зря! Между прочим, мудрые люди говорят — клин клином вышибают! В любви это, кстати, тоже очень хорошо работает. Хочешь забыть бывшего — найди себе нового парня!

— Да я лучше бы вообще без всяких парней…

И снова получаю подзатыльник.

— А это за что? — гневно сверкаю глазами на подругу.

— Это я взбиваю коктейль. Чтобы меланхоличные мысли в твоей голове хоть немного перемешались с позитивными. Если повезет, получится «Секс на пляже».

— Очень вряд ли. У меня просто нет нужных ингредиентов.

— Вранье! Для подобного коктейля нужна ты, хороший парень, пустая квартира, легкий ужин и много вина. И все это у тебя есть!

— Мне сестра звонила, — резко меняю тему.

— И что этой мымре надо? — Вика никогда не любила Ксению, а та, в свою очередь, отвечала ей пылкой взаимностью.

— Она замуж выходит. В эту субботу свадьба.

— Шо, опять⁈ — подруга очень похоже изображает обалдевший внешний вид и интонацию волка из мультика «Жил-был пес».

— Я тоже удивилась, но ты же ее знаешь… вся в маму.

— Какой это брак по счету? — подруга делает вид, что забыла.

— Третий будет. Ксения уверяет, что три — счастливая цифра.

— Не для ее мужа — это точно, — фыркает Вика, наливая себе еще пол литра кофе и сдабривая его щедрой порцией сливок и сахара.

— Фу! Не могу на это смотреть, — комментирую ее блаженную физиономию, когда она делает глоток ужасной бежевой патоки. — Ты прямо в одном шаге от диабета.

— А ты — от очередного подзатыльника, — мурлыкает подруга, заедая все это мракобесие шоколадной конфетой.

— Это же надо так издеваться над прекрасным напитком, — сокрушенно качаю головой.

— Ага, я тайная садистка, — Вика расслабленно пьет кофе и, глядя на нее, никогда не скажешь, что она — бизнес-леди.

И тем не менее, так и есть. В двадцать шесть лет Виктория уже владелица нескольких маникюрных салонов. А начинала работать на кухне своей однушки десять лет назад. Тогда мы с ней и познакомились. Моя сестра пришла на маникюр и притащила меня за компанию.

Ксения и Вика сначала сдружились, а потом разругались. Из-за чего, до сих пор не знаю, но с тех пор мы с Викторией стали не разлей вода. Мне очень льстила эта дружба: девушка старше меня на целых ТРИ года общается со мной, делится мечтами и не говорит, что мои мысли глупые или детские. Все-таки между тринадцатью и шестнадцатью годами лежит огромная пропасть. Но Вика ее спокойно перешагнула. Она вообще, крайне бесстрашная. Иногда даже чересчур.

— Так что хотела наша любимая Ксюша-юбочка из плюша, мозги из ватина?

Не сдержавшись, фыркаю. Вот умеет Вика припечатать! У меня так никогда не получается.

— Пригласить меня на свадьбу, естественно.

— И зачем оно тебе надо? Давно никто головой в помои не макал? — Вика внимательно смотрит на меня из-за ободка чашки.

— Там и папа будет… Я давно его не видела, — говорю жалобно.

— Приедешь к нему как-нибудь в гости.

— Это далеко…

— Зато мир посмотришь, себя покажешь.

— Вика, ты же знаешь, мне не простят, если я не приеду.

— Да плевать! По факту, они совсем чужие тебе люди, хоть у вас и одна кровь.

— Я не могу так, как ты…

На какое-то время на кухне повисает гнетущая тишина. Мы обе погружаемся в свои не самые светлые мысли.

— Ладно. Поедем вместе, уж при мне…

— Ксения запретила тебе приезжать. Тем более, после прошлого раза, — говорю виновато.

— А что было в прошлый раз? — Виктория делает невозмутимое лицо. — Тот многоярусный торт я не трогала, он изначально был какой-то кривой.

— Его специально сделали в виде Пизанской башни, — отвечаю с улыбкой.

— А откуда мне было знать? Захожу я на кухню, а там это кривой ужас! И его сейчас будут вывозить. Зная твою сеструню и ее помешанность на порядке, я решилась, можно сказать, на подвиг. Как Александр Матросов! Как… Павлик Морозов! Ну… ты поняла.

Отвечать я уже не могу, потому что хохочу во все горло, вспоминая, как в зал, полный гостей, ввозят торт. Высокая, ровная труба, вместо Пизанской башни, с отпечатками рук по всей зеркальной поверхности торта и шваброй!!! Всунутой в торт, как шпажка в бургер.

— Это, чтобы уже наверняка не упал, — сообщила мне потом Вика, когда нас обеих выкинула за ворота охрана.

Ее за то, что испортила торт, меня — за то, что посмела защищать подругу. Это сейчас мы хохочем, как гиены, а тогда было совсем не до смеха. Кто мне потом только ни звонил. И сестра, и ее муж-итальянец, и мама, и тетки. И каждый, чтобы пристыдить. Как маленькую.

— И есть проблема с этой свадьбой, — говорю, когда мы уже отсмеялись.

— О, да! Там много проблем! — Страшно выпучив глаза смеется Вика.

— Ксения пригласила также и Романа.

— Что⁇ — У подруги даже печенье выпадает из пальцев и хлюпается в чашку с остатками бежевого сиропа.

— Сказала, что приглашала нас, как пару. Мы разошлись, но она то с ним дружит, и типа не может его не пригласить… Ну в общем, ты поняла, да?

— Да все я поняла! Змеюка подколодная твоя сеструня! Лишний раз поиздеваться хочет. И на этот раз чтобы при всех родственниках. Не нужно туда ехать, Лен.

— И дать повод Роману говорить, что я осталась дома, рыдаю и страдаю над своей никчёмной жизнью?

— А ты выдержишь? — переспрашивает подруга, выловив размокшую печеньку из чашки и закинув ее в рот.

— А что мне остается? — отвечаю.

— Как что? Заручится поддержкой настоящего джентльмена, — и снова фирменная акулья улыбка подруги. — Говоришь, вы телефонами обменялись?

— О, нет! Нет! Вика, я серьезно! Ксандр и так меня очень выручил. В этот раз я без него справлюсь!

Знала бы я в тот момент, что подруга все равно меня ослушается и сама позвонит моему фальшивому парню.

— Ты ЧТО сделала? — в ужасе переспрашиваю Вику, когда она уже уходит, и я закрываю за ней дверь.

— Позвонила этому твоему Александру, кстати, интересный парень. И голос у него шикарный. Низкий такой, с хрипотцой. Сказал, что заедет за тобой в субботу в девять утра. Вы же за час доберетесь?

— Я тебя убью, — вяло отмахиваюсь от подруги.

— Ты меня еще благодарить будешь, — фыркает Вика и выплывает за дверь.

Оставшееся время до конца недели я посвящаю волнительным сборам на свадьбу сестры. И не потому волнительным, что свадьба, а потому, что снова увижу Александра. Терзает двоякое чувство: и хочу его видеть, и как-то неловко. Настолько, что хочется позвонить и отменить нашу встречу.

Трусиха, знаю.

И вот наступает час икс. Если бы не свежий маникюр, сделанный только вчера вечером, я бы от волнения сгрызла ногти под ноль. А ведь думала, что избавилась от этой дурной привычки с тех пор, как переехала от родителей.

Дверной звонок заставляет меня взвиться на метр над креслом, в котором я пыталась усидеть последние десять минут. Выдохнув, беру чемодан и сумочку, распахиваю дверь, пока не утратила остатки смелости. И застываю в проходе.

— Кхм… — откашливаюсь, — привет.

Мне кажется, или Александр как-то изменился с нашей прошлой встречи? Неловко как-то, но я не могу перестать его рассматривать.

— Привет, — улыбается своей белозубой чуть клыкастой улыбкой. — Рад тебя видеть.

Как-то неуловимо быстро берет мой чемодан, касаясь одновременно своими пальцами тыльной стороны моей ладони и губами моей щеки. Замираю. Мужчина же выглядит так, словно ничего не произошло.

— Идем? А то ведь можем и опоздать.

— Да, пошли, — поворачиваюсь спиной, закрывая дверь, едва сдержавшись, чтобы не дотронуться кончиками пальцев до того места, куда он поцеловал. Кажется, что щека горит.

Загружаемся в лифт, в котором я не знаю, куда смотреть, поэтому гипнотизирую взглядом кнопки.

— Сегодня чудесная погода, — говорит Ксандр. — Тепло, не жарко. — А потом без паузы добавляет, — мне нравится твое платье.

— Правда? — зачем-то переспрашиваю, хотя зеркало мне явно сказало, что сиреневый цвет с моей бледной кожей и светлыми волосами совершенно не сочетается, добавляя мне возраста и делая какой-то уставшей. — Вообще-то я собиралась надеть другое, но сестра вчера сказала, что у нее свадьба в сиреневом цвете. И чтобы не расстраивать новобрачную, я…

— Ты очень хорошая сестра, — заканчивает за меня предложение Ксандр, и мы наконец-то выходим из лифта.

Увидев автомобиль Александра, едва сдерживаюсь, чтобы не ахнуть. Вообще, мне все равно у кого какая машина, но конкретно эту я запомнила потому, что полгода назад Роман, на тот момент еще мой парень, показывал мне ее в каком-то журнале и пускал слюни, рассказывая, что это дорогущая вещь с кучей наворотов.

Ксандр ставит мой чемодан в багажник, помогает сесть. Чувствую себя принцессой и от этого немного неловко.

— Давай помогу с ремнём, — говорит мужчина и наклоняется ко мне.

Очень близко. Я слышу запах его одеколона. Вдыхаю. Вкусный какой. Нотка лаванды, сандал, сливовый ликер. Александр тянет ремень безопасности и, возможно, случайно едва касается костяшками пальцев моей груди. Тысячи мурашек пробегают по моей коже, заставив волосы стать дыбом, а дыхание ускориться. Раздается щелчок, и мужчина отодвигается. Теперь я могу дышать свободнее.

— Тебе неприятны мои прикосновения? — вдруг спрашивает.

Удивленно приподнимаю брови.

— Нет, — отвечаю совершенно честно. — Не неприятны.

— Просто ты сжимаешься и отодвигаешься, когда я к тебе прикасаюсь.

— Да… понимаешь… я просто не люблю… прикосновения.

Боже! Что я несу⁈

— Правда? — Ксандр выглядит изумленным. — Тогда если хочешь, я не буду…

— Нет, — тут же перебиваю его. — Будет странно, если мы представимся парнем и девушкой и при этом ты не будешь меня касаться, тебе так не кажется?

— Ну да, странновато, — усмехается. — Но еще более странно будет выглядеть, если ты станешь отодвигаться или убегать от меня, когда я захочу тебя обнять.

— Кхм… а ты захочешь меня обнять? — вообще не знаю, зачем я решила уточнить именно этот факт.

— Конечно, — без запинки произносит Ксандр, а его глаза при этом как-то внезапно темнеют, почти пугая.

— Тогда я обещаю не убегать, — говорю.

— Отлично, — подмигивает мне и заводит автомобиль. — Погнали!

Мы приезжаем вовремя, даже чуть раньше. Всю дорогу я растеряно смотрю в окно. Говорить не хочется, нервы немного вздернуты в преддверии встречи с родственниками. Да и Роман там будет, что тоже напрягает.

Александр тоже не пытается говорить. Впрочем, тишина в салоне автомобиля ни его, ни меня не беспокоит. И я благодарна ему за то, что он каким-то непонятным образом почувствовал, что я не настроена на беседу.

Свадьбу сестра решила отмечать в пафосном отеле. Подъехав, мы выходим из автомобиля, а к нам тут же подбегает персонал. Кто-то берет ключи, чтобы поставить машину на стоянку, кто-то вытаскивает чемодан и сумку из багажника. Нам тут же подносят напитки и в сопровождении внушительного вида дяденьки, мы входим в фойе.

На ресепшене нам дают ключ от нашего номера, вполне предполагаемо — одного на двоих, и радостно сообщают, что багаж уже там, и, если мы не против, нас проводят к месту торжества. Просто киваю.

На входе в огромный внутренний двор, весь украшенный цветущими глициниями Хонбени, нас встречает моя мама. Сегодня леди Каролина превзошла даже саму себя. Роскошное лавандовое платье, почти белое вверху и чернильное по самому низу подола только подчеркивает легкий загар и смоляные кудри женщины, которой ни за что не дашь пятьдесят лет. Максимум — тридцать пять.

— Ты опоздала! — С порога заявляет она, потом видит за моей спиной Александра, натягивает на губы резиновую улыбку и добавляет. — Впрочем, мы еще не начинали, так что можете занять свои места. Второй ряд, слева.

Я открываю рот, чтобы представить мать Ксандру, но та резко разворачивается на пятках и удаляется куда-то вглубь двора, скрывшись за обилием цветущих деревьев.

— А кто это был? — спрашивает Александр.

— Моя мама, — отвечаю.

— Правда? Ты на нее совсем не похожа.

— Увы. Может, тогда бы мне было проще в этой семье.

— А, может, и нет.

— А, может, и нет, — легко соглашаюсь с Александром. — Пойдем, присядем?

Когда мы подходим к назначенным нам местам, я вижу, что на самых последних стульях сидят мой папа и его жена. Сердце привычно щемит, при виде его рано постаревшего, но когда-то красивого и родного лица.

— Кто этот мужчина? — шепотом спрашивает Ксандр, перехватив мой взгляд.

Мы усаживаемся на стулья, и я отвечаю:

— Мой отец.

— Твои родители в разводе?

— Давно уже. Мама с тех пор успела дважды выйти замуж, — улыбаюсь, словно эта тема не причиняет мне боль.

— А отец?

— Он женился только недавно. Надеюсь… она хорошая женщина и папа, наконец-то будет счастлив. Он это заслуживает.

— Все заслуживают быть счастливыми, — невзначай роняет Ксандр, а потом внезапно закидывает свою руку и кладет на спинку моего стула, кончиками пальцев касаясь моего плеча. Едва сдерживаюсь, чтобы не вздрогнуть.

— На нас смотрит твоя сестра, — сообщает Александр, склонив ко мне голову и легко касаясь губами прядей моих волос рядом с ухом, отчего меня моментально накрывает волной жара.

Поворачиваю голову и встречаюсь с его огромными черными зрачками. Сглатываю, пытаясь смочить внезапно пересохшее горло.

— Наверное, мама ей уже рассказала, что я приехала не одна.

— Скорее всего. Итак, ответственный момент. Наша проверка на подлинность, так сказать. Ты готова не дергаться и не отталкивать меня?

Совсем рядом его лицо, серьезное и напряженное, а в черных зрачках рождается желтый огонек.

— Да, наверное, готова.

— Тогда я тебя сейчас поцелую, — говорит он. И мое сердце падает в обмороке куда-то в глубокую яму. А я не могу отвести взгляд от мужских губ.