Глава 5

Проводить исследование над альфой я решилась осторожно. Нужно было убедится на все сто, что Босфорт попадает под действие волшебного эликсира. Ведь одна удача – это больше случайное совпадение.

Все началось с мелких пакостей. Ежедневно нам подавали обед в малую гостиную: что-то мясное, картофель и салат. Спустившись как-то на кухню, якобы за фруктами, я налила в заранее заготовленный куриный маринад свой раствор вербены.

– Хмм… – задумчиво покрутив перед носом разрезанный кусок курицы, мужчина нахмурился. – Почему вкус такой странный?

– Какой же? – невинно уставилась я, с аппетитом доедая вторую ножку.

– Никакой, – фыркнув, Аарон откинул вилку в сторону и посмотрел на меня с удивлением. Словно я добровольно жевала навоз. – Курица совершенно безвкусная. Тебе так не кажется?

– Как по мне, все просто великолепно, – играя свою роль до конца, я поднялась с места, бесцеремонно взяв мясо прямо с тарелки мужчины. – Может нитраты?

– Сашенька, – альфа посмотрел на меня, как на детскую неожиданность, – нитраты я бы еще с улицы учуял. А наши курицы – с проверенной фермы.

Пожав плечами, я вернулась на место. Через пару минут горничная зашла, чтобы убрать со стола.

– Анна, – холодно приказал он, – ищите другого поставщика птицы. С этим что-то не то.

Следующую неделю обеды я любила особенно сильно. Потому что лично заботилась о том, дабы великий альфа, сам господин Босфорт совершенно не чувствовал вкуса мяса. Сперва он злился, ругался на мир вокруг, менял поставщиков снова и снова… А потом, увы, смирился и перестал подавать виду. Потому что работники дома уже стали на мужчину коситься.

Почему все так гладко прошло? Загвоздка заключалась в нескольких вещах. Маринад состоял из дорогостоящих продуктов. Например, белый трюфель и черная икра. Соответственно, пользоваться им могли только хозяева дома. Я и альфа. А еще я съедала всю порцию мяса за двоих, чтобы никто из горничных не стал за нами доедать и задаваться вопросами. Было безвкусно? О, да! Оно того стоило? Еще как!

– Он сегодня пошел к врачу. Представляешь? – хихикая, как злобный тролль, я делилась своей маленькой пакостью с Витой. – Ему назначили какие-то анализы, подозревают волчью болезнь.

– Не пойму, как он тебя еще не спалил, – нервно покуривала моя новая подруга. – Он же мясо не только дома ест. И не только в обед.

– В том-то и прикол, что только в обед! У него какая-то там специальная диета для поддержания идеальной формы, – поймав свой взгляд в отражении зеркала, я не узнала ту искорку безрассудства и храбрости, что появилась в глубинах глаз. – А вообще, мне плевать. Путь немного понервничает.

– Это не «немного понервничает», Саша. Это жесть! – Вита шутя, но достаточно сильно ударила меня подушкой по голове, пытаясь вернуть мозги на место. – Ты вообще понимаешь, что вербена убивает волков? И ты кормишь ею нашего альфу. Скажи спасибо, что не убила его, милая.

Вот тут-то я смеяться перестала. Стало по-настоящему страшно. Почему-то в мою больную голову этого не пришло! Ведь Вита не раз брызгала отвар в рот после курения. Да и я тоже прибегала к подобной обманке… Но совсем другое дело есть его на постоянной основе ежедневно!

– Скажи, что ты так больше не будешь, – строго потребовала она у меня, перекрывая выход из ее «тайной» комнаты. – Пока слово не дашь, по магазинам не поедем.

– Конечно, – со всей ответственностью кивнула я. – Какими сложными бы не были наши отношения, я совершенно точно не желаю его смерти.

В тот день мы с Витой отправились на шопинг. Инициатором всех вылазок была именно девушка. Она предпочитала заходить в те магазины, которые ранее мы с семьей обходили стороной. Даже для моего далеко не бедного отца это было слишком дорого.

– Вся твоя проблема, Сашенька, что ты хочешь уколоть мужа так же больно, как и он ранил тебя. Только слишком юна и не можешь выбрать правильное оружие, – загадочно пролепетала Вита, отправляющая уже третьего курьера с новым гардеробом домой. Подозвав к нам консультанта, она загадочно шепнула ей что-то на ухо. Та воспарила, радостная побежала на кассу.

– Чаевые большие пообещала? – гадала я, пребывая в растерянности.

– Нет, – цокнула языком она. – Я сказала, чтобы она пробила всю новую коллекцию твоего размера. Ты покупаешь.

Моя челюсть едва об пол не ударилась. Тело задеревенело, а голова закружилась. Схватив первую попавшуюся вешалку, я повернула ценником к Вите:

– Сто долларов за стремную майку! Ты предлагаешь мне сейчас оплатить элитный автомобиль. Не уверена, что у Аарона есть такие деньги…

Вита засмеялась в голос, хватаясь за живот. Наконец, вытерев слезы, она строго протянула мне ладонь:

– Карту! Живо.

Нехотя зарывшись в сумочке, я отдала девушке то, что она просит. Еще после свадьбы альфа дал мне золотую карту на личные расходы. Я ни разу ей не пользовалась. И была свято уверена, что там маленькая сумма. Аля на хлеб и воду.

– С вас сто тысяч, – совершенно спокойным тоном с широкой улыбкой произнесла консультант.

Я выдохнула. Один шарф Виты стоил дороже. Если денег вправду не хватит, я бы могла занять у нее.

– Какая прелесть! – довольная подруга с победным видом поднесла карту к терминалу. Он немного подумал, а потом раздался ободрительный сигнал. Оплата прошла. – Нам нужен курьер. Сейчас напишу адрес…

Поглядывая на экран телефона, я ждала гневный звонок от мужа, но его не поступало. В ушах звенел пульс, виски стискивались от пульсирующей боли.

– Идем, крошка! – подцепив меня под руку, Вита счастливой походкой выпорхнула из магазина. И только потом мечтательно вздохнула: – Ох, какая же ты счастливая, Сашенька! Даже я, опытный шопоголик, никогда столько денег за раз в магазине не оставляла. Они тебе, кстати говоря, в подарок сумочку положили. Прикольно, да? Там только одна сумочка на два ляма тянет.

– Так, стоп! – замерев, повернувшись лицом к Вите, я уставилась на нее испуганными расширенными глазами. – Не ври, что никогда не тратила сто тысяч рублей в магазине.

– Рублей? – прыснула та, похлопав меня по плечу. – Бери выше – долларов!

Никогда не думала, что информация может стать настолько оглушающей, что я потеряю дар речи. Закашляюсь, пошатнусь и повалюсь на скамью.

– Ты чего? – занервничала Вита, обмахивая меня шарфиком. – А ну-ка не умирай тут! Мне за тебя сперва мой муж голову оторвет, а потом твой!

– Сто тысяч долларов… Сколько это в рублях?! – судорожно прикидывая в голове даже самый лояльный курс, все равно ужаснулась итоговой сумме. – Боже! Вита, давай все вернем? Как вообще можно было потратить ТАКИЕ бабки на шмотки?

– Ты хотела отомстить мужу? Отомстила! Забудь, – девушка перекрыла мне путь, не давая броситься обратно в бутик и слезно просить отменить сделку. – Пойдем-ка лучше чайку попьем, а? Сегодня ты меня угощаешь.

Девушка уверенно шла в дорогой ресторан, но я твердо для себя решила, что хватит на сегодня необдуманных трат за чужой счет. Поэтому потащила подругу на фудкорт. Вита с призрением оглядывала киоски с фастфудом, пока я ждала свой заказ через терминал: две чашки кофе и бургеры.

– Знаешь, – наконец сдалась та. Сразилась взглядом с булкой и откусила огромный кусок, – ты странная, Саша. Но этим мне и нравишься.

Я только открыла рот, чтобы ответить, как услышала позади знакомый голос.

– Это она, я тебе говорю…

– Нет, Саша же темненькая! А это какая-то фифа в дорогих шмотках и с белыми паклями.

– Да она это! Отвечаю!

Резко повернувшись, я споткнулась взглядом о компанию из пяти человек в другом конце фудкорта. Три девочки и два парня. По спине прошел холодный пот, сердце бешено застучало… Глотнув побольше кислорода, я тихо шепнула Вите:

– Это моя бывшая компания.

– И, – недоумевала та, – что теперь?

– Пойду поздороваюсь.

Резко поднявшись с места, я не дала девушке даже шанса ответить. По мере моего приближения к ребятам, разговоры за их столиком становились все тише и тише.

– Нам твои родители сказали, что ты замуж вышла за иностранца и переехала в забугорье, – вдруг произнес Дима. Тот самый парень, который в прошлой жизни заставлял бабочек порхать в животе. – Я не поверил. Ты бы так не поступила. Оказывается, правда!

– Признавайся, – Оля затянула меня за столик, – запихали тебя в какую-то исправительную школу заграницей?

– Какая исправительная школа? Ты ее волосы видела? – пнула ее в бок Лида. – Сашка, колись: в Турции отдыхала?

– Загара нет! Какая еще Турция! – закатил глаза Дима. – Да и вообще, дайте ей самой хоть слово сказать.

А я замерла, перестала дышать. Что я должна была им рассказать? Как стала оборотнем? Или как меня выдали за первого попавшегося, который меня УНЮХАЛ? Или, что я пытаюсь от него залететь, чтобы он оставил меня в покое?

«Ври! – поняла я вдруг. – Ври, Саша! Напропалую!».

И сочинила им историю, которая больше походила на реальность. Что педантичные родители поймали меня за курением. Наказали. Отправили в исправительную колонию без телефона и возможности коммуникации с миром. И что теперь я буду учиться заграницей, потому что там (по мнению мамы с папой) лучше образование и строже наблюдение.

– Жесть, – застонала Оля, прижимая меня к себе и целуя в висок. – Бедная ты моя. Волосы покрасила из-за протеста, да? А вот я, назло предкам, татуху на спине наколола. Показать?

– Отстань со своими татухами, – закатил глаза Дима, не сводящий с меня требовательного взгляда. – Саш, ты когда уезжаешь хоть? Мы сегодня идем в клуб. Помнишь, ты когда-то хотела пойти… Может, присоединишься?

Потупив грустный взгляд, я нехотя прошептала:

– Вряд ли мне разрешат…

– Ничего такого не будет! – оживился Дима, вскинув руки. – Пару часиков потанцуем, а потом я тебя лично домой подвезу.

Я уже открыла рот, чтобы ответить четкое «нет», как рядом послышался мягкий пьянящий голос Виты:

– Сашенька, можно тебя на минутку?

Мои друзья тут же обомлели от красоты подруги. Она была невероятная, поглощающая тебя целиком. Только Дима пялился исключительно на меня, не поддаваясь чарам.

– Что случилось? – девушка затащила меня за столб, напрочь прикрывая от друзей.

– Сашенька, ты не забыла, что замужем, а? – ехидно поинтересовалась она. – Не забыла, что если твой Аарон встретится с этим Димой, то кое у кого будет вырван кадык?

Обернувшись по сторонам, я развела руками:

– Мы тут одни!

– Это и странно. Почему они нам охрану не приставили? Как-то подозрительно, – призадумалась Вита.

– А может, – я многозначительно вздернула бровь, – мужья нам просто доверяют? – девушка замолчала, не найдя ответа. Я же решила развить тему: – Послушай, я не видела их чертовски долго! И, клянусь, у меня ничего не будет с Димой. В первую очередь потому, что я не хочу ему зла.

– Не понимаю, – девушка напряглась, – к чему ты ведешь?

Не веря в то, я что сама же и говорю, я уверенно попросила:

– Прикрой меня. Я хочу с ними в клуб.

– Саша! – Вита испуганно отпрянула, едва ли не перекрестившись. – Ты головой звезданулась? Забыла, что твой мужик – чертов маньяк!

– Понимаю, зачем тебе это… – опустив взгляд, я попыталась сдержать слезы, но голос все равно задрожал. – Мне восемнадцать, а мой мир уже ограничивается домом альфы. У меня отняли все: семью, друзей, перспективы. Черт, у меня даже кредитка на имя мужа! И сейчас появляются они и зовут в клуб. На какую-то секунду я правда поверила, что принимаю хоть какие-то решения в своей ужасной жизни.

Тяжело вздохнув, девушка зарылась лицом в ладони:

– Час ночи.

– Что? – я резко взглянула на Виту, кусающую губы.

– Гена приезжает сегодня в час ночи. Не знаю… То ли после своих шлюх, то ли собрание какое… Суть вот в чем: в час ночи ты должна быть у меня дома, – проведя пятерней по волосам, она спутанно затараторила: – Скажем мужьям, что ты решилась заночевать у меня.

Радостно взвизгнув, я бросилась обнимать Виту. Но она резко отодвинулась и взглянула на меня с укором:

– Только не смей трахаться с этим Димой! И никаких поцелуев, поняла? Не в мою смену. И, главное: периодически брызгай себя отваром.

«А если не в твою смену, то можно?», – задумалась я, но спрашивать не стала. Вита ушла. По ее словам, хотела посидеть дома одна и отдохнуть от изнуряющего шоппинга. Я же вернулась к друзьям.

И тогда, на короткие часы, мне обманчиво показалось, что все, как прежде.

Мы просидели на фудкорте до самого закрытия торгового центра. Обсуждали всякую ерунду, дурачились и смеялись. Когда по громкоговорителю объявили, что пора бы уже покинуть территорию, Дима вскочил первый:

– Идемте, пора!

Он протянул мне руку, но я сделала вид, что не заметила. На всякий случай спрятала ладони в карманах и заговорилась с Олей. Все для того, чтобы Дима не питал больше никаких надеж на мой счет.

– На метро поедем? – на долю секунды я замешкалась перед спуском. Жизнь так круто изменилась за последние месяцы… В голове вспылили воспоминания о колоннах автомобилей альфы.

– А что? Проездного нет? Я тебе дам, не переживай, – оживилась Оля, весело подмигивая. Когда компания прошла вперед первыми, она многозначительно шепнула на ухо: – Знаешь, Димка тут та-а-ак без тебя страдал все это время! Кто бы мог подумать, что наш мачо на такое способен.

Тяжело вздохнув, я угрюмо поморщилась. Услышь я нечто подобное до обращения, прыгала бы от счастья. Сейчас же восприняла информацию равнодушно, без энтузиазма. И причина этому была даже не в живом муже, а во мне самой. Я изменилась. Ощущала мир иначе.

– Садись, – Дима первый залетел в метро, заняв два крайних места в конце вагона. Самые уютные и обособленные. Но я отвернулась, отошла в сторону. – Саш, ты чего?

Благо, милая бабушка в розовом чепчике была быстрее и присела рядом с Димой шустрее кого бы ни было. В клуб мы доехали без происшествий. Единственное, до него требовалось идти от метро пешком. Либо через освещённые дороги длинным путем, либо коротким, но через старые не освещенные дома. Естественно, компания выбрала второе.

На половине пути в кромешной тьме послышалось рычание. Все замерли, затаились. Я же посмотрела прямо в пустоту и разглядела двух бешенных собак. «Они не злые, просто обороняются от злых людей!», – каким-то образом почувствовала.

Сконцентрировавшись на животных, я словно пыталась донести посыл: «Мы не опасны и не причиним вреда!».

И, черт его дери, они словно все поняли и даже кивнули! Рычать тут же перестали.

– Ты чего, Саша? – ладонь Димы упала мне плечо, губы оказались слишком близко от уха. – Боишься? Если что, бери за руку. Вместе не страшно.

Но я отмахнулась, сделала вид, что не услышала. А потом, когда вошли в «Культ», быстро забежала в дамскую комнату и забрызгалась вербеной.

– Духи новые? – принюхалась Оля после. – Класс! Цветочные какие-то…

– Странно… – Лида старательно принюхивалась. Даже носом уткнулась мне в шею. На ее лице отразилось полное недоумение. – Я ничего вообще не чувствую. Ты где духи усмотрела?

Оля и Лида принялись спорить, но каждый из них был прав по-своему. Люди ощущали мой отвар, как некие экзотические духи, а вот оборотни теряли обоняние. На Лиду я посмотрела иначе. Она оказалась с сюрпризом.

Мы танцевали, как последний раз, веселились и отрывались. Именно так я и представляла себе клуб, как место для беззаботного отдыха и релакса.

– Саш, – Дима помахал мне двумя стаканчиками с синей жижей, – я тебе тут коктейль принес. Самый крутой у них в меню. Попробуем?

Я уже почти согласилась, но в последний момент передумала. Алкоголь неправильно действует на оборотней. Без контроля, в людном месте, я могла бы натворить кучу глупостей.

– Прости, – пожав плечами, я состроила сожалеющую гримасу. – Родители запрещают пить. Не хочу неприятностей. Ты Оле предложи. Она любит всякие такие штуки.

– Я хочу! – Лида буквально в танце выдернула из рук Димы бокал. Я хотела крикнуть ей вслед, что не стоит пить, но она была уже далеко и обжималась с незнакомым армянином. К тому же, кто я такая, чтобы она приняла мои слова к сведенью?

– Саша, нам стоит поговорить… – произнес Дима обреченно, пока я внимательно разглядывала часы. Пыталась просчитать, сколько времени нужно, чтобы доехать до дома Виты.

– Черт… Пора такси вызывать, – с тоской подумала я, оглядываясь по сторонам. – Дима, жди. Скоро приду.

Развернувшись, я выбежала на улицу. Во внутреннем дворике было достаточно тихо, чтобы спокойно поговорить. Без проблем со связью, получилось вызвать автомобиль буквально за считанные секунды.

– Машина будет ожидать вас через две минуты, – удивила меня девушка.

– Отлично, спасибо! – довольная, что вернусь вовремя и не подведу Виту, я развернулась на пятках, чтобы вернуться в клуб и попрощаться с друзьями. Но буквально врезалась в грудь Димы. Он нервно курил, хотя раньше не страдал подобной привычкой. – Ой! Ты что тут делаешь?

– Подумал, что ты сбежать решила, – он осматривал меня странным взволнованным взглядом. – А я ведь обещал провести.

Многозначительно показав пальцем на телефон, я улыбнулась:

– Такси, Дим. Не о чем беспокоиться.

– Давай, хоть на такси дам. А то как-то не по-мужски, – достав из кармана стопку тысячных, он с пафосным самодовольным видом засунул их мне в карман. – Только не вздумай возвращать. Считай, подарок на день рождения.

– Ты работу нашел? – не на шутку обрадовалась я, возгордившись другом. – Какой молодец! Кем?

– У отца на фирме. Принеси подай. А кем меня еще без образования возьмут? Зато, карьерный рост со временем обеспечен. В деньгах нужды не будет, обещаю, – сделав две резкие судорожные затяжки, он бросил сигарету и повернулся ко мне всем корпусом. – Ты только не пропадай больше, ладно?

– Не понимаю, – растерянно заморгала я, – как это связанно…

– Ты у нас из обеспеченной семьи. Думаешь, я не понимаю, почему ты меня игнорируешь? Типа не того уровня. А я буду того, Саш. Для тебя буду! – резко его руки сжали мои плечи. Я дернулась назад, но ступила ногой на банан. И, как в лучших ситкомах, на секунды начала кататься туда-обратно. – Ты мне нравишься. Возможно, даже люблю. Ты, когда пропала, я все понял. Давай вместе будем?

– ЧТО?! – я уставилась на Диму с распахнутым ртом.

Как долго я ждала этих слов! Как долго они снились мне во снах! Как хотела я вживую увидеть его глаза, полные мучительного томления и услышать мягкий голос, когда-то казавшимся лучшей музыкой для ушей.

А сейчас на сердце была пустота. Совершенно и абсолютно ни-че-го.

– Дим, – мотнула головой я, – не думаю, что…

А дальше прошло то, что в планы мои не входило. Он поцеловал меня. Ужасно поцеловал! Буквально затолкал свой язык глубоко в глотку, я едва не подавилась. Как бы мне не хотелось этого признавать, это ни в какое сравнение с Аароном не ставилось. Но даже если бы поцелуй оказался приятный, Дима все равно сделал это без разрешения. Буквально насильно.

– Придурок! – резко отодвинув парня, я отвесила ему пощечину. Плюясь и кривясь, я вытирала губы. Меня едва не вырвало. – Пошел ты к черту!

Развернувшись, я быстро побежала прочь к такси. Следовало пройти через весь клуб, где я благополучно напоролась на Олю.

– Там такое! У Людки глаза светятся, прикинь? Ей походу в коктейль что-то запрещенное подмешали. Сейчас повезу ее домой. Буду смотреть за состоянием. Ты с нами? – затараторила она. Я резко притянула к себе девушку и замерла на мгновение. Пыталась мысленно сфотографировать момент и отложить его в своей памяти на вечно. Моя первая лучшая подруга навсегда. – Ты чего, Саш? Дима тебя обидел?

– Дима обидел, но не в этом суть, – отмахнулась я, – Мне пора. Я завтра уже уезжаю. Долго не увидимся.

Девушка расплакалась, я же сдержалась. Но потом, в такси, всю дорогу проревела. Ведь поняла, что даже если каким-то чудом Босфорт отпустит меня и даст развод, я больше никогда не буду такой, как прежде. Чувство беззаботности выветрилось раз и навсегда. То, что раньше казалось веселым, сейчас ощущалось, как бессмысленное.

Я рыдала, рыдала, рыдала… Забыла обо всем. Лишь когда такси припарковалось у задних ворот дома Виты, ведущих прямо к ее спальне, я достала из кармана деньги и отдала «подарок» Димы водителю.

– Тут много, – опешил он. – Вы что-то напутали.

– На чай, – я весело подмигнула. – За то, что так смиренно всю дорогу слушали мои подвывания.

По всему дому горел свет. Авто Гены на улице я не заметила, что было хорошим знаком. Но и не удивительным, ведь я успела на полчаса раньше назначенного.

– Эй, Вита! – воскликнула я, – Ты там уснула что ли? Ау-у-у!

Спокойно поднимаясь по лестнице вверх, я уже было зашла в спальню, но потом увидела, что дверь в малую гостиную открыта. Там явно трещал камин. Вита любила по вечерам сидеть с чашкой капучино и жарить зефир на костре.

«Черт, я же не побрызгалась в авто!», – пришла в себя я вдруг. Вспомнив, как Вита просила не приходить домой с «запашком». Я ощупала себя с ног до головы, но бутылочку не нашла. Она благополучно затерялась. Осталась где-то между клубом и такси.

– Вита, у тебя случайно не будешь лишней?.. – толкнув дверь, я буквально ввалилась в комнату. Но вместо девушки увидела там мужчину.

Аарона.

Альфа сидел в мягком черном кожаном кресле с толстой сигарой, оглушающе пахнущей терпким шоколадом. Широко расставив ноги, он закинул одну на другую и прижал рукой. Черная рубашка натянулась на широкой груди, пуговки держались на честном слове. Такие же пепельные джинсы впились в кожу, подчеркивая мощное натренированное тело. А вот ноги… Они оказались полностью нагими. И черными, со следами подсохшей уличной земли. Как будто еще недавно мужчина бегал по лесу в истинном обличье.

– А где Вита? – после минутной тишины, сглотнув ком в горле, я все же заговорила. Выпалила первое, что пришло в голову.

Аарон сверлил меня черным, пронзающим до костей уничижительным взглядом. Как палач перед казнью. Я ощущала себя, будто мишень с точкой от лазера между бровей. Боялась шевельнуться, чтобы это не привело к жутким последствиям.

– Это дело Воротынского, – равнодушный холодный бас заставил выступить на мокром теле мурашкам. – Муж следит за женой, а альфа за стаей.

– Но, – я напряглась, сердце в груди бешено застучало, – почему? Не понимаю?..

Мужчина резко выгнул голову в бок, как опасный хищник, изучающий тебя перед нападением:

– Не понимаешь, зачем вы пытались обмануть нас?

Нас раскрыли – пора было это признать. Храбро вздернув подбородок, я выдохнула, не задумываясь:

– Вита тут ни при чем. Пожалуйста, не наказывайте ее. Это была моя идея. Целиком и полностью. Она лишь жертва.

– То есть, – Босфорт злобно оскалился, – это ты придумала разбежаться по любовникам и сказать мужьям, что устроили дамский вечерок? Креативная у меня жена!

– Что?! – я опешила с широко распахнутыми глазами. – Какие любовники? Да и Вита дома! – оглянувшись по сторонам, я старательно прислушивалась. Увы, даже навострив рецепторы, не обнаружила следов пребывая кого-то еще в доме. Надежда умирала последней. Мой тревожный взгляд обратился к альфе: – Она ведь дома, правда?

– Нет, – холодно мотнул головой он, затягиваясь и выпуская клуб дыма. Терпкий шоколад, казалось, проник мне в самые легкие и перекрыл кислород.

– Что вы сделали с ней? – тело затрясло, глаза стали влажными от страха за подругу. – Она-то тут при чем!

– Ты интересная личность, Сашенька, – выровняв ноги, Аарон вдруг поднялся с места. Медленно, неторопливо, он настигал меня. Специально. Знал, что каждое его движение отзывается дрожью в самом сердце. – Переживаешь не о себе, а о Вите. Это храбрость или тупость?

– Где. Вита? – требовала я, чеканя слоги. – Я имею право знать! Прошу, Аарон…

Босфорт остановился напротив. Просто смотрел, молчал, изучал. Я видела, как трепещут его ноздри. Как они раздуваются, разнюхивая меня с ног до головы. Нюхал и злился. Рычал, обнажая клыки.

– Ты поехала в клуб, а она на свидание с парнем из «Тиндера». Гена поймал ее за секунду до того, как офицер по имени Петр поцеловал чужую жену и обрек себя на смерть, – подняв руку, Аарон откинул мои волосы за спину и отодвинул кофту, открывая вид на укус. Он любовался им или искал подтверждение, что творение еще на месте?.. А затем рука, в которой все еще тлела сигара, коснулась губ. Мягко, изучая, прощупывая границы. И все стало ясно: «Он знает!». Когда Аарон посмотрел мне в глаза, я потеряла всякие сомнения. – А вот ты, дорогая, не сильно заботилась о парне. Вы так мило смотрелись, когда он тебя обнимал… Сладкая парочка. Жаль только, что так и не потанцевали. Но поцелуй получился очень трогательный. Хоть и быстрый.

Я задохнулась на ровном месте, подавившись глотком воздуха. В тот момент стали очевидными две вещи. Во-первых, за мной следили. А значит, видели все своими глазами. Во-вторых, воспользуйся я отваром вербены, альфа не учуял бы запахи. Значит, заподозрил бы нечто неладное. Последствия были бы не менее серьезными. В какой-то степени моя рассеянность спасла от еще больших проблем.

– Дима просто мой старый друг… – путанно объяснила ему я. Босфорт благосклонно кивнул. Мол, ему это прекрасно известно, но ничего не меняет. – Просто человек… Поэтому ты не можешь поступить с ним так же, как с Федей.

– Ты права. Так же не могу, – оскалившись в безумной улыбке, мужчина многозначительно приподнял бровь. – К чему устраивать это шоу для староверов? Не люблю показуху. Закончим все быстро. Раз и все.

«Раз и все»… Перед глазами появилась жуткая картина, как альфа в обличии волка настигает Диму и разрывает его на части, оставляя от парня одни ошметки. Вздрогнув, я попятилась и вжалась в стену.

– Поцелуя не было, – на глазах выступили слезы, капли медленно стекали по щекам, смачивая губы. Голос дрожал, мысли разбегались в разные стороны. – Я этого не хотела. Мне не понравилось!

Тогда, впервые за вечер, самоконтроль альфы дал сбой. Лицо стало красным, буквально раздулось. На висках выступили вены, жилки на шее задергались. Казалось, что короткие волосы на голове встали дыбом, а из ушей вот-вот пойдет пар!

С хрустом сжав кулаки, он долго вдыхал кислород, словно бешенный зверь.

– От этого, Сашенька, – процедил он, – не лучше.

– Нет… – судорожно замотала головой я. – Аарон!

– Я не просто хочу его убить. Я хочу сделать его последние часы адом на земле, – крепкая мужская ладонь обхватила мою шею, заставляя нашим лбам дотронуться друг до друга. Наши тела будто стали единым целым. Я ощущала, какой огромной поток всеобъемлющей ярости исходит от альфы. Она питала его, толкала на ужасные мысли и действия. Он был вне себя! В бешенстве. На грани. – Он трогал мое. Ты принадлежишь мне, Саша. Моя пара. Моя истинная! И я убью любого, кто даже взглянет на тебя с желанием. И плевать, кто это: человек, оборотень, вампир или гребанный гном!

– Нет, прошу… – зашептала я судорожно. – Ты ведь все видел и понимаешь, что между нами ничего не может быть. Он никогда больше не появится в моей жизни, клянусь! Не причиняй ему вред.

– Ты еще и защищаешь его?! – отодвинувшись назад, Аарон посмотрел на меня с широко распахнутыми глазами, наполненными кровью. Развернувшись спиной, он яростно впечатал кулак в кресло. Оно разлетелось на две равных части прямо на моих глазах. – Черт тебя дери, Саша! В мире оборотней все работает не так, как у людей! Когда же это отпечатается в твоей голове? Только ко мне ты можешь прикасаться! Только со мной ходить в гости, клубы и прочие места, где есть мужчины! Ты будущая мать моих детей! Какого гребанного демона из твоего рта несет чужим мужиком!

– Но я просто… – замерев у стены, я испуганно наблюдала за тем, как в приступе ярости муж крушит комнату. От шикарного интерьера практически ничего не осталось. Кресла, стол, трюмо и даже шкаф… Все разлеталось на меткие осколки. – Я же не собиралась…

– Всегда хотела в клуб? Могла бы просто попросить! – оглядевшись по сторонам и осознав, что кроме встроенного в стену камина в комнате ничего не осталось, Аарон повернулся ко мне. Его одежда была порвана, виднелись куски кожи. Он был не в силах отдышаться, с кулаков стекала кровь. Рычащий бас пугающе пробивался вместе с привычным бодрящим душу голосом. – Ты можешь получить все, чего только захочешь. Все, что недоступно другим людям. Что же тебе еще надо? Зачем придумывать сложности?!

– Мне просто нужно… – бодро начав, я резко осеклась. Потому что вопрос застал в тупик.

Бегая глазами из стороны в сторону, я пыталась понять, чего именно хочу. Но не понимала! Восемнадцать лет и полный кавардак в голове. Хочу ли поступать в вуз? И какой именно? Хочу, чтобы Аарон любил меня или просто мечтаю сбежать? Хочу наладить отношения с семьей или просто никогда больше их не видеть? Я даже не знала, какой предпочитаю цвет волос: темный или светлый! Жизнь только началась, а от меня уже требовали серьезных ответов и незамедлительных решений.

Не дожидаясь моего ответа, Босфорт отряхнул руки и уверенно ступил босиком по острым опилкам в сторону выхода из комнаты.

– Куда ты? – занервничала я, сердце в груди снова взволнованно забилось.

– Догадайся сама, – рявкнул он. – Заканчивать начатое.

– А, – я напряженно замялась, – как же я?

– Что «ты»? – он недобро расхохотался. Саркастично, невесело, в чем-то даже разочарованно. – Думала, я тебя изобью?

Я не ответила, прикусила губу. Потому что именно так и думала, учитывая темперамент и жесткость мужчины. Более того, не так давно он отхлестал меня по заднице. Или для Босфорта это что-то вроде брачной забавы? Легкое БДСМ для начинающих?

– Отлично! – он хлопнул в ладони, я подпрыгнула на месте от страха. Голос стал грозный, предупреждающий:

– Я бы не тронул тебя и пальцем, идиотка. Ты – моя женщина. Я голову за тебя всем оторву!

«А Диму тронет… – ужасные мысли лезли в голову, удушающие и парализующие. – Это я во всем виновата! Не стоило бросать Виту! Не стоило вообще идти куда-то с друзьями. Так глупо было предполагать, что авторитарные мужья просто отпустят жен, куда попало, в гордом одиночестве. И вот теперь Дима обречен на смерть из-за глупой идиотки!».

Мне нужно было срочно что-то предпринять. Успокоить, унять ярость, расслабить и отвести плохие мысли в сторону. А затем заставить передумать. Он не сможет мне отказать… Если сильно постараться.

Зажмурившись, что есть мочи, я рвано шепнула:

– Стой!

– Что опять? – альфа нехотя застыл на лестнице.

Не верила, что говорю это. Словно сошла с ума! Напрочь лишилась разума. Стоил ли Дима таких жертв? Как вспомню этот тошнотворный поцелуй, так голова кругом. «Стоит, – поняла я решительно. – Никто больше из-за меня не пострадает.».

– Не оставляй меня сегодня одну, – голос разнесся эхом по пустынной разрушенной комнате. Альфа не ответил, и тогда пришлось продолжить. – Я не хочу, чтобы ты уходил…

Я закрыла глаза, ударяясь головой о стену. Вокруг стояла звенящая тишина. А когда распахнула веки, Босфорт уже был напротив. Настоящая машина для убийств.

– Зачем мне оставаться с тобой? – он с интересом изучал меня. Глаза стали черными, как ночь. Пронзительными и броскими. Заставляющими внутренности сжиматься в тугой узел.

Ком застыл в горле, не давая произнести и слова. Быть смелой напротив собственного мужа мне оказалось гораздо труднее, чем перед толпой оборотней. Он был опаснее, страшнее, сильнее. Словно застывшая в воздухе лавина… Одно неправильное движение и тебя снесет напрочь.

– Потому что, – сердце больно застучало в груди, – я хочу тебя.

Я видела, как волосы на теле альфы встали дыбом. Мой волчий слух уловил, как частота сердечных сокращений и процесс дыхания учащаются. Кровяное давление повышалось, заставляя затвердеть не только мышцам, но и члену в штанах.

– Саша, – прорычал он хрипло и утробно, опасно сужая глаза, – ты не с тем человеком играешь в игры.

Щеки залились румянцем, а коленки затряслись, когда я выдохнула главную фразу:

– Сотри с меня его запах.

И он стер…

Стер так, что даже без всяких отваров вербены даже самая опытная поисковая собака не нашла бы на мне чужие запахи. Я пахла только им. С ног до головы. Каждая клеточка тела… Каждая частичка кожи… Даже волосы… Все было его. Напрочь искореняя из памяти образ другого мужчины.

– На колени, – краткий холодный приказ. Глаза оставались холодными, лишенными чувств. Я не двинулась. Тогда он отчеканил по слогам с меньшим напором:

– Я. Сказал. На. Колени.

И я опала вниз. Сердце безумно вырывалось из груди, стоило увидеть, как уверенно и торопливо Босфорт расстегивает ширинку.

– Послушай, – мягко прошептала я, сглатывая ком в горле, – мы ведь можем по-обычному…

Горячая рука упала на мой дрожащий подбородок, заставляя резко вскинуть голову наверх:

– Хочешь, чтобы я остался здесь?

Я напряженно кивнула. Перед глазами стоял образ Димы. Я готова была сделать все, что потребуется, если это поможет парню не пострадать.

– Отлично! – альфа оскалился. Зло и раздраженно. Было столько эмоций, недосказанности в этой простой улыбке… Казалось, комната вокруг запылала. Вдруг он отпустил мой подбородок, разрывая зрительный контакт. – Я хочу, чтобы ты отсосала мне, Саша.

Слова ударили по мне молотом. Такие грязные, откровенные, парализующие…

Он делал это специально… Намеренно выбирал такие слова, какие может говорить только он. Муж. Законный владелец. Собственник. Давал четко понять: «Принимай условия или проваливай!». Но сейчас уходить, увы, было не выход.

– Х-хорошо… – по телу волнами расходился адреналин, словно кто-то поставил укол прямо в сердце. Потряхивало, дыхание сперлось, голова закружилась. Облизав губы, я тихо выдохнула: – Я согласна. Только останься.

Он усмехнулся. Этот звук казался пугающей, чем шипение смертоносной змеи или рычание голодного тигра. Усмехался кровожадно, с предвкушением. Как мужчина, альфа и муж он хотел мести.

Глядя перед собой с широко распахнутыми глазами, я наблюдала, как ширинка распахивается, и на волю вырывается огромный возбужденный член. Красный от напряжения, с прорисовавшимися линиями вен и подрагивающей головкой.

Мягко коснувшись кончиком пальца белой капли, я растёрла ее по стволу. Мои руки изучали Аарона словно впервые. Осторожно касались напряженных яичек, поглаживали мужской орган, знакомились заново. Я настраивала себя на то, что научусь получать удовольствие от процесса, как остальные девушки этого мира. Требовалось какое-то время.

Только вот Босфорт хотел иного. Ему не нужна была моя любовь, только лишь поклонение. Никакой нежности, как у жены к мужу, лишь страсть. Никакой прелюдии, голый секс.

– Черт, Саша! – крепкая рука грубо сжала волосы, оттягивая их в сторону со мной за компанию. – Ты можешь как-то ускориться? Не в музее.

Сжав другой рукой мои щеки, альфа открыл мне рот шире и вогнал член по самые гланды. Его рука управляла моей головой, насаживая на себя снова и снова с огромной скоростью. Я была его резиновой куклой. Которая отличается лишь тем, что дышит и хрипит от сбитого дыхания.

Наконец, он кончил. Быстро, стремительно. Горячая солоноватая сперма оросила рот. Я сглотнула ее и сделала первую манипуляцию, чтобы подняться.

– НЕТ! – рявкнул он, толкая меня обратно. – Я еще не закончил с этим.

Мужчина оперся двумя руками в стену, его бедра снова яростно задвигались. Член снова входил и выходил с безумной скоростью, моя спина грубо билась о стену.

Он кончал, делал секундный перерыв и снова продолжал. Каждый следующий акт был гораздо длиннее предыдущего. Губы онемели, колени приросли к полу. За окном начало рассветать.

– В сторону! – хриплый бархатный рык разлился зловещим эхом по комнате. – Живо!

Я опала на пол в радости, что наказание подошло к своему финалу. Мой взгляд наблюдал за тем, как альфа обхватывает ствол своей мощной рукой. Мышцы его напрягались, вены выделялись, когда он быстро скользил по раздутому органу, подводя самого себя к финалу. Даже в пятый раз он кончил так же бурно, как в первый. Подставив ладонь, он оставил на ней добрую часть густой белой спермы.

«Не хочет запачкать чужой дом? – задалась вопросом я. – Но ведь комната уже и так разрушена!».

И тогда он посмотрел на меня. Резко, многозначительно, сжимая губы в тонкую линию.

– Я устала, – тихо прошептала я, неосознанно отползая подальше. – Давай закончим?

– Как скажешь, дорогая, – его тон был полон показательной вежливости, но и холодящего душу предупреждения. – Тогда, мне лучше уйти. Прогуляться, скажем, в город. Чтобы проветрить мозг. Возможно, повидаю наших общих друзей.

Он замер, ожидая ответа. Я искренне надеялась, что альфа блефует. Нет. Развернувшись на пятках, он направился к выходу. Мужчина уже переступал через откос дверного прохода, когда я резко воскликнула:

– Нет! Не уходи!

Он этого ждал. Знал, что так будет. Знал, что сегодня его праздник. Его день. Время, когда я не смогу сказать «нет». В его власти. И он сможет отыграться за все неповиновение. За все те разы, что так сильно бесила мужа. За все те разы, когда он сдерживал чувства в себе.

Сегодня был его день.

– Раком, – холодно приказал он. – Сейчас.

Я неумело перекатилась на живот, слабо вставая на корточки. С рыком он поставил меня в нужную ему позицию: приподнял зад выше, раздвинул ноги, грудь опустил в пол. А после сжал одной рукой штаны, разрывая их на части. Даже кожа сильного оборотня запылала, покрылась ссадинами. Но они исчезли еще до того, как он сорвал блузу и нижнее белье.

Все происходило так быстро, что сперма в ладони альфы еще оставалась пылающе горячей. Он вылил ее между складок ягодиц, а после сжал мягкое место и широко раздвинул. Стоя на локтях, лежа лицом в пол, я ощущала, как его большой палец медленно входит и выходит не из той щели, что предназначена для продолжения пола.

– Но, Аарон… – нервы дали о себе знать. Сжавшись, я сдавила внутри себя палец мужчины.

– Что, Сашенька? – нагнувшись вперед, он потерся членом он бедра. Рыча и сдерживая рвущееся наружу желание. – Какие-то проблемы?

– Твой член слишком большой для этого, – мягко воспротивилась я, сжимая кулаки. От стресса пот каплями стекал по телу на пол. Волосы облепили лицо, плечи, грудь. – Может…

– То есть, – рыча, перебил мужчина, – тебе нужен какой-то другой член для этого?

– Нет! – ахнула я, закатывая глаза. – Я просто хотела…

– СТОП! – ладонь альфа накрыла мой рот, крепко и жестко. Я бы не смогла выдавить и слова, даже если бы хотела. – Мы не будем сейчас разговаривать, поняла меня? Я делаю, ты принимаешь. Если что-то не нравится, просто говоришь «нет», и все заканчивается. Я ухожу. Поняла меня? Когда я захочу закончить, то закончу. В советах не нуждаюсь. Ясно?

Это был самый долгий вдох в моей жизни. Я бы предпочла, чтобы он длился вечность. Но в какой-то момент легкие заполнились до отказа и пришлось кивнуть:

– Да.

– Умница, – выровнявшись, Аарон отвесил мне подзатылок. Звук увесистого шлепка эхом разлился по комнате. – Тогда приступим к сладкому.

Он медленно вводил в меня по одному пальцу, трахая в задний проход. Расширяя его, прорабатывая, смачивая, подготавливая для себя. В какой-то степени это было даже приятно, возбуждало. Но я все равно ждала, когда случится то главное, что заставит сердце вырваться наружу.

– Тебе придется уяснить, – сжав ягодицы, он вошел в меня медленно, погружая мужской орган в теплую влажную вагину. Мне нравилось ощущать, как его мощный толстый поршень растягивает изнутри, задевая эрогенные точки. Тело отзывалось, трепетало, стягивалось в тугой жгут, требуя разрядки. – Ты не человек, Саша. Ты – оборотень. Мы живем иначе. У нас свое виденье мира. И, еще кое-что… – выйдя из меня, он снова принялся входить. На этот раз в задний проход. Медленно, неторопливо. Но даже этого было достаточно, чтобы тело сковало напряжение. – Пока ты со мной, никто и пальцем тебя тронуть не сможет. Вопрос чести. Но стоит тебе пойти против… Такого врага никто не захочет, родная.

– Аарон… – застонала я, негласно требуя его притормозить. Тело должно было привыкнуть к новым ощущениям, но Босфорт не умел был нежным и трепетным.

– Не думай, что я убью тебя. Это слишком просто. Есть участи пострашнее, – я ощутила, как мои влажные волосы натягиваются на кулак мужчины. – Но кроме меня ты никому никогда не достанешься.

Резкий толчок и он был во мне целиком. Мощный. Толстый. Длинный. Прознающий насквозь член альфы. Я застонала, выгибаясь дугой. От боли. От наслаждения. От сладко-горького экстаза.

Сделав краткую паузу, оценив ощущения, альфа начал трахать меня быстро и безудержно. В гробовой тишине, не проронив ни звука, заставлял хлопки разлетаться эхом по комнате. Мое тело только начинало адаптироваться, как он менял дислокацию, позу, место. Это продолжалось бесконечно долго. На улице снова стемнело. Время шло бесконечно долго, но и безвозвратно быстро одновременно. Альфа кончил бесконечное количество раз, словно какая-то неживая машина. Делая лишь краткие перерывы, не уставая, не сдаваясь, не разговаривая. Я принимала, он наполнял меня собой. В конечном счете, он сделал последний толчок внутри, вбивая меня в пол, хлопнул по ягодице и шепнул на ухо:

– Нам пора домой.

Завернутая в теплый махровый плед на руках Аарона, я заснула в авто, думая о том, что так и не кончила. Это мысль грела меня темными вечерами.

В тот день… День мести альфы… Я впервые четко поняла, что никогда не полюблю мужа. Невозможно любить того, кто не знает значения слова «любовь». Кто сам не умеет чувствовать и ощущать других людей. Кто не дарит никаких резко положительных чувств.

Мы трахались, встречались за обедом и даже болтали. Но я больше не ощущала себя плохо и несчастно. Потому что отпустила себя. Жить стало легче, когда перестала заставлять любить того, кого не за что.

Омрачало будни одна тревожная мысль: «Куда пропала Вита? И почему никто не говорит на эту тему?».

Два месяца спустя

– Я могу сидеть так весь день, – раскинувшись на тахте в кабинете альфы, я не сводила с него требовательного взгляда.

– Сиди, – мужчина хмыкнул, но от ноутбука по-прежнему не отвернулся. Задумчиво печатал что-то со сверхзвуковой скоростью.

– Нет, я серьезно, – топая ногой по полу, я раздраженно сжала края мягкой обвивки. – Буду сидеть и мешать тебе работать. У меня нет никаких планов.

– Как хочешь, – он пожал плечами. – К слову, ты мне не мешаешь.

– Тогда, – вдохнув кислорода поглубже, старалась оставаться титанически спокойной, – я буду петь. Громко, Аарон. И ужасно. У тебя уши в трубочку свернутся.

– Люблю трубочки. Особенно шоколадные. Знаешь, в моем детстве они были намного вкуснее. Сейчас все из порошков… – захлопнув чертов гаджет, он повернулся ко мне с коварной улыбкой. – Что же, раз ты так настаиваешь, я отложу все дела и посвящу целый день тебе одной. Мы будем заниматься сексом, смотреть фильмы, ходить по магазинам. Что там еще делают парочки, чтобы узнать друг друга лучше?

Бочка терпения наполнилась до краев и взорвалась. Рыча под нос проклятия, я подорвалась с места, бросилась к выходу. Раздраженно толкнула двери, быстро вылетела прочь из дома и устремилась к реке. Внутри меня бушевал ураган, взметнулся смерч! Измеряя шагами лужайку, ходила кругами снова и снова, пытаясь успокоиться, но ничего не вышло.

– Сашенька, – на горизонте появилась Наташа, приближение которой я уловила еще за километр, – я тебе плед принесла. Накинешь? Ливень страшный собирается. Ветер так воет, что аж страшно.

Вскинув голову к небу, я удивилась тому, как быстро его заволокла черная беспроглядная туча. Только вот погода меня совершенно не пугала.

– Наташа, – с тоской посмотрев на горничную, я бросилась в ее теплые приветливые объятия и зарылась носом в ее вкусно пахнущую шею, – почему он так со мной поступает? Все нервы уже вытрепал.

Женщина долго ничего не отвечала, но ее грудь странно вибрировала. Отстранившись, я увидела, что женщина хохочет. Такая реакция поставила меня в ступор.

– А сама не понимаешь? Играет он с тобой так, – она лукаво вздернула бровь. – Мальчики дергают девочек за косы, привлекая внимание.

Прыснув, я закатила глаза:

– Хочешь сказать, Аарон пытается мне понравиться? Он, да? Нет, тут что-то другое… – прикусив ноготок, я пыталась думать активнее. – Он не говорит мне, куда делась Вита потому, что ее убили. Знает, что информация меня просто убьет. Вот и молчит. Точно! Все сходится, – повалившись на траву, я зарыдала в голос. – Черт бы побрал моего муженька! Ненавижу его! Бедная моя подруга!

Наташа нервно обернулась назад, с тревогой взглянув на дом:

– Не говори так, девочка моя. Не стоит поддаваться эмоциям. Он твой муж. И вообще, с чего ты взяла, что ее убили? Может, просто ей тебя видеть запретили?

– Для Виты запреты звучат, как вызов. Она бы принципиально сбежала ко мне, – без единого колебания поняла я, от этого стало еще более жутко на душе. – С ней что-то случилось. Я чувствую, понимаешь? Незнание меня буквально убивает.

– Ох, – Наташа присела рядом, ее тяжелая теплая рука мягко упала на мою спину и успокаивающе погладила. – А ты не думала, что она просто не может с тобой связаться? Времени нет, не отпускают и так далее.

– У нее куча денег и внеземная красота. Что еще надо для того, чтобы решить все проблемы? – выдохнула я, зарываясь лицом в ладони.

– Деньги можно забрать, а красоту спрятать. Вот и влиянию конец, – изрекла Наташа без единой заминки.

– Да, только вот… – что-то странное защекотало где-то в желудке. Я медленно сложила пазлы в голове и подняла на горничную подозрительный взгляд. – Стоп. Ты откуда это знаешь?

Наташа уставилась на меня испуганно, с широко распахнутыми глазами:

– Ничего я не знаю! Просто придумала. Мы ведь фантазируем.

– Ладно-ладно, – поднявшись на ноги, я деланно отряхнулась и спокойно направилась к дому. – Пойду скажу Босфорту, что ты мне все рассказала. Как думаешь, он поверит, что мы просто фантазировали, или у тебя будут проблемы?

Наташа за моей спиной тяжело вздохнула. Воздух взметнулся, и недовольная женщина появилась перед глазами:

– Черт с тобой, Саша! Имей в виду, я свечку не держала и за разглашение подслушанного альфа меня накажет. Жестоко накажет.

– Он не узнает, – уверенно пообещала ей я, сжимая ладонь, – говори.

Нервно обернувшись по сторонам, Наташа наклонилась прямо к моему уху и тихо шепнула:

– Есть за городом такая фабрика по изготовлению хлопковой одежды. На ней работают только женщины. Называется «Фортуна». Хорошо бы тебе туда съездить. Только тайком… Получится?

Уверенно кивнув, я радостно обняла женщину, и мы вернулись домой. Внутри меня жила надежда на лучшее. Через пару дней альфа уезжал в командировку в Америку. За мной должна была присматривать его хваленная охрана. Обмануть их вышло легко с помощью отвара вербены и чужой одежды. Я выехала за пределы территории на заднем сидении автомобиля Наташи, отправляющейся за бытовыми покупками.

– Жду тебя на этом месте через три часа, – строго предупредила меня та, оставляя около стоянки таксистов.

– Это очень мало… – прикинув, что только в одну сторону мне придется добираться больше часа без учета пробок, я боялась опоздать. – Может хотя бы?..

– Три. Часа! – не на шутку серьезно перебила меня Наташа. – Три, Саша. Не подводи.

Я ответственно кивнула и побежала искать таксиста. Мне повезло, и один дедушка согласился стать моим водителем на один день за приличную сумму. Отлично знающий город, он вывез нас за его пределы без единой пробки. Гнал на красной «Волге», как в последний раз.

– Неприятное место. Тебе точно туда надо? – старик оценил обветшалый черный завод скептически. Я кивнула. – Может, с тобой пойти?

– Спасибо, я сама, – вздохнув поглубже, я вышла из авто прямо в кучу грязи. Вокруг даже не было нормального асфальта, лишь местами россыпь камней для выравнивания земли. – Выйду через несколько минут.

Попасть внутрь оказалось намного сложнее, чем я могла себе представить. Все двери закрыты изнутри, никакой охраны не наблюдалось. Да и машин вокруг я тоже не заметила. Складывалось полное впечатление, словно Наташа дала мне не тот адрес.

– Внутрь я все-таки попаду… – вовремя вспомнив, что я все же оборотень, обладающий силой, превышающей человеческую, я выбрала один из хлипких замков и выбила. Затем без труда вошла внутрь и… Застыла в недоумении. Огромный, явно обжитой коридор, вел в спальни. Чем-то напоминающие хостел или общежитие. Не меньше двадцати постелей в одном помещении. А то и все сорок… Туалет один на всех – старый, грязный, облезлый. Душевых кабин всего три и каждая из них воняла так, что мое волчье чутье загибалось. Неуверенно пройдя дальше по коридору, я попала в странную комнату. Именно она занимала большую часть завода. В ней шили, строчили, делали выкройки и все-все, что необходимо для шитья футболок. – Мамочки…

С ужасом я наблюдала за тем, как огромное количество девочек в синих костюмах и белых чепчиках упорно работали. Все в пыли и нитках, они не поднимали лиц от стола.

– Девушка, вы кто? Как сюда попали? А-ну живо покиньте помещение! – откуда не возьмись на меня налетела тучная женщина. Она выглядела опрятно, хорошо одета. Явно заправляла этой фабрикой.

Я растерялась, совершенно не представляя, что ей сказать. Виты здесь явно не было, путь оказался неправильным. Подруга была птицей другого полета.

– Это ко мне, – одна из работниц подняла руку. В полутьме и пыли я ее не особо разглядела. Даже голос показался незнакомым. Робким и неуверенным.

– Ты в себе сюда гостей звать? Неприятностей хочешь?! – заревела надзирательница.

– Конечно, нет, – поднявшись с места, отложив ткани, девушка встала и быстро направилась ко мне. – Сейчас быстро ее выпровожу.

– Смотри мне, Витка! Пять минут, – пригрозила ей та.

С широко распахнутым ртом я следила за приближающейся фигурой. Походка от бедра была мне хорошо знакома, а вот все остальное… Никакого макияжа. Осунувшееся лицо, лишенные блеска глаза, никакой укладки и бесформенный наряд.

– Ты как тут оказалась, сумасшедшая? Тоже хочешь проблем? – подцепив под руку, Вита потащила меня к выходу. – Проваливай побыстрее, пока тебя не унюхали. Эти стукачи будут только рады альфе лишний раз доложить какую-то гадость.

Резко остановившись, глотая слезы, я сжала щеки подруги и, всхлипывая, спросила:

– Что Гена с тобой сделал? Ублюдок!

– Тут я и сама виновата, на самом деле… – стыдливо опустив взгляд, девушка пыталась спрятать, как трясется ее нижняя губа. – Ты пошла гулять с друзьями, я решила: «Почему мне надо идти домой?». Зарегистрировалась на сайте знакомств, познакомилась с отличным мужчиной. Такой галантный, вежливый и интересный… Думала, ничего не случится, если мы поцелуемся. Потом забрызгаю себя чудо средством и домой. А тут Гена появился, и сказка кончилась.

Вита затихла, а я безумно ждала продолжения:

– И?

– Что «и»? – тяжело вздохнув, она обняла себя руками, словно пытаясь согреться. – Он мне сказал так: либо я тебя выгоняют из дома прямо сейчас голую и босую, в чем стоишь, либо… – она обернулась по сторонам с омерзением. – Либо вот здесь вот жить и пахать, пока он меня не простит. Сама понимаешь, что я выбрала.

– Что это за место вообще? – от эмоций меня прямо потряхивало.

– Генина фабрика. Девочки здесь работают по доброй воле и за гроши. Живут здесь, деньги домой отправляют: детям или родителям, – торопливо произнесла она, смахивая со лба пот. Было явно, что ей было стыдно находиться передо мной в таком состоянии. – Тебе бы лучше не приходить сюда. Бед потом не оберешься.

– Вит, так, а зачем ты тут? Зачем ты вообще этого придурка выбрала? Поехали со мной, а? Развод с Геной тебе только на руку! Он же бабник! – я отчаянно пыталась достучаться до девушки, но она словно меня не слышала. Адреналин разливался по венам, когда я сжала ее за плечи и встряхнула. – Вита, это не твоя жизнь. Ты не должна быть тут. Он же тебя пытался унизить, понимаешь?

– Ты не должна меня понимать, но я останусь, – произнесла она спустя длинное молчание. – Меня, Сашенька, родители по-другому воспитывали. Как невесту. Никаких навыков я особо не имею… Где жить? Как зарабатывать?

– У тебя ведь есть семья, – вспомнила ей я. – Они тебя примут.

– Откажутся, – фыркнула она. – У нас так принято. Девушка, которую бросил муж-оборотень, отход. Пользованный материал.

– Я дам тебе денег. Постоянно буду переводить на карту, пока ты не устроишься и не найдешь себя, – мягко обняв подругу, я пыталась не плакать, но слезы неустанно текли по моим щекам.

– Как ты себе это представляешь? Не так надо начинать новую жизнь. И вообще… – она накрыла мои ладони своими, ледяными. – Не хочу я с Геной ругаться. Ты ведь помнишь, что на мне его метка? Связь моя с ним никуда не делась. Я все еще его.

– Ты на самом деле останешься здесь? – не веря своим же словам, спросила я с болью в сердце. Девушка робко кивнула. – Я хочу тебе как-то помочь. Может с Геной поговорить?

– Нет! – она повернулась ко мне с широко распахнутыми испуганными глазами. – Только не к нему. Он сейчас в бешенстве. Я чувствую. А ты ему никогда не нравилась. Он считает, что это все твоя вина.

«У нас это обоюдные чувства!», – зашипела я про себя, поминая Гену недобрым словом.

– А кто тогда может помочь? – я долго смотрела на Виту, безмолвно умоляя ее дать мне шанс вытащить подругу из этого ужаса. Она размышляла о чем-то, колебалась, сомневалась… Потом, наконец, сдалась:

– Закажи проект сада у именитого ландшафтного дизайнера Эмиля Бернара. Он живет во Франции, но по твоей просьбе быстро примчится в Россию. Ты ведь жена альфы!

Мое сердце почему-то безумно стучало в груди, грозясь вырваться наружу. Мы словно говорили о чем-то интимном и запретном.

– Кто этот Эмиль Бернар? – тихо шепнула я девушке.

– Он удивительный человек, Сашенька!.. – начала она мечтательно, глаза замерцали ярким пламенем.

– Вита, скорее! – завопила надзирательница, что есть мочи. Мы испуганно подпрыгнули на месте, сотрясаясь от ее ужасного рычащего баса. – У тебя пол минуты!

– Он – решает проблемы, – кратко протараторила она, толкая меня к выходу. – Иди, подруга. И не приходи. Я справлюсь, поверь.

Оказавшись на улице, я поглубже вдохнула кислорода и тут же направилась к своему такси. Вернуться домой на заднем сидении авто Наташи оказалось проще простого. Вернувшись в спальню, я тут же набрала Аарона.

– Неужели соскучилась? – с явным сарказмом хмыкнул тот. – Я ведь предлагал тебе полететь. Мы могли бы…

– Аарон, – без прелюдий заявила ему я, глядя в окно на пустынный парк. – Нам нужен сад. Я хочу этим заняться.

На том конце провода появилась тишина, затем странное цоканье языка. Наконец, альфа отмер:

– Это странно, но я не против. Занимайся, чем хочешь. Хоть снеси особняк и построй новый. Зачем меня о таком предупреждаешь?

– Потому что мне нужен дорогой именитый ландшафтный дизайнер, – сглотнув ком в горле, я попыталась произнести его имя непринужденно. – Например, как Эмиль Бернар. Он, конечно, во Франции и очень занят, но хотя бы что-то похожее.

– Будет твой Эмиль Бернар. – перебил меня Босфорт уверенным холодным тоном. – Это все, дорогая?

– Все. Спасибо, – отключив связь, я повалилась на постель в экстазе. Я твердо намеривалась помочь Вите. Пока не знала, как именно, но готова была на многое ради ее блага.