Глава 3

Оказавшись рядом с ним так близко, я ощущаю себя крошкой. Потому что он выше меня на голову, не меньше, а комплекция вообще не стоит и говорить. Я замечаю небольшой шрам на щеке. Он бы не был заметен, если Арсений не стоял с той стороны, когда на его правую щеку попадает яркий свет. Это маленькая впадина на скуле пару сантиметров длиной. Задерживаю дыхание, когда его большой палец чуть заметно гладит мою кожу, а довольно пухлые губы начинают шевелиться. – Я тоже не особо общительный, – произносит будто секрет и когда я киваю ему, он, к сожалению, отходит от меня на шаг назад и сует ту самую руку, которой держал меня в карман. – Тебе нужно идти? – Да… я… собиралась сходить в магазин. – Я провожу до ворот и вернусь к своему мотоциклу. Планирую сегодня закончить ремонт, – продолжает рассказывать о каких-то запчастях, а я киваю ему, словно знаю, о чем идет речь. Мы подходим к внутренней части ворот, и Арсений открывает их для меня. – Ну что ж, увидимся? – он еле заметно улыбается и я, залюбовавшись его красивыми веснушками, выпаливаю: – У меня день рождения. – Сегодня? – глаза парня округляются и видно, что он не знает, как быть с этой информацией. – Нет, – улыбаюсь ему, отрицательно размахивая головой. – В субботу. Я планирую провести его в клубе. Мне достаточно ресторана, когда я пойду туда с родителями. – Вот как, – он хмурится. – Я была бы рада, увидеть тебя там, – голос звучит несколько жалобно и мне становится за это стыдно. – И с кем ты планируешь его провести? – Девчонки и несколько ребят, – выражение его лица меняется, и я понимаю, что он откажется, поэтому быстро меняю тему. – Мы могли бы обменяться номерами телефонов?! Даже сама не знаю, задавала ли я вопрос или это было предложением. Но вытащив свой телефон из сумочки, я увидела ответную улыбку на лице Арсения. – Конечно, почему бы и нет. Его рука тянется к моей и стоит отпустить гаджет, я наблюдаю за тем, как он вводит цифры своими пальцами. Его кисти очень крупные, но они также выглядят сильными. Я вижу аккуратно постриженные ногти, они так же как и большие пальцы измазаны черным. Когда забираю мобильный, я ощущаю шероховатость кожи, как и в тот момент, когда он меня остановил прикосновением. Они чуть сухие, но определенно крепкие с голубыми линиями вен. Мне нравится, что Арсений касается моей кожи. Это мимолетно, но словно и он сам этому рад. А может это лишь мое воображение. Я сбрасываю ему сообщение со смайликом улыбкой, и смотрю на имя контакта, которое написал сам «Арс». – Это я, – говорю, когда его телефон сообщает о входящем смс. – Отлично, – хлопает по карману. – Отлично. Мы стоим на месте пару секунд, и я решаю, что на сегодня неловкостей вполне достаточно. – Тогда я пойду. – Увидимся, – кивает и позволяет мне выйти первой. Я думала, что он тут же закроет ворота и вернется во двор, но парень встает, облокотившись на каменную колонну, и наблюдает за тем, как я иду по дорожке домой. Оборачиваюсь несколько раз не в силах перестать это делать. Потому что мне неловко и одновременно с этим интересно, остался ли он там и когда планирует уйти. Арсений стоял до конца. Пока я не скрылась за высоким забором. Мне пришлось взять себя в руки и взывать к самообладанию, пока я подходила к дому. Потому что отвечать на вопросы мамы я по-прежнему не желала. А она определенно заметила бы мое настроение, словно в семье Павловых улыбаться принято только перед кем-то. И если надеялась, что пройду обратно в комнату незамеченной, как и вышла, то мне не повезло. – Ты гуляла? Повернула голову и заметила ее в кресле обложенную журналами. Они лежали с раскрытыми страницами, по меньшей мере штук пять. Мама снова собирается сделать ремонт, или что-то еще менять в доме. Она была в одном из любимых светлых костюмов. Словно ее мог кто-то видеть. Но она всегда предпочитала выглядеть идеально и строго, даже когда это было совсем некстати. Иногда мне казалось, что мама не умеет улыбаться, быть счастливой и отдыхать. – Да. Сейчас возьму кое-что из комнаты и поеду в город. – Возьми Семена, – говорит, не отрываясь. Только Марина Павлова могла одновременно, читать и вести беседу. – А такси уже не в моде? – поддразниваю ее, и на меня поднимаются два карих глаза. Она смотрит как на умалишенную. – Уверена, это неудачная шутка. – Конечно. – Пожалуйста, не забывай, чья ты дочь и какую фамилию носишь. Это не игры, Таисия. Твой отец долго шел к этому. – Конечно, мама. – Умница, – она улыбается, но это лишь маска жены Виктора Павлова. Никто, я уверена, и она сама, не знает женщину, скрывающуюся за этой маской. Иногда мне становится жаль маму. Но когда я вижу ее в деле, внутри всей той рутины, которая окружает ее, я понимаю, что ей это по крайней мере нравится и она принимает свою жизнь такой. Хотя, возможно, очень сильно ошибаюсь. В спальне я переодеваюсь в удобные джинсы и топ. Беру сумку побольше и уезжаю в город. В клубе, котором я на самом деле не планировала никакой вечеринке, быстро приняли мой заказ. Оставалось еще одно. И написав пригласительное сообщение, я разослала его всем, кого знала и кого хотела видеть. Над именем Арсения я зависла. Ведь если отправлю ему, то он поймет, что я сделала это только что, как было на самом деле. Тогда вскроется ложь и мне снова будет неловко. Поэтому, обойдя его я нажала отправить. Ответы стали приходить мгновенно, и я довольная отправилась за платьем. Разумеется, в моем гардеробе было много подходящих нарядов, но в этот раз я покупала что-то, чтобы понравиться парню. А это случилось со мной впервые. Арсений заинтриговал меня, и мне хотелось узнать его. Хотя бы для начала. Я не умею распознавать знаки, но, быть может, он тоже не против? Я выбрала нежно-голубое платье до колен с завязками на шее, а не на бретелях. У меня имелись силиконовые накладки, для подобных нарядов, где не предназначалось ношение бюстгальтера. А дома стояла пара босоножек, которые идеально впишутся в образ. Пока ехала обратно, не могла не улыбаться. Мне скоро исполнится восемнадцать, и в моей жизни появился парень, который мне нравится. Идеально, разве нет? Лучшее совершеннолетие. Но все настроение развеяла мама. Которая встретила меня на пороге. Ее лицо было отражением какой-то особенной эмоции. Она могла быть одновременно: недоумевающей, злой и спокойной. Сейчас это означало что-то плохое. И пока я не успела задаться вопросом, что конкретно ее ввело в это состояние, она сказала сама: – Ты познакомилась с приемышем Камиллы?