Глава 28. Коул

Я проснулся раньше Сары.

Она лежала, чуть прикрытая простыней, и мирно сопела. Несколько минут я просто сидел на постели и смотрел на нее, как какой-то маньяк, не в силах оторвать взгляда от нежной молочной кожи, красивых изгибов ее тела, светлых волос, расстелившихся по подушке. Она была совершенна, и в глубине души я не понимал, как оказался здесь, рядом с такой девушкой. Впервые в жизни мне хотелось остаться, сделать для нее что-то хорошее, сделать ее счастливой. Звучало все это донельзя глупо и наивно, особенно учитывая мой образ жизни и тот факт, что Сара была девушкой моего родного брата.

Другая часть меня — отвратительный эгоист — размышляла о том, чтобы каким угодно образом дискредитировать брата, убрать его с дороги и просто забрать Сару себе. Мне становилось тошно, когда я думал об этом, хотя я никогда в жизни не был обременен совестью. Калеб, каким бы он ни был, все же являлся моим братом, единственным членом семьи, который не ненавидел меня, и мне не хотелось разрушать его жизнь.

Сара шевельнулась во сне. Я поднялся с постели и замер, глядя на ее лицо. Перед глазами, словно слайды, плыли образы вчерашнего вечера, когда она была моей. Это было опьяняющее ощущение, но я должен был запихать его подальше, потому что и без Сары у меня накопилось много проблем. Я решил не дожидаться, когда она откроет свои манящие голубые глаза.

Мы в любом случае не сошлись бы во мнениях по поводу наших странных отношений.

Еще раз мельком глянув на нее, я вышел за дверь и покинул ее дом, направившись к докам. По пути меня посещали сотни различных идей, что бы я сказал, если бы остался, но каждую из них я посылал к черту. Пора было признать: такие девушки не достаются парням вроде меня. Такие девушки не живут жизнью вне закона. Такие девушки выходят замуж за кого-то, похожего на Калеба.

Я шел по тротуару, когда в кармане завибрировал телефон. Мелькнула мысль — а вдруг это Сара? Взять трубку? Но что сказать? Что я козел, который бросил ее сразу же после первого раза? А так ведь и было. Я чертов кусок дерьма.

Когда я взглянул на дисплей, то увидел другое имя, что вызвало у меня вздох облегчения, будто с души свалился огромный булыжник. Надо же, Коул Мёрдок боится звонка от девчонки. Чушь, да и только.

— Зик?

— Дружище, ты где? — послышался в трубке веселый голос.

— Иду домой. А тебя где черти носят?

— Ну, кажется, со вчерашней вечеринки я свалил с какой-то второкурсницей. Ни черта не помню. Кстати, я видел, как ты заходил в комнату с блонди. Мне стоит о чем-то знать?

— Нет. Иди к черту.

— Вау, неужто все случилось?

— Зик, я кладу трубку.

— Да ладно тебе. Мог бы и поделиться с другом.

Пока голос Зика назойливо жужжал в моем ухе, я оказался у доков. До дома оставалось еще пару кварталов, но тут я увидел знакомые лица. У одного из складов, где частенько проводились разные незаконные сходки, стоял Бруно Кацлер, долговязый сынок Отто, и болтал по душам с каким-то мужиком в толстовке с капюшоном.

— Эй, Зик, я тебе попозже наберу, — сказал я и, не дожидаясь возражений, положил трубку. Затем я подошел немного ближе, стараясь разглядеть лицо собеседника Бруно, но он скрывал его. Рядом находилась стоянка грузовых машин, и я спрятался за одной из них, открывая себе обзор. Парни стояли близко друг к другу, и мне в голову пришла мысль, что это очередная “тайная” свиданка Бруно. Он думал, что никто не знает о его ориентации, но это давно не было секретом. Для всех, кроме Отто, конечно. Если бы Отто узнал, что его сын балуется не только наркотой, но молодыми пареньками, то старика наверняка хватил бы удар. А после Бруно нашли бы на дне реки, поедаемого рыбами.

Я уже хотел уходить, но тут незнакомец повернулся, чтобы оглядеться по сторонам, и я увидел его лицо. Даже с такого расстояния, я узнал эту мерзкую рожу. Это был не кто иной как младший детектив Брайтон, который уже давно расследовал дела нашего мотоклуба. Улик у него не было.

До этого момента.

Бруно яростно жестикулировал, что-то объясняя легавому, а тот только кивал. В какой-то момент мне показалось, что Кацлер-младший посмотрел в мою сторону, но я вовремя спрятался за машиной. Быстро достав телефон, я открыл камеру и сделал несколько фотографий. Если Отто сотрудничает с полицией, нам всем крышка. Вот почему он был так спокоен, когда я приходил к нему. Чертов ублюдок собирается сдать нас в обмен на иммунитет!

Секунд десять я намеревался позвонить отцу и рассказать обо всем, что увидел, но потом вспомнил, как этот козел относился к любому совершенному мною поступку. Как ему было плевать на мои слова. И как я потерял его доверие, которое без каких-либо промедлений перешло к моему брату.

Меня захватила волна гнева, однако я быстро подавил ее.

К черту отца.

Я улажу все сам.