17 ГЛАВА

Кто-то может, выгорев за ночь дотла, с утра пойти на работу, как ни в чем не бывало? После бессонницы и слез в память о болезненном прошлом я с трудом заставила себя подняться, чувствуя, будто это все было только вчера. Привела себя в порядок, скрыла косметикой синяки под глазами и поехала в офис Кирсанова. Понятия не имела, как буду смотреть ему в глаза и скрывать бушующее во мне отвращение. Напомнила в очередной раз о том, ради чего я все это затеяла, понимая то, что буду терпеть Андрея, сколько придется. Но нужно расставить все точки над i, не собираюсь быть его девочкой на побегушках.

Вошла в кабинет бывшего мужа (и можно сказать нынешнего любовника), нацепив самую равнодушную маску на лицо. В приемной снова нарвалась на недовольный взгляд секретарши Андрея, я у нее явно встала поперек горла.

— Доброе утро, — произнесла, сев в кресло напротив Кирсанова.

— Доброе. Как спалось? — ответил, улыбнувшись, он.

— Прекрасно, — вернула ему ответную улыбку, так прекрасно, что хотелось сдохнуть.

— Я был бы не против, если б ты устроила себе сегодня выходной.

— Как раз об этом я и хотела с тобой поговорить, — перешла сразу к делу я.

— О чем именно? — Андрей заинтересованно приподнял одну бровь.

— Скажите, уважаемый директор, мое рабочее место находится в коридоре?

— От чего же, ты можешь располагаться здесь, — усмехнулся мужчина.

— И предпочтительно под твоим столом, — сыронизировала я.

— Ну что вы, в самом деле, Виктория, — на его лице заиграла похотливая ухмылка. — Я разве настаиваю, но если вы хотите этого сами, я совершенно не против.

О-о-о да, еще бы он был против, скорее наступит конец света, чем эта похотливая скотина откажется от возможности засунуть в кого-нибудь свой член. Только вот меня такой расклад совершенно не устраивает, мне нужно как можно быстрее влиться в его дела.

— Знаешь что, Андрей, когда я просила тебя о работе, то имела в виду именно ее.

— Ну серьезно, зачем тебе напрягаться, когда я с радостью могу обеспечить тебя всем? — уверенно заявил Кирсанов, благо не добавил: "А за это ты будешь со мной спать до тех пор, пока не надоешь, ну а потом полетишь в утиль". Но мне не нужно об этом говорить, я все прекрасно знаю сама, только в этот раз будет наоборот, а как именно — мой дорогой босс не может даже предположить.

— Ты что-то перепутал, друг мой, я не ищу спонсора. И содержать себя прекрасно могу сама, — ответила серьезно, положив ногу на ногу и чуть наклонившись к столу. — А если ты ищешь себе содержанку, тогда извини, нам не по пути! — говоря это, я не была уверена на сто процентов в том, что Андрей не пошлет меня. Но, зная его, могла точно сделать ставку на то, что он не позволит никому себя кинуть. Особенно, когда желает продолжения банкета, а по его явному намерению меня обеспечить продолжения отношений Кирсанов непременно хочет.

— Ладно, я придумаю что-нибудь, — согласился он нехотя.

— Это ты должен был сделать до того, как приглашать меня сюда, — буркнула я, все же ночные воспоминания давали о себе знать против моей воли. Андрей сегодня раздражал неимоверно, больше не получалось даже отвлечься, с трудом держала себя в руках. — А пока ты будешь думать, что прикажешь делать мне? Ждать за дверью?

— Жди здесь, — он резко поднялся из-за стола и направился к двери, раздраженно сказав перед выходом: — Я скоро.

Я подошла к двери и, убедившись, что его нет в приемной, бросилась к столу, заглянула в компьютер. Заблокировал, гад! Осмотрела стол, надеясь обнаружить семейные фотографии, но и здесь облом — нет ничего. Прошерстила документы, лежавшие на столе, — также ничего важного, лишь отчеты, договоры и тому подобное. Очень хотелось проверить ящики, но не рискнула, боясь, что он может вернуться в любую секунду. Села снова в кресло и с невозмутимым видом стала ждать.

Андрей вернулся буквально минут через семь, посмотрев на меня, он торопливо произнес:

— Идем.

— Куда? — спросила я, следуя за ним.

— Увидишь.

Кирсанов проводил меня в кабинет, который находился в конце коридора, и открыл дверь. Я вошла внутрь и отметила, что кто-то покидал его в спешке, на столе были в беспорядке документы, на полу также лежало несколько листов.

— Твое рабочее место, — сообщил Андрей, дыша мне в затылок. — Надеюсь, ты теперь довольна? — его руки скользнули на мою талию.

Начинается! Вот только не сейчас, я еще не отошла от предыдущего раза. Попыталась отлепить наглые ладони мужчины, которые переместились мне на грудь и активно сжимали ее. Он стоял сзади, его лицо терлось о мои волосы, а пах вжимался в ягодицы. Кирсанов опустил голову и своими влажными губами прижался к моей шее, вызывая во всем теле дрожь от отвращения.

— Знаешь, что я хочу? — прошептал он охрипшим голосом мне в ухо.

— Нет, — вздрогнула я, вцепившись пальцами в край стола.

— Я хочу тебя.

— Кажется, мы в неподходящем для этого месте, — попыталась остудить пыл мужчины, чувствуя, как он резко вдавил меня в себя.

— Плевать, — ответил Андрей, облизав мое плечо, в то время как его руки принялись задирать мне платье.

— Стой, могут войти, — пискнула, потеряв последнюю надежду на спасение.

— Не посмеют, — ответил он, расстегивая брюки.

Я слышала, как скользит молния, как шуршат его штаны, и меня все больше скручивало от тошноты. Пальцы побелели от силы, с которой сжимала стол, чтобы сохранить равновесие. Да, ни к одному из мужчин, с которыми я спала последние девять лет, у меня не было чувств. Но они мне были безразличны, и все, что делали с моим телом, никак не трогало ничего внутри. Я терпела, не испытывая ни грамма удовольствия, но старательно изображала его. А с Андреем все иначе. Я ненавижу бывшего мужа каждой клеткой своего организма, его прикосновения вызывают дикое отвращение, настолько сильное, что это затмевает разум, и внутри меня происходит ожесточенная борьба. Сдерживаюсь, чтобы не оттолкнуть Кирсанова, сдерживаю свой желудок от порыва вывернуться наизнанку, а как велико желание убить! И, вдобавок ко всему, мне нужно изображать неземное удовольствие, чтобы подкормить самолюбие мерзавца.

Андрей, похоже, решил сегодня обойти стороною прелюдию и, помяв несколько секунд мою грудь (можно подумать, от этого я должна была вспыхнуть как спичка от желания), протиснул свой каменный член, оттопырив мои трусики. Я прогнула спину, давая ему возможность войти в меня, но это снова удалось с трудом, благо, немного выручила смазка презерватива. Не почувствовала ничего, кроме неприятного дискомфорта. Кирсанов таранил меня быстрыми толчками, не обращая внимания на то, что внутри сухо. Обычно мужчины подмечают подобные нюансы и пытаются всячески исправить, но только не Андрей. Он плевать хотел на других, главное, чтобы ему было хорошо. Я кусала губы, издавая жалобные стоны, стараясь, чтобы они звучали более страстно, но этого не получалось. Мои кисти уже болели от напряжения, а взгляд сосредоточился на скрипящей столешнице. Кирсанов вдавливал пах в мои ягодицы, словно желая разорвать меня, и, действительно, это уже причиняло боль. В голове пульсировало негодование: "Быстрее бы он кончил”. И словно какие-то силы сжалились надо мной, захрипев, Андрей ускорил темп и застонал. Я в ответ вскрикнула, изображая скорый оргазм, понимая, что еще секунда — и не выдержу все же, оттолкну его. Но очень вовремя мужчина замер, подрагивая, навалился на мою спину. Я со стоном выдохнула, ощущая неприятную тяжесть мужского тела. Андрей отстранился, видимо отдышавшись, и принялся поправлять брюки. Мои руки торопливо одернули платье, приводя его в порядок.

— Что ж, — проговорил Кирсанов хрипловатым голосом. — Осваивайся, а я подыщу для тебя задание.

— Как скажете, — ответила я, из последних сил стараясь скрыть раздражение.

— Можешь пока отчеты проверить, — указал он на бумаги, разметавшиеся по столу, — чтобы не скучать.

Андрей закрыл за собой дверь, и мне, сжав зубы, стоило больших усилий, чтобы не швырнуть ему в спину сумку.