Глава 9

Вылетаю из больницы, про себя костеря Власова на все лады. Сын бежит рядом и испуганно посматривает на меня:

– Мам?

– Потом, родной. – Сажаю Тёмку в машину и пристёгиваю.

От нервов промахиваюсь и не сразу попадаю в гнездо. Выдохнув, медленно выпрямляюсь и захлопываю дверцу. Так нельзя, нужно немедленно успокоиться, а то ещё в аварию попадём. Уже спокойно огибаю машину и открываю дверцу со стороны водителя, как вдруг сердце ёкает. Поддавшись некому чувству, поднимаю голову и, глядя на окна второго этажа, замираю при виде мужской фигуры. Не сомневаюсь, что это Власов наблюдает за нами.

Самое страшное случилось – этот человек узнал, что у него есть сын. Я не строю иллюзий и не надеюсь на авось. Марк не идиот, наверняка уже сложил дважды два, когда смотрел на меня и ребёнка.

– Плевать, – беззвучно шепчу я. – Это мой сын.

И завожу мотор. Веду крайне осторожно, по пути, как обещала, заезжаем с Тёмкой в кафе, и я разрешаю сыну заказать всё, что он хочет. Обрадовавшись, тот бежит к витрине и тыкает в красивые пирожные, от вида которых и у меня текут слюнки, а проклятая тошнота внезапно проходит. В итоге мы с Артёмом уничтожаем всё, что он заказал.

– Знаешь, – задумчиво говорю я по дороге домой, – когда я ходила беременная тобой, не могла есть сладкого. Ни мороженого, ни пирожного, даже чай без сахара пила! Удивлялась потом, почему ты такой сластёна родился!

– Навёрстываю, – смеётся Тёма, и я с удовольствием присоединяюсь.

Некоторое время мы едем молча, а потом я отваживаюсь спросить:

– Тём… Как ты посмотришь на то, если у тебя появится братик или сестричка?

Он хитро поглядывает на меня в зеркало заднего вида и фыркает:

– Нормально.

У меня отлегает от сердца.

– Точно?

Всхлипнув, не сдерживаю слёз, и солёная капля прочерчивает на щеке влажную линию.

– Ой, мам, не реви, – ворчит сын. – Ну что ты как маленькая?

Я улыбаюсь сквозь слёзы. Это всё гормоны, ведь малышу внутри меня не меньше двух недель. Точнее скажет врач, и завтра я решаю заехать в консультацию. Сегодня же мечтаю рухнуть на кровать и как следует выспаться. Но моим желаниям не суждено воплотиться в реальность.

Стоит нам с Тёмой переступить порог дома, как навстречу выбегает радостный Женя.

– А вот и вы наконец! – восклицает он и вручает мне огромную охапку белых роз. А потом снимает передник и, широко улыбаясь, показывает в сторону кухни. – А я ужин приготовил!

Ощущаю запах мяса и, бросив вещи, прямо в обуви бегу в туалет. Падаю на колени перед унитазом и избавляюсь от вкуснейших пирожных. Когда становится легче, сажусь прямо на пол и устало смотрю в белый потолок.

– Точно девчонка будет. С Тёмкой меня так не выворачивало!

Тут дверь распахивается, и на пороге я вижу прямо-таки светящегося Женю. В руках мужа тест на беременность, и я не сдерживаю крепкого словца.

– Я скоро стану папой, – голос Жени дрожит, на глаза наворачиваются слёзы. – Это… Это прекрасно!

Вот же гад кудрявый! Кувыркался с няней в нашей кровати, наплевав на мои чувства, а теперь «стану папой»?

– С чего ты взял? – спрашиваю холодно, с трудом поднимаясь на ноги.

– Ой, да ладно, – обнимает он меня. – Сонечка, не ври, что он не мой. У тебя времени на измены не было.

– Зато у тебя его хоть отбавляй. – Отталкиваю его и, прислонившись к умывальнику, скрещиваю руки на груди. – И вообще, что ты здесь делаешь? К чему цветы? Зачем ужин? Разве я не сказала тебе собирать манатки и выметаться?

– Не сказала, – улыбается он. – А сообщение я не получал. Забудь и не злись. Подумай о нашем ребёнке…

– Вот заладил! – вскипаю я и, отодвинув его с дороги, выхожу из туалета. – Тём?

– Он у себя. – Муж обнял меня со спины и положил горячие ладони на живот. – Говорит, что не хочет есть.

– Руки убрал, – цежу я. – От тебя ещё этой курвой пахнет. Неужели ты даже душ не принимал?

– Принимал, – обиженно сопит он.

– Значит, этот душок не смыть, – холодно говорю я и разворачиваюсь. – Женя, я тебе говорю в последний раз – собирай вещи и уматывай! Если сегодня же не исчезнешь с глаз моих, заявлю о преследовании. Кстати, на развод я уже подала, так что разговаривай теперь с моим адвокатом.

Женя меняется в лице, глаза становятся злыми.

– Хочешь и этого ребёнка ублюдком растить?

Вздрагиваю, как от удара, и с размаху бью его по щеке. Он хватает моё запястье, а я добавляю пощёчину другой рукой. Женя хватает её, и мы боремся, ярость придаёт мне сил, но муж всё же сильнее. Я не могу проиграть! После того, что он сказал, не имею права, но тут с кухни сквозняком приносит запах еды, и к горлу снова подкатывает предательская тошнота.

Падаю на колени и вижу победную ухмылку на лице Жени. Ровно секунду он ощущал себя победителем. А в следующую вскрикивает и прижимает ладонь к щеке. Зло выдыхает, глядя за меня:

– Ах ты, мелкий…

Не договаривает и хватается за пах, белея на глазах.

– Хр-р…

Я оборачиваюсь и вижу своего сына с рогаткой в руке и в боевом оперении на голове.

– Не смей обижать мою маму и сестричку, – кричит Тёмка и выстреливает контрольный.