Глава 8

Я сижу на мягком диване и смотрю, как Марк плотно прикрывает окно, а потом возвращается, беспокойно глядя на меня. Его тревога так раздражает, что я отвожу взгляд и отпиваю воды из стакана.

– Тебе лучше? – заботливо спрашивает Власов.

– Ой, только не надо изображать из себя заботливого бывшего, – морщусь я. – А то меня снова стошнит.

– Не буду, – усмехается он и садится напротив.

Подаётся вперёд и, опираясь локтями о колени, складывает крупные ладони. Мне всегда нравились руки Марка. Сильные и по-мужски красивые, они привлекли внимание с самой первой нашей встречи. Аккуратные прямоугольные ногти, длинные фаланги. Мускулистые предплечья с выступающими венами – всё это выглядело до дрожи сексуально! А какое удовольствие доставляли эти руки, лаская…

Я снова делаю глоток воды, утоляя внезапную жажду, и, ощущая приятное томление внизу живота, резко выдыхаю:

– Перенеси семинар, Власов!

– Какой семинар? – удивлённо приподнимает он густые брови, а потом понимающе ухмыляется. – Значит, приглашённый популярный психолог – это ты?

– Нет, – изменяю решение, – лучше отмени семинар…

«…К чертям собачьим!»

– Прости, не могу, – качает он головой. – Его проведение утверждено в министерстве здравоохранения, так что это не в моей компетенции.

– Да как вы вообще не подумали спросить о времени проведения? – вспыхиваю, будто спичка. – Вы хоть понимаете, что я не дворняга, которую в любое время можно позвать свистом? У меня вообще-то действующий центр! Расписания, тренинги, планы… Или всё это бабские посиделки за чашкой чая?!

Он мрачнеет и, сверкнув глазами, невесело усмехается:

– Прошло пять лет, а ты ещё помнишь, как мы ругались?

– Ты обвинял меня, что я вокруг тебя восторженной стрекозой не скачу, – выпаливаю, – не приношу в зубах тапочки, когда ты приходишь со смены, не бегу в больницу с горячим обедом, как жёны твоих коллег. Говорил, что мне не учиться психологии надо, а самой лечиться! И что? Где я сейчас?

Задохнувшись от эмоций, замолкаю и отворачиваюсь к окну, дрожа всем телом. Господи, я думала, что всё это давно в прошлом, но сейчас мне больно, как и раньше. Нет, ещё сильнее! Будто все эти годы не обращала внимания на кровоточащую рану, и она превратилась в нарыв. Своим появлением Власов разбередил её, и как мне теперь справляться?

– Прости, – тихо говорит он, и я вскакиваю с места.

– Засунь себе это «прости»… – Обрываю себя и заставляю улыбнуться. – Прошу, передайте своему здравоохранению, что у меня нет времени на благотворительность. В будущем прошу заранее согласовывать даты проведения семинаров или обратиться в другой центр.

Вся кипя, направляюсь к выходу, протягиваю руку к двери и замечаю, что до сих пор сжимаю стакан. Чертыхнувшись, разворачиваюсь и тороплюсь к столу, чтобы поставить воду. Вспоминаю о сумке и едва не скрежещу зубами. Да что со мной?! Подхватив испорченную вещь, чуть не бегом спешу покинуть душный кабинет, но слышу голос Марка:

– Это я попросил.

Замираю у выхода и оглядываюсь:

– Что?

Мужчина поднимается и, сунув руки в карманы, подходит ко мне.

– У нас внезапно отменили семинар, который ещё год назад утвердили в министерстве. Вся группа слегла с сильнейшим вирусом, вернувшись из Эмиратов. Времени спрашивать не было, прости. Я просто порекомендовал тебя, поручившись, а главврач нашёл вашу заявку, передал в министерство, и они утвердили замену.

Смотрю на него и не понимаю:

– Ты хотел мне отомстить? Подставить? Унизить? Не понимаю, почему ты так сделал?

– Я хотел тебе помочь, – цедит он и зло прищуривается. – Достичь своей мечты.

– Что ты знаешь о моих мечтах, Власов?! – кричу, мечтая залепить ему пощёчину. Ту самую, которую тогда не смогла. – Пять лет прошло! Я теперь совершенно другая!

Успокаиваюсь в страхе, что Артём может услышать крик, а потом пугаюсь, что Марк увидит моего сына и тороплюсь попрощаться:

– Я не буду проводить этот семинар. У меня нет времени.

– Упустишь шанс стать профессионалом? – саркастично кривится он.

– Я уже профессионал, Власов! – заявляю и, выскочив, хлопаю дверью.

Некоторое время стою, сжимая в руках злосчастную сумочку, а потом направляюсь к сыну.

– Пошли в кафе?

– Теперь ты жди, – не отрывается тот от листа. – Я ещё не дорисовал.

Вздыхаю и осматриваюсь в поисках туалета. Пока есть время, надо попробовать спасти из сумочки документы и кошелёк. Заметив значок, иду мимо аптеки и замедляю шаг. Покосившись на детский уголок, всё же подхожу к окошку и прошу:

– Тест на беременность, пожалуйста. Пусть будет струйный…

Расплачиваюсь с телефона и тороплюсь в туалет. Пока проходит положенное время для проверки результата, выуживаю из сумки ключи, кошелёк и паспорт. Мне везёт, в то отделение ничего не попало. На всякий случай протираю всё антибактериальными салфетками, а с сумочкой приходится расстаться. Складываю вещи в аптечный пакет и подхватываю тест.

– О нет… Только не это!

При виде двух полосок сердце каменеет и проваливается в желудок.

Я так мечтала забеременеть, когда мы с Женей только поженились! Хотела лапушку дочку. Представляла, как стану вести семинары для беременных и сама ходить с животиком, а рядом будет добрый, терпеливый и любящий муж. Мечтала, как он будет заботиться о нас, и ходить на УЗИ, украшая снимками стену и хвастаясь друзьям.

Я хотела получить всё то, чего была лишена, когда вынашивала Тёмку. И в этот раз никто не будет коситься на меня и за спиной обсуждать мать-одиночку, что я больше не буду ставить прочерк в графе «Отец»…

И что теперь?

Прикусив нижнюю губу, вытираю слёзы и выхожу из туалета. Сразу вижу сына, которого держит за руку администратор, присматривающий за детским уголком.

– Где же твоя мама?

– Вот она! – кричит Тёма, указывая на меня пальцем.

А я ловлю взгляд Власова, который как раз в этот момент открывает дверь своего кабинета.

Только не это!